Вот ты и попался, Гоуст.

      Если бы у всех союзников, состоящих в команде вместе с Кёнигом, спросили бы что-либо о нём, они скорее всего сказали бы о том, что это солдат со странностями, да и вообще что он мутный тип. Тот работал всегда один, хоть и недавно присоединился к составу. «Стрёмная» тряпка на голове высокого солдата, которая закрывала всё его лицо, тянувшаяся по самую грудь с двумя неровными и рваными отверстиями для синих глаз Кёнига, как считали другие, пугала. Он ни с кем никогда не разговаривал, разве что только называл своё имя, а всё остальное время молчал. Гоуста, состоящего в команде вместе со странным здоровяком, его личность не особо пугала, а скорее вызывала интерес. Ему скорее хотелось знать больше о личности Кёнига, так как обычно те, кто присоединялись к составу, всегда что-то, да рассказывали о себе, и легко можно было определить характер солдата, тут же — по другому. Да что уж тут говорить, если даже Капитан Прайс ничего толком не рассказал о Кёниге. Лейтенант в Балаклаве много раз наблюдал за солдатом в капюшоне: как тот тренируется в зале, конечно же, один, ходит в стороне от других, смотря на всех с чем-то, похожим... на презрение? По крайней мере, так показалось Саймону. Однажды мужчина заметил, что сержант со «стрёмной» тряпкой на голове ходит по полю и разговаривает сам с собой, показывая какие-то непонятные жесты. То два пальца себе покажет, то укажет на свои ботинки, которые всегда были слегка в засохшей земле.       Вот бы дать ещё логическое объяснение этим жестам, хотя смысла скорее в них нет. Рандомная жестикуляция? Скорее всего.       После тяжкой и неприятной миссии Капитан Прайс решил, что вся команда должна отдохнуть в баре. Никто не был против, кроме Гоуста. Саймон не любил такие шумные заведения как бары, и предпочитал спокойствие и уютную обстановку в своей комнате, сидя за столом и читая старые детективы, однако МакТавиш решил иначе, поэтому начал упрашивать своего лейтенанта пойти со всей командой и расслабиться.       — Ну же, Саймон, будет весело! Там будет пиво и привлекательные дамы, что может быть лучше? — Весело проговорил Соуп, положив руку на плечо Гоуста, слегка его похлопав со своей фирменной ухмылочкой.       — Я же сказал что не хочу, Джонни, или мне ещё раз повторить? — в грубом голосе лейтенанта было заметно раздражение. Он сбросил руку сержанта с левого плеча.       — L.T, ну давай... — промямлил Соуп упрашивающим тоном, а затем добавил: — Пожа-а-а-луйста, — протянул тот последнее слово, глядя на Гоуста.       Райли хорошо понимал, что если не согласится, то его надоедливый товарищ будет упрашивать вновь, поэтому раздражённо закатил глаза и кивнул, одобряя идею МакТавиша, хоть и не по собственной воле.        Джонни был ещё той занозой в заднице, но отказать Райли ему не мог, даже можно было сказать, что у него не было выбора, чтобы отказаться.       В заведении была довольно спокойная обстановка, если сравнивать его с другими барами, хотя музыка всё ещё была громкой для слуха Гоуста. Райли сел рядом с Прайсом, Джонни и Гасом на чёрный кожаный диванчик. Приятели Гоуста начали весело общаться, обсуждая смешные ситуации на миссиях, Саймон же совершенно их не слушал, всё его внимание было сфокусировано на высоком солдате, стоящем в самом углу бара — Кёнига. Тот осматривал всё заведение и товарищей по команде. Гоуст настолько потерялся в собственных мыслях о высоком солдате с тканью, закрывающей лицо, что даже не заметил, что Кёниг смотрит на него. Лейтенант поспешно отвёл взгляд, снова смотря на то, как Джонни рассказывает очередную весёлую историю. Закончив рассказ, МакТавиш встал с кожаного диванчика, смотря на своих приятелей.       — Я пойду и закажу всем пива. — игриво и весело проговорил Соуп, начиная идти к барной стойке, забитой бокалами и алкоголем, а вместе и с этим рядом стояли красивые девушки, которые разговаривали с барменом.       Весь вечер Саймон и Кёниг посматривали на друг друга. В определённый момент Гоуста заебали подобные «гляделки» с высоким сержантом и всё таки решил подойти к нему. Райли встал с дивана и медленным шагом приблизился к мужчине.— И долго ты собираешься стоять в сторонке, сержант? — проговорил мужчина в балаклаве черепа, смотря в синие глаза Кёнига.       — Ох, Лейтенант, я уж лучше постою в сторонке...       Ну а какого ответа ты хотел, Саймон? Он же ни с кем не контактирует, забыл что-ли?       — Предпочитаешь работать один? — задал вопрос Гоуст продолжая пристально смотреть на Кёнига скрестив руки.       — Ja.. работать в одиночку у меня получается куда лучше, — немецкий акцент солдата можно было заметить, тот иногда слегка картавил.       Райли продолжал сверлить взглядом Кёнига, анализируя его. Как пристально бы Гоуст не смотрел на австрийца, тот вообще не шевелился, он даже не моргал, просто смотрел практически безжизненным взглядом, словно кукла.       — Выпить не хотите? — предложил Кёниг, наконец моргнув и слегка наклонив голову на бок, словно пёс, слушающий болтовню своего хозяина.       — Смотря что.       — А что вы предпочитаете, лейтенант?       — Бурбон.       После этого оба мужчины подошли к барной стойке, там же Соуп сидел на хокере и беззаботно о чём-то болтал с барменом, попивая своё пиво из пинты.       — Сегодня я угощаю, лейтенант. — говорит Кёниг, смотря на Гоуста, а затем подходя к бармену. — Два стакана бурбона, пожалуйста.       Соуп повернул голову и увидел Кёнига. Это было, наверное, второй раз как, он слышал его голос, первый же был, когда тот назвал своё имя, когда только попал в команду.       — Ох, сержант МакТавиш, здравствуйте, — проговорил австриец, смотря на Соупа, который попивал пиво.       — Хах, привет, ну как проводишь вечер? — Ответил шотландец с лёгкой ухмылкой. Гоуст наблюдал за диалогом Кёнига и Джони скрестив руки.       Гас, сидящий на диванчике на другом конце бара, помахал Соупу, показывая, чтобы он подошёл к нему. МакТавиш кивнул.       — Кёниг, извиняй, пообщаемся позже, меня ждут. — Джони похлопал Райли по плечу.       — Хорошего вечера, ребят. — сказал шотландец и ушёл к Гасу дальше обсуждать всех и всё.       Британец провожал взглядом МакТавиша, задумавшись о чём-то. Из мыслей его вывел Кёниг, который уже стоял с двумя низкими бокалами Бурбона золотистого оттенка.       — Спасибо. — поблагодарив, Гоуст взял бокал его любимого алкогольного напитка, который подал ему сержант. Он приподнял балаклаву черепа и отпил. Австриец заметил на подбородке шрам, проходящий через губы. Еще у Саймона была лёгкая щетина и парочка маленьких царапин.       Кёниг, взяв бокал с бурбоном, засунул его под капюшон на его лице и начал пить.       — У вас хороший вкус на алкоголь, лейтенант. — Проговорил Кёниг, казалось он улыбался.       Гоуст лишь кивнул, садясь на хокер, сержант сделал то же самое.       Через минут пятнадцать Саймон почувствовал, что затруднено дышит. Затем его конечности слегка онемели, а координация движений ухудшилась. Мужчина слегка опустил голову, подпирая её рукой. Голова слишком кружилась. Он не понимал что происходит, ведь он много не пил, чтобы дойти до такого состояния.       — Лейтенант, что-то не так? — задал вопрос австриец заметив как Райли, тяжело дыша, сидел и подпирал голову.       — Думаю, мне пора домой... — промямлил Гоуст, пытаясь встать. Он пошатнулся, но Кёниг быстро среагировал и придержал мужчину.       — Мне кажется, вы не сможете добраться домой в таком состоянии.. давайте я вас отвезу, — предложил тот, придерживая британца.       А разве Гоуст мог отказать? В таком состоянии он уж явно не поведёт машину, конечно, он мог бы попросить об этом Джони, но не хотел отвлекать приятеля от отдыха, пускай веселиться. Поэтому кроме как согласиться на это предложение, у Райли не было выбора. Тот кивнул, опираясь на Кёнига, так как нормально стоять не мог.       Тот поддерживая лейтенанта шёл к выходу бара как тут Джони подошёл к ним.       — Ого, L.T, да ты в говно вообще я смотрю... — проговорил МакТавиш смотря на Гоуста удивлённым взглядом, ему никогда не приходилось смотреть на своего лейтенанта в таком состоянии.       — Иди отдыхай с остальными, а я домой поеду.. — мямлит Саймон, опираясь на Кёнига.— Как скажешь, приятель. Если что, завтра отпишешь что да как, если не будешь помирать от похмелья. — проговорил шотландец, а затем добавил: — Хотя... смотря на твоё состояние, с уверенностью могу сказать, что ты точно помрешь... — подшутил МакТавиш слегка улыбаясь.       — Вот засранец... — промямлил Гоуст, смотря на приятеля.       — Удачки. — сказал Соуп, а затем ушёл к Гасу и Прайсу.       Выйдя из заведения, Райли и австриец дошли до машины. Кёниг открыл дверь небольшого чёрного буса. Гоуст сел на заднее сидение. Сержант сел на переднее и что-то начал искать в бардачке, шурша то какими-то пакетами, то бумагами. Саймон не мог разглядеть, что в конечном итоге взял Кёниг, так как было слишком темно, да и взгляд сфокусировать в таком состоянии было достаточно сложно. Тот снова вышел из машины и открыл дверцу к задним сидениям, где сидел Райли. Австриец резко схватил лейтенанта. Саймон почувствовал как Кёниг прижал какую-то ткань, либо салфетку к его носу, а затем в глазах потемнело.       — Сладких снов, лейтенант.