Повернись ко мне спиной

"Ты ничего не видишь, хотя и думаешь, что твои глаза открыты."

      Денис знал, где находится этот дом, и будто бы на крыльях ветра летел к нему, чувствуя что-то нехорошее. Он забыл про все оставшиеся пары, про прогулы, которых итак было много из-за периода нахождения в больнице. Все это было для него такой мелочью по сравнению с тем, о чем он по-настоящему думал и что он подозревал.       А подозревал он то, что Вера находится в заложниках, в отношениях тирании, из которых она не просто не может выбраться, а в которых даже элементарно не может позвать на помощь. Это подкреплялось тем, что и Михаила, и Веры не было весь день ни в больнице, ни в университете, тем, что Вера не разглашала никакие проблемы в личной жизни, так как боялась, что ее за это, скорее всего, накажут, возможно, сильно, возможно, даже убьют, а также подкреплялось тем рассказом Александра, в котором было упомянуто, что девушка во время обиды, злости, печали и остального букета отрицательных эмоций только лишь неподвижно стояла, не издавая ни звука, а при попытке указать на свою неудовлетворенность в виде легкого удара по своему парню получала ответ, в разы по тяжести недовольства больше, чем она сама проявила.       Также Денис подозревал, что тот человек, что следил за вышедшей из дома парой, был никто иной, как Андрей, ведь он всегда обещал защищать Веру и оберегать, с кем бы она ни находилась, где бы она ни была, готов был следовать за ней всюду.       Денис несся так быстро, что уже через пятнадцать минут был на месте, прямо перед этим домом. Дом был чрезвычайно высок и выделялся среди невысоких зданий в округе, а двери его были открыты, так как на улице было жарко, а консьерж решил одарить коридоры многоэтажки сквозняком.       Запыхавшийся, волнующийся, без питьевой воды с собой Денис метнулся в распахнутые подъездные двери, уверенно зашел в лифт, не вызвав у доброй бабушки-консьержа подозрений, и направился на самый последний, двадцать третий, этаж.       С трудом открывшиеся сломанные двери лифта выпустили парня в общий коридор. Денис начал поиск хотя бы каких-нибудь улик. Рассмотрев каждый угол, каждый выступ в коридоре, парень не нашел ничего примечательного, ничего того, что могло так или иначе зацепить его глаза. Однако его поиски не прошли безрезультатно. Подобравшись к одной из дверей квартир, он обнаружил клок темно-русых волос, точно таких же, какие были у Веры. Денис был крайне заинтересован происходящим и в то же время был крайне сильно обескуражен, очень сильно хотел позвонить в дверной звонок, но дрожавшие руки, потерянный дух, боязнь наткнуться на что-то серьезное, что может повлечь проблемы, отговорили его от такого действия, заставили отойти от двери подальше. И, видимо, не зря.       Практически сразу же, как только Денис отошел, на двадцать третий этаж прибыл лифт и снова распахнул свои сломанные двери. Душа парня ушла в пятки, он ожидал всего чего угодно, вероятно, в панике готов был даже прыгнуть с двадцать третьего этажа вниз, лишь бы не наткнуться на неприятности.       Но каким же было удивление Дениса, когда вместо Веры и Михаила по коридору прямиком к этой квартире подошли неизвестный парень, что был очень похож на бывшего зэка, и... Кристина! Ее волосы, изначально светло-русые, перекрашенные в темно-русый, были так сильно потрепаны, ее внешний вид был таким мрачным и травмированным, ее взгляд был таким понурым, что, казалось, она сутками напролет страдала и будет продолжать страдать еще сильнее. Кристина не заметила Дениса, так как печальные глаза ее были направлены в пол.       Денис был настолько в шоке, что не мог ни двинуться, ни издать какой-либо звук. Пара молниеносно зашла в квартиру, а Денис как стоял, так и продолжал стоять, не веря своим глазам. Что-то заболело у человека внутри, что-то снова взорвалось, что-то начало грызть душу, прогрызать ее так отчетливо и точно, что сам процесс задевал самые тонкие и больные струны сознания и тела, поглощая в мысленную ловушку все сильнее и сильнее.       Простояв на месте еще пятнадцать минут, Денис проснулся от мысленной ловушки и, с трудом ориентируясь в пространстве, направился в университет. Посмотрев на свои наручные часы, он убедился в том, что его отсутствие не было долгим и что он вернется как раз к началу следующей пары.       Не успев дойти до университета, он заметил, как в него, держась вместе за руки, нежно и так кокетливо улыбаясь, также шли Михаил и Вера. Завидев их, Денис готов был залиться слезами счастья. На всю улицу он добро и так солнечно, как никогда, прокричал: "Миша! Вера!", а потом со всех ног побежал к ним. Пара едва успела обратить внимание и повернуться к окликающему, как попала в объятия Дениса и услышала лишь одну фразу: "Боже, я так рад вас видеть", сопровождавшуюся его слезами.       Никто ничего не понял, но все были счастливы вместе. Троица медленно, но, напоминая семью, одарила друг друга объятиями, а затем направилась в университет, озаряя вокруг людей своим солнечным светом.