два мальчика и неправильные чувства

джисону срочно нужно поговорить с чаном, пока он ещё не потерял тот адреналин в крови, который внезапно появился из воздуха и так же быстро может раствориться. пока он всё ещё чувствует себя уверенным, и может спокойно разговаривать, не заплетаясь языком смотря чану в глаза. да, джисону обязательно нужно поговорить с чаном! а всё дело в том, что джисону их отношения кажутся. странными. да, они целуются, чан иногда зажимает его на уроках в туалете, они периодически встречаются вне школы, но. нет, это всё не то! нет никакой романтики, конфетно-букетного периода, да они даже элементарно друг другу в любви не признавались! не то чтобы от чана он ждал какой-то особенной романтики, но, знаете, иногда чанаподобные пытаются «устроить своей бейбе романтúк», который в итоге оказывается ужином шавухой из местного ларька. когда чанаподобный и его «бейба» сидят на шелухе от семечек, и всех всё устраивает. да, такая себе романтика, но джисон был бы рад и такому! знаете, он, между прочим, в таких делах не привередлив. но это была далеко не единственной причиной. их город — до невозможности маленький, с населением около пятнадцати-двадцати тысяч человек, и слухи тут разлетаются быстрее скорости света, буквально. так вот, в городе пошёл слух, что сам бан кристофер чан — гроза все районов — обзавёлся девушкой, а вот какой — никто понятия не имеет. и, ладно бы, будь это всё просто слухи, но чан не раз говорил про какую-то сану в их диалогах, будь это в жизни или по телефону. в общем, джисону нужно узнать обо всём! вот он уже видит чана — разговаривает с каким-то парнем у окна напротив кабинета алгебры. точно, у него же тоже алгебра! джисон смотрит на часы в школьном коридоре. две минуты до звонка, кабинет вообще в другом корпусе. хан просчитывает все за и против: это последний урок и у него, и у чана, он может с лёгкостью подцепить его во дворе школы, да и опоздание на алгебру куда страшнее, чем не осуществившийся диалог с чаном. решение принято — джисон со всех ног бежит к кабинету, еле как успевая до звонка усесться на своё место. *** все сорок минут джисон сидел как на иголках, ёрзая на стуле и прикусывая губу, думая, как же всё-таки заговорить с чаном. может, просто сказать всё как есть? мол, так и так, ты мне нравишься, но я не знаю, нравлюсь ли я тебе, давай выяснять. звучит отлично, звучит хорошо, но джисону всё так же тревожно. ладно, в любом случае, от этого он ничего не теряет. так ведь?.. на часах тикают последние секунды и по всей школе гремит звонок. джисон подрывается с места, на ходу застегивая рюкзак. спотыкается пару раз, пока летит по лестнице вниз, но стойко держится на ногах. ему нельзя упасть сегодня лицом в грязь! даже в таком случае. на дворе мёрзлая зима, выйдя на улицу джисон почти сразу же промёрз, даже учитывая то, что на нем пару слоёв верхней одежды и перчатки, которые, между прочим, совсем не работают. хан взглядом ищет кристофера, почти теряя свой взгляд в толпе. тревожно. вот феликс из параллели, вот чонвон из гласса старше, вон там с ними тэун — его одноклассник. а знакомой и почему-то такой родной макушки всё нет и нет. вдруг взгляд цепляется за того самого парня, с которым чан стоял сегодня в коридоре, а рядом с ним — чей-то силуэт, который разглядеть сложно. это точно чан! и как только джисон его не узнал. джисон снова подрывется с места, расталкивая толпу зевак в стороны, слыша разные маты от первоклассников и угрозы от классов старше. но сейчас плевать. адреналин в крови снова бушует, сердце бешенно стучит, и хану кажется, будто бы вот-вот — и выпрыгнет. — чан! я. весь день тебя. тебя и-ищу, — хрипит джисон в попытках отдышаться. боже, не быть ему спортсменом с такой выдержкой. — чан, ты знаешь этого додика? — чонхо неприятно гогочет сдавленным голосом, закуривая сигарету. джисон смотрит в его сторону как-то жалко, стараясь выглядеть зловещим, но, он уверен, совсем не вышло. — нет. чё тебе надо, а? джисона прошибает током. что? не знает? даже после всего, что было между ними? его бросает то в холод, то в жар, он смотрит в одну точку и не слышит, как уже вся компания чана пытается до него достучаться, но всё бесполезно. тревожные мысли съедают хана полностью, и, кажется, вот-вот, и он схватит паническую атаку. <"а что, если чан просто играл со мной» «вдруг он просто смеялся» «я всё не так понял, мне стоило отстать от него раньше.» — эй, малой, ты вообще нас слышишь?! — джисон резко вздрагивает, выползая из пелены мыслей. он смотрит чану в глаза: — извините, я, кажется, обознался. и уходит прочь, даже не слушая, что кричит чан и его друзья ему вслед. *** эй, мелкий, так что ты хотел сегодня мне сказать? может мы встретимся лично и всё обговорим? меня напрягает твой игнор, белка; ( джисон блокирует телефон и отбрасывает его в сторону. почти весь вечер он прорыдал в подушку, как девочка-подросток из сопливых мелодрам. ему пришлось выпить пару троек таблеток валерьянки, чтобы полностью прийти в себя и успокоиться. слова чана ранили его почти физически, и теперь, когда он полностью опустошен и осознан в своих мыслях, он точно понял — чану он не нравится. значит, нужно перестать действовать. *** — хан джисон! хан-джи! джисон прерывает свой небольшой монолог о том, какой же всё-таки ли мин хо секси в его новой роли, останавливая рукой сынмина, который уже хотел вмешаться, откуда незнакомый хану человек знает его кличку. это только их с чаном дело. — вы что-то хотели? — во первых! не вы, а ты, мелкий. во вторых — я написал тебе уже не менее сотни сообщений, на которые ты не ответил. что происходит, хан-джи? — джисон, ты его знаешь? хан смотрит украдкой на сынмина, переводя взгляд на бана перед ним. тот дышит загнанно, наверное, потому что бежал сюда с урока, видно, как его тело немного подрагивает, а зубы непроизвольно сжимаются от чужого нелепого вопроса. конечно знает, кричат глаза, как же ещё?! — нет, сынмин. пойдём отсюда, ли пак ён не даст нам спокойной жизни, если мы задержимся. джисон уходит с каким-то смешанным чувством гордости за свои отвоеванные раненные чувства, и небольшой тревогой в груди, оставляя чана одного наедине со своими мыслями.