Однажды я задушу её.. (зарисовка)

      Я стоял у окна, нервно крутя в пальцах незажженую сигарету, и каждую минуту смотрел на часы. Она должна была прийти ещё час назад, но входная дверь всё никак не издавала звука поворачивающегося в замочной скважине ключа.       Когда на часах стало ровно 00:00, я громко выдохнул, шёпотом произнеся «блять..», и поджёг сигарету, моментально сделав затяжку. Сигаретный дым проникал в лёгкие, внушая мнимое спокойствие, и выходил обратно, с выдохом как бы забирая всю боль, скопившуюся внутри. Я ждал её. Ждал как верный пёс, как Хатико. А этой суки всё не было.       Наконец я услышал звук медленного поворота ключа в двери и затаил дыхание, замерев с сигаретой между пальцев. Я знал, что первым делом она проверит, сплю я или нет, а затем зайдёт на кухню, где я жду её уже два часа. Так и произошло: судя по всему, она заглянула в спальню, и, убедившись, что меня там нет, зашла в кухню с лёгкой улыбкой на лице. Она шла ко мне с распахнутыми объятиями. Я смотрел ей в глаза, всё так же не шевелясь, и невольно сжимал зубы от злости, проникающей в каждую клеточку тела.       –Котик, прости, я задержалась немного, надеюсь, ты не скучал без меня.. – почти шёпотом сказала она, подходя всё ближе.       Я не знаю, чем я руководствовался в тот момент, но когда она была в полуметре от меня, я со всей силы ударил её ладонью по лицу, от чего она не удержалась на ногах и упала на пол. Я положил сигарету на пепельницу. Она тут же приложила ладонь к щеке, потирая место удара, и посмотрела на меня. В её глазах смешались страх и непонимание: такое было впервые.       –Что это было? – спросила она, но меня уже было не остановить. Я чувствовал эту назревающую злость и обиду внутри.       Я прошёл вглубь кухни, оставив её без ответа, и, недолго думая, схватил со стола нож. Вернувшись к ней, я присел на корточки и крутил рукоятку ножа в руке, глядя строго ей в глаза.       –А как ты хотела? Думала, ты можешь приходить когда тебе вздумается и тебе ничего за это не будет? Ошибаешься. Я такой же человек, как и ты, я тоже чувствую боль, переживаю. Откуда я знаю, может тебя уже зарезали или изнасиловали где-то в подворотне. А может ты тусуешься с кем-то другим, пока я тут курю как не в себя, думая, где ты там, – я хотел вызвать в ней чувство вины, а она молча смотрела на меня, боясь сказать хоть слово.       Я поднялся на ноги, положил нож на подоконник, взял почти догоревшую сигарету и жестом показал ей подняться. Она встала на ноги, но не переставала сохранять зрительный контакт. Я взял её за руку, протянув к себе ладонью вверх, и, совершенно бесчувственно, начал вжимать сигарету прямо ей в запястье. Она начала кричать, умолять остановиться, но не вырывалась – понимала, что так сделает только хуже.       Оставив на её нежной коже красный ожог, я выкинул сигарету в окно и снова взялся за нож. Она со страхом посмотрела на него, затем снова перевела взгляд на меня, всё ещё молча наблюдая за происходящим.       Я аккуратно, но резко стянул с неё верхнюю одежду, затем так же ловко и осторожно сбросил с неё бюстгальтер. И вот она стояла передо мной наполовину голая, я держал в руке её ладонь и понимал, насколько же она мне дорога, но не мог простить. Не мог.       Я наконец отпустил её руку, подошёл чуть ближе и дотронулся кончиком ножа до её ключицы. Проводя по одной, а затем по второй, я не давил на нож, лишь рисовал очертания знака бесконечности.       Я верил, что могу всё исправить, отбросив сейчас этот нож в сторону, встав перед ней на колени и извинившись за всё. Она бы простила меня, я это знаю. Но эмоции взяли верх.       Я резко надавил на нож и он вошёл на сантиметр в её тонкую кожу, делая надрез. Я провёл от ложбинки между ключицами до пупка, разрезая её тело. Я вёл медленно, неспеша, пока она кричала и рыдала, но не делала и шага назад.       Остановившись, я так же медленно вынул нож и посмотрел ей в глаза. Они были мокрые, как будто она рыдала несколько часов подряд без остановки. В её глазах я видел боль, боль, смешавшуюся с надеждой. Надеждой на что-то хорошее, чего быть не могло.       Я опустил взгляд, не выдерживая всего накала эмоций, что был на её лице, и сделал шаг назад. Затем я обошёл её и ушёл в спальню, упав на кровать и зарывшись в одеяло. Я плакал. Громко и страшно. Мне было неистово больно. Мне было больно, что она пришла так поздно. Мне было больно вспоминать её улыбку. Мне было больно видеть перед глазами её разрезанное напополам тело. Я болел ею и не мог себе в этом врать.       Она зашла тихо и бесшумно легла рядом со мной, обняв меня одной рукой и прижавшись к моей спине. Я почувствовал тепло, разливающееся по всему телу. Её касание сравнимо с целительной магией. Лишь одно её касание и я погиб.       –Прости меня. Я не знаю, что на меня нашло, я не хотел. Я никогда не желал тебе зла, но в этот раз я слишком разочаровался в тебе. Я был зол, прости.       –Я понимаю тебя, не нужно извиняться. Всё хорошо, я всё ещё с тобой.       И я начал проваливаться в сон. Но я чётко помню последние мысли, крутившиеся в моей голове до того, как я заснул. Она нужна мне. Я ценю и берегу её. Я не могу без неё жить. Я не узнавал её, но я точно знал, кто она – любовь. Да, это была она. И я верил в неё, верил до последнего, но ненавидел её сильнее, чем кого-либо в этом мире. Я хотел задушить её. Пока она спала, я горел желанием схватить её тонкую шею и сдавить её горло так, чтобы она никогда не смогла проснуться. Я хотел, но пока не мог..