Несдержанное слово

      Парень проснулся от крика отца: — РОМА, БЛЯТЬ. ОПЯТЬ ТВОЙ ДРУЖОК НАЗВАНИВАЕТ??? Пятифанов закатил глаза. Его отец начал довольно часто пить и срываться на сына. Учителя часто спрашивают про синяки на лице, а он отмахивался, мол пустяки, просто упал или обо что-то ударился. Лишь три человека, которым он доверял как себе, знали правду. Почему же он не сказал, что он подвергается домашнему насилию со стороны отца? Чего-то боялся? Или просто прикрывая своего отца?       Максимально быстро спустившись, он снял трубку, и уже хотел на кричать на Бяшу, но услышав женский голос, всё же сдержался.       Полина. Первая скрипка в этом Богом забытом посёлке, самая добрая, умная и красивая девочка в школе. Разве что Катьке Смирновой уступает, но она не в счёт, ведь за счёт сплетен все её хорошие качества меркнут.       — Полинка, привет. Че-то срочное? Девочка на том конце провода лишь вздохнула. Сколько раз они с Пятифановым говорили насчёт жаргона, привычки Ромы имеют место быть. Сколько бы девочка не пыталась, так и не смогла исправить речь хулигана, но до сих пор пыталась. — Пятифанов, ну сколько можно тебе повторять - пожалуйста, не используй в разговоре со мной слова, вроде "че-то", "тип топ", "пучком" и другие подобные слова и маты — у девочки явно был какой-то важный вопрос, или просьба. Ромка лишь вздохнул. Он значит проводил её до дома, а она... Ну ничего, вот он исправиться, и наверно они будут вместе. Прокашлявшись, он, стараясь исключить слова-паразиты, спросил: — Полинка, давай не томи, говори ре... Быстрее, что случилось, а то б... Отец придёт и настучит мне по шее. — Хорошо, я поняла. Ром, у меня к тебе будет небольшая просьба - пообещай, что ты не будешь вредить Антону, если увидеть нас вместе.       Тут у хулигана потемнело в глазах. Значит, пока Рома честно добивается Полины, его лучший друг охмурил её? Интересно, каким же образом? Тем, что дважды дал отпор Сёме? То что он весь из себя добрый? Или может... — Ну так что, Рома? — Морозова судя по голосу была сильно взволнована. Роме хотелось взвыть, ведь все его старания напрасны, а Антон тогда помог ему из жалости. До боли сжав кулаки, Пятифанов сдавленно произнёс: — Хорошо, обещаю. Но это только ради тебя, Полинка. — Спасибо тебе, Ромочка. Спасибо тебе большое. Прости, что помешала. Доброй ночи.       Парень стоял и с минуту слушал гудки. Неужели всё, что он услышал, не сон. Ущепнув себя он понял, что это реально. Ромочка. Когда девочка его так назвала, ему хотелось ударить в стену, криком назвать подругу "двуличной сучкой", обматерить или убить Антона. Всё что угодно, лишь бы не чувствовать...       Убить Антона... Рома ещё несколько раз покатал эту фразу на языке, словно дегустатор пьёт дорогое вино, пытаясь лучше понять его вкус. И эта идея настолько пришлась ему по душе, что он в приподнятом настроении, забыв об обещание подруге лёг спать, продумывая то, как убить друга, и при этом не попасться Тихонову.