Лучший родитель

Прошло ещё несколько дней с момента разговора со Смотрящим, но события никак не хотели останавливаться. Временные парадоксы охватили практически всю Поэну, и лишь Лололошка и Рома все ещё помнили изначальный вариант развития событий. Парням казалось, что мир вокруг них разом сошел с ума — никто не помнил ни Эо, ни Пуговицу… словно их и не существовало. Это сильно действовало на и без того расшатанные нервы. Решающими событиями стали нападение на город Эбардо и вылазка Лололошки. Когда запыхавшийся шатен буквально ворвался в маленькую комнату, Рома играл с голубоватым пламенем на кончиках пальцев. За это время он успел порядком освоить некоторые «читы», что несказанно обрадовало создателя. Увидев взволнованного контра, парень легким движением потушил огонек. - Эбардо… решил напасть, - голос Лололошки дрожал от возбуждения, - уже завтра от Поэны может ничего не остаться. Рома внимательно посмотрел на шатена, окидывая его подозрительным взглядом голубых глаз. - Хм, вот оно как… но что у тебя на воротнике куртки? - Где? - засуетился контр, но Рома легким движением руки отцепил небрежно сложенную бумажку от меха. Развернув её, он быстро пробежал взглядом по строчкам, и в выражении его лица появилось отвращение вперемешку с гневом. - Небольшое послание от Эбардо, - по коже Лололошки пробежали мурашки. Так значит преступник все знал, и просто притворялся, что не видел его? - «С нетерпением жду нашей встречи, облезлый котёнок. Надеюсь, ты подготовил гроб для себя?» Рома в гневе скомкал записку и демонстративно фыркнул: - Вот же… козел! Вот пусть только покажется… я его!… - М? Ты меня что? - голос врага пронесся над самым ухом, но Рома даже не вздрогнул, вместо этого резким движением вскинул кулак вверх. Эбардо ловко увернулся, насмешливо разглядывая злых «братьев». - Опять ты, урод! - Лололошка достал из инвентаря меч и направил его в сторону незваного гостя, - Что, решился напасть прямо здесь? - Ой-ой, как же ты меня не любишь, Лололошка! - зеленые глаза сощурились в улыбке, но в их глубине блеснул опасный огонек, - я просто решил предложить небольшое пари. Контр уже было открыл рот, чтобы возразить, но его остановил Рома, положив руку на плечо. - Ну, и? - в голосе создателя так и сквозило недовольство. Такой холодной интонации Лололошка никогда прежде не слышал, отчего странный ком встал в горле. - Все очень просто. Обычное сражение! Если победите вы, то я сяду в Тюрьму Времени, если я — заберу ваши искры. Ну так что? Прежде чем Лололошка успел что-либо ответить, Рома сверкнул голубыми глазами и ухмыльнулся: - По рукам, - Эбардо засмеялся, но Рома продолжил, - только есть одно условие. - Какое? - поинтересовался пустотный маг. - Сражаюсь только я,- хмыкнул шатен и, не обратив внимания на открывшего рот контра, поднялся с места, - когда начнем? Что-то очень маленькое в сердце подсказывало Эбардо, что здесь кроется какая-то тайна, но он не придал этому большого значения. Что может сделать ему такой слабый человек без какой-либо магии? Поэтому он легко усмехнулся и махнул рукой: - Прямо сейчас. Щелчок — и обалдевшего Лололошку оставили одного в маленькой комнатке. Шатен застыл, силясь прийти в себя или просто что-нибудь предпринять. В мгновение ока его с трудом построенный мир разрушился. То-есть, кто-то кроме него может быть героем? Кто-то другой может сказать ему: «Хей, друг, не волнуйся, я все решу сам»? Но мало того, что эту ответственность на себя взял Рома… он не потребовал ничего взамен. Каждый чертов раз его подкупали сладкими обещаниями, что жизнь наладится, стоит ему лишь оказать небольшую услугу, а тут… просто ничего. Никакого прощания, последнего напутствия — просто взяли и забрали тяжелую ношу с плеч. Это так поразило и напугало парня, что он не мог даже пошевелиться, полностью впадая в глубочайший шок. Джодах, тихо наблюдавший за происходящим, даже немного пожалел Лололошку. Не каждый день твой создатель берет на себя ответственность тяжкой миссии. Одновременно с этим, в его душе царило беспокойство — за Ромой и Эбардо он проследить не мог. Исход битвы не был для него известен. Это пугало. *** Когда Рома открыл глаза, они уже стояли на полуразрушенной арене. В этом странном месте было очень холодно, но холод этот был похож на могильный. Вся атмосфера так и дышала смертью. Эбардо много времени терять не стал, а легко взмыл в небо, взмахнув черными крыльями. Его зеленые глаза блестели чем-то безумным и потусторонним. - Ну что, ты готов, котёнок? - протянул он, и его оскал сделался ещё более безумным. Маг взмахнул рукой, и над его макушкой вспыхнул круг из светящихся зеленым искр, что роем кружились над мироходцем. Рома лишь тряхнул руками, словно разминая пальцы, но остался стоять на земле, ничего не предпринимая. Эбардо хмыкнул и призвал в руках огонь. Быстрым взмахом он метнул его в сторону шатена, который даже не пытался увернуться. За секунду до попадания, преступник взглянул Роме в глаза. Такой холодной серости он не видел уже давно. Словно вся вселенная собралась в этом взгляде и вперилась в мужчину, заставляя мышцы сводиться судорогой. Но потом огненный снаряд настиг мироходца, и Эбардо наконец-то очнулся. Огонь ударил точно в центр груди парня, проходя словно сквозь него. Пустотный маг ожидал услышать стон или хотя бы просто короткий вздох, но Рома остался стоять на месте неподвижно, словно статуя. Липкий ужас стал постепенно заполнять сердце Эбардо, но он поспешно отогнал его, запустив ещё один огненный шар в Рому. А затем ещё один, и ещё. На пятом снаряде парень наконец пошевелился. Рома окинул пустым взглядом своего противника и тихо спросил: - Ты не передумал разрушать вселенную? Зрачки Эбардо расширились в страхе и он прошептал: - Почему ты не умираешь?… Рома пожал плечами и склонил голову вбок: - Потому что я чертов создатель этой Мультивселенной. В тот же миг тело Эбардо вдруг странно потеряло вес. Словно маленькие частицы внезапно стали быстро распадаться в нём, как вода испаряется в чайнике. Ступни его ног стали крошиться вместе с обувью, опадая на каменный пол темной крошкой. За ними последовали голени и бедра, а потом и грудная клетка. Но маг этого не замечал. Его зеленые глаза с ужасом смотрели на одинокую фигуру, стоящую напротив. Обычный человек, с растрепанными темно-русыми волосами и серо-голубыми глазами. И на губах этого человека застыла улыбка. А потом он погрузился в вечную тьму. *** Открывшийся портал до смерти напугал Лололошку. Он ещё не успел ничего сделать, как знакомая макушка высунулась из рамки. - Рома? Создатель улыбнулся и полностью вышел из портала. Контр тут же кинулся к нему в объятия, крепко сжимая рукава куртки в своих ладонях. Сердце шатена билось спокойно и плавно, и его тело не было ранено. Чувствуя тепло от чужого тела, Лололошка быстро успокоился и вздохнул: - Что с Эбардо? Ты не ранен? - волнение в его голосе лишь рассмешило Рому, и он потрепал по макушке контра. - Все в порядке. Эбардо больше нет. - Что? - черные матовые глаза со смешанными чувствами вперились в Ромино лицо, - Ты убил его? - Стер. Лололошка ничего не сказал, просто крепче сжимая теплое и живое тело в руках. - Ну, - наконец, шепнул он, - если с тобой ничего не случилось, то все в порядке. - Угу, - кивнул Рома и улыбнулся, - но мне нужно идти. Глаза контра расширились в ужасе: - Куда?! - Домой. В реальный мир. Лололошка внимательно посмотрел в серо-голубые глаза, что с нежностью смотрели на него в ответ. Это теплое чувство, пронизывающее его… оно было очень приятным. Не хотелось бы его терять, но и заставлять Рому идти против воли было бы аморальным. - К-конечно, я понимаю, - голос контра дрогнул, - ты уходишь сейчас? - Да, - кивнул Рома в ответ, - Смотрящий подсказал мне, как покинуть мир. - Правда? Когда? - После нашей битвы с Эбардо, - Рома сильнее притянул к себе парня, - не расстраивайся, я все равно всегда буду рядом с тобой. - Да… Они помолчали ещё несколько минут, наслаждаясь компанией друг друга. Рома слабо чувствовал, как кто-то посторонний пытается разрушить установленный им барьер, но не обратил на это особого внимания. «Этот индюк не прорвется, пока я не уйду!» - злорадно подумал он и, наконец, отпустил Лололошку. - Я люблю тебя, - улыбнулся Роман. Шатен в ответ крепко зажмурил глаза и шепнул в ответ: - Я тоже. Ты был лучшим братом, которого я знал. Рома легко засмеялся и погладил контра по каштановой макушке, приводя и без того растрепанные волосы в ещё больший беспорядок. - Пока, - улыбнулся он напоследок и щелкнул пальцами. - До встречи, - кивнул Лололошка. Ему уже никто не ответил. *** Странный сон заставил Романа Фильченкова проснуться в шесть утра. Он был смутным, реалистичным и оставлял в душе странный полусладкий осадок. Отрывки его быстро стирались в мозгу парня, но одно чувство оставило четкий след. Ощущения теплых объятий странно согревали его кожу рук. То утро выдалось по-своему странным. Не для него одного.