Сигнал о помощи

— Она не предаст меня, потому что мы в отношениях. — Машина не собьёт тебя, потому что ты переходишь дорогу на зелёный свет. Чем прекрасен город Санкт-Петербург? Северная столица России может порадовать своей красотой, историей и просто приятной атмосферой, которая встречает тебя сразу по прибытии сюда. В центре находится один из самых больших вокзалов — Московский. Именно около него сейчас ходит молодая девушка с татуировками на лице и теплотой в душе. Ходит, бродит, как будто что-то ищет, но пока ещё не знает, что. — У Вас закурить не найдётся? — шатенка подходит к мужчине, что стоит около мусорки и залипает в экран своего телефона. — Нет, — сухо отвечает он и отворачивается от девушки, больше не обращая на неё никакого внимания. — Поняла, спасибо, — барышня в юбке кивает самой себе и подлетает к молодому человеку близ входа на вокзал. — Сигаретки не будет? — Будет, почему бы и нет, — добрый блондинчик в костюме угощает незнакомку никотиновой палочку с арбузной кнопкой. — Филип Моррис, сойдёт? — Агась, — она улыбается и достаёт свою синюю зажигалку. — А ты чё здесь один? Иль ждёшь кого? — Видимо, тебя, чтобы ты стрельнула у меня последнюю сигарету, — пытается флиртовать тот и опирается рукой о стенку. — А ты чего одна? На дворе два часа ночи, так ты ещё и в юбке, совсем не страшно? — Я Виолетта, — девушка протягивает свободную ладонь, на что получает мгновенный ответ в виде рукопожатия. — Да я тут гуляла, подругу потеряла, она меня тусить звала, уже час хожу-брожу. — Ясненько, а я вот электричку утреннюю жду, думал в рестик сгонять, хочешь со мной? — Надо же, как неожиданно, — Виолетта достаёт телефон и начинает что-то листать в нём. — А электричку зачем ждёшь? Едешь к кому-то? — Ага, к матери, мы уже несколько месяцев не виделись, болеет она, — пожимает плечами тот и выдыхает из своего рта пару дымовых колец. — Так что? Пойдём? Шатенка что-то печатает, снова переводит взгляд на парня и мотает головой, делая шаг назад. — Я тут вспомнила, вернее, подружка написала, — Виолетта машет ему рукой и постепенно удаляется. — Пойду, в общем, — и она действительно уходит, причём очень быстрым шагом. — Эй, да ладно тебе, хочешь, я к вам присоединюсь? — не теряет надежды блондин. — Нет! — восклицает та и расширяет глаза, дальше говоря уже спокойнее. — Не иди за мной, пожалуйста. Девушка поворачивается спиной и скрывается в пьяной толпе, что стоит недалеко от вокзала. Виолетта перебегает дорогу на красный, всё равно машин нет, и с взволнованным выражением лица буквально убегает, кидая бычок в сторону. Господи, Малышенко, какая же ты дура, это был твой шанс. Что тебе теперь скажут? Твоя сердобольность тебя когда-нибудь и погубит. Кушать тоже свою доброту будешь? — шатенка заходит в столовую напротив Стеллы, спускается по ступенькам и проходит в район кассы. — Здравствуйте, — ей улыбается блондинка с низким пучком и выбритыми висками, которая стоит по ту сторону прилавка. Виолетта с натянутым дружелюбием кивает ей и смотрит на витрину, где лежат разные сладости в виде пирожных, тортиков и круассанов. Шатенка чувствует неприятное покалывание в желудке, но ничего не берёт и подсаживается к одному из посетителей, прося у того зарядное устройство для своего самсунга. Я вижу её здесь уже раз четвёртый, она всё время выглядит так, будто живёт на Московском вокзале и иногда приходит погреться, — кассирша сего заведения садится на стул и достаёт телефон, вздыхая. — Ох, Кира, Кира, твоя наблюдательность иногда поражает. В следующую ночь, 1:48. Столовая, которая работает круглые сутки, снова встречает в своих дверях Виолетту, на этот раз буквально вбегающую в помещение, судорожно оглядываясь. Шатенка видит почти пустой зал и посреди него Киру, что протирает столы. Девушка подбегает к блондинке, впиваясь ногтями той в плечо. — Помоги мне, — шепчет Малышенко на ухо и одновременно пытается отдышаться. — Спрячь меня где-нибудь, пожалуйста, — с улицы слышится собачий лай и крики. — Умоляю, Кира. Тебя ведь так зовут? — Да, блять, так, — блондинка берёт Виолетту за локоть и заводит её на кухню, пропуская на склад, где хранятся продукты. — Не высовывайся, — и Кира возвращается на своё рабочее место, привычно улыбаясь гостям. — Здравствуйте. — Сюда девчонка в юбчонке не забегала? — рассерженный мужчина с овчаркой на поводке обращается к сотруднице, вряд ли он собирается что-то заказывать. — Нет, и у нас нельзя с животными, — всё также сохраняет спокойствие Кира. — Извините, — кивает ей и покидает столовую, ведя собаку за собой. — Джесси, за мной! Мы уходим! Блондинка выдыхает и спешит на склад, где её уже ждёт Виолетта, что сидит на пустом контейнере и жуёт зелёное яблоко. — Кто это был и что он от тебя хотел? — Медведева закрывает дверь на засов и садится напротив нестандартной посетительницы, на такой же пустой контейнер. — Ты что-то своровала? — Тебя ебёт? — огрызается Малышенко на, можно сказать, свою спасительницу и уже собирается встать, но её берут за плечи и припечатывают к стене, слегка приподняв. — Э, алё! — Ты ахуевшая малолетка, как ты смеешь? — Кира злится, ей не нравится такое отношение к себе. — Выкладывай. — Не хочу! — шатенка жмурится, сдерживая слёзы. — Медведева, да? Отпусти! — девушка смотрит на бейджик и скалится. — Чего ты хочешь за спасение? И тут Кира ослабляет хватку, но плечи ладонями всё ещё накрывает. Блондинка задумчиво осматривает молодую девчушку, проверяет, что дверь точно закрыта, и снимает с себя штаны вместе с трусами, наблюдая за реакцией незнакомки. Виолетта удивляется, выкатывая шары наружу, но уже через минуту улыбается, понимая, к чему та ведёт. Кира остаётся в одной футболке и фартуке, который поднимает наверх и расставляет ноги на ширине плеч. Шатенка без задней мысли, послушно встаёт на коленки, обхватывает стройные бёдра и приближается к идеально выбритому лобку. Языком ведёт по коже, почти сразу же спускаясь к самому интересному — Малышенко очерчивает большие половые губы, малые... Поднимает свой взгляд на Киру и наслаждается прекрасным видом: блондинка опирается ладонями в стенку и с опущенной макушкой постанывает, прикрывая глаза. Виолетта не церемонится и уже вовсю играется с клитором, то щекоча его кончиком языка, то всасывая в себя припухлыми губами. Ноги Медведевой подрагивают, вот-вот упадёт. Как же так получается — её возбуждает отлиз от малознакомой девушки, которая явно что-то скрывает за спиной. Но и Малышенко хороша: делает куни взамен на молчание. А может, молчание того стоит? Может, у девчушки просто не осталось выбора, и ей намного легче пережить ещё один половой акт, нежели делиться своими секретами? Что же там настолько страшного, Виолетта? Требовательный язык входит в пульсирующее влагалище, туда-сюда, туда-сюда. Ещё пара секунд — и минует конец печального спектакля. Шатенка чувствует, как её партнёрша кончает, и целует её в половые губы, как бы благодаря за секс. Уставшее, выдохшееся от оргазма тельце садится на грязный пол и прижимает ноги к себе, ладонями держась за коленки. — Теперь подумай, кто из нас бóльшая шлюха, — Виолетта кидает блондинке её же штаны с трусами и уходит, закрывая за собой дверь, дабы никто не застал Киру в не самом лучшем свете. Медведева медленно натягивает вещи, облизнувшись. Хочется ещё, хочется ещё Виолетты. Неделю спустя, 2:33. Снова смена Киры, снова Малышенко с придурковатой улыбкой является к ней в столовую. Только на этот раз пьяненькая и с синяком под левым глазом. Блондинка плюёт на субординацию и усаживает несчастную за стол в самом углу. Приносит ей на подносе горячий чай с круассаном, приземляется напротив и опирается руками о твёрдую поверхность, ожидая хоть каких-то объяснений. Но нет, Виолетта не стремится рассказывать всё. По крайней мере, сейчас. Девушка молча съедает свежую выпечку и выпивает сладкий напиток, аж взбудораживаясь. Блондинка продолжает смотреть на неё с выжиданием, посетителей сейчас в силу времени нет, может себе позволить сидеть в зале и болтать, ничего страшного. Кажется, Малышенко разговорила еда, посему она по-прежнему безмолвно встаёт и уходит туда, где они с Кирой в прошлый раз совокуплялись. Блондинка оглядывается на всё ещё пустое помещение и уже со стопроцентной уверенностью скрывается вместе с Виолеттой на складе. — Я работаю промщицей, — тихо говорит шатенка, садясь на стремянку. — Тот человек, который приходил, я пыталась завести его за собой, он меня раскусил, начал орать, что его так один раз уже развели и... в общем, дальше ты знаешь. — Промщицей? Что? — не понимает Медведева, опустившись на корточки. — Кто это? На что развести? — А ты не такая блядина, какой кажешься, — горько усмехается та, на что получает грозный взгляд. — Ладно, в общем, слушай... Забегая в подвальное помещение, дабы спрятаться от дождя, Виолетта ещё не знает, что закапывает себя глубже, чем находится заведение, в которое она зашла. Играет громкая музыка, за столиком при входе сидят молодые девушки и что-то обсуждают, попивая коктейли через разноцветные трубочки. Всё вокруг сияет яркими красками из прожекторов, а потолок украшен неоновой подсветкой. Прежде чем Малышенко успевает что-то сказать, к ней подходит дама с пирсингом и длинными розовыми волосами, одетая в короткое чёрное платье с бретельками. — Здравствуйте, Вы на собеседование? — приветливо улыбается та, располагая к себе. — Да, ага, — дважды подтверждает Виолетта, и её провожают в соседний зал, кладя на стол ручку и листок с анкетой. Вопросы в бланке самые банальные, начиная от "Ф. И. О." и заканчивая "прошлое место работы". Девушка отвечает на всё так, как оно есть на самом деле. Не желает врать, хочет найти действительно нормальную работу, хотя бы на ближайшие полгода точно. — Вы закончили? — симпатичная сотрудница возвращается спустя минут пять, садясь напротив Малышенко. — Виолетта, значит. Какое красивое имя. — Ага, а Вас как зовут? — стесняется шатенка, заправляя волосы за ухо. — Можно на ты, я Ангелина, — она пожимает девушке ладонь и быстренько пробегается глазами по написанному, почти не читая. — Ты когда-нибудь слышала про промо? — Нет, а что это? — удивляется Виолетта, потому что вообще-то она пришла на вакансию "хостес". — Это когда ты выходишь в город, чтобы найти как можно больше состоятельных посетителей для нашего клуба, — спокойно объясняет та, по-прежнему лучезарно улыбаясь. — Твоя задача — знакомиться с мужчинами и приглашать их сюда, петь с ними караоке, выпивать и просто весело проводить время. Чем больше они оставят здесь денег, тем больше ты заработаешь, смотри, — Ангелина переворачивает листок и ручкой чертит какую-то схему с цифрами, неизвестную Виолетте. — Если ты идёшь с кем-то в паре, то прибыль делится пополам, то есть тебе пятнадцать процентов от общего счёта, и твоей напарнице. Если работаешь в одиночестве — всё тридцать процентов твои. Например, мужчина делает чек на сто тысяч, двадцать тысяч рублей в твой карман. Понимаешь? А Малышенко немного в шоке, не думала она, что откликнется на "хостес", а станет "зазывалой". — Угу, а если человек откажется идти со мной сюда? — шатенка потирает затылок, в мыслях раздумывая над предложением вступить в коллектив "промо". — Виолетта, солнце, включи своё женское обаяние, — девушка наматывает свои длиннющие локоны на палец с не менее гламурным маникюром. — Скажи, что ты забронировала здесь столик, поплачь, поной, поуговаривай. Самое главное — не говори ему, что ты здесь работаешь. Ты обычная пьяненькая дурнушка, которая ищет себе спутника для прогулки. Можешь просто довести его досюда, потом как бы невзначай сказать "ой, а давай зайдём? Интересно, что это за место?" — То есть, мне нужно притворяться, что я вижу персонал, по сути своих коллег, первый раз в жизни? — кажется, Виолетта начинать что-то понимать, и это "что-то" ей не очень импонирует. — Именно! — Ангелина кивает и щёлкает ручкой. — А ты быстро схватываешь, мы с тобой сработаемся. — Господи, блять, во что ты вляпалась, — Медведева берётся руками за голову и медленно моргает, она не понимает, как такая милая и со всех сторон привлекательная девушка может промышлять подобным. — Зачем ты согласилась? Тебе бежать нужно было сломя голову. — Не тебе меня судить, сама бедную девочку отлизать заставила, — припоминает той события минувшей ночи Виолетта. — И вообще, моё дело: что хочу, то и творю. — Сколько тебе нужно денег, чтобы бросить это? — звучат слова, которые хочет услышать любая девушка, работающая в подобной сфере. — Мне не нужны деньги, — врёт и не краснеет, а может и не врёт, но всё равно не краснеет. — Не уверена, что теперь мне вообще что-то нужно, — горько усмехается шатенка. — Не скрою, я пошла туда работать ради бабла, потому что сбежала из дома, будь неладна моя мать, но потом поняла, что лучше буду горбатиться обычной посудомойкой, чем терпеть такую хуйню. Девушка пожимает плечами и достаёт мобильник, проверяя его на входящие сообщения. Telegram Главная: Виолетта, почему на одном месте стоишь? Зашла в столовую и встретила миллионера? Жду фотоотчёт! — Мне нужно идти, — Малышенко вскакивает со стремянки, а Кира останавливает её, выпрямляясь в полный рост и целуя шатенку в приоткрытые губы. — Что ты делаешь? — Виолетта отвечает на поцелуй и кладёт руки на плечи Медведевой. — Я не хочу, чтобы ты уходила, — блондинка отходит, всё же пропуская её, держать насильно — это не выход. — Приходи ещё, ладно? — Обязательно приду, работа у меня такая, — девушка подмигивает ей и убегает, потому что действительно пора идти, пока не наругали. Три дня спустя, 8:43 Виолетта сидит на террасе около столовой, в которой работает Кира, и терпеливо ждёт её, покуривая сигаретку. Девушка бросает бычок на асфальт и придавливает его ногой, фыркая. — Ты как тут? Смена рано закончилась? — Медведева выходит из заведения с бумажным пакетом в руке. — Меня ждёшь, да? — А кого же ещё, сама недавно спизданула, хуё-моё, Виолетточка, не уходи, жить без тебя не могу, — даже не улыбается, а лыбится та, вскакивая. — Чё, поехали к тебе? — Во-первых, я не выражалась так, как ты это преподнесла, а во-вторых, да, поехали, — закатывает глаза блондинка и кивает в сторону метро, потому что им обеим уже через несколько часов вставать на работу. — Как дела сегодня? Когда увольняешься? — Не знаю пока, хотелось бы поскорее, — вприпрыжку плетётся Виолетта, поправляя розовую юбку. — Не терпится просто спокойно погулять, без постоянного контроля, и спать спокойно, без страха, что напишут с работы и попросят срочно выйти на смену. — Всё-таки деньги — это не всегда свобода, красота? — Медведева придерживает тяжёлую дверь, пропуская шатенку вперёд. — Ага, пока мы зарабатываем деньги, мы теряем свою свободу, особенно зарабатывая подобным способом, — девушка пожимает плечами и встаёт на эскалатор, держась за резиновый поручень. — Знаешь, я так устала, на самом деле. — Сейчас отдохнёшь, — Кира завязывает себе хвостик, потому что уже несколько дней не мыла волосы. Странные знакомые проходят в квартиру блондинки молча, также молча снимают обувь и ложатся в постель, зарываясь под одеяло. Балконная дверь, открытая нараспашку, запускает свежий воздух в помещение и заставляет покачиваться занавески, что пропускают солнечный свет на полную. Шатенка расстёгивает свою белую рубашку и оголяет верх, показывая Кире синяки на плече. Лифчики и топики Виолетта не носит, поэтому её соски быстро твердеют от резкой смены температуры, но Медведева не обращает на это внимания, она с сочувствием смотрит на девушку и вздыхает, оглаживая гематому. Объятия блондинки действуют на Виолетту как рычаг: она плачет и жмётся поближе к Медведевой, жмурясь. Впервые за долгое время девочка получает нужное тепло и растворяется в нём полностью, выплёскивая все свои эмоции наружу. — Я помогу тебе уйти оттуда, — шепчет Кира, ведь понимает всё без слов. Если бы шатенка могла, она бы давно съебала, значит, что-то здесь не так. — Иди ко мне. — Мне страшно, они не отпускают меня, — Малышенко всхлипывает и обвивает талию блондинки дрожащими руками, потому что просто хочет, потому что просто нуждается. Пока ещё неизвестно, как Кира будет решать эту проблему, но Виолетту отпускать она не собирается, поэтому продолжает одаривать доверчивую малышку надеждой и любовью. За последние две недели девушки заметно сближаются, иногда гуляют после тяжёлых и не очень смен, а иногда просто сидят у Киры, безмолвно обнимаясь. Один раз Медведева находит Виолетту жующей всухомятку затвердевшие пряники со вкусом мяты на кухне. Покачав головой, блондинка предлагает ей бесплатный обед в столовой, и та соглашается, набрасываясь на шею к своей спасительнице. Дни шли, и спустя какое-то время Малышенко согласилась показать Кире, где она работает. Девушка идёт за руку с блондинкой, но отчего-то подрагивает всем своим существом. — Не переживай ты так, сейчас прямо скажешь "увольняюсь", если кипиш какой начнётся — я впрягусь, — Медведева крепче сжимает бледную ладошку и спускается вниз, в то самое злосчастное подвальное помещение. — Виолетта, привет, — Ангелина машет ей рукой и пропускает девушек в самый дальний зал. — Ты со своей подружкой? — Ага, типа того, — как будто чего-то опасаясь, прикусывает губу Малышенко. — Я... Я увольняюсь, — шатенка усаживает Киру на кожаное кресло, а сама ступает обратно к выходу. — Можно идти? — Конечно, можно, — коллега указывает ей ладонью на дверной проём, а сама садится напротив Медведевой, которая выглядит удивлённой и смятённой. — Кира, да? Шатенка выбегает из клуба, вдыхая воздух, полный свободы. Она бежит не оглядываясь, извиняется перед людьми, которых толкает по пути в неизвестность и плачет, потому что не хотела, чтобы всё получилось так. — Как я могу уйти? — потирает Малышенко больную щеку, на которой точно останется синяк. — А ты приведи кого-нибудь вместо себя, — блондинка с каре и кучей расписных татуировок на шее попивает виски с колой, сложив ногу на ногу. — Замену, так сказать, найди, — она изгибает бровь, сжав губы. — Схема всё та же, что и с мужиками, необязательно говорить всю правду, просто приведи сюда девочку, и мы объясним ей, что надо делать, а ты навсегда сможешь быть свободна. — Диана, а если у Вас не получится уговорить её здесь остаться? — Получится ещё как, ты же до сих почему-то здесь работаешь, — девушка берёт лицо Виолетты в ладонь, противно ухмыляясь, дабы показать своё превосходство и напомнить шатенке про её беспомощность. Опасность минует, когда Малышенко добирается до своего района с помощью метро и троллейбуса. Девушка сидит на лестнице последнего этажа, всё ещё пытаясь отдышаться. Оттягивая воротник толстовки, шатенка проклинает себя разными ужасными словами, потому что бросила Киру там на произвол судьбы, особенно после того, как сама через всё это прошла. Зная, насколько больно, противно и страшно там бывает. Виолетта не собирается оправдывать себя тем, что ей тоже тяжело, а смотрит правде в глаза: Малышенко подставила ту, которая протянула ей руку помощи. — Прости... — хрипло, полушёпотом. Девушка обхватывает макушку ладонями и смотрит на свои грязные кроссовки, размышляя о том, чем она теперь будет заниматься, будучи абсолютно свободной. Осенняя пора заполняет собою Петербург всё больше и больше: зелёная листва сменяется разноцветными, яркими красками, луж всё больше, а туристов всё меньше. Виолетта уже три месяца разгуливает исключительно по своему району, потому что боится столкнуться с Кирой. Нет, ну, бывшие коллеги тоже пугают своим присутствием близ вокзала, но Медведеву встретить ещё страшнее. Как-никак, шатенка предала её, кинула как последнюю псину, отдав незнакомым людям. Чувство вины разрывает Виолетту изнутри, она много раз думала над тем, чтобы вернуться и помочь Кире сбежать, но каждый раз останавливалась, потому как тело окутывает леденящим холодом, когда шатенка вспоминает обо всём, через что ей пришлось пройти. — Трусиха, какая же ты трусиха, — корит саму себя Малышенко, восседая на крыше заброшенной пожарной станции. — Она ведь на самом деле мне понравилась, — уже тише добавляет девушка. — Ну, может быть, ещё встретимся... В глубине души Виолетта надеется на то, что они с Медведевой пересекутся и нормально поговорят, потому что блондинка, она... она необыкновенная. Хочется повторить тёплые объятия под одеялом, совместную трапезу в столовой и прогулки за ручки. Малышенко верит: если хотя бы раз судьба их сведёт, всё будет по-другому. Кира поймёт и простит. Обязательно. Поймёт — да, простит — нет. — Спасибо за покупку, приходите ещё, — с улыбкой кивает Виолетта, провожая взглядом очередного покупателя. — Фух, хорошо, что я сегодня до десяти, а не до двенадцати, — она пожимает руку коллеге и уходит в раздевалку, надевая синюю зимнюю куртку, пока её телефон без остановки трезвонит. — Алло, да? Снег ударяет прямо в лицо, потому как на улице бушует ужасная метель. Шатенка прикрывает глаза ладонью, идя домой через новостройки, которых раньше здесь не было. — Куда подойти? Я плохо слышу из-за ветра, — кашляет Виолетта, видимо, уже успела заболеть, так легко одеваясь. Кто-то присвистывает со стороны арки, облокачиваясь на стенку. Малышенко оборачивается на звук и сбрасывает вызов, замирая. Девушка оглядывает знакомый пучок блондинистых волос и силуэт, по которому так соскучилась. Кира...— шатенка подбегает к ней и обнимает, рыдая в плечо. Тоска, длиною в полугода, кажется, подошла к концу. — Пойдём домой, — наклоняется к уху Виолетты та, обжигая своим дыханием. — Конечно пойдём! — на радостях громко разговаривает Малышенко, отлипая от Киры. — Солнце, я... Блять, я всё испортила, прости меня, пожалуйста... — Я всё понимаю, обещала же, что вытащу тебя оттуда, — они перешагивают через гололедицу, держась за руки. — Правда вот, не думала, что такой ценой, но зато теперь я знаю, насколько тебе было хуёво. Теперь всё будет хорошо, Виолетт, всё будет хорошо. В сердце у шатенки бушует ураган эмоций, она наконец-то рядом с Кирой, наконец-то может обнимать её и целовать, это взаимно! Медведева тоже безумно скучала, тоже ждала встречи, просто не могла выбраться из этого ужаса, в который её втянула Виолетта. — А что у тебя в бутылке? Чудо? — только сейчас замечает бутылку с розовым напитком в руках у Киры Виолетта. — Ага, молочный коктейль, попробуй, — блондинка протягивает ей сладкую смесь. — Давай, — Малышенко принимает угощение и заходит вместе с девушкой в подъезд своего дома, вытирая ноги о коврик. — Ого, розовый, с клубникой, — и шатенка залпом выпивает всё до капли, морщась и облизываясь. — Интересный вкус, но я бы добавила чуть больше ягод! — Ага, — усмехается и вдруг останавливается Медведева, в её глазах танцуют демоны, а во взгляде присутствует удовлетворение, но от чего? — Кир, ты идёшь? — улыбается Виолетта и подходит к лифтам, нажимая на кнопку. — Всё в порядке? — У меня да, — кивает блондинка. — А вот у тебя скоро будет не очень. Малышенко молчит, лишь вопросительным взглядом взывает на девушку, поджимая губы. — Я подмешала тебе сперму ВИЧ-инфицированного мужчины, — выпаливает та, скалясь. — Удачи, крошка, заебёшься по врачам бегать. — Зачем?.. — делает бровки домиком Виолетта и тянет ладонь ко рту, дабы вызвать рвоту. — Кира, нахуя?! Но блондинка не даёт ей совершить задуманное, хватая за руки и заламывая те за спину. — А чё, думаешь, я забыла, как ты меня подставила? — смеётся ей в лицо Медведева, наклоняясь и плюясь. — Предательство нельзя прощать, кисонька, за предательство нужно наказывать, причём в два раза сильнее, чем оно было. Виолетта жмурится, ей противно и неприятно, а ещё страшно и тревожно. Снова. Но разве шатенка не сама виновата? — Скажи спасибо, что я тебя не выебала и не залила кончу внутрь, — блондинка заталкивает Малышенко в лифт, нажимая на кнопку "закрыть двери". — А хотя, погоди минутку. — Нет! — орёт Виолетта, сопротивляясь. — Кира, умоляю, не надо! — девушка резко поворачивается и кусает Медведеву за пальцы, из-за чего она роняет пластиковый шприц с белой субстанцией на пол. — Пусти, блять! У шатенки почти получается сбежать, если бы не резкий удар головой о стенку, который ей организовывает сама Кира. Садясь на лежащую Виолетту, блондинка спускает с неё штаны вместе с нижним бельём и вводит сперму внутрь, засовывая узкий цилиндр почти до конца. Брыкаться бесполезно, хотя Малышенко изо всех сил пытается, потому что не желает умереть в столь юном возрасте, пускай и вполне заслуженно, ведь сама испортила жизнь другому человеку. — Готово, — шлёпает ту по мягкому месту Кира и небрежно натягивает одежду обратно на Виолетту. — Звони, если что, погуляем. И Медведева уходит, оставляя шатенку наедине с той мерзостью, которую сама же с ней и сотворила. Плачущая и дрожащая, девушка поднимается на ноги и доезжает до своего этажа. Дверь открыть получается не сразу, но Виолетта справляется и с ней, сбрасывая с себя одежду по пути в комнату. Что делать дальше? Что теперь с ней будет? А самое главное — вдруг и вправду заразится? Девушка заныривает в горячую ванну, раздвигая ноги. Один из старых друзей рассказывал, что это способ "искусственного аборта" на тот случай, если в тебя незапланированно кончили. Никогда Виолетта не думала, что ей понадобится эта информация, но сейчас, упиваясь слезами и захлёбываясь в собственных слюнях, выбора просто не остаётся. Два года спустя Лето, июль Молодая девушка прогуливается с коляской в парке и присаживается на скамью, дабы немного отдохнуть. Ветер будоражит её тёмные пряди, а солнце приятно озаряет их своим блеском. Поглядывает в телефон, она явно кого-то дожидается. — Здравствуй, ты Лиза Андрющенко, верно? — к барышне подходит Кира с волнистым блондинистым каре на голове. — Да, — улыбается Лиза, кивая. — А ты Кира, старая знакомая Виолетты? — Ага, так рада, что нашла тебя в интернете, — Медведева садится рядом с брюнеткой, убирая телефон в карман толстовки. — Мы очень давно не общались с Ви, она как-то резко перестала выходить на связь, а тут я узнаю, что у тебя её ребёнок, как так получилось? Андрющенко облизывает нижнюю губу и смотрит на дитё в коляске, вздыхая. Видимо, для неё эта тема не из приятных. — В последние годы её жизни мы мало взаимодействовали, я не знаю, как так вышло, но видимо, какая-то тварь мало того, что заделала ребёнка, так ещё и заразила Виолетту, — рассказывает брюнетка на одном дыхании. — Она никогда не говорила мне, как это случилось, наверное, слишком серьёзная травма, — девушка переводит взгляд на Киру. — Ви много употребляла до этого, организм не справился с болезнью, но она успела родить ребёнка. — Какой кошмар, похоже на сюжет для фильма ужасов, — округляет глаза Медведева и пододвигается ближе к Лизе. — А ты как? Одна воспитываешь? — Ага, — говорит как о чём-то само собой разумеющемся. — Пришлось повозиться с документами об усыновлении, но теперь всё в порядке, — брюнетка пожимает плечами, и вот на лице снова сияет улыбка, когда она смотрит на малыша. — А ты хорошая, не хочешь прогуляться с нами? — С удовольствием, — Кира поднимается, потягиваясь. — Только я сейчас, схожу быстренько до лотка с мороженым, водички куплю, последи за коляской, пожалуйста, — Андрющенко достаёт из сумки кошелёк и убегает, оставляя блондинку наедине с ребёнком. — Ну что, вот мы и встретились, — Медведева наклоняется к спящему мальчику, по совместительству сыну своей несостоявшейся любви. — А я ведь на самом деле в твоей мамке души не чаяла, любила её, или всё ещё люблю, — вздыхает блондинка, как будто сожалеет о чём-то. — Теперь буду тебя воспитывать, как же ты на неё похож. Кира берёт кроху на руки и улыбается, чувствуя тепло от маленького комочка счастья, в котором есть частичка её Виолетты.