Мир, в котором нас нет.

      Солнце медленно поднималось над еще спящей деревней Скрытой в Листве, лишь патрули АНБУ незаметно передвигались по селению, охраняя сон и покой жителей.        В поместье клана Хьюга также было не до сна. Хиаши, был удивлен вечерним вызовом одного из АНБУ, принадлежащих к личной охране Хокагэ, такое на его памяти случалось впервые, да еще и с такой формулировкой, что приходилось сильно задуматься и заставить допросить множество членов клана, принимавших участие в выполнении миссии о том, как те прошли. Но никакой стоящей для подобного вызова причины от своих подчиненных он не услышал.       POV Хиаши Хьюга.       Сидя за столом в своем кабинете, я медленно попивал чай, прокручивая в голове воспоминания о вчерашнем вызове к Минато. Причин для столь раннего вызова, причем как я сейчас понимаю для конфиденциального разговора, у него из-за членов нашего клана не было. Скорее всего, люди Цунаде нашли кого-то из внебрачных детей моих иногда не в меру ретивых подчиненных. Такое уже случалось, но обычно это были дети кого-нибудь из побочной ветви, и процедура действий в таком случае была отлажена и моего присутствия давно не требовала. Это значит, что в этот раз это дело касается либо меня, либо брата, либо его сына, ведь мы единственные представители правящей семьи клана, кто в силу возраста еще способен иметь детей. Но я уже много лет не покидал пределов Конохи, и в моем случае речь может идти лишь о уже взрослом, минимум лет двадцати, человеке. С Хизаши то же самое, остается только Нейджи, он сейчас должен быть у себя, стоит все же его позвать и поговорить на эту тему.       — Изао*, — коротко позвал я.       — Да, Хиаши-сама, — отозвался тот из-за дверей.       — Пригласи ко мне Нейджи, скажи, я жду его через десять минут, — попросил я его. Изао давно служит моей семье, наш с братом первый учитель клановых техник, и один из немногих, кому я могу доверять и у кого могу спросить дельного совета. Его место уже давно в совете клана, но он упорно от него отказывается, предпочитая вместо этого обучать молодых членов клана нашим техникам и секретам. Нейджи явился уже через несколько минут и, тихо постучав, спросил разрешения войти. После его получения, он прошел и присел напротив меня.       — Доброго утра, одзи-сан. Что такого стряслось, что вы хотели меня видеть так срочно и в столь ранний час? — вежливо обратился ко мне племянник и будущий глава клана.       — Утро добрым не бывает, Нейджи, особенно если тебе этого пожелали, — ответил я ему. — Позвал я тебя для того, чтобы узнать, имел ли ты любовную связь с кем-либо за пределами Листа во время своих миссий?       — За пределами Листа нет, — спокойно ответил мне сын брата, сразу видно, не врет, да и лгать в клане, который по мелким деталям в поведении способен определить ложь, чревато неприятными последствиями.       — То есть в селении они у тебя имеются? — улыбнувшись про себя, с каменным лицом спросил я, на это Нейджи едва заметно дернулся, но потом, посмотрев мне в глаза, ответил.       — Да, — уверенно сказал он.       — Об этом поговорим позже. Сейчас я хочу услышать твое мнение. Какие причины могут быть у Хокагэ, чтобы пригласить главу одного из сильнейших кланов на аудиенцию к себе для личного разговора в шесть утра? Причем приглашение передал один из его личных телохранителей, — внимательно наблюдая за племянником, спросил я. Очередная проверка его пригодности на место главы, посмотрим, что он скажет.       — Все зависит от ситуации, — проговорил он, на что я в общих чертах рассказал о сложившейся ситуации.       — И что ты теперь скажешь? — снова задаю вопрос.       — В таком случае, это может быть связанно с тремя неизвестными, что вчера в деревню перед закатом, привел лично Минато-сама и Джирая-сама, — поделился своими выводами племянник, я же, бросив взгляд на настенные часы, проговорил.       — Возможно, вполне возможно. Хорошо, Нейджи, можешь отдыхать, мне же пора отправляться на встречу, не стоит заставлять ждать Хокагэ, — поднимаясь из-за стола, говорю я, он на это лишь вежливо поклонился и незамедлительно вышел.       Дорога до резиденции заняла чуть больше получаса. Несколько десятков АНБУ внимательно охраняют резиденцию. Пройдя по еще пустым коридорам, я, постучавшись, вошел в кабинет, Намикадзе сидел за столом, внимательно изучая какие-то документы. Как всегда бодрый, собранный, увидеть его усталым на работе было невозможно.       — Здравствуй, Хиаши, присаживайся, — не отрываясь от документа, проговорил он.       — Здравствуй, Минато. И для чего же ты вызвал меня к себе в столь ранний час? — попытался я сразу узнать причину, чтобы продумать хоть какую-то тактику в разговоре с ним, особенно, если у него ко мне какие-то претензии.       — Хочу, чтобы ты ознакомился с документами, что лежат в этой папке, — вытащил он из стола папку. — Но предупреждаю, начнешь буянить, после прочтения получишь печать оцепенения.       — Что ж такого нарыли ищейки Цунаде, что ты просишь о спокойствии главу клана, славящегося своей невозмутимостью и спокойствием? — удивленно спросил я.       — На, читай, сейчас сам узнаешь, — передал он мне папку, откидываясь в кресло.       Поначалу шло множество диаграмм, графиков и таблиц, просмотрев которые я понял, для чего вызвал меня Минато. Похоже, они все-таки нашли кого-то из моих внебрачных детей, существование которых было вполне вероятно, учитывая мои с боевыми товарищами пьяные загулы во время последней войны. Надеюсь, Ханаби меня не порежет на куски, когда узнает, очень на это надеюсь. Таковы были мои мысли, пока я не дошел до последней страницы. Прочитав ее первый раз, я не сразу понял смысл прочитанного, но потом взгляд остановился на последних словах этой бумажки.       — Знаешь, это совсем уже. Ты решил поиздеваться надо мной или у тебя теперь такие шутки для особо провинившихся? — зло бросил я.       — Шутки? Тогда я в первую очередь над собой так пошутил. На, вот эти тоже почитай, на последней странице, — бросил он на стол еще две папки, в них я прочел только предложение с выводами о возможных родителях тех, чья кровь и чакра были взяты на анализ.       — У того, кто делал эти анализы, похоже, либо руки из задницы, либо он шутник-самоубийца, — невесело заметил я.       О нашем умении сохранять самообладание сложено немало басен и легенд, но сейчас я был готов сорваться, и плевать, что передо мной человек, потягаться в силе с которым могут едва ли десяток человек во всем мире.       — Это не шутка, Хиаши, — серьезно проговорил Минато, в его чертах и движениях сразу проявились так знакомые мне по Третьей войне злость, решимость, когда он в одиночку вырезал десятки шиноби противника.       — Минато, друг мой, ты случаем головой вчера не стукался, чтобы верить вот в это? Кто делал анализ? — скептически спросил я, взяв себя в руки.       — Цунаде, лично. И я сам имел возможность проверить правдивость того, что вот тут написано, — указал на папки Намикадзе.       — И как же ты это проверил? — поинтересовался я.       — Наруто способен на моем уровне использовать Полет Бога Грома, — мои глаза сами по себе полезли на лоб, ни один клон или диверсант с измененной внешностью не способен полностью использовать техники, являющиеся Кеккей Генкаем. — Думаю, ты сам понимаешь, что это значит.       — И как такое возможно? — не скрывая удивления и растерянности, проговорил я, шанс, что моя дочь жива, смел всю мою хваленую сдержанность.       — Имя Узумаки Тэкеши тебе о чем-нибудь говорит? — мрачно спросил хозяин кабинета.       — Я не настолько молод, чтобы не помнить нукенина, за голову которого пятерка великих деревень выставила награду в два миллиарда. Но каким он тут боком? — растеряно проговорил я, попутно вспоминая, как мне довелось наблюдать еще совсем юным чунином битву этого гиганта с шиноби Тумана, сравнимого по силе с Учихой Мадарой и Сенджу Хаширамой на пике их возможностей.       — Таким, это именно он спас их. Через кунай, подаренный мною Какаши, он вытащил того из-под завала за мгновение до того, как его раздавило, ведь именно на основе его пространственных техник Тобирама создал свою, которая и лежит в истоках моего знаменитого Бога Грома. После, во время Третьей войны, он инсценировал гибель, чуть позже именно он похитил Наруто и забрал тело того, кто контролировал в ту злосчастную ночь Девятихвостого. Семь лет спустя, они с Какаши наткнулись на группу шиноби какой-то деревни, которые вели твою дочь в неизвестном направлении, — закончил свой безумный рассказ Минато.       — Ты сам в этот бред веришь? — изогнув бровь, спросил я, прекрасно видя по микромимике, что он бессовестно лжет. — Ты только послушай себя!       — Хиаши, я прекрасно понимаю, что ты видишь, что я лгу, но мне нужно, чтобы твои люди на совете подтвердили, что они говорят правду. Взамен я расскажу тебе, кто они и откуда на самом деле, — сделав непонятный жест, предложил Намикадзе.       — И какова же она, эта правда? — серьезно проговорил я.       — Наруто, Хината и Какаши пришли к нам из другого мира, зеркального отражения нашего. У них биджу считаются демонами и стихийными бедствиями. Во время моей миссии по подрыву моста умер не Хатаке, а Обито, подарив тому свой глаз. У меня не было старшей дочери, а в день рождения Наруто кто-то из нукенинов Учих вытащил из Кушины Кьюби и выпустил его прямо посреди селения, и, чтобы запечатать его, мы пожертвовали собой, а он рос ненавидимым деревней сиротой. Твою дочь пытались похитить, но ты быстро обнаружил её исчезновение, настиг и убил посла Облака. Вследствие чего они потребовали твою голову, но Хизаши пожертвовал собой, дабы спасти тебя, — правда была еще невероятнее рассказанного ранее бреда, но это была действительно правда. Погрузившись в задумчивость, я некоторое время обдумывал сложившуюся ситуацию, все было слишком запутанно. Голова шла кругом, единственная здравая мысль, бившаяся о стенки моей черепной коробки — это я должен её увидеть, не важно, что она из другого мира, главное — это моя дочь.       — Я сделаю то, что ты просишь, но сначала я хочу увидеть Хинату, — попросил я.       — Хорошо. Идем, — проговорил Минато, после чего появился рядом со мной и, положив руку мне на плечо, он перенес нас к воротам поместья клана Хатаке, считающегося вымершим. Я замер в ожидании, пока Намикадзе откроет проход в защитном барьере, совершенно не зная, как себя вести, когда увижу Хинату.       Когда мы прошли внутрь Минато попросил осмотреться бьякуганом, чтобы найти, где сейчас находятся обитатели этого места. Обнаружил я их на тренировочной площадке за домом. Причем за тренировкой в столь ранний час, что само по себе было привычно для меня, но не для Конохи. В целом жизнь здесь начинается часов в восемь утра, для большинства жителей, за исключением тех, кто на службе и подразделений АНБУ.       В одном из обитателей я сразу опознал Хинату. По изменениям, связанным с нашим клановым стилем и додзюцу, но у неё они имели множество отличий от тех, что я привык видеть в клане, более развитые чакра каналы по всему телу, особенно в очаге и голове, что свойственно всем шиноби, достигшим уровня джонина S-класса. Чуть в стороне от неё стоял еще один человек, его же каналы по развитию были сравнимы с тем, что были у меня или Минато, если не сильнее, а очаг чакры вообще казался для меня одним большим каналом. Третий житель сидел под деревом и что-то говорил стоящим перед ним. Уровень развития его чакроканалов был чуть ниже, чем у двух предыдущих людей, осмотренных мною, но зато у него была хорошо видна предрасположенность к сразу нескольким стихиям.       После того, как он закончил говорить, Хината и человек, которого я опознал, как сына Минато, встали друг напротив друга и, сложив знак готовности к тренировочному бою, устремились друг на друга сразу после отмашки Хатаке. Они оба пытались достать друг друга в ближнем бою, используя только физическую силу, без какого-либо применения чакры, но основа стилей у обоих была схожа: скоростные удары в жизненно важные органы на теле, большой упор на пластику и гибкость тела, предрасположенность к варианту защитного рисунка боя завязанного на контратаках. Правда удары обоих не находили целей и сейчас из защитного, бой с обеих сторон перерастал в агрессивно-наступательный. Скорость стала быстро нарастать, удары стали более резкими и жесткими, первым ошибку допустил Наруто и, как результат, рука Хинаты замерла в каких-то миллиметрах от его сонной артерии.       На этом они, правда, не закончили и, после слов Какаши с указанием ошибок со стороны каждого из них, снова ушли в центр полигона и начали бой. Наше появление в пределах поместья было проигнорировано, хотя все его заметили, когда мы с Минато вышли на полигон. Хатаке, вставая со своего места, поздоровался с нами и окрикнул своих учеников.       — Доброе утро, отец, Хиаши-сан. Чем обязаны столь раннему визиту? — спросил меня блондин, бывший практически копией Минато за исключением трех черных полосок на каждой щеке.       — Здравствуйте, отец, Минато-сама, — поприветствовала нас моя дочь, она была именно такой, как я себе представлял. Ей досталась вся красота матери и талант в тайдзюцу от меня, что она продемонстрировала чуть раньше.       — Просто Хиаши хотел увидеть вас, чтобы убедиться, что я не вру, вот и все. Мы не будем вам мешать и пойдем. До вечера, — проговорил Намикадзе, перенося нас обоих обратно в его кабинет раньше, чем я успел что-либо сказать.       — Хиаши, не делай такое лицо, будто ты в гроб ложиться собрался прямо здесь и сейчас. Похоже, я зря позволил тебе их увидеть, — неодобрительно проговорил Минато, явно не ожидавший такой реакции от меня.       — Все со мной в порядке. Увидеть её живой и невредимой через столько лет… это выбило меня из колеи, — тряхнул я головой, отгоняя совершенно ненужные мысли.       — Хиаши, лучше сразу сделай так, чтобы никто из твоего клана не требовал, помолвки и женитьбы с Хинатой с кем-либо из клана или вашими союзниками, — устало попросил меня Намикадзе.       — В честь чего это? — спросил я, прекрасно понимая, что, скорее всего, он уже собирается предложить на место супруга моей дочери Наруто, ведь он Хокагэ и должен думать о деревне в первую очередь.       — Ты же не хочешь потом искать останки этого смертника и восстанавливать свое поместье, в лучшем случае. Она уже сама выбрала себе пару и просила меня поговорить с тобой на эту тему, — вздрогнув всем телом, проговорил Минато, видимо, дочь сумела чем-то его напугать, раз при воспоминаниях о разговоре он так содрогается.       — А в худшем? И кто он? — просто ради подтверждения своих догадок по поводу выбора дочери задал вопрос я.       — В худшем — пиздец Конохе, — мрачно проинформировал меня Минато и, видя мою заинтересованность, добавил. — Поверь, у них с Наруто сил хватит для этого. Двое джинчурики, полностью контролирующие силу, даваемую хранителями — это может быть опасно, в случае если их чем-то разозлить.       — Значит, все-таки твой сын. В таком случае я, как глава клана, хочу знать, к какому клану они будут относиться Хьюга или Намикадзе? — все же даже в такой ситуации не стоит забывать о том, что я должен заботиться о своем клане, а переживать и давать волю эмоциям я буду дома.       — Ни к какому. Насколько я знаю, они решили взять фамилию моей супруги, то есть в Конохе будет возрожден, клан Узумаки, — мрачнея все больше, проговорил Хокагэ. Видимо задумывается, как на это отреагирует Кушина, когда узнает. Могу ему лишь посочувствовать, надеюсь, Листу не придется досрочно выбирать нового Кагэ.       — Не буду отвлекать тебя от работы, Минато, наши договоренности по этому вопросу, я выполню. До встречи.       — Спасибо, Хиаши. Удачного дня, — попрощался он со мной.       В поместье я добрался быстро. Члены клана, только увидев меня, зашарахались в стороны, еще бы, обычно спокойный и невозмутимый глава сейчас был явно не в себе. Но мне было наплевать, хотелось напиться и забыться. Единственным человеком, не убежавшим от меня, оказалась Ханаби. Обняв и уведя меня в комнату, отослав всю прислугу подальше, она присела делать мне расслабляющий массаж, что должен признать у неё отменно выходило. Слава богу, Ханаби младшую еще вчера отправили на миссию по сопровождению каравана, так что вернется она не скоро.       End POV Хиаши Хьюга.       — О чем ты беседовал с Минато? — делая массаж, спросила Ханаби Хьюга своего законного супруга.       — О детях, дорогая, о детях, — проговорил тот, полностью расслабляюсь под её умелыми и нежными действиями.       — И что же он хотел? Предложить брак между его старшей дочерью и Нейджи? — поинтересовалась она.       — Нет. О браке его сына Наруто и нашей Хинаты. Ауч! — воскликнул от неожиданно больного движения Хиаши.       — Знаешь, это совершенно не смешно, видимо у него совсем крыша поехала от этих бумажек, раз он так шутит, — зло проговорила Ханаби.       — Он совершенно серьезен, — проговорил супруг, присаживаясь на кровать лицом к жене и прижимая её к себе. — Наша старшая дочь жива, я видел это собственными глазами. Она такая же красавица, как и ты, при этом сильна, как лучшие из лучших Хьюг с момента появления нашего клана. Она именно такая, какой мы с тобой мечтали её видеть.       — Я хочу её увидеть, — со слезами на глазах проговорила женщина.       — Я поговорю с Минато, думаю, это можно будет сделать даже сегодня вечером, — проговорил Хиаши, нежно целуя супругу. Но у той видимо были какие-то свои планы. Поцелуй быстро перерос в страстный и требовательный, а руки стали умело избавлять мужа от ненужной и лишней одежды. Тот так же не остался в долгу. Из своей комнаты супружеская пара вышла лишь к обеду, большинство обитателей дома главы старались не попадаться тому на глаза и вообще по возможности свалить подальше из дома, лишь один Изао одобрительно кивал и улыбался, сталкиваясь с гуляющей парой. *Изао — честь, заслуга.