Запах забытых Троп

      — Мы почти пришли.              Вуд не могла не заметить небольшое количество прохожих на улицах. Мама рассказывала, что в этом городе живут и работают в основном фермеры. Утром уезжают и поздно вечером возвращаются. Домики, не отличающиеся богатством, скромно ютились вдоль дороги. Девушке нравилось спокойствие и умиротворение, витающее в Тромонте. Здесь не было спешки, как это было в Ричмонде. Не было равнодушия и негостеприимности. Все друг друга знали и пытались помочь. По крайней мере, именно такое впечатление у неё сложилось.              — И давно вы все дружите? — спросила Вуд.              Комфортное молчание испарилось.              — С детства я дружу только с Арином и Линном. Можно сказать, что мы друг другу как семья, — на губах расцвела улыбка, — Аниса и Кэтрин присоединились к нашей компании несколько лет назад. Тогда мы учились в средней школе, и так получилось, что у нас было много совместных уроков, — Дженнифер всё больше погружалась в воспоминания, — Знаешь, в то время было как-то иначе. Почти никогда не ссорились, чаще проводили время вместе. Всё усложнилось и не осталось той дружественной атмосферы.              Девушка повернулась к Вуд, грустно улыбнувшись.              — Но, несмотря на всё это, я рада, что жизнь повернулась именно так. Очень часто мы не ценим, что имеем. Но когда то, что мы любим, начинает балансировать над пропастью, именно это открывает глаза. Однажды Арин сказал мне, что он так много читает не для того, чтобы много знать и не для того, чтобы стать круче. Причина в переосмыслении своих знаний. В этом весь секрет, — встрепенувшись от размышлений, Дженнифер повернулась к Вуд и, замахав руками, выпалила, — Ой, прости-прости! Я слишком много болтаю.              В ответ подруга мягко улыбнулась.              — Не переживай на этот счёт. Я с удовольствием тебя слушаю. Мне интересно.              Дженнифер смутилась, решив перевести тему.              — Как думаешь, мы найдём что-нибудь полезное? Если честно, я не уверена, что мы не потратим время зря.              — Не знаю. Но главное, что мы не сидим, сложа руки, а пытаемся сделать хоть что-то.              Она не была уверена в своих словах. Действительно ли это так ценно или же результат важнее процесса? Почему они вообще уверены, что от них, подростков, хоть что-то зависит? Может, стоило оставить всё как есть и довериться взрослым?              Девушка взглянула на Дженни. В её выражении лица можно было рассмотреть глубинную боль. Она страдала лишь от мыслей о том, что могло происходить в данную минуту с близким ей человеком.              Нет. То, что они делают, правильно. Надежда умирает последней, и нужно сделать всё возможное, чтобы успеть спасти друга, прежде чем это произойдет.              Девушки остановились около небольшой неприметной постройки. Пожухлые виноградные лозы скрыли табличку, по которой можно было понять, что это библиотека, а не заброшенная постройка. Перед зданием были посажены невысокие клёны, закрывающие своими ветками окна.              Дженнифер поднялась по каменным ступенькам и с применением силы отворила деревянную дверь.              Взору представились книжные стеллажи, заполняющие собой всё пространство. Книг практически не было видно. Их было мало. В помещении играла ненавязчивая мелодия, заглушающая шаги. Потолок украшала хрустальная люстра, что слегка звенела и покачивалась.              Девушки подошли к столу, за которым сидела пожилая женщина, читающая книгу.              — Добрый день, мисс Дэвис, — Дженнифер ослепительно улыбнулась.              Женщина подняла на неё глаза, и узнав в ней свою знакомую, ответила улыбкой и встала, отложив чтение.              — Здравствуй, Дженни, давно ты не заходила. Как мама? Недавно с ней встретилась в магазине. Она рассказала, что ты хочешь поступать в столицу, — Вуд с любопытством взглянула на девушку.              — Я еще ничего точно не решила. Пока что это только мечты, — девушка желала, как можно скорее перевести тему, — Мы с моей подругой, — она кивнула в сторону Вуд, — Захотели как можно больше узнать про всяких мифических существ. Не подскажете, у вас ещё остались книги на похожие темы?              Мисс Дэвис задумчиво потёрла подбородок, доставая из маленького ящичка в столе небольшой блокнот. Пролистнув с десяток исписанных страниц, она пальцем ткнула в нужную запись.              — Вам очень повезло, их не перевезли в школьную библиотеку, — прищурившись, женщина поправила очки, — Сейчас я вам их принесу. Девочки, садитесь пока за стол.              Дженнифер с энтузиазмом поблагодарила библиотекаря. Вуд же незаметно кивнула.       Разместившись недалеко от выхода, девушки начали ждать. Вуд никак не могла выкинуть из головы слова женщины. Любопытство не давало покоя.              — Ты правда хочешь поступить в Вашингтон?              Удивление Дженн почти сразу же сменилось раздражением.              — Нет, конечно, ещё чего! Это так просто вырвалось, а мама начала всем рассказывать. Уже все уши прожужжала с вопросами. И не отвертишься ведь! — девушка нахмурилась и начала стучать пальцами по столику.              Вуд почувствовала себя виноватой в том, что у Дженнифер ухудшилось настроение. И она решила попытаться её подбодрить.              — А мне кажется, что это замечательная идея, — Дженни хмуро взглянула на Вуд, — Увидишь такой красивый город, познакомишься с интересными людьми. Может, действительно всё бросить, и уехать куда глаза глядят? Пока есть такая возможность.              Девушка в ответ только хмыкнула и с грустью в глазах проследила за движениями веток за окном.              — Да, я всё это знаю и полностью согласна. Но дело в другом. Я не хочу говорить о своих мечтах и планах по поводу будущего, потому что их не воспринимают всерьез. Взрослые считают обязанностью тыкнуть меня лицом в то, что я не доросла до чего-то действительно серьёзного, — голос приобрёл агрессивный характер, а на лице напряглись желваки, — Во время спора с матерью я взболтнула лишнего. Вот и всё. Просто нужно научиться вовремя закрывать свой рот.              Дженн отвернулась, показывая нежелание развивать тему, но Вуд решила прокомментировать её слова.              — Нет. Ты не должна затыкать себя. Главное — это понять, что мнение других не должно влиять на твою жизнь. Уверена, всё получится, если не сдаваться и не обращать на дураков внимания.              Дженнифер посмотрела на Вуд и слабо улыбнулась, благодаря за поддержку.              Мисс Дэвис подошла к ним, ставя перед девушками огромную стопку книг. Глаза округлились от столь большого количества материала.              Женщина запыхалась, пока несла литературу. Достав из кармана пиджака носовой платок, несколькими движениями вытерла проступивший на лбу пот.              — Так, девочки, это ещё не всё, но я принесу, если вам не хватит этого.              — Благодарим за вашу помощь.              Женщина оставила девушек в полном недоумении.              — Мы умрём, пока всё это прочитаем.              Дженнифер уже взяла в руки первый попавшийся фолиант и невесело поставила перед фактом:              — Мы обязаны разузнать всё возможное в кратчайшие сроки. Так что давай начнём. Нужно успеть до закрытия библиотеки, — девушка закончила речь, погрузившись в чтение.              Вуд ещё некоторое время разглядывала стопку, настраиваясь на предстоящую работу.              Взяв в руки первую попавшуюся книгу, первым делом она сверилась с содержанием и отыскав более-менее полезные и подходящие по смыслу главы, начала читать.              Ключевыми словами, по которым можно было найти нужный материал были «животные» и «похищения». Ей казалось, что если действительно существует что-то мифическое, то это обязательно были кровожадные монстры, желающие полакомиться человечиной.              Но на страницах виднелись лишь упоминания египетских богов, головы которых принадлежали различным тварям.              Девушка вздохнула, откладывая мифологический словарь в сторону. Одно движение и перед ней уже лежал другой манускрипт.              И опять провал. Отчаявшись, Вуд решила взять перерыв, разглядывая ничем непримечательный потолок.              — Я кое-что нашла, — голос подруги достал её из мыслей. Наклонившись над девушкой, она вгляделась в страницы, — Смотри, это японские оборотни. Есть тануки, бакенэко, оками, тэнгу и много иных различных видов. Но есть именно то, что мы искали — Кицунэ. Здесь сказано, что это лисица, обладающая сверхъестественными способностями, способная превращаться в других животных и человека.              — И чем они опасны?              Зашелестели страницы. Дженни искала ответ на вопрос.              — Просто сводят с ума людей.              Брови Вуд поднялись, указывая на разочарование.              — И всё?              Шорох бумаги вновь отразился от стен.              — А нет, слушай. Кицунэ преследует людей, убивающих лис, а также тех, кто подвержен сильным эмоциям. Избыток переживаний выжигает личность изнутри. Освободившееся место занимает мифический зверь.              Палец аккуратно двигался по буквам.              — Кицунэ это японская мифология, но есть же ещё и корейская. Здесь в качестве оборотня представлено существо под названием Кумихо. Тоже лисица, но только она соблазняет мужчин и убивает их, съедая сердце и печень.              Девушка сглотнула, представив Арина с дырой в грудине.              — Звучит конечно похоже на нашу ситуацию, но ты не думаешь, что это не совсем то, что мы ищем? — Дженнифер с интересом взглянула на подругу, — Всё же мы не в Азии живём, навряд ли нам это подходит. Думаю, стоит обратиться к местным легендам и мифам и тогда наши поиски точно увенчаются успехом.              На её слова отреагировали кивком.              — Мы точно знаем, что то, что мы ищем тесно связано с понятием оборотней. Про этих существ знают все. Ты же смотрела фильм «лунатики»? — Дженни на мгновения задумалась и вновь кивнула, — Ну то кино с Мэдхен Амик. В общем, я уверена, что мы должны искать в этом диапазоне.              Отложив книгу в сторону, Дженнифер согласно кивнула.              — Ты права.              Улыбнувшись, Вуд села на своё место, вчитываясь в содержание своего фолианта.              Вуд сладко зевнула, когда поняла, что за окном уже стемнело. Глаза болели от напряжения, норовясь закрыться. Тело затекло, и девушка начала вертеться в попытках найти удобную позу. Она было хотела окончательно сдаться и отложить очередную ветхую рукопись, как заметила заголовок под названием «оборотни и всё о существах, боящихся аконита». Девушка вскочила от переполняющих её чувств. «Наконец-то!» — мысленно воскликнула она. Дженнифер уже смотрела в её сторону, когда Вуд перевернула книгу так, чтобы девушка смогла прочитать.              — Взгляни! Они боятся аконита! — радость поглотила девушку.              Дженни забрала рукопись из рук девушки, внимательно вчитываясь в строки.              — Всё же остановимся на наших оборотнях?              — Других вариантов у нас нет, — Дженни кивнула.              — Здесь написано, что чтобы защитить себя от этих существ, достаточно поместить цветы в тканевый мешочек и носить с собой, — девушка подняла голову и с улыбкой на лице продолжила, — Нам осталось только найти это растение и аккуратно высушить. Оно ядовитое. Но где же мы его найдём? — она задумчиво начала перелистывать страницы в поисках информации.              Вуд пыталась вспомнить, где она могла его увидеть, но мыслей не было.              — Слушай, может нам поискать на каких-нибудь полянах или магазинах? Или вдруг кто-то знает, где может расти аконит? Нужно поспрашивать.              Дженни согласно кивнула.              — Так и сделаем. Сейчас самое главное, что мы узнали что-то полезное. А теперь давай позовём мисс Дэвис и разойдёмся по домам. Уже поздно.              Женщина ещё немного поболтала с девушками и, собрав книги в кучу, удалилась вглубь библиотеки.              На улице во всю хлестал дождь, заставляя подруг остаться под навесом над крыльцом. Всматриваясь в разыгравшийся ливень, они дышали свежестью, заполнившей их лёгкие.              — Я тут подумала, — подала голос Дженнифер, и Вуд перевела на неё взгляд, — Давай завтра утром заглянем к Линну. Я помню, что у его отца есть кабинет, в котором наверняка что-то есть, — девушка улыбнулась, и взглянув на Вуд, продолжила, — Шерифа точно не будет дома. Я в этом уверена. Осталось лишь уломать самого Линна.              Идея показалась удачной, и Вуд согласно кивнула. Мысли о том, что нужно было делать всё возможное, не прекращали вертеться в её голове. Это казалось странным, но она ощущала, что у неё есть обязанность, а именно помочь этим ребятам. Девушка не могла найти причину, но где-то внутри себя она её знала. Фантазии, в которых Вуд могла кого-то спасти, но не сделала этого, терзали её разум. С неё хватит чувства вины.              — В таком случае до завтра? — Вуд вгляделась в падающие на землю капли и усмехнулась, — Если ты, конечно, не собираешься уговорить меня переночевать здесь.              Дженнифер рассмеялась, заражая улыбкой подругу.              — Встретимся у тайника часов в девять. Не опаздывай, домоседка, — подмигнув, девушка сбежала по ступеням вниз и скрылась в пелене дождя.              Вуд ещё немного постояла, раздумывая над тем, в какую же сторону нужно пойти, и, с трудом сориентировавшись, собралась с духом и, улыбаясь, выбежала из-под навеса.       

***

             В кафе пахло жареным кофе и блинчиками с кленовым сиропом. Аниса часто забегала сюда после школы, вдыхая ароматы и делая домашнее задание. С работниками заведения они часто болтали, ощущая себя в компании друг друга старыми знакомыми. С этим местом было связано много тёплых и добрых воспоминаний.              За окном гремел гром, наполняя помещение уютной атмосферой. Собеседница втягивала через трубочку шоколадный коктейль, наклоняясь над бокалом, и её рыжие волосы спадали на стол.              — Такая же сладкоежка, как и в детстве, — нарушила тишину Аниса.               Кроме них, в заведении была ещё влюбленная пара, обнимающая друг друга на мягких диванах в конце зала.              — Кто бы говорил, — усмехнулась Кэтрин, мотнув головой в сторону пончиков, что стояли перед Анисой.              Девушка улыбнулась, откусывая тающий во рту кусочек.              — Мне нужно с тобой серьёзно поговорить, —Кэтрин отодвинула допитый напиток в сторону, поставив локти на стол и ожидая ответа.              Голубоглазая кивнула и, быстренько дожевав, приготовилась слушать.              — Ты же видишь, как он мучается от чувств к тебе. Почему ты не можешь сказать твёрдое «нет»?              В голосе подруги слышалась неподдельная боль. Аниса знала, как она страдает от неразделенных чувств к парню. Но сколько бы девушка не пыталась объяснить Линну, что не испытывает к нему ничего, кроме дружеской любви, парень всё никак не мог понять.              — Кэт, — Аниса устало потёрла лоб, — Я столько раз ему говорила «нет» что даже забыла значение этого слова. Я прекрасно осознаю твои переживания за Линна, но он уже взрослый мальчик и должен самостоятельно справиться со своими чувствами.              Девушка подняла глаза и увидела, как Кэтрин изменилась в лице. Её губы исказились в оскале, а глаза смотрели с неприкрытой яростью.              Щемящее чувство накрыло Анису с головой. Она вспомнила времена младшей и средней школы, когда ещё не было никаких разногласий, парней и прочей ерунды, что мешала бы крепкой дружбе. Тогда всё было иначе, она бы даже сказала лучше. Но сейчас, опуская взгляд, ей хотелось лишь убежать. Далеко-далеко отсюда. Туда, где всё как в детстве.              — Не ври мне! Ходишь, вертишься перед ним и ещё смеешь что-то отрицать. Дрянь! Потаскуха, вот ты кто. Если бы ты не твои переглядки с ним, ничего бы этого не было! Он должен был любить меня! Меня, понимаешь? А не такую, как ты. Только не тебя.              Аниса не могла на неё злиться. Только не на Кэтрин. Девушку было жаль. Она слышала, как ей было больно. Видела мучения рядом с объектом воздыханий. Она не хотела этого для подруги. Но что можно было сделать? Разговоры на эту тему превратились в ритуал. Аниса хотела помочь, уговаривая Кэт высказаться, поговорить, как в старые добрые. Но та, в свою очередь, наотрез отказывалась делиться сокровенным, ссылаясь на бесполезность таких аффирмаций. В какой-то момент Анисе начало казаться, что такие посиделки и есть некая медитация для Кэт. Но ей с трудом в это верилось.              Кэтрин сидела перед девушкой, скрепя от безысходности зубами и с трудом сдерживая подступившие слёзы.              Аниса вздохнула и, положив голову на ладонь, посмотрела в окно. Деревья качались, прогибаясь под тяжелыми каплями. Девушка вспомнила о своём любимом дубе, что в дождливую погоду своими ветками мог закрыть её от влаги. Как же ей хотелось уединения и спокойствия в данную минуту.              Кэт начала о чём-то причитать, но фразы превращались в белый шум, и девушка наслаждалась компанией со своими мыслями. И тут Аниса заметила на улице движение. «Кому же не сидится дома в такую погоду?» — заинтересовалась она. Присмотревшись, удивление отразилось на её лице. Она схватила свои вещи, не обращая ни малейшего внимания на крики подруги, и выбежала из кафе.              «Наконец-то вырвалась! Эта девчонка спасла меня!»       

***

             Вуд шла, с трудом различая дорогу. Одежда насквозь промокла, и девушка постепенно привыкла к этому ощущению, наплевав на возможную простуду. От усталости она едва передвигала ногами. Вдобавок ко всему, Вуд не знала, правильно ли она идёт, окончательно потерявшись в городе.              Свет от «Лисьего Хвоста» словно фонарь, что магнитом приманивает мотыльков, подзывал к себе девушку. Счастью не было предела. Она уже начала эфемерно ощущать тепло тётиного дома, что был окутан запахами выпечки.              Вуд слегка поёжилась от внезапно появившегося ветра, как вдруг увидела открывающуюся дверь из кафе, из которой вылетела знакомая фигура. Лишь когда она приблизилась, Вуд поняла, кто это был.              Светлые пряди, уже успев намокнуть, облепили лицо девушки. Лучи от лампочек падали на голубые, как океан, глаза, отражаясь бликами.              Вуд затаила дыхание, поражённая неожиданной встречей.              Аниса подошла и одарила девушку лучезарной улыбкой.              — Не думала встретить тебя. Почему ты без зонтика? Можешь же простудиться, — её голос приобрёл беспокойный оттенок, и Вуд не смогла сдержать внезапно появившейся радости.              — Как-то не подумала о нём. А что насчет тебя? — Вуд оглядела промокшую Анису.              Речь давалась с трудом. Девушка не могла понять причину, из-за которой ей было тяжело подобрать подходящие слова. Казалось, словно Вуд говорила совсем не то, что нужно. Будто способность строить разговор улетучивалась, стоило посмотреть ей в глаза.              В ответ Аниса рассмеялась. Она лучилась счастьем. Вот что было особенного в этой девушке. Всё в ней говорило о любви к жизни. Вуд впервые видела такого человека.              — Ты, наверное, домой идёшь. Давай я тебя провожу, — одним движением Аниса смахнула непослушные пряди, норовящие залезть в глаза.              Предложение девушки обескуражило Вуд, и та отрицательно замотала головой.              — Нет, что ты! Заболеешь же. Да и тебя вроде ждут, — девушка заглянула поверх плеча Анисы и рассмотрела в окне женский силуэт.              Капли смазывали картинку, не позволяя увидеть больше.              Голубоглазая оглянулась и, нахмурив брови, обратилась к Вуд:              — Я уже решила. Ты не знаешь Тромонт и можешь заблудиться. Не переживай, милая, — ласково проговорила она, — Я не заболею. А если это и произойдет, то буду ждать тебя у себя дома с вкусностями в качестве извинения.              Вуд закусила губу. Не хотелось её напрягать и подвергать опасности здоровью. Но девушка напротив выглядела так уверенно, что желания спорить не возникло.              — Хорошо, — выдохнула Вуд, — Прости, что так вышло.              Аниса приподняла бровь и вопросительно взглянула в ответ.              — Ты за что извиняешься? Всё хорошо. Это же я предложила. Давай лучше уже пойдем. Не стоять же нам и мокнуть.              Вуд кивнула. И, поравнявшись, девушки направились в сторону дома. Вода непрерывно текла по лицу, попадая в глаза и рот. Иногда молнии озаряли незаметные в темноте облака, сопровождаясь громом. Вуд незаметно бросала взгляды на спутницу, не решаясь начать диалог.              — Ты с кем приехала? С семьёй? — подала голос Аниса после нескольких минут молчания.              Девушка сглотнула. Она ещё ни с кем не разговаривала на эту тему и не знала, как всё объяснить.              — Не совсем. Я приехала одна и теперь живу с тётей, — сердце застучало быстрее, но не от очередной вспышки в небе.              Голубоглазая кивнула, но, не получив желаемый ответ, не унялась:              — А где родители? Остались в городе? — сомнительно поинтересовалась она.              Вуд глубоко вдохнула. Ей было больно. Хотелось как можно скорее завершить разговор. Но что-то внутри отчаянно желало всё рассказать, поделиться тяжестью на душе, и девушка рискнула.              — Отца не помню. Мне никогда о нём не рассказывали, а я почему-то не спрашивала. Было ощущение, что эта тема — табу. Мама часто болела, сколько себя помню и буквально несколько дней назад она умерла. Так и не поняла, отчего. Вроде сердечная недостаточность. Она плохо выглядела в последнее время, но я, дура, приняла это за отсутствие прогулок на свежем воздухе, — голос сорвался, и речь оборвалась.              Слёзы смешивались с дождём. Обрывки хрипа скрывали звуки падающих на землю капель. Боль вырывалась из тела, сдерживаемая телесной оболочкой. Хотелось сжать зубы до боли, вырвать с мясом способность чувствовать. Но единственное, на что её хватало сил, так это подавить в себе душащие мысли.              Аниса лишь молча на неё смотрела, подавляя желание обнять девушку. Влага скопилась на уголках глаз, но девушка вытерла её рукавом кофты, не позволяя себе этого.              — Извини, я не знала, — только и смогла из себя выдавить Аниса.              Вуд хотела ей ответить. Что всё в порядке, что она ни в чём не виновата, но воздуха не хватало. У неё словно отобрали голос, и она могла только и делать, что скованно дышать. Но, взглянув на девушку, Вуд поняла, что слова не нужны. Они обе всё понимали. Делили одну боль на двоих. Впервые она ощутила нечто подобное.              Так девушки и дошли до дома, слушая природу и успокаиваясь. Неожиданно для себя Вуд ощутила облегчение от того, что всё рассказала. Именно это и было ей нужно. Аниса осмотрела дом. И, прокашлявшись, произнесла:              — Спасибо за сегодня. Мне было приятно познакомиться и уж тем более проводить тебя до дома, — девушка улыбалась, словно ничего и не случилось за последние минуты.              Вуд была благодарна. Она бы не выдержала неловкости.              —Тебе спасибо, — дождь почти прекратился, позволяя расслышать слабый голос, — И знаешь, я бы хотела позвать тебя завтра к Линну. Мы с Дженнифер были сегодня в библиотеке, изучая материалы, и наткнулись на кое-что интересное. Встречаемся утром около заброшенного здания.              Аниса удивлённо уставилась на девушку. И, переварив информацию, радостно закивала головой.              — Ну конечно! Спрашиваешь ещё! — она подошла к ней и аккуратно взяв ту за руки, подмигнула, — В таком случае до завтра.              У Вуд спёрло дыхание, и она смогла лишь кивнуть. Аниса в последний раз оглядела дом и, повернувшись, зашагала в сторону кафе.              Она немного постояла, наблюдая за удаляющейся фигурой, как вдруг, отыскав в себе силы и желание, решила прокричать на всю улицу:              — Будь аккуратна и до завтра! — крик растворился в умолкающем дожде, но девушка услышала и, развернувшись, замахала руками.              Негативные эмоции ушли на второй план, оседая послевкусием. Теперь она была наполнена другим чувством — предвкушением дружбы.       

***

             В доме было темно. Лишь на кухне горел свет. Вуд только сейчас осознала, что всё это время её наверняка ждала Элизабет, беспокоясь. Во рту пересохло, и стыд окатил девушку.              Осторожно ступая, пытаясь не скрипеть досками, девушка прошла на кухню. С неё струйками стекала вода, превращаясь в небольшие лужи на полу. Элизабет сидела к ней спиной. В помещении пахло заваренным чаем.              Собравшись с духом, Вуд обошла стол и подняла взгляд на тётю. Женщина выглядела спокойной, но атмосфера, витавшая в комнате, густая и давящая, говорила об обратном. Девушка решила пойти ва-банк.              — Извини! Мне правда очень жаль, что всё так получилось. Совсем забыла предупредить тебя. Время так быстро пролетело, и я не знала, как позвонить.              Женщина молча встала и подошла к плите, на которой стоял чайник. Достала из шкафа чашки и начала разливать чай.              Племянница растерянно следила за её действиями. Она не понимала, почему тётя не скажет и слова.              Элизабет поставила перед ней напиток и холодным, как сталь голосом произнесла:              — Ты даже представить себе не можешь, как я волновалась, — девушка закусила губу и осторожно села за стол, — Я уж было хотела идти к шерифу. На улице ливень, непроглядная темень. Что мне было думать? Что ты где-то дрожишь от холода и страха, спрятавшись под каким-нибудь кустом, и тебе угрожает опасность? — её руки дрожали, а голос готов был сорваться.              Вуд представила описываемую женщиной картину и ужаснулась. Девушке стало так стыдно, что она даже не хотела сделать глоток чая, так как посчитала, что не заслуживает этого. Как она могла так поступить с человеком, который приютил её, отогрел и одарил своей любовью?              Все хорошие эмоции, копившиеся в ней за день, исчезли, уступив место самоистязанию.              Она молчала, не зная, что сказать. Единственное, что она смогла сделать, это выдавить еле слышное извинение и опустить голову.              — Больше так не делай, хорошо? Предупреждай, что задержишься с друзьями, — Элизабет села на стул, закрыв лицо руками, — Это я виновата. Не сказала, что в нашем городе ходить сейчас одной опасно. Я не думала, что всё так получится. Надеялась, что ты в основном будешь сидеть дома, и не хотела расстраивать происходящим в Тромонте. Ещё совсем забыла, что у тебя нет телефона. Прости меня, прости, — её голос задрожал, и девушка усушала всхлипы.              Вуд вскочила и подбежала к тёте. Она обхватила руками голову Элизабет и заплакала вместе с ней.              Успокоившись, женщина проводила девушку в ванную, набрав горячей воды. Вуд согрелась и спустилась вниз поужинать. Ей всё еще было неловко, и они тихо поели, не проронив и слова.              Поднявшись к себе в комнату, Вуд достала из маленькой обувной коробки, которую привезла с собой, потрепанные фотографии. Калейдоскоп воспоминаний сменялся с каждым фото. Слёзы согревали щёки, беззвучно падая на бумагу.              Слишком многое упало на её плечи. Боже, как же она устала. Хотелось отключить способности думать и чувствовать.              Лишь бы не было больно.