Я всегда буду рядом

      На острове Рито стояло тихое весеннее утро. Солнечные лучи стекали по крышам золотистыми реками. Лёгкий ветер играл с листьями и путался в волосах, приятно освежая. Торговцы зазывали купить их товары. Скарамучча поправил шляпу и продолжил шагать вперёд. Он вернулся в Инадзуму для налаживания связей с местными жителями. Нахида обосновала отправление Странника тем, что он самое доверенное её лицо. Споры с Архонтом — дело бессмысленное. Парню только и оставалось согласиться.       Когда он был в Инадзуме несколько сотен лет назад, ему так и не удалось рассмотреть её красоты. Он почти не бывал на улице когда был куклой Эи. А будучи предвестником его совершенно это не интересовало.       Оглядываясь назад, он с особым теплом вспоминал жизнь на Татарсуне и людей что он там встретил. Уже в свой нынешний визит в родные края он встретил интересного парня.       Каэдэхара Кадзуха. Беловолосый парень, с красной прядью выбивающийся из хвоста и очаровательной улыбкой. Тихий поэт, который сразу нашёл со Скарамуччей общий язык. Встречи с этим парнем приносили радость и чувство безопасности. Даже в столь неприятном месте как это островное государство. — Здравствуйте. Вот все нужные документы. — тёмноволосый протягивает стопку бумаги высокому мужчине лицо которого даже не пытается разглядеть. — О! Вы из Сумеру! От самого Дендро Архонта! Какая честь! А эм. Могу ли я вам что-нибудь предложить? Пройдите в дом! — От мельтешений этого мужчины заболела голова. И к чему всё это? Личная выгода. Из шкуры вон лезут и готовы стелиться перед человеком высшего статуса чем они. Мерзость. — Откажусь. У меня много дел. — Сухо бросил парень и развернулся чтобы уйти. — О! Конечно, конечно! Конечно такой человек как вы будет очень занят! Заглядывайте как будет время! Обязательно.       Конечно Скарамучча предпочтёт компанию какого-то жополиза, а не друга. Парню было чуждо называть кого-то другом, но Кадзуха… Он… Он отличался от других. Он другой.       Свернув за угол Странник оказался перед гостиницей в которой остановился. Открыл дверь, направился к лестнице. У него здесь ещё много дел. Больше чем хотелось бы. На середине лестницы его окликнула молодая девушка — работница отеля. — Молодой человек! Вам письмо! — От кого? — закатив глаза спросил Скарамучча. Скорее всего это опять что-то абсолютно бессмысленное и просто тратящее его время. — Парень со светлыми волосами. Похоже самурай… — задумчиво протянула она, но после не большой паузы добавила — Я не уверена.       Скарамучча почти слетел с лестницы и забрал письмо быстро поблагодарив. Да-да, поблагодарив, на таком настаивала Нахида. «Будь вежлевее».       Поднявшись в комнату перень огляделся. Стол перед окном и вся территория возле были завалины кипами бумаг. Кровать наспех заправленна. На диване парочка свитков и книг. Комната озарялась ярким солнцем. Пройдя в глубь помещения парень опустился на край кровати и распечатал письмо. Там, красиво завиваясь, красовались ровные строки предложений. Дорогой Странник. Весенняя погода просто чудесна. Не находишь? Солнце приятно греет, мелодично щебечут птицы, тёплая вода ласкает берег. Деревья так красиво цветут. Ты ведь заметил, да? Мы с тобой уже несколько дней не видились. Это прискорбно. Я знаю, ты очень занят, но может у тебя найдется время встретиться? Я буду ждать тебя на нашем месте. Приходи если сможешь. С уважением , Кадзуха.

***

      Скарамучча примчался к небольшой хижине на Татарсуне так быстро как только смог. Именно её двое парней облюбовали и назвали «своим местом». Всё дома на этом острове уже давным давно были не жилыми. И встретить здесь человека было небывалой редкостью. Парень аккуратно постучал в дверь и заглянул внутрь. — Кадзуха? Кадзуха, ты тут? — Привет. — Беловолосый поднялся с самодельной лежанки и подошёл к другу. — Я хотел с тобой поговорить. — М? — Странник вопросительно взглянул на поэта. - Что-то случилось? У тебя какие то проблемы? Я могу помочь? — Нет, нет! — Самурай мотнул головой. — Я просто кое что обдумал. И теперь хочу сказать тебе.       Скарамучча внимательно смотрел на парня напротив. Обычно они говорили ни о чём. Брюнет жаловался на свою тяжёлую миссию и отвратительный климат. А Каэдэхара слушал. Слушал и подбадривал как мог. Иногда Кадзуха читал стихи или играл на чём нибудь. Скару всегда восхищала эта творческая сторона блондина. Поэт сам был как произведение искусства. Как будто вырезан из камня самым искусным мастером.       И вот, они, стоят друг напротив друга. И Скарамучча ждёт. Что же скажет Кадзуха? «Я желею что связался с тобой»? «Ты мне противен»? «Ты ужасен»? Или может что-то вроде… — Я люблю тебя, Странник.       Весь мир замирает. Скарамучча удивлённо смотрит. — Что?..       Кадзуха шагает ближе и заглядывает в лицо. — Я. Люблю. Тебя. — повторяет медленно, смотрит прямо в душу.       Скарамучча медленно протягивает руку и хватается за рукав чужёго кимоно. — Ты серьезно? Я… Я никогда бы не подумал… Блять! Это взаимно! Я люблю тебя наверное с первой встречи! Я даже не смел надеяться —       Кадзуха прирывает парня аккуратным поцелуем. Рука невесомо проводит по волосам. Блондин немного отстраняется и заглядывает в сиреневые глаза. Скарамучча сам тянется за поцелуем и совершенно нелепо тыкается в чужие губы. Кадзуха улыбается в поцелуй берёт инициативу на себя. Губы брюнета мягкие и податливые. Они охотно раскрываются когда по ним проходится язык. — Что мне позволено? — спрашивает Каэдэхара разорвав поцелуй. Скарамучча даже не уверен когда поцелуй прекратился. Это слишком хорошо. Брюнет улыбается. — Тебе можно всё. Я тебе доверяю. — парень говорит уверенно. По взгляду видно, что он говорит честно.       Кадзуха тянет Странника за собой и валит на лежанку. Скарамучча скорее всего хотел съязвить но Каэдэхара заткнул его поцелуем. У тёмноволосого не осталось никаких слов. Самурай целовал слишком приятно. Его язык сплетался с языком нижнего парня. Он отстранялся и кусал губы, после чего зализывал укусы и снова толкался языком в рот. Скарамучча тихо застонал в поцелуй. Это слишком хорошо. Каэдэхара поцеловал низ челюсти, скользнул грубами ниже к шее. Сначала он только нежно целовал её, а затем прикусил. Странник простонал громче, чем до этого и зажал рот себе рукой, смущённо отвернувшись. Кадзуха потянул его руку к себе. — Я хочу тебя слышать. — Одна фраза выбила весь воздух из лёгких Скарамуччи. Он вцепился рукой в плечо поэта. Что вызвало улыбку у второго. Кадзуха продолжил целовать шею. Его руки скользили по бокам Скарамуччи. Тот же выгибался на встречу прикосновениям и пытался прижаться сильнее. — Я так давно об этом мечтал… — Выдыхает брюнет. В ответ на это Беловолосый на секунду замирает. Его руки скользят к поясу кимоно. — Можно? — В ответ кивок.       Ловкие пальцы легко справляется с одеждой, оголяя светлую кожу. Кадзуха хочет продолжить, но Странник его тормозит. — Ты тоже. Сними. — Тонкие пальцы скользят под одежду нетерпеливо её снимая.       Руки гладят грудь самурая, обводят каждый шрам. Кожа у Кадзухи светлая, но вся в боевых отметинах. Каэдэхара позволяет исследовать своё тело, поглаживая согнутую ногу Скарамуччи и проникая пальцами под край шорт. — Ты красивый. — говорит Скарамучча замирая руками на плечах. Кадзуха целует его в уголок губ. — Ты — самое прекрасное что я видел в своей жизни, а видел я много. — Брюнет краснеет и на секунду отворачивается.       Каэдэхара в это время наклоняется к груди и покрывает её поцелуями. Скарамучча протяжно стонет когда самурай обхватывает его сосок губами. Одна рука скользит ко второму и зажимает его между пальцами получая очередной стон. — Не думал что у тебя такая чувствительная грудь.       Дыхание касается мокрого соска и Скарамучча снова стонет. — Блять, сделай уже что нибудь! Я больше не могу! — Странник толкается бёдрами вверх так что его вставший член проезжается по бедру Кадзухи.       Беловолосый слушается просьбы и скользит между ног партнёра. Он целует низ живота Скарамуччи и тянет шорты вниз, освобождая возбуждённую плоть. Взгляд Каэдэхары скользит вверх, к глазам брюнета. Он заливается краской, но взгляд не отводит. Его глаза так и говорят «Продолжай! Не останавливайся!» И Кадзуха слушается. Аккуратно целует головку слыша сверху вздох удивления. Затем проводит языком, пробуя на вкус и слышыт не сдержанный стон. Проводит рукой верх вниз немного не сдержанно и берёт в рот почти на половину. Скарамучча путается пальцами в белых прядях и стонет, громко, открыто. Так хочется толкнуться в податливый рот, получить больше. Но он терпит. Он не хочет причинять боль Кадзухе. Тем временем беловолосый опустился ещё ниже, заскользил языком по члену и втянул щёки. Он поднял голову и снова опустился взяв ещё глубже. Повторил это действие несколько раз и замер. — Ты выглядишь ахуенно с моим членом во рту. — произнёс Скарамучча чуть хриплым от стонов голосом и погладил поэта по щеке, за которой чувствовался твёрдый стояк.       После секундного замешательства Каэдэхара возвращается к своему делу, сжимая мягкие бёдра Скарамуччи. Спустя всего несколько таких движений брюнет тянет за волосы второго. — Стой! Я щас… Я!..       Кадзуха не отстраняется а насаживается до конца, упиравсь носом в лобок и чувствует как Странника бьёт дрожь и он протяжно стонет. Самурай сглатывает всё и отстраняется. Брюнет под ним тяжело дышит. Его взгляд затуманен и направлен в никуда. Кадзуха заваливается рядом со Скарамуччей. Поэт расслабленно обнимает второго парня. Тот немного прийдя в себя скользит рукой к паху беловолосого. Рука ловко залазит под одежду и обхватывает член. Достаточно всего пару движений чтобы Кадзуха кончил в чужую руку простонав. — Страник, я люблю тебя. Я хочу быть с тобой. Я хочу дарить тебе радость. Хочу помогать тебе избавиться от печали. Хочу отдать тебе всё что у меня есть.       Скарамучча не находит слов и просто прижимается к Кадзухе. — Чёрт, я… Ты слишком хороший человек. Я готов пойти на всё, что бы ты был счастлив. Я хочу защитить тебя. Хочу бросить весь мир к твоим ногам! — Скажи… Ты согласен быть со мной? Я сделаю всё что смогу для тебя! — Я люблю тебя. С тобой хоть в бездну.       Кадзуха притягивает Скарамуччу к себе за талию и целует. Без прежнего напора, лениво и нежно. — Кстати. Ты никогда не называл своего имени. — Называй меня как хочешь. У меня нет имени. Если ты мне его дашь это будет великая честь для меня. — Ты уверен? — Получив утвердительный кивок Кадзуха на пару минут задумывается. — Кэзуки. — Что? — переспрашивает задремавший Странник — Кэзуки — исток нового сияния. Мне кажется тебе подходит. — Скарамучча смеётся. — Хорошо. Мне нравится.       Кадзуха обнимает брюнета и вскоре они засыпают. Им предстоит ещё много дней в месте. Они узнают много чего друг о друге. Пройдут множество трудностей и преград. Но главное — они есть друг у друга. А остальное не имеет значения.