Лирика

Поздняя ночь. Неон вернулся домой. Один. Хлопнула входная дверь, он не стал закрывать на замок, зная, что будут гости. На полу все еще оставалась запекшаяся кровь его товарища. Всюду бардак, напоминающий об инциденте. Почти неслышно он прошел в свою комнату. Уселся на кровать. Та неприятно заскрипела. В ящике нашлась ручка и тетрадь, из которой он вырвал листок. Даже думать над словами не пришлось. Все мысли вылились на лист сами. Закончив, Неон аккуратно положил письмо на прикроватную тумбочку. Поднялся. Вставать было так тяжело, будто на колени положили камни. В руках был провод. Он уже не помнил от чего. Парень потянул его в разные стороны резким движением, проверяя на прочность. Немного времени ушло на сооружение небольшого крючка на потолке, на который он подвесил свою петлю. "Неправильно ты сделал, Змей. Хочешь уйти, сделай это быстро. " Взгляд метнулся вниз, на ноги, которые стояли на табурете. Неон ничего не чувствовал. Мефедрон затемнял абсолютно все. — Ну и чмо же я. Прости меня, Змей. — С губ сорвался слабый смешок. Ладони сомкнулись на проводе, потянули на себя. Голова оказалась в петле. Ноги оторвались от стула, правой он со всей силы ударил по табурету, чтобы он упал. Все. Лишь пылинки плыли по свету, бросаемому фонарями в окно. Тело Неона, не проявляя ни единого сигнала жизни, висело под потолком. Змей пришел в себя уже через пару дней, а еще через два, вышел из больницы. Ему грозили психиатрической лечебницей, но тот испуганно мотал головой, говорил, что такого больше не повториться. Объяснял свой поступок тем, что не знал, что нашло на него. Ну это для врачей. Они невольно согласились, при условии, если тот будет посещать психиатра. Если не придет, ему будут звонить. И если так не явится - приедет бригада. Змей вышел. Исхудавший, помятый, бледный, как мел. Завидел Лиз. Та бросилась к нему, чуть не сбивая с ног, обняла парня. Её руки тряслись, он слышал, как она плачет. Не было сил на какие-то слова. Ни у того, ни у другой. Лишь спустя какое-то время, Змей опустил голову на её плечо и прошептал. — Прости...— Руки девушки сильнее сжали ткань его худи. Он почувствовал, как её ногти впились ему в спину. — Чуть не попрощался с жизнью и просит у меня прощенья...— Хмыкнула та, поднимая голову. Ладони аккуратно легли на щеки Змея. Он посмотрел на неё. — Пойдем...— Прошел год. Змей смог излечиться и вернуться к жизни. Было тяжело. По первой степени. Но самая тяжелая ломка была той ночью, когда он изрезал себя. Потом было легче. К учебе вернулся. Несмотря на состояние здоровья, быстро влился. Некоторые предметы приходилось заучивать до поздней ночи. Ритас и Лиз не бросали даже так. Во многом выручали. Он был им безумно благодарен. Все дальше отходил от той жизни. Возвращаясь в строй. В ту ночь и осознал ценность собственной жизни. Позже пришло осознание, что он не одинок. Ему было достаточно двух близких ему людей. Летом они вместе выезжали к озеру. Ему хватало видеть их, их улыбки. То что он сейчас рядом с теми, кто ему дорог. Лишь смерть Неона стала новым ударом. Он получил это письмо. Правда из вторых рук. Ему не удалось попасть первым к своему другу домой. Это сделала полиция, когда соседи пожаловались на запах из его квартиры. Он долго не решался прочесть. Вновь показалось, что он может опять взяться за старое. Его походы к психиатру участились. Ритас и Лиз стали уделять ему ещё больше внимания. Змей и правда был словно ребенок. Ещё несколько месяцев ушло на реабилитацию. И вскоре Змей все-таки взялся за письмо. Он немного выпил перед этим. Чтобы было проще. В комнате он был один. Он раскрыл листок, сложенный пополам два раза. "Ну что, привет, Змей. Я знаю, что ты будешь читать это. Как ты, друг? Чем увлекаешься? Бросил? Как Лиз? Я даже не знаю, когда это письмо дойдет до тебя, но дойдет. Обязательно. Я не долго думал, чтобы сделать это. Сразу после тебя. Когда увидел. Я понял, что со мной ты идешь не по той дороге. Я бы увидел, что ты мой человек. Тогда, может, сторчались вместе. Ха-ха...Но ты не такой. Тебе это не надо. У каждого из нас свой путь. Я не нашел лучшего для себя. Тебя всегда ждут и любят. У меня же был только ты. Я знал, что тебя нужно отпустить. Видел бы ты, как горели глаза Лиз, когда она отчитывала меня. Тогда стало понятно, как сильно она любит тебя. Можешь думать, что я идиот, раз сделал это. Потому что так и есть. Но я хотел, чтобы тебя ничто не останавливало перед восстановлением. Я бы хотел, чтобы ты забыл меня как страшный сон. Просто приди ко мне один раз и забудь. Знай, что ты очень крутой, и у тебя все получится. Я в тебя верю. Ну, я не очень красноречив и думаю, это все. Отдыхай побольше, кайфуй от жизни, а не от мефа. Люблю тебя. Неон" Тяжелый вздох. Змей откладывает письмо в сторону. — Да, ты действительно идиот.— Ему хватает пяти секунд, чтобы сорваться на крик. Боль сдавливает сердце. Он чуть ли не ломает себе пальцы, от того, что сильно сжимает руки. Голова идет кругом. Он ничего не понимает, как будто вновь оказался под веществами. Пройдет ещё год, прежде чем Змей наконец сможет оказаться у могилы Неона. Это была теплая осень. Листья шуршали под ногами. Парень остановился у небольшого гравированного камня. На котором было лишь имя его друга и даты. Он посмотрел сверху вниз на этот камень и присел напротив. — Ну привет...— Сказал он. — У меня все хорошо. Я вылечился. Уже два года чист. — Он слегка поднял рукава, обнажая руки по локоть. — Тут тоже все зажило, но шрамы остануться, как и на лице. — Змей недолго помолчал, собираясь с мыслями. — Лиз тоже хотела придти, но я сказал, что хочу поговрить с тобой на едине. Почему ты тоже не захотел вылечиться? Я не верю, что у тебя не было другого выхода. — Рука легла на гладкий гранит, нежно проводя по нему, словно гладя. — Я тоже люблю тебя. Глупо было писать про то, чтобы я забыл тебя. Это не получится. — Он улыбнулся. — Я принес тебе сигарету. Не меф, ни в коем случае. — Он слабо посмеялся, поджигая её. Затем достал вторую, для себя. — Ты не одинок. Ты тоже не одинок. У тебя есть я. Всегда. — Змей выпустил облачко дыма изо рта, поднимая голову. С дерева на дерево, крича на своем языке, пролетел ворон. Змей молчал. Они часто могли сидеть вместе просто молча. Могли разговаривать без остановки. Как только сигарета дотлела, Змей поднялся, стряхивая листья и хвою, приставшую к штанам. — Ну...Бывай. Ты не думай, что я еще не приду. Обязательно вернусь, дурак. Ты все ещё мой друг. — Парень поднял руку в знак прощания, медленно развернулся и пошел прочь. Ворон, который летал над его головой, сел на ограждение, громко каркнув. Весенний вечер был необыкновенно тихим. Лишь шепот ветра изредка разрывал эту тишину.