Обретая крылья…

      Прибыв в Орвурд, разведчики тут же принялись обсуждать план по сражению титана Рода Рейсса. Смит наотрез отказывался эвакуировать жителей из города, чем вызвал бурное негодование среди солдат гарнизона.       — О чем вы вообще думаете?! К рассвету титан будет здесь, нужно срочно эвакуировать жителей!       — Отставить панику, — в комнату к солдатам вошла Серена в сопровождении капитана гарнизона — Итана Уайта.       — Давайте для начала выслушаем предложения разведчиков, а потом уже будем делать выводы, — сдержанно произнес Уайт.       Переглянувшись, солдаты кивнули и устремили взгляды на девушку.       — Титан, что приближается к Стенам — аномальный. Он ни на что не реагирует и направляется прямо к Стене, игнорируя небольшие скопления людей и даже деревни, находящиеся поблизости. Если мы начнем эвакуировать жителей, то, вероятно, своими действиями мы спровоцируем гиганта последовать за горожанами. Остановить его нужно на подходе к Стене. Титан медленный и крупный, мы сможем использовать настенную артиллерию и оружие разведкорпуса, — отрапортовала она.       — Конечно, мы можем попробовать эвакуировать жителей, но если мы приведем титана в соседние города, то вся ответственность ляжет на гарнизон. Вы готовы взять на себя обязательства за выполнение и исход данной операции? — спокойно поинтересовался Уайт.       Солдаты гарнизона еще раз переглянулись между собой и отрицательно замотали головами. Они прекрасно понимали, что в случае провала, их будет ждать военный трибунал.       — Черт с вами, пусть будет по-вашему. Но в таком случае, вся ответственность лежит на разведкорпусе, — согласились солдаты гарнизона.       — Ну конечно, трусливые псы… — подумала Раут.       — Не сомневайтесь, за исход операции буду отвечать я лично, — уверенно ответил Смит.

***

      Как и предполагалось, к утру гигант подбирался ближе к Стене.       На самой Стене его ожидали солдаты, а будущая Королева рвалась в бой, уверенным шагом надвигаясь на разведчиков во всеоружии.       — Какого черта ты здесь забыла?! Тебе было велено находится в безопасном месте и ждать окончания операции, — завидев Хисторию, раздраженно произнес Леви.       — Я здесь для того, чтобы вершить свою судьбу! — бойко отозвалась девчонка. — Я не хочу убегать, я буду драться!       — У нас нет на это времени! — прорычал капитан.       — Вообще-то… — подала голос Раут. — Это отличная возможность проявить себя как истинную правительницу Стен. Если она на глазах горожан защитит город, то ее без особого труда признают новой Королевой.       Леви недовольно посмотрел на Серену, но не согласиться с ней он не мог. В ее словах была истина, хоть и риск был слишком велик.       Тем временем многочисленные залпы пушек, что были направлены на гиганта, не оказывали на него должного воздействия. Для него это было сродни комариного укуса, не более.       — Это бесполезно. Где бочки с порохом? — поворачиваясь к Смиту, поинтересовалась Раут.       — Здесь! Все здесь! — к солдатам подбежала запыхавшаяся Ханджи. — Бочки с порохом, веревки и сети привезли!       — Сматывайте веревки и располагайте бочки по центру сети! — отдала приказ Раут.       Солдаты тут же принялись за дело, пока капитан Леви, не стесняясь, критиковал оружие гарнизона, ссылаясь на то, что с тем же успехом можно было бы поссать на титана прямо со Стены.       На его ворчливые замечания Серена лишь закатывала глаза, а стоящий рядом Уайт пытался сдержаться от едких комментариев в сторону Леви.       Когда титан добрался до цели, он оперся огромными ладонями о Стену и стал подниматься вверх. Воздух в мгновение стал слишком горячим, а дышать стало тяжело.       Взглянув на морду гиганта, Серена заметно скривилась. У титана полностью отсутствовало лицо: глазных яблок не было, челюсти тоже, невооруженным глазом было видно его мозги, кости и половину зубов.       — Ну и рожа, — прокомментировал Леви.       — Его глотка полностью открыта… Туда — то и запустим наше импровизированное оружие, — заключила Раут.       — Вперед, в атаку! — громко скомандовал Смит, запуская сигнальную ракету.       На фоне криков напуганных местных жителей, Эрен Йегер превратился в титана и запустил сеть с бочками Рейссу прямо в глотку.       Раздался громкий взрыв, а следом голова и шея гиганта ошметками разлетелись в разные стороны.       — Внимание! Добить врага! — отдал приказ Эрвин.       Раут даже не стала подрываться с места. Со Стены она молча наблюдала за дебютом Хистории Рейсс, что собственными руками покончила со своим отцом.       — Какая хладнокровность в еще совсем мелкой девке… Интересно… — подумала Серена.       Горожане с восторженными воплями начали восхвалять новую Королеву и благодарить девушку за их спасение.       — Вот же ж, прямо героиня из сказок, — с сарказмом бросила Раут, разворачиваясь и удаляясь прочь.

***

      Будущая Королева почти сразу отправилась в Митру, а ее коронация должна будет проводиться через пару недель. В честь новой Королевы будет организован бал, куда будет приглашена вся военная верхушка, «сливки» общества и элитный отряд разведки в полном составе.       Вернувшись в штаб, Раут первым делом приняла душ, смывая с себя грязь и груз минувших дней. Все, что ей хотелось, так это отдохнуть от суматохи, выпить и наконец выспаться.       Вытеревшись досуха, она надела черные штаны, слегка зауженные к низу, черную майку, с внушительным вырезом в зоне декольте, и направилась из спальни в кабинет.       Приоткрыв окно и запустив свежий воздух в помещение, молодая особа достала из шкафа бутылку виски и бокал. Удобно расположившись за столом, она принялась пить отборный алкоголь и курить дорогие сигареты.       С еще мокрых белоснежных волос на шею девушки медленно стекали капли воды, заставляя кожу капитана покрываться мурашками.       Внезапно входная дверь отворилась и в ее кабинет уверенным шагом вошел капитан Леви. Он был одет в серую кофту и черные брюки. С его волос также стекали капли воды, свидетельствуя о том, что мужчина, как и она, не так давно принимал ванные процедуры.       Закрыв за собой дверь, он прошел к столу девушки и опустился на стул, устремляя на нее выжидающий взгляд.       Молча достав из тумбочки еще один стакан, она наполнила его почти до самых краев и пододвинула к нему.       — Полагаю, ты пришел за ответами? — невесело усмехнувшись, спросила она.       — Верно, — сдержанно ответил он.       — Хорошо. Пожалуй, начну с самого начала, — затушив бычок и оставив его в пепельнице, начала она. — Мой отец и Кенни были знакомы еще до моего рождения. Не поверишь, но эти двое были друзьями. Какими именно делами они занимались — я не знаю, но их деятельность явно была вне закона. Когда я родилась, Кенни оставался частым гостем в нашем доме. Он проводил со мной немало времени, давая мне дельные, взрослые советы. Думаю, он успел привязаться ко мне, впрочем, как и я к нему. После смерти отца мы потеряли связь и не виделись несколько лет. Встретились мы уже тогда, когда я выросла и обрела связи в Подземном городе. Не хочу вспоминать подробности нашей первой встречи спустя года, — она пустила тихий смешок. — Скажу лишь, что тогда мы решили помериться силами… Этот бой дался мне нелегко, да и тогда я проиграла, но это не так важно. Чуть позже мы встретились с ним снова, когда я вступила в ряды военной полиции. С тех пор мы стали общаться с Кенни более тесно, проводя время вместе и вспоминая былые времена.       — Значит ты знала, кто он такой с самого начала?       — Конечно знала. Сначала о нем слагались легенды, а потом уже обо мне. Не мне его судить, Леви. Я не далеко от него ушла, — цинично произнесла она.       — Почему ты не рассказала мне, что была знакома с ним? — нервозно спросил капитан, постукивая аккуратными пальцами по деревянной поверхности стола.       — О том, что ты имеешь к нему какое-то отношение, я узнала от тебя в тот день, когда ты признался, что был воспитанником знаменитого Потрошителя. Кенни еще давно рассказывал мне, что на его попечении как-то был один малец, но он никогда не вдавался в подробности. Кто же знал, что тем самым мальцом был знаменитый капитан элитного отряда разведкорпуса? — она пожала плечами. — После разговора с тобой, я пришла к нему за ответами.       — И? — выжидающе смотря на нее, спросил Леви.       — Я их получила.       Мужчину начинало раздражать, что из нее приходилось вытаскивать все клешнями. Она словно не хотела открывать ему правду, словно пыталась что-то утаить.       — Что он тебе сказал?       — Когда он сказал, что ты Аккерман… — она закурила новую сигарету. — Я подумала, что он твой отец. Все таки, на своем «веку» я знала только одного Аккермана и им был Кенни.       — И? Он мой отец?       Серена кинула взгляд на бокал, что находился в руке капитана. Казалось, что еще немного и стекло треснет под натиском его пальцев. Мужчина нервничал, хоть и пытался это тщательно скрыть.       — Видел бы ты выражение лица Кенни, когда я спросила тоже самое, — перед ее глазами тут же всплыл образ мужчины в шляпе, что сотрясался от смеха. Не сдержавшись, она улыбнулась уголком губ. — Нет, Леви, он не твой отец.       Ответ девушки привел его в замешательство. Он ведь столько лет думал о том, что мужчина может быть его отцом.       Отпив немного алкоголя, он твердо решил услышать правду, какой бы она ни была.       — Тогда зачем он взял меня на воспитание? Почему пришел к моей матери в бордель? Слабо верится, что он очередной ее клиент, который пожалел чужого ребенка на грани смерти.       — Он всего лишь родной брат Кушель и, по совместительству, твой родной дядя, — выпуская дым, ответила она       Его брови резко сошлись на переносице, а сердце пропустило удар. Он опустил глаза вниз, пытаясь осмыслить услышанное. Теперь он запутался еще сильнее. Теперь он и вовсе не понимал, почему Потрошитель оставил его, заведомо зная, что они родственники.       — Тебе, наверное, интересно, почему он тебя оставил? — словно прочитав его мысли, спросила Серена.       Он тут же поднял на нее растерянный взгляд и неуверенно кивнул.       — Он не годился на роль отца, Леви. Сам подумай, какая была бы у тебя жизнь, оставь он тебя рядом с собой. Был бы ты сейчас вообще жив? Он научил тебя всему, что было тебе необходимо. И как видишь, все сложилось не так уж и плохо.       — Защищаешь его? — сквозь зубы процедил он.       Тяжело выдохнув, она прикрыла глаза и замотала головой.       — Я никого не защищаю. Никто не знает, как было бы на самом деле. Но он любит тебя, Леви. Кенни не такой плохой человек, как…       — Любит?! — он с грохотом ударил кулаком по столу. — Ты себя слышишь?! Он что, промыл тебе мозги?! Приди в себя и подумай еще раз!       — Великие Стены, успокойся! — она вскинула руки вверх. — Дневник Кушель и ее портрет с тобой на руках отдал мне Кенни. Он не просил отдавать это тебе, но думаю, что он был уверен, что именно так я и поступлю.       Капитан потупил взгляд, а затем выпил содержимое стакана до дна и налил себе и девушке новую порцию.       В глубине души сурового капитана сидела детская обида на мужчину в шляпе за то, что тот его оставил.       Все годы Леви считал, что он сделал что-то не так, был недостаточно хорош, разочаровал мужчину и именно поэтому тот от него ушел. А что оказалось на самом деле? Кенни просто не захотел брать на себя ответственность за ребенка родной сестры.       Он был уверен, что Потрошителю было глубоко плевать на него. Но между тем его дядя почему-то хранил у себя то, что осталось у него от Кушель.       Переживал ли Кенни за своего племянника? Вспоминал ли он о нем? Смогут ли они когда-нибудь сесть за одним столом, выпить и поговорить по душам? Сможет ли капитан простить своего дядю? Ответа на эти вопросы Леви не знал.       — А Микаса… Она моя родственница?       — Без понятия. Судя по фамилии — да, но кем вы приходитесь друг другу — я не знаю. Ваше биологическое древо я не изучала, — фыркнув, ответила она.       Капитан кивнул, стараясь разложить полученную информацию по полочкам. Помимо вопросов касательно Кенни, его терзало еще кое-что. Раз у них вышел такой откровенный разговор, мужчина решил не откладывать в долгий ящик интересующий его вопрос.       — Почему ты ушла от меня? — серьезно спросил он.       — Я уже озвучивала причину ранее, — спокойно ответила Серена.       Леви замотал головой.       Нет, он не собирался так быстро сдаваться. Он получит сегодня ответ на свой вопрос, каким бы он ни был.       — Правда? Ты правда ко мне ничего не чувствуешь?       — Правда.       — Ты врешь. Сидишь прямо передо мной и нагло врешь мне в глаза! — он начинал закипать.       — Я не вру тебе, Леви, — отводя взгляд в сторону, ответила она.       — Разве так целуют тех, к кому ничего не чувствуют, Серена? Скажи мне, а? Разве вообще целуют тех, к кому ничего не испытывают? Да я бы ни за что в жизни не прикоснулся бы к тому, кто мне безразличен.       — Это был мимолетный порыв, — пожав плечами, отрешенно произнесла девушка.       Он резко встал со стула и подошел к ней. Взяв ее за острый подбородок, Леви повернул ее голову на себя и наклонился к ней ближе.       На своих губах она ощущала его горячее дыхание, а в ее изумрудные глаза смотрело само величество — грозовое небо.       — Давай, Серена. Скажи мне, что ты меня не любишь. Скажи, что все это было плодом моей больной фантазии. Скажи, что просто играла на моих чувствах, пытаясь найти для себя выгоду.       Его сухие тонкие губы едва касались ее влажных и пухлых уст.       Замерев, она, приоткрыв рот, смотрела прямо в его глаза, не смея отвести взгляда. Противный ком застрял в горле, не давая произнести ей ни слова.       Капитан нежно провел по ее скуле большим пальцем, а затем сократил то ничтожное расстояние, что было между ними, впиваясь в ее уста трепетным поцелуем.       Положив руки на его грудь, она попыталась его оттолкнуть, но мужчина лишь с еще большим напором придвинулся к ней, обхватывая ее затылок рукой.       — Скажи, что не любишь меня. Скажи, что я не нужен тебе и я больше тебя не побеспокою, — сквозь поцелуй шептал он.       Мужчина уповал на то, что она попросту не сможет сделать ему больно. Ведь как можно причинить боль тому, кого ты любишь всем сердцем? Как можно сделать больно тому, ради кого ты готов пожертвовать всем?       Она ведь обещала… Обещала быть всегда рядом с ним, даже если весь мир ополчится против него.       — Врет… Она врет… Я чувствую… — продолжая сминать ее губы, думал он.       — Отпусти… — взмолилась она.       — Нет, — отрезал он.       Резко оттолкнувшись ногами назад, она проехалась стулом по деревянной поверхности, оставляя на полу заметные полосы от ножек стула. Вскочив, она попятилась назад.       — Уходи, Леви.       — Скажи! Скажи, что я не нужен! Давай, Раут! — давил он, всем сердцем желая, чтобы она скинула с себя чертову скорлупу и уже рассказала ему правду.       Он снова двинулся на нее, желая заключить девушку в крепкие объятия. Только вот вместо желанного тепла женского тела, он почувствовал совершенно другое.       По комнате неожиданно раздался звонкий хлопок, а капитан так и замер, прикладывая руку к щеке, по которой с размаху ударила ладонью девушка, награждая мужчину незаслуженной пощечиной.       — Не люблю, не нужен. Доволен?! — изогнув левую бровь, спросила она.       Он растерянно посмотрел на нее, совсем не ожидая от нее такой реакции.       — Я уважаю твою силу, Леви, но я не люблю тебя, — леденящем тоном произнесла она.       — Зачем? Зачем тогда все это было?       Собрав всю волю в кулак, она с уверенностью заглянула ему в глаза и надменно произнесла:       — Я должна была получить расположение в разведкорпусе. А расположение получить проще всего, когда кто-то ценный и высокоуважаемый признает тебя. Ты идеально подошел для этой роли. Спасибо, Аккерман.       Она говорила это с твердой уверенностью, что не поверить ей было невозможно. В его груди больно кольнуло, отчего мужчина отшатнулся назад.       — Ты… Ты использовала меня? — не веря своим ушам, переспросил капитан.       — Использовала, — дерзко ответила она, отражая на своем лице триумфальную улыбку.       Он в ту же секунду оказался рядом с ней, вдавливая девушку в холодную стену и крепко хватая ее за горло.       В ее глазах на секунду отразился испуг, но она быстро нацепила маску презрения.       — Что? Ударишь меня? — гордо подняв подбородок вверх, спросила Раут.       Его лицо исказила гримаса боли и злости вперемешку. Он хотел одновременно удушить ее своими руками и зацеловать до потери пульса.       Он ненавидел ее за то, что она играла его чувствами. Он ненавидел себя за то, что повелся на ее уловки и обнажил перед ней свою душу, отдавая ей свое сердце.       — Все таки, мое первое впечатление о тебе было верным, — он неожиданно ухмыльнулся. — Пустая сука, которая только и может раздвигать свои ноги для достижения своих целей, — он резко отпустил ее шею. — Об такую, как ты, даже руки марать противно.       Развернувшись, он направился к выходу, кидая ей напоследок ядовитое:       — Дрянь.       Послышался громкий хлопок двери и удаляющиеся шаги.       С глухим стоном она спустилась по стене вниз, пытаясь привести свой пульс и дыхание в порядок.

***

      С момента тяжелого разговора двух капитанов прошло уже несколько дней.       Если раньше они были скорее нейтральны друг к другу и могли свободно разговаривать, решая рабочие вопросы, то сейчас между ними сквозил леденящий душу холод.       Рядовые то и дело перешептывались о том, что между капитанами явно пробежала черная кошка. Леви не упускал возможности словесно задеть девушку, а Серена, в свою очередь, всячески игнорировала существование мужчины.       Заметив уж больно резкое изменение в отношениях этих двух, Эрвин Смит, как главный дипломат разведкорпуса, вызвал к себе сначала капитана Леви, а затем и Раут, в надежде урегулировать конфликт между ними.       Разговор с Леви у Смита закончился почти сразу, когда на вопрос « — Что между вами произошло?», он услышал довольно жесткий и грубый ответ: « — Мне противна эта дрянь и ничего иметь я с ней больше не намерен».       Поняв, что ничего из капитана элитного отряда он не вытянет, он пригласил на разговор Серену.       Пожав плечами, Раут сказала Смиту, что их отношения закончились, а капитан просто не смог спокойно принять этот факт. Причину своего решения она озвучивать ему не стала, сказав, что это личное.       Желая растащить по разным углам двух капитанов, Эрвин Смит с самого утра в компании майора Ханджи и капитана Леви отправился в Митру, чтобы навестить будущую Королеву перед баллом и коронацией.       За этот день Раут успела провести две тренировки для элитного отряда, в виду отсутствия их капитана.       За ужином члены элитного отряда то и дело бросали на нее косые взгляды, не смея произносить ни слова в слух.       За столом стояла напряженная атмосфера и выдохнули разведчики лишь тогда, когда девушка покинула пределы столовой.       Отложив бумажные дела на потом, Серена взяла гитару и вышла на улицу, удаляясь от штаба в неизвестном направлении.       Остановившись на открытой поляне, она присела на длинное, толстое бревно, а тонкие пальцы быстро заиграли замысловатую мелодию. Прикрыв глаза и выждав вступление, девушка запела:       В тихий вечер на распутье двух дорог,       Я колдунью молодую подстерёг.       И во имя всех проклятых вражьих сил.       У колдуньи талисман я попросил.       Предо мной она стояла не дыша       И шептала чародейные слова,       И искала талисман в тихой мгле,       И нашла багряный камень на земле.       Пробую бежать, прошу, мне не мешай.       Режешь без ножа, как же мне дышать.       Колдунья не нежна, отпусти меня.       На сердце лёд, болит душа.       Пробую бежать, прошу, мне не мешай.       Режешь без ножа, как же мне дышать.       Колдунья не нежна, отпусти меня.       На сердце лёд, болит душа…       Она только доиграла последний аккорд, как сзади послышался треск сухой ветки. Вздрогнув, девушка повернулась на звук.       — Прости, не хотел тебя напугать. Я гулял и услышал, как кто-то поет. У тебя красивый голос, Серена, — неловко произнес парень, поднимая ладони вверх.       — Все хорошо, Эрен. Спасибо, — она улыбнулась уголком губ.       — Не против? — он кивнул на место рядом с ней.       — Нет, конечно, садись, — она немного подвинулась, чтобы Эрену было удобнее сидеть.       Присев рядом, он смущенно кинул на нее взгляд, а затем посмотрел на луну.       — Красивая сегодня луна… — прошептал он.       — Красивая… — повторила она за ним.       — Ты очень необычная девушка, Серена.       От подобного заявления молодого парня она прыснула в кулак.       — Ты просто не знаком с чудовищем, что живет глубоко у меня внутри.       — У каждого из нас есть свои чудовища, — он улыбнулся. — А у меня и не только внутри. Меня до сих пор многие шарахаются и обходят стороной.       — Не стоит обращать внимание на недалеких людей. Трусливые псы всегда убегают, поджав хвосты.       — Наверное ты права… Слушай, ты осталась одна из командования в штабе. Мы с ребятами хотели через час посидеть у озера, что находится немного дальше от площадки для тренировок с УПМ. Не хочешь присоединиться? — робко спросил парень.       — Это, конечно, очень заманчивое предложение, но…       — Подожди, — он резко приблизится к ней, почти сталкиваясь с девушкой лбами. — Не отказывайся сразу, подумай.       — Какой настойчивый парень, — она пустила тихий смешок.       — Давай сделаем так: если я успею разобрать отчеты, то составлю вам компанию, если нет, то нет.       — Что-то мне подсказывает, что ты не придешь, — недовольно буркнул Йегер. Тепло рассмеявшись, она потрепала его по голове.       — Кто знает, кто знает, — загадочно произнесла она.       Подмигнув ему, она молча встала и направилась в штаб, чтобы поскорее сесть за документы.       Эрен так и остался сидеть на бревне, смотря девушке вслед.

***

      Уже как полчаса капитан заполняла отчеты, периодически поглядывая на часы.       Она все же решила присоединиться к разведчикам и провести время в их компании. Тем более, кто-то должен был присмотреть за охмелевшими солдатами. А в том, что там будет алкоголь, девушка не сомневалась.       Потянувшись, она принялась заполнять последний отчет. Сверяя числа, она услышала, как дверь в ее кабинет беспардонно отворилась.       В ее покои без стука когда-то мог зайти только Леви, остальные всегда стучались и ждали приглашения.       Подняв глаза на нарушителя ее покоя, она вздрогнула, а все ее тело словно налилось свинцом.       — Что ты здесь делаешь? — нервно спросила она.       — Его никто не должен увидеть… не здесь…       — Вся верхушка сегодня отсутствует в штабе. Я не мог упустить момента и решил заглянуть к моей дорогой птичке, — мужчина хитро улыбнулся.       — Уходи. Если хочешь поговорить, то выбирай любое другое место и время, — отрезала она.       Уверенным шагом он прошел к столу, ставя руки на деревянную столешницу.       — Разве так разговаривают с близкими людьми, Серена? — приторно протянул он.       — Ты выбрал не то место для разговоров.       — Неужели? — мужчина нахально ухмыльнулся. — Боишься, что я застану тот момент, когда этот карлик будет трахать тебя на столе?       Она в ту же секунду нахмурилась.       — Что ты несешь? Между мной и Леви ничего нет.       — Да? А вот представшая сцена перед моими глазами у часовни Рейссов, говорит о другом. Я уж было подумал, что вы трахнетесь прямо на месте, — он прищурился.       Ее глаза расширились, а аккуратные пальцы сжались в кулаки под столом.       — Молчишь…? — достав сигарету, он закурил и начал расхаживать по кабинету девушки из стороны в сторону. — Кто бы мог подумать, что ТЫ ляжешь под Аккермана.       Глаза Серены судорожно забегали по комнате, а волосы на ее теле встали дыбом.       — Удивлена, что я узнал его фамилию? — он довольно хмыкнул. — Ты не представляешь, как я был удивлен, когда узнал, что тебя трахает представитель их гнилого клана.       Мужчина медленно подошел к шкафу, по-хозяйски открыл стеклянную дверцу, доставая оттуда элитный коньяк.       Откупорив крышку, он приложился к бутылке, делая несколько крупных глотков, а затем резко отбросил ее в стену.       Бутылка разбилась вдребезги, разлетаясь осколками по всему кабинету.       Он кинул на нее опасный взгляд, не сулящий ничего хорошего.