Умри, если не любишь

       Дверь хлопнула, когда время уже близилось к ночи, а Мэйуми успела вдоль и поперек обыскать подвал и теперь просто коротала время за игрой с кошкой. В дом ввалился слегка раздраженный Айзава с бутылкой в руках и пакетом из ее любимой пекарни. Он был изрядно пьян, но старался не подавать виду, хотя для этого стоило убрать полупустую бутыль с вином. Стоило ей только увидеть его, как стало тяжело дышать, а всю комнату обуздала тревога и волнение. Одна только кошка была рада его приходу и побежала к нему, приветливо держа хвост трубой. Айзава, не обратив на нее никакого внимания, оперся на дверной косяк спальни и включил тусклый свет. Мурлыка на такое обращение показательно прошла поодаль от хозяина и вернулась к девушке, устраиваясь на кровати.       Шота поставил бутылку на тумбу и подошел к Мэйуми, нервно поглядывая на часы. Мужчина аккуратно дотронулся до щеки девушки, глядя на появившийся синяк. От него, на удивление, пахло даже не выпивкой, а сигаретами и чем-то сладковатым. —Не скучала тут..?—заинтересованно глядя на нее сверху, пробормотал Айзава. —Соскучишься с ней—только и выдала Ишизаки, хотя большую часть времени искала свои вещи. —Что-то случилось?—вдруг спросил Шота, перемещая руку на ее шею и заставляя ее насторожиться.       Безопасно ли быть с ним, когда он пьян? Он еще никогда не выпивал в компании, так что совсем неясно, как алкоголь влияет на него, вдруг он станет только агрессивнее? —Все...нормально —Ты будто скрываешь от меня что-то —Что мне от тебя скрывать? Я вообще ни с чем осталась       Айзава только усмехнулся и отошел от нее, задергивая шторы. Он ловко стянул с себя чуть окровавленные ленты и собрал волосы, снова переводя взгляд на время. —Будь добра, поставь чайник—буркнул Айзава, подходя к шкафу.       Мэйуми только кивнула и побыстрее ушла на кухню, лишь бы вздохнуть спокойно. На столе уже стоял крафтовый пакет, где она нашла возлюбленный ею пирожок с вишней, который делали только там. Но...он-то откуда обо всем этом знает? Да она вообще никому про это не говорила, зачем вообще о таком говорить? Айзава, потягиваясь, зашел на кухню и, быстро достав две кружки, стал наливать уже закипевший чай. —Слушай...я, конечно, понимаю, что ты следил за мной две недели, но про это ты откуда знаешь?—уже чисто из любопытства спросила Мэйуми, подозрительно косясь на него.       Он, встав вполоборота, самодовольно усмехнулся и помотал головой. —Ты на самом деле думаешь, что эти две недели—все, на чем я остановился? Когда я говорил, что знаю о тебе все, я имел ввиду, что на самом деле знаю все—слегка сбивчиво пробормотал он—Всех твоих парней, всю твою семью, все важные события твоей жизни. Я знаю даже о том, как твои родители наказывали тебя раньше. Да чего уж там, я знаю все, чем ты когда-либо занималась. Начиная гимнастикой в детстве и заканчивая модельным образованием, которое ты получила год и два месяца назад. Теперь ясно?       Мэйуми мигом заткнулась и покивала, понимая, что он представляет для нее даже большую опасность, чем она предполагала. То есть даже при всем желании она вряд ли сможет перехитрить его, ведь он и впрямь хорошо подготовился к этому похищению. Мужчина с той же усмешкой поставил кружки на стол и скучающе уставился в окно, где уже давно под светом фонаря не проходило ни души. —Я...не понимаю, зачем было похищать меня..? Разве ты не мог...ну добиться меня, может, я бы влюбилась и все...—словно ребенок пролепетала она, все пытаясь хоть как-то растопить его. —Почему-то я не учел, что до тебя так туго доходят подобные вещи. Давай заново. Мне не нужны отношения, в которых мы будем видится три раза в неделю, а остальное время общаться по телефону. Мне не нужна ты, как моя девушка. Мне нужна ты, как моя собственность. Я хочу, чтобы ты всегда была рядом, не имея возможности уйти от меня. Я знаю, что ты делаешь в отношениях с парнями. Проходит в лучшем случае месяц, а потом ты просто исчезаешь. Мне это не нужно. Мне не нужно, чтобы твое внимание и жизнь делилась между кем-то и кем-то. Мне нужно, чтобы вся ты, все твое время, все твои силы, все, что есть у тебя принадлежало только мне. Я не готов делиться. И если кто-то позариться на тебя, я на месте откручу ему голову. Давай больше без глупых вопросов—слишком четко для своего пьяного состояния выдал Айзава, пока Мэйуми, пугаясь от каждого его нового слова больше, чем от предыдущего, уже допивала чай и доедала купленную выпечку. —И что...ты вообще меня отсюда не выпустишь? —Почему? Выпущу, но только со мной. И только тогда, когда ты станешь доверять мне, а я тебе. Я хочу, чтобы ты полюбила меня так же сильно, как я тебя. Хочу, чтобы ты была рядом уже по своему желанию. Но до этих пор ты будешь здесь безвылазно       Мэйуми, наверное, должна была обрадоваться появившемуся шансу, но не могла, пока все ее мысли заполнял исключительно он. Она пару раз пыталась избавиться от этого, но внизу живота так неумолимо тянуло, что Ишизаки просто не могла Она нервно сжимала ноги, стучала по столу, наблюдая за ним и искренне не понимая, почему хочет оказаться ближе. Неужто подмешал что-то в чай..? Другого логичного объяснения не было, хотя, может, она просто не могла его придумать. Сердце бешено стучало, а во рту стало слишком влажно.       Айзава, не замечая ее поведения или делая вид, убрал посуду и пошел в спальню, чувствуя, как наваливается сонливость. Девушка еще некоторое время посидела, ерзая на стуле, но вскоре все-таки пошла за ним, решив, что поспать—лучший способ избавиться от всех переживаний и мыслей о нем. Но он будто специально дожидался ее. Виду открылся натренированный красивый торс, какой Мэйуми могла видеть только в тех же журналах, однако там-то точно к такому телосложению не прилагалось такое по-странному похотливое выражение лица. На груди и руке большие татуировки, а поверх них в некоторых местах виднеются шрамы. Девушка только через какое-то время поняла, что беспризорно пялится на него, затаив дыхание. —Что такое..?—как-то насмешливо, спросил Шота, глядя на ее подкашивающиеся ноги. —Ничего...—через силу пробормотала Мэйуми.       Айзава усмехнулся и только подошел ближе, нависая над ней грозным превосходством. Возможно, вот он шанс показать ему, что она для него открыта и больше не настроена на сопротивление, хотя это, конечно, было совсем не так. —Уверена..?—прошептал он прямо на ухо, вызывая у нее томный вздох.       Шота, аккуратно поправив волосы девушки, впился в ее губы так жадно и страстно. Ее рука рефлекторно взлетела вверх, но он тут же сжал тонкое запястье и прижал к стене так, что на руке оставались мелкие царапины. Тянущее ощущение только усилилось, заставляя ее поддаваться и даже не думать о чем-то другом. —Прямо-таки ничего?—снова передразнил ее мужчина, поднимая бровь. —Вот прямо ничего—игриво улыбнулась Ишизаки, вызывая у него довольную усмешку. —Неужели появилась та Мэйуми, в которую я влюбился...       Мужчина подхватил ее на руки и перенес на мягкую кровать. Он навис сверху, пряди волос чуть неряшливо спадали на плечи, а этот взгляд говорил лишь о том, что стоит расслабиться и делать то, что просят, иначе будет хуже. Его рука мельком пробежалась по груди, перешла на бедро и дразняще осталась там. Айзава примкнул губами к ее шее, заставляя Мэйуми вздрогнуть и чуть вздохнуть. Он расставлял поцелуи, пока вдруг не укусил, срывая легкий вскрик неожиданности. Мужчина расплылся в ехидной улыбке и стал медленно снимать с нее удушающую одежду. Что-то внутри подсказывало, что не стоит этого делать, наверное, это называлось здравый рассудок, но томные вздохи и желание увидеть его в новом свете затуманивали все лишнее. —Твою мать, такая ахуенная девушка полностью моя...—с каким-то сумасшедшим наслаждением пробормотал Шота. —С чего такая увереннось в том, что твоя?—кокетливо улыбнулась Ишизаки.       Мужчина приподнял бровь как-то издевательски и самоуверенно усмехнулся, глядя в ее горящие глазки. Он вдруг провел рукой по внутренней стороне бедра, на что Мэйумт тут же выгнулась, вздыхая. —Да хотя бы с этого...       Его руки всячески исследовали юное тело без единого шрама с мягкой кожей. Айзава всеми способами изводил ее, заставляя извиваться и жалобно хлопать ресницами в ответ на его злорадную усмешку. Ее руки все не находили себе места. Она то сжимала одеяло, то гладила его шею. Шота явно не был настроен на эту суетливость и неопредленность. Мужчина в одну руку взял оба запястья и, крепко прижав их над ее головой, впился в губы. —Прости, но я не буду мягким даже с тобой...—прошептал Айзава, на что Мэйуми вопросительно глянула ему в глаза, но все вопросы тут же отпали, когда он резко ворвался в нее, срывая громкий стон.        Мэйуми сжала челюсти в попытке сдержать боль, которую он учащенным сердцебиением разливал по содрогающимуся от разных ощущений телу. С каждым толчком он вонзался только грубее, усмехаясь ее тяжелым стонам. —Айзава...пожалуйста...—только и пробормотала Ишизаки, не осмеливаясь поднять на него глаз. —Мг..?—поворачивая на себя ее голову, с нескрываемым наслаждение промычал Шота. —Поаккурат...нее—надрывисто выдавила девушка.       Айзава на это лишь сильнее сжал ее запястья и несогласно помотал головой. —Слушай...тебе нужно уже понять, что ты теперь моя игрушка, и я буду обращаться с тобой так, как захочу...не переживай, человек ко всему привыкает, а это тебе скоро и нравиться начнет...        Шота облизнул губы и снова улыбнулся, ускоряясь. Как бы она ни хотела показать свое недовольство, у нее не выходило, ведь все мысли и взгляды перебивали ее же стоны и непроизвольно закрывающиеся глаза. —Куколка, ты не переживай...я возьму все дела и ответственность на себя...от тебя мне нужна только покорность. Иначе ты знаешь, что будет очень больно—сквозь зубы втянул в себя воздух Шота, стараясь говорить чуть менее эмоционально, чем он хочет—Ну давай, кому ты принадлежишь?       Мэйуми подняла на него глаза, в которых читалось обычное сомнение, но эта его улыбка поставила на правильный путь. Точнее...не факт, что он был правильным, но, по крайней мере, точно был безопасным. —Тебе...—через силу выдавила Ишизаки, сама не веря, что говорит это. —Видишь, какой ты можешь быть умницей...—буркнул Айзава, целуя ее и чуть снижая грубость за такой ответ.       Он томно вздыхал ей в шею, заставляя мурашки разносится по телу, а мысли путаться. Она даже не знала, что было лучше: лежать под ним или все-таки слушать нравоучения родителей...хотя... —Сука...я убью каждого, кто посмеет прикоснуться к тебе после этого...—размеренно бормотал он, сильнее вдавливая ее в кровать.       Она только поглощала всю информацию и не могла сказать ничего в ответ, ведь все попытки нарушались еще одним толчком и нежным стоном. Стало точно ясно, что всегда, когда Шота проявлял эмоции, он срывался с цепи и точно не управлял собой. Это было до ужаса опасно, учитывая его силу, но еще больше это манило ее, заставляло интересоваться и, в конце концов, сдаваться. Она загоняла в его капкан сама себя, но впредь это стало для нее самой интересной игрой, где ей, казалось бы, всего лишь нужно выбраться. Однако "всего лишь" в отношениях с ним было самым неуместным словосочетанием. Особенно неуместным оно было, когда он так грубо сжимает ее бедра и оставляет следы укусов на теле, заставляя ее таять и прогибаться.       Шота положил руку ей на шею и, медленно поглаживая, вдруг стал ускоряться, не давая ей и шанса на передышку. Она жадно глотала воздух до тех пор, пока не почувствовала, кажется, самое приятное физическое ощущение в ее жизни. Мэйуми задержала дыхание на эти мимолетные секунды и совсем перестала воспринимать окружающую среду, пока тело не стало абсолютно ватным. Айзава с усмешкой упал рядом и тяжело выдохнул, глядя на нее то ли с превосходством, то ли с благодарностью. Он перевернулся на бок и поцеловал ее в лоб, заправляя ее волосы за ухо. —Давай...ты больше не будешь, как марафонщик, а?—с усталостью вздохнула Ишизаки. —Посмотрим на твое поведение       Он как-то двусмысленно пожал плечами и отвел взгляд, все издеваясь над ее выдержкой...