Сны всегда лучше реальности

      В институте наконец-то началась последняя пара. Только дело в том, что адская пара — высшая математика. Не то чтобы Танджиро не понимал данный предмет, просто ему не хотелось досиживать до конца. Мысли уже заняты тем, как скоро он пойдет домой и наконец-то учебная неделя закончится. Весна всё-таки, только потеплело и в городе отцвели деревья сакуры. Он смотрел в окно, подперев ладонью голову. В нем отчетливо виднелось отражение студента: винные добрые глаза, расплывчатая улыбка и аккуратно уложенные волосы, которые на удивление все еще не растрепались, на открытом лбу сбоку оставался заметным небольшой шрам, а с ушей свисали среднего размера сережки. Из собственного мира иллюзий Камадо выводит громкий одногруппник. — Томиока-сан, можно задать вам вопрос? — громко и уверенно начинает напыщенный блондин, с запоминающимся лицом. Кажется, что его зовут Шинадзугава Санеми, с ним же за партой сидел друг: Обанай Игуро. — Надеюсь, по теме моего предмета? Удиви, Шинадзугава. — Со строгостью говорит преподаватель, устремляя свой взгляд в глубину кабинета и останавливается на ком-то из студентов. — У вас есть девушка? — внезапно говорит он, сдерживая смех и наблюдая за своим соседом по парте, который предложил задать данный вопрос. Казалось, что оба парня сейчас лопнут от смеха, если нажать кнопку зелёного цвета. — Это, конечно, не по теме моего предмета, но я отвечу: нет, — Гию сразу после этого замолкает и тут же студенты начинают шушукаться. — Это неудивительно, — слышится от девушек с задних парт.       Тут же Санеми и Обанай не сдерживаются и хохочут во всю силу. Их смехом заливается кабинет, одногруппники тут же подхватывают и смеются с ними. Продлится это скорее всего пол пары, потому что угомонить подростков, мягко говоря, невозможно. Камадо не находит это чем-то веселым и снова уплывает в собственные раздумья. Не по душе ему стебать их молодого преподавателя, который начал работу только в этом году. Его сердце слишком доброе, что скорее всего могло бесить половину группы.       Томиока Гию тот еще простак, но ответить ему что-то тяжело на насмешки младших. Он лишь тяжело вздыхает и дабы отомстить наглому студенту вызывает того, повторить весь материал, который выдал за начало пары. Да, жестоко, но лучше способа не найдется проучить такого наглеца. — Так что отвечать будешь или будешь просто стоять? — у Гию не такое долгое терпение, да и желание поставить кол в журнал намного выше, чем дожидаться правильного ответа. — Вы так хреново объясняете материал, что я не могу и слов связать, — колкостью на колкость отвечает Шинадзугава, не думая о последствиях, да ему и в самом деле все равно. — Все понимают, а ты нет? Особенный что ли? И вообще, что за выражения такие. — Томиока вспыхивает внутри, но старается держаться снаружи. С задних парт снова доносятся голоса: Томиока-сан, вы и правда плохо объясняете. Объясните ещё раз. — Вот видите, все со мной согласны. Так себе из вас учитель, — не стесняясь выражений добавляет Санеми и смотрит на друга, который подбадривает его с места, показывая жестами рук «бро, ты крут». Это заставляет еще больше задрать нос и быть довольным собой. — Кто бы тебя не поддерживал, тебе бы уважать старших, Шинадзугава. Сядь на место и не срывай пару, — правда Томиока не думает о том, что оставит его безнаказанным и все же ставит желанный кол в журнал. После чего в аудитории наконец-то нависает тишина и продолжается повторение нового материала.       Камадо не станет меняться из-за людей, с которыми их объединяет последний год обучения, а дальше у каждого своя взрослая жизнь. На самом деле, он не спешил домой, хотя очень хотелось поваляться на кровати и отдохнуть, но всё-таки Танджиро заинтересован в том самом парне с канцелярии этажом ниже. Они уже общались и можно сказать даже сдружились, но никак не выпадала возможность пригласить вместе пойти домой. Этот раз не стал исключением. Когда пары закончились юноша направился в канцелярию, которая находилась на третьем этаже здания, но заметил, что та уже закрыта. В мыслях промелькнуло глупое: точно.. она же закрывается на пару раньше.. не в этот раз. Он недолго постоял на месте, разглядывая вывеску на двери «закрыто» и отправился к лестнице. Грустно волоча ноги Камадо медленно спускался на первый этаж, прокручивая разные варианты событий, что могло произойти и не произойдет. В каком-то смысле он такой фантазер, что сам порой устает от собственных выдумок. Когда ступеньки заканчиваются, а нога переступила порог на улицу вдыхает глубоко воздух, собирая его в легких. Свобода, выходные. Вот только свобода от учебы, но не от мыслей о друге, который снова ушел даже не попрощавшись. К этому, если честно, легко привыкнуть, вот только не хотелось это делать всему из себя правильному Танджиро Камадо.       Вот он выходит за окрестности учебного заведения и ему ложится на плечи тяжелая рука. Довольно-таки знакомое чувство заставляет повернуть голову к тому, кто это сделал. Оказалось, что это Иноске Хашибира. Удивительно, его хороший друг из группы ждал, да и зачем. Он же задержался на целых двадцать минут. Вдали ему махали руками два знакомых силуэта. Молча с товарищем они стали приближаться в сторону тех, кто упорно продолжал им махать и привлекать внимание. — Незуко и Зеницу? У вас тоже закончились пары, как хорошо. — Танджиро немного удивился, что совпало время окончания их пар и младшей группы. Он с большой заботой и нежностью потрепал младшую сестру по макушке. Такая привычка осталась с детства. — Угу-у, правда я так устал не смотря на то, что у нас было всего 3 пары, — Агацума вопил и очень много жаловался на учебу, поступил он не по своему желанию в институт, но прогуливать пары явно не вариант. — Но этот день стал намного лучше благодаря Незуко-чан, — он очень сладко проговорил её имя и хотел тут же схватить девушку в объятия, но она улизнула и оказалась позади брата, от чего Зеницу снова начал истерить, но не серьезно. — Гомпанчиро, я тебя ждал, потому что мне скучно, — прямо проговорил Хашибира, впрочем он всегда так делал и не важно насколько его слова были глупыми. — Пошли в раменную и этих двоих захватим. Как тебе идея? — такое предложение не удивило, можно сказать, что Камадо уже привык проводить время с другом обжорой. — Ты снова моё имя коверкаешь.. Ну, если ребята не против с нами пойти, то почему бы нет. Да, Незуко? — винные глаза уставились на младшую сестру в ожидании ответа. Та одобрительно кивнула и улыбнулась, обвивая руку брата своими. — Раз Незуко-чан согласна, то и я иду! — резко вскрикнул Агацума, когда друзья начали потихоньку удаляться, оставляя его позади. Правда он быстро их нагнал и оказался впереди них.