Больше нет дороги назад

На краю обрывающейся в самую бездну земли, так маняще переливавшейся странным сиянием, сидел парень. Человек со стороны не увидит в нем ничего особенного. Ну сидит себе парень, ну обнял колени руками, что тут необычного? Часть его отрешенного от мира лица скрыта темными очками. Однако там, за темными очками – целая буря, торнадо эмоций. Перед глазами застыли не глухие стекла очков, но мрачные кадры. Кадры эти доставляют ему невыносимою боль. На первом кадре он видит ухмылку врага, на втором – ловит девушку, которую тот столкнул с крыши. На третьем кадре он, уже обернувшись, видит как с пожилой дамы срывают маскировку, открывая ее истинный облик. Следующие кадры сливаются воедино. Словно в замедленной съемке он видит, как на окружающих даму созданиях быстро сменяют друг друга эмоции: удивление, страх, паника и ярость. Как ярость берет верх над некоторыми из присутствующих и те кидаются на даму. И как они разрывают на жертве одежду, а затем и саму жертву... На этом моменте парень вздрагивает, а глаза наполняются слезами. На финальном стоп-кадре он видит только ее растерзанное тело. Неожиданно он чувствует, как его поглаживают по голове чьи-то ласковые руки. Они взъерошивают волосы и обнимают парня, прижимают к себе. За пеленой слез тот не может разглядеть утешителя, да и темнота стёкол не помогает. Но темнота исчезает – видимо, неизвестный снимает с парня очки, и тот видит светлое сияющие пятно. Пятно спрашивает: – Лучик, ты чего? Что случилось, лучик? Тебя кто-то обидел? Названный лучиком, услышав столь нежные, давно забытые слова, снова ударяется в слезы, больше не сдерживаясь. Не ждавший такой реакции утешитель на мгновение теряется. Но тут же, поглаживая свой «лучик», продолжает: – Тише, тише... Ну, чего ты... Как же случилось, что мой лучик угас?- - Они... Они... Они убили ее! Они просто растерзали ее! Набросились все разом как дикие звери! - шипит сквозь слезы парень, или же больше мальчик. - Я просто не успел... Не успел среагировать! Они растерзали ее меньше чем за минуту! Я... Я ведь не думал... Не думал... - Тихонько заскулив, он свернулся комочком на руках у светлого. – Почему... Почему они такие злые?! Дядя, почему они даже на миг не задумались?!- – Она ведь причинила много боли. Им и их родным. Ты же говоришь о Фарагонде верно? Мы не можем оценить ту боль, что они пережили по ее вине...- – Если я не видел той войны это не значит, что я не знаю, кто она и что сделала, – кричит, отстраняясь Ло. И уже тише добавляет. – Я понимаю, что они чувствуют...- Бог света не перебивает «малыша», лишь подсаживается ближе, обнимая. – Все из-за меня... Из-за меня погибли они все... Эмрис, Бастиан, Джон, Вольдемар, Лоренс, Войд... Из-за меня все страдают! Тори стерли из-за меня! Радана и Кейт чуть не убили из-за меня!- – Нет! Не говори так, Ло! ТЫ всех спас, ТЫ всем помагаешь и ТЫ жертвуешь всем ради незнакомцев! Кто кроме тебя способен на подобное? Ты же не знал, что она умрет. В любом случае кто-то бы умер. И неизвестно, что было бы хуже! – Арнир продолжает попытки успокоить младшего подопечного, но похоже тщетно. – За все беды мира ответственен я! – шатен вскакивает, отталкивая Бога от себя.Тот хочет броситься к Ло, однако словно из бездны взявшийся Санфиш удерживает его. – Не мешай. Птенчику давно пора стать жестче. К тому же уход Мирца ему пережить гораздо труднее. Пусть выместит гнев, может даже миссию так быстрее выполнит. Лошка же дрожа и обливаясь слезами опускается на колени. Я лишь хотел защитить Возможность днем каждым жить Почему все его благие намерения оборачиваются против тех, кем он дорожит? «Я ведь просто хотел помочь... Я всегда просто хотел помочь... Так в чем же я не прав?» Фарагонда только приняла их точку зрения. Она ведь простила его! За что ее?! За что?! Но это все у меня забрал ты И тогда я понял Что ни-че-го не оставил ты мне! И мне осталось лишь одно — желание убить тебя! С другой стороны, раз у Эбардо такое обостренное чувство справедливости, отчего бы и ему не заиметь? Он ведь сам говорил — они похожи. Если его доброта – это слабость, то почему бы не отказаться от нее? Его лицо искажается: он сжимает зубы, тяжело дышит, раздувая ноздри и покачиваясь, а глаза направлены в пустоту. Используя ту силу, Что проклятьем стала для нас... Его силы пустотной магии и боя, что причиняют другим вред, которые он скрывал, сдерживал, стараясь не навредить близким, теперь могут послужить во благо! Он сильнее Эбардо, пусть тот об этом не догадывается... Когда на эту землю мир придет, И солнце вновь в небо взойдет, Прощайте все! Он спасет всех, уничтожив преступника мультивселенной. Пусть даже они, вероятно, никогда больше не увидят его самого. И он, вероятно, не увидит их. Но главное... Наверное в этом смысл слова «Герой»? Да. Как он и думал. Он выполнит свою миссию и станет героем. Пожертвовать всем ради других — не это ли значит стать героем ? Не это ли то, что хотел от него наставник? Но больше нет дороги назад! Все вдруг отошло на второй план. Осталось лишь одно — оно, всепоглощающие чувство жажды мести. Гнев мурашками прокатывается по его телу, придавая сил. Он встает. Неважно кто из нас двоих умрет. Неважно кто из нас двоих падет. Даже если этих сил для победы не хватит, в тот миг он уже все равно не сможет чувствовать. Пусть даже я умру! Пусть уничтожу я страну! Я отомщу! Обернувшись, оставшиеся члены Лиги Святых видят как юноша, так ласково прозванный ими лучиком за свою непоколебимую веру в лучшее, сейчас источает абсолютно черную ауру. Губы растянулись в нехорошей усмешке, глаза сияют голубым пламенем. Он уверено идёт к обрыву, взмахом руки рвёт ткань мироздания отделяющую его от цели, создавая этим дыру-портал в другой мир. В которой и исчезает.