Однажды в тёмной сказке

В помещении темно и тихо, люди которые сидели за круглым столом занимались своими делами: кто-то курил дорогие сигары, кто-то без доли стеснения испивал блаженный красный напиток под названием вино, а кто-то предпочитал такой спертной напиток как шампанское. В зале большого дома, обеспеченной всеми богатствами семьи, по прежнему стояла гробовая тишина, будто в комнате и вовсе нет людей и она просто пуста. Но никого это не смущало, а девочку подростка даже радовало что она будто на кладбище среди усохших. Большие тяжёлые двери из красного дерева немного неожиданно отварились, и в зал зашёл взрослый статный мужчина средних лет. Увидев его лик, все в шикарном убранстве комнаты встали со своих стульев и сдержанным кивком головы попреветствовали мужчину. Этот вошедший человек выглядел как на показ: он был в классическом строгом чёрном костюме, его тёмные туфли были идеально чисты, а галстук был просто завязан так будто над его завязкой трудилось много людей. Внешний вид этого мужчины был точно с иголочки, и меньше чем идеально он никогда не выглядел. Он оглядел зал своего дома с полуулыбкой на лице, его слегка морщинистое в силу его лет лицо сейчас выглядело безупречно, его каштановые волосы и голубые глаза очень подчёркивали довольно резкие черты лица и острый подбородок, на котором красовалась в меру отросшая порода. Мужчина начал подходить к девочке подростку спокойными и неторопливыми шагами, небольшие каблуки на его туфлях монотонно постукивали по мраморному полу. Он подошёл к девочке почти вплотную и легонько потянул её за подбородок, тем самым заставляя смотреть себе в глаза. У той к слову на лице ни один мускул не дрогнул. Потом мужчина спросил её: — Юленька, солнышко моё родное, хочешь ли ты тортик? — спросил с ласковой улыбкой владелец дома. — Канечно хочу, папочка.— сказала девушка улыбаясь. — С днём рождения тебя ещё раз.— говорил отец девушки не переставая улыбаться ей.— Джорджина, принесите пожалуйста для моей малышки, её любимый шоколадный тортик. Услышав приказ господина, слуга поспешила выполнить приказ. А все сидевшие в комнате сразу оживились. Все начали поздравлять именинницу с шестнадцатилетием. Большинство людей которые были в зале, поднялись с места, и по очереди начали подходить к молодой девушке. Все поздравляли Юлю, дарили цветы и подарки. — Эй, Маркус! — услышал знакомый голос позади себя отец именинницы. — Поздравляю тебя и твою прекрасную дочь. В конце концов, иметь такую красавицу, стоит похвал..— сказал друг Маркуса, Нил, когда подошёл в другой конец зала от Юли. — Я надеюсь ты уже поздравил саму Юлю? — уточнил Маркус. — Конечно! Просто хотел сказать, что тебе правда повезло с дочкой. Ты вырастил её очень умной и смелой девочкой.. — Ох, это не я вырастил её такой, она сама захотела быть такой как я.. — Сказал Маркус, с гордостью смотря на свою дочь. Юля принимала подарки, она была счастлива, что все эти люди считают её предметом обожания. Она очень любила похвалу, особенно от своего отца, а тот, в свою очередь, хвалил её буквально за каждый её вдох и выдох. — Милая, хочешь бокальчик полусладкого шампанского? — спросил любящий отец, желающий побаловать свою любимую дочь. — Было бы славно.— сказала девушка и в тот миг её лик озарила прекрасная, такая подходящая ей улыбка. — Джорджия, принесите моей девочке шампанского! — прикрикнул хозяин дома свой покорной слуге, чтобы его услышали в этой праздничной суматохе. — Сию минуту сэр.— сказала Джорджия, подходя к младшей Фамине, подавая бокал желанного ею шампанского с серебристого подноса с напитками. Девушка взяла бокал и принялась пить залпом горький алкогольный напиток. Потом она как ни в чём не бывало отставила бокал. А когда она в самый первый раз попробовала этот напиток, то она сказала что это какое-то горькое и отвратное пойло. Сейчас же она придерживаться другого мнения. Вот уже принесли торт. Большой шоколадный торт. Джорджия поставила его на середину стола, начав разрезать на кусочки. Когда торт разложили по тарелкам, раздав каждому гостю, все люди расселись по местам. Пришло время главного подарка, от отца девушки. — Юленька, ты уже совсем взрослая, и подарок оправдает твои ожидания. Ты заслужила его. — сказал Маркус протягивая своей дочери небольшую и красивую коробку. Юля взяла её в свои руки, немного потрясла. Она начала развязывать бант, а потом медленно сняла крышку коробки. Все присутствующие люди в зале с интересом наблюдали за этим. Открыв коробку, на лице именинницы появилась широкая улыбка, её глаза расширились, и словно засветились от счастья. Она достала из коробки небольшой пистолет, марки М-951. Пистолет был серым, с белыми узорами. Его курок был белым, как и ствол. Девушка была без ума от счастья. Она очень хотела себе пистолет этой марки. Её отец учил её стрелять, примерно лет с 12, ну а почему бы и нет? Она хорошо стреляла, ещё и знала законы своей страны, чтобы лишний раз не вляпаться в беду. Хотя заботливый, да ещё и очень богатый отец, все равно бы отмазал её, кажется даже за убийство президента, если бы на то пошло. Юля прыгала на месте от счастья, она бросилась обнимать и целовать своего папу, уж больно ей понравился подарок. — Папа, ты лучший! Спасибо большое! Я так люблю тебя! — говорила она восторженным голосом своему отцу. Она явно не могла передать свои эмоции словами, девушка по настоящему благодарна за подарок своему папе. Маркус же, был рад за свою дочь. Он исполнил очередную мечту своей любимой девочки, которую он иногда называл "красный сапожек", ведь в детстве, Юля обожала красные сапоги. Он осуществлял её мечты, словно это было его целью в жизни. Но скорее, он баловал её по другой причине. У Маркуса было довольно тяжёлое детство, у него были недостаток финансов в семье, его родители были очень строгими. Он многое вытерпел за жизнь, но и многому научился. Это собственно и поспособствовало ему стать таким криминальный авторитетом в их городе. Мотивация — сделать жизнь своих детей счастливой. В его случае, это была единственная дочь. Они весело отпраздновали, говорили и нахваливали Юлю. Но девушка немного под устала. Она действовала тактике — "По закону Архимеда, после сытного обеда, нужно срочно покурить." Она не увлекалась курением, но все-таки сложилось так, что она делала это, хоть и очень редко. Выходя на серый балкон, она услышала гудки с улицы. Открыв окно и выглянув в него, Юля заметила своего друга на мотоцикле. — Эй, рогатая! Выходи, прокачу! — Кричал Миша. Так звали её друга, Лошец Михаил. Рогатой, он прозвал её за довольно сложный характер, хотя что уж там говорить, если сама «рогатая» дала ему кличку «псинка», ведь так называемая «псинка», везде ходил с ней, словно он её ангел хранитель. Они дружили примерно с класса 5-6, с тех пор общались как самые близкие друзья. — Дай мне пять минут, и я выйду! — выкрикнул а она, побежав к отцу, чтобы сказать что уходит. Проходя по роскошным каридорам своего поместья, она никогда не уставала его разглядывать, ведь эти стены были ей родны и по настоящему красивы. На обоях красовались картины, и их прелесть и вишенка на торте в том, что эти произведения искусства рисовал хозяин дома, и когда мужчина смотрит на эти шедевры то изредка горькая память овладевает им, по причине того что некоторые картины это — портреты, и некоторых из этих людей уже нет в живых. И все эти люди это бывшие друзья художника. Многие погибли когда выполняли одну сложнейшую миссию, и лишь Маркус, и ещё два человека осталсись в живых. Но он успел запечатлеть лица хороших знакомых на бумаге, до трагедии. Сами картины к слову были нарисованы привосходнейше. Сразу видно что это вышло из под руки настоящего мастера кисти. Чётко прорисованные черты лиц на портретах, выделялись всегда. Но то за что цеплялись все люди глядя на его шедевры это — глаза. Они всегда получались у художника как-то особенно, некоторых прихожан это даже в какой-то степени пугало, и объясняли они это тем что, им казалось что портреты оживали и смотрели на них. А ведь не зря говорят что глаза это — зеркало души. Потому что посмотрев в глаза человеку ты никогда не знаешь какие самые сокровенные его тайны ты узнаешь. Девушка шла по красному ковру, её мартинсы слегка постукивали и шаркали. Она открыла большие двери из красного дерева, и вошла в зал где все пировали в честь её дня рождения. Найдя зорким взглядом своего ненаглядного папулю, она его окликнула, и разумеется предупредила что уйдёт на какое-то время. Тот разрешил ей сделать это. Она подходила к своей входной двери чтобы открыть её и выйти на встречу с лучшим другом. Тот к слову в честь её праздника разаделся как на показ, в его вкусе и стиле разумеется: чёрная кожаная куртка под белую новую футболку, выглядит на нём просто бесподобно. А эти не менее чёрные как и его волосы и глаза джинсы, которые обтягивают его худощавые ноги. Кажется он в хорошем расположении духа, раз так вырядился. — Хэй, подруга. Садись по катаемся. Я уверен что ночной Питер не менее великолепен, чем Москва. — сказал Миша докуривая сигарету и туша её о мусорку. — С радостью, моя дорогая породистая псина. Но чур хозяйка за рулём. Ведь твоя Госпожа уже взрослая девочка. — говорила Юля с усмешкой в голосе, ясно давая понять что отказа на её речи дать никому не властно. — Так уж и быть уступлю рогатой казе её почётное место. — Михалыч испытывает явное удовольствие наблюдая за тем как его верная хозяйка залезает на железного быка, тобишь мотоцикл. — Чего уставился, идиот? Залезай пока не угнала твоего ненаглядного и верного! — прокричала со смехом в голосе Фамина. Разумеется что на самом деле его мотоцикл она бы угонять не стала. Но пригрозить и подколоть ей всегда в усладу. Особенно её забавит реакция друга. — Бегу, мадемуазель. — сказал Лошец подбегая и садясь на железного быка, осторожно беря Юлю за талию чтобы держаться. Те тронулись немного превышая скорость, но им за это с вероятностью сто процентов ничего не грозит. Они проезжали по ночному Питеру, ехали по дороге не страшась светофоров что могут их остановить. Они просто наслаждались уличным фонарями, что излучали такой приятный и тёплый свет. Они наслаждались этой атмосферой, так что кажется дышится легче и свободнее. Проще говоря — им наплевать на людской закон. Они грешны, но не грех ли — главная радость жизни? А что делать если в современной жизни порок — единственный яркий элемент? На эти вопросы они ответить не могут. Но может ответить время. А время это словно павлин, только без его красоты. Ведь время много кого вылечило, но также много кого погубило. Так что же такое есть время? Ладно хватит философских мыслей. Ведь друзья сейчас явно думают лишь о том чтобы набухаться до беспамятства, а на следующий день жалеть об этом и обещать себе что — это было в последний раз. А может друзья есть — неотъемлемая составляющая жизни. Может. В этом мире может быть всё, если испить надежды зелье. В то время Маркус Фамина, смотрел в окно и наблюдал за дочерью. Он закрылся в одной из комнат особняка, возле своей работы которую ни кому не хочет презентовать. Эта работа — портрет. А лицо изображённое на нём было самым близким ему, из всех прочих. Эта была женщина. Его покойная жена Луиза. Он вглядывался в портрет который нарисовал сам. И до чего же он был прекрасен... До чего же была прекрасна Лу... : Голубые глаза как сапфиры, чёрные густые волосы что всегда переливались в лучах золотистого солнца, которые украшали её словно нечто драгоценное. Идеально очерченные брови, вздёрнутый носик с горбинкой и алые губы словно цвета роз. Её кожа цвета слоновой кости, и ласковая словно цветущий сад в мае — улыбка. Эта улыбка стоит многого, уж Маркус знает. Он достал два бокала и налил в них крепкое шипучее вино. Один бокал с напитком он поставил себе, другой же бокал пододвинул к портрету, который он специально поставил на стол для удобства. Также он достал из под дивана, небольшую коробочку в которых лежали письма. Да, они с женой часто переписывались не по эсэмэсками или банальным звонкам. Они посылали друг другу письма. Которые её благоверных хранит до сих пор. Он достал одно из писем и начал перечитывать их любовные откровения, что они изливали на клочках бумаги в порыве необъяснимо страсти, что овладела ими и не на долю секунды не собиралась отпускать. Он нюхал их и вдыхал аромат молодости. Своей молодости. Ах, до чего же была прекрасна его юность, когда он не думал не о каких миссиях и не думал как поддерживать нужные связи. Он просто жил. И ему было достаточно этого. Так он нашёл одно письмо, с признание в любви. Его авторства. Глаза начали пробегать по неумело подобранным рифмам. Он даже этому улыбнулся, но дочитав последние строчки, он потускнел вспоминая как ему было хорошо с Луизой и нынешнее положение. Воспоминания о беззаботных минувших деньках на гоняли ему грусть. Он уставился на портрет и склонился к нему, проводя рукой где должна была быть щека Лу. — Свет мой лучистый. — начал он без вольно. — всё что связано с тобой — это жизнь, всё, что происходит без тебя, — это сон. От которого я желаю проснуться и оказаться в твоих объятьях моя милая.. — сказал художник когда в уголках глаз начали скапливаться слёзы. Но он их быстро вытер, и, залпом выпил весь бокал вина. После закуривая самые дорогие папиросы что у него есть. Он пытался таким образом заглушить своё непомерное горе. Пытался уйти от собственных чувств и погрязнуть в пучине без сознания. Но единственный лучик яркого света в этой темноте, буквально то ради чего он продолжает жить — это его дочь, которую он любит всем своим сердцем. И он знает что он ей нужен. Только поэтому и продолжает жить на белом свете. Он глядит в окно и видит что его доченька с её другом Мишей уезжает. Он рад за неё. Всем своим никчёмным и не способным на любовь сердцем рад. Но теперь он неясно тоской утомим. И теперь он поддаться вечерним грёзам. Пойдёт сыграет на рояле пару незамысловатых аккордов, выпьет несколько бокалов красного вина, и пойдёт спать.