Сплошной цирк

(для вашего понимания: Василиса "мать", Николай и Григорьевич "отцы", легче говоря воспитатели. Проводник у них основатель) — Мятка, просыпайся, — я услышал голос Даши, — Василиса уже сделала завтрак. — я не голоден. — там яичница с сыром, как ты любишь. — ладно, встаю, — я вылез из-под теплого одеяла и спустился. Ух как я хорошо поспал. Сделав утреннюю зарядку я пошёл на кухню где уже все сидели. Я сел за стол и начал есть. — ешьте быстрее и идите собираться, нам скоро выезжать, — говорила Василиса смотря на нас. — так рано? — спросила Милана. — да, мы нашли вашу сестру, — плохая новость.. но все сыграли счастье, хотя я вижу, что никто этому не рад, никто умирать не хочет.. После завтрака мы все пошли в комнату собираться. — и сколько там ещё осталось? — спросил Рома. — ну где-то 3, — ответила Даша и села на кровать, — у меня только отношения появились нормальные. — а я Диму почти на секс уломал, — я начал переодеваться. — серьёзно?? — Рома посмотрел на меня. — ну да, а потом пришёл его отчим и ничего не получилось.. — и они посмеялись. — не смешно! — да мы просто удивлены как ты так умудряешься ложать, — говорила Милана. — ойй, самой то не везёт. — ну, я не спешила потерять девственность в 13, — я посмотрел на неё и нахмурился, — прости. — иди ты, — я собрался и вышел из комнаты, просил же не вспоминать это. Пока я всех ждал, я написал Димочке, он в такое время должен просыпаться. — доброе утро, милый (⁠◕⁠દ⁠◕⁠) — осталось ответа дождаться. Я правда надеюсь, что не сделал хуже вчерашним, но ему ведь понравилось. Я погладил шею. Вот бы ещё почувствовать его губы и укусы, довести дело до конца. Хехе, хватит с меня этих мыслей. Наконец-то сёстры и брат собрались. Я с Ромой сели в машину Евгеньевича, а сёстры к Николаю и мы поехали. Предстояло долго ехать так что я решил подремать, уж слишком меня убаюкивает в машине. — Мить, — Рома начал меня будить. — что? Приехали уже? — нет, смотри, — он тыкнул мне в руки телефоном. Я протёр глаза и начал читать: стрельбище в школе 26, 9-А.. мой класс? — шутка какая-то? — ты в своём уме? Кто так шутить будет? — а вдруг Дима пострадал? А вдруг его убили?? — тише, тише, — и моих друзей получается тоже убили? Денис, Маша, Андрей.. мертвы? Дима.. как я надеюсь, что он не пошёл в школу, я не хочу чтобы он умирал, нет! — Митя, на меня посмотри, — я просмотрел на Рому, — давай, дыши, успокаивайся. — что у вас там происходит? — спросил Григорьевич. — ничего серьёзного, не переживайте, — мне правда нужно успокоиться, но я не могу, нужно о чём-то хорошем подумать.. да не о Диме! Вдруг он вообще мёртв?! — не тяни за волосы, — он забирал мои руки от моей головы, — ты взял успокоительное? — я кивнул. Рома взял мой рюкзак и полез туда, потом достал успокоительное и воду. Я быстро выпил его. — ты прочитал до конца? — нет, и не хочу читать.. — хорошо, — я дождался эффекта от таблеток и успокоился. Лучше уже не буду спать, не хочу видеть кошмары. То, что Дима так и не ответил на сообщения меня тревожит, я правда пытаюсь о этом не думать, но не получается. О духи, зачем вы дали человеку сознание? Любовь и грусть? Зачем дали злу создать смерть и человеческие пороки? Почему как высшему вы не можете дать ответ? Я посмотрел на Рому, а потом на его телефон. Фу, не думал, что он смотрит резню, хотя погодите.. я сел ближе и присмотрелся. ДИМА?! Я выхватил у него телефон. — эй! — ДА, ЭТО ДИМА!!! И он.. убивает человека? Ой мамочки, он достаёт внутренности?? Как противно.. кажется мой завтрак хочет наружу. Рома забрал у меня телефон, — Григорьевич, остановите пожалуйста машину! — машина остановилась и я сразу вышел, а потом меня вырвало. Как мерзко, какое отвращение, и это всё делал Дима. А его улыбка, ему нравилось это. Как мерзко, мерзко, мерзко, мерзко! — попей воды, — Рома дал меня бутылку, я попытался попить, но меня всё равно вырвало, те кадры не хотят из моей головы выходить. — мы задержимся, высшему стало плохо, — Григорьевич говорил по телефону. Ещё из-за меня придётся им ждать, почему столько проблем?! — что у вас случилось? — он подошёл к нам. — наверное укачало, мы скоро сядем в машину, — Григорьевич ушёл. — всё хорошо, — я выплёвывал остатки блевотины. — прости. — сам виноват, видел же, что ты смотришь. — это был Дима, да? — ага.. — я сел и пытался прийти в себя. — ужас какой, я же говорил, что он какой-то мутный тип. — я откуда мог знать?! Вообще, оставь меня одного и завались! — понял, жду в машине, — Рома ушёл. Опять я хочу себя порезать, мне опять страшно от себя и своих мыслей. Я просто царапал себя ногтями и не мог остановиться, это хоть немного успокаивало. Почему я рад, что Дима жив? Он убийца, он убил людей с улыбкой, он должен сам умереть! Но почему я не хочу, чтобы он умирал? Я его люблю? Всё ещё? Даже если он убийца? Неужели я ничем не лучше него, раз продолжаю любить.. хах, какой я ужасный.. — иди в машину, Григорьевич уже недоволен, — Рома поднял меня, — успокаивайся поскорее. — я стараюсь, — мы сели в машину и поехали. Я рисовал всё, что было у меня в голове, хотя это скорее похоже на месиво цветов, чем на рисунок. Через два часа мы приехали. Природа, лес, свежий воздух, иногда хочется стать для этого чуда природы удобрением. Мы пришли к остальным, ко мне сразу подошли Милана и Даша. — что случилось? — спросила Даша. — я дома расскажу. — запомнили, — они провели нас к высшим. Я поздоровался с братьями и сёстрам, все говорили о новой сестре, кто-то был рад, а кто-то скрывал своё недовольство. Но все ждали когда же её приведут. Когда все собрались привели и её, новую сестру и высшую, а с ней пришёл и Проводник. Она выглядела испуганной и видно в замешательстве, надеюсь её не украли у любящих родителей.. — поприветствуйте Марию, спасение которое мы нашли спустя столько лет! — спасибо! — вскрикнули все. Дальше был тот же монолог, что и кучу раз до этого, скучно. После слов Проводника Машу отпустили к нам, а люди начали общаться с духами, ну, я что, зря за наркотиками бегаю? Я отсел от них подальше, никаких сил общаться не было. Пусть мысли меня съедаю. Значит остался я без большей части своих друзей которых убил мой любимый человек, но я продолжаю любить Диму.. я очень надеюсь, что большинство выживут и он просто ранил их, он не выглядит как тот, который умеет хорошо стрелять. Ну тоесть у него руки слабые, иногда его трясёт, да и сколько он времени проводит за экраном, зрение у него точно не из лучших! Интересно, что с ним сделали? Посадили в тюрьму или в психбольницу? Потому что я должен его убить.. он же убил людей, ну, одного точно, а такое непростительно.. нельзя забирать жизни других за просто так! А я уверен у него не было причин всех расстреливать! Почему он вообще не сказал, что у него какие-то проблемы? Может его продолжали задирать, а я этого не заметил? Я же вроде всё сделал, чтобы к нему не приставали.. в вторник он был как обычно, радостный.. а вот в среду я его не видел, он и не хотел гулять. Может в среду и произошло что-то, что заставило его это сделать? Или он не хотел меня видеть? В этом точно виноват я.. может.. ревность? Может моей вины тут намного больше, чем мне кажется? Из-за меня он решил всех расстрелять? Хах, яндере получается? Пиздец, что я натворил, не нужно было с ним дружиться, тогда бы я и не потерял одноклассников, какой я идиот.. — Митя, — ко мне подошёл Данил, — ты должен тоже познакомиться с Машей, — и какой смысл если из-за неё наша смерть всё ближе? — иду, — я встал и пошёл к ребятам. — привет, я Митя, — я подошёл к Маше и раздвинул руки для объятий. — приятно познакомиться, — мы обнялись. — я тут старший после Кати. — получается я тут самая младшая? — посмотрим, осталось найти ещё троих высших. — это мне уже рассказали, — интересно, её реально не задело то, что она умрёт, или она не хочет этого показывать? — в какой семье будешь жить? — у Анжелики и Андреевича. — да тебе повезло! — вскрикнули все мы. — да правда? — она видно засмущалась. — у них нету детей, а нас четверо в одной семье, — ну это меня немного возмутило, новичкам всегда везёт. — ох, ну, думаю скоро и других найдут и я не буду одна. — посмотрим, — кажется я достаточно с ней поговорил так что ушёл от них, подумать не дают. — еее, нет Митька, — Даша встала перед мной, — идёшь и сидишь с нами. — я не хочу. — я вижу как ты о плохом думаешь и хватит с тебя, пошли, — она взяла меня за руку и потянула обратно. Спасибо, что не дала мне дальше гнить. Я неактивно общался с ними и слушал что у кого произошло за эту неделю, жаль кроме четвергов мы все почти не общаемся. Эти 5 часов прошли незаметно, я и не думал о плохом. Потом было нужно помочь этим взрослым по машинам сесть, это самая сложная часть. В этот раз трезвых на всех не хватило, мда. — так, — начал нам говорить Проводник, — второй и пятый, отвезёте свою семью домой, — я уже надеялся, что не сяду сегодня за руль. Я пошёл с Ромой к машинам. — ну чё, на перегонки? — спросил Рома и ударил меня по плечу. — хочешь опять чуть в аварию не попасть? — теперь я вожу лучше! — ну да, конечно, с кем-то другим договаривайся, — я сел в машину к Милане, Николаю и Василисе. Рома только закатил глаза. Я завёл машину и мы поехали. К счастью Милан не говорила со мной, она больше следила за Василисой и Николаем. Как повезло, что по дороге не было полиции, откупаться то у меня нечем. Мы завели их домой, а потом и Рома с Дашей приехали ведя Григорьевича. Пока они все были заняты, я взял канцелярский нож и ушёл в ванную, всю дорогу про это думал. Я закрыл дверь и посмотрел в зеркало. Я снял кофту. Руки уже и так изрезаны, но туловище же нет. Я начал резаться. Я просто ужасен, из-за меня умерли одноклассники, всё же Дима это точно из-за ревности сделал. Смешно как он опять заставляет меня резаться, как я всё ещё люблю его и ненавижу себя за это. Моё тело духу злу предназначено? Это объяснит все мои страдания. — выходи Митя! — Милана начала стучаться в дверь. — сейчас, — я посмотрел на порезы, взял перекись и обрабатывал их, ещё больше боли, как хорошо. Потом я вышел из ванной. — ну наконец-то! — она зашла в ванную. Я ушёл в комнату и просто лежал. Делать ничего не хотелось, да и смысла не было. Я взял телефон и начал смотреть все новости про это стрельбище, к счастью их было много и видимо сёстры всё знают. Убито 18, тяжело раненых 20.. и как мне повезло, что все одноклассники с которыми я хорошо общался были убиты, как же повезло. Дмитрий Коченов был направлен в психиатрическую больницу, хотя родители детей были недовольны таким решением, я могу их полностью понять.. и их желание убить его.. но лучше это я сделаю, и как можно быстрее. Нужно только попасть к нему.. через его папу, надеюсь получится. Я написал Олегу (папа Димы). — добрый день. Я могу к вам придти? — зачем? — быстро я ответ получил. — хочу с вами договориться. — говори сейчас — я хотел навестить Диму, я такое могу сделать? — забудь про него и все — ожидаемо. — пожалуйста. — нет — почему? Нельзя? — я не знаю но лучше не надо — пожалуйста и я от вас отстану, мне правда нужно с ним поговорить. — в субботу в 9:00 возле психбольницы — смог же уломать, хехе. — спасибо вам!! — я улыбнулся. Ещё будет целый день, а школу отменили, на работу тоже не нужно.. После ужина я пошёл спать выпив снотворное. Мне снился кошмар. Со стороны смотрел как Дима стреляет по одноклассникам. Не один раз, много раз, мне было больно смотреть на это, я чувствовал вину. Я убегал от чего-то, слышал крики, а по итогу бежал в объятия Димы. Он обнял меня, потом навёл пистолет и выстрелил. Я проснулся в холодном поту. Кошмар.. как меня это задело, ужасный сон. Хотя бы под утро проснулся. Я достал канцелярский нож из под подушки и тихо резал себе бёдра, мне нужно успокоиться. Когда все начали просыпаться, я притворился спящим и просто слушал как они ходят. А потом меня начали будить. — завтрак пропустишь, соня, — Рома начал трясти меня, лучше бы Даша будила. — встаю.. — с ним я уже торговаться не смогу. Я встал и пошёл завтракать. После завтрака я пошёл на кровать и просто лежал. Мне всё ещё не хотелось ничего делать, просто думать, плакать, просто быть размазанной соплёй. Я уже со вчерашнего дня не отвечал друзьям на сообщения, надо бы ответить. Я всем написал, что всё хорошо и я тогда не был в школе, а потом отложил телефон. Я лежал и думал. Много мыслей у меня не было, стрельба в школе и Дима, разгуляться есть где. Как бы долго я об этом не думал, осознавать это сложнее. И Диму я продолжаю любить.. но ведь я больше его не увижу когда убью.. и попрощаться с ним не смогу, просить духов, чтобы они ему помогли, ничего для него сделать не смогу. А если он умрёт, то.. какой смысл мне жить? Только из-за него я не хотел себя убивать, да из-за религии и жизни людей тоже, но они не такая большая причина.. может.. и правда себя убить? Эти мысли меня пугают, но так же манят, выглядит логично. Но.. нет, не хочу чтобы за мной скучали или ненавидели за это, не хочу смотреть на их страдания.. Лежу и гнию, опять хочется растворится в кровати, стать частью мира и чтобы никто не вспоминал. И пропасть так, чтобы это никому не навредило, будто меня не было. Мне бы к психологу с такими мыслями, но Александру я больше не доверяю, раз он смог допустить такое с своим сыном, да и проблемы с алкоголем не делают его лучшим.. ладно, сам попытаюсь вылезти, если найду силы. Целый день меня не тревожили, я смог даже порисовать, хотя выходили одни ужасные монстры и ужасы, вообще яркое не хотелось рисовать. После ужина я пошёл готовить. Кексы с ядом, думаю ему понравится.. к тому же мне не впервой, иногда приходилось таким людям делать десерт. — опа, что делаешь? — ко мне подошли сёстры. — кексы, — я замешивал тесто. Сёстры переглянулись. — ты уверен? — спросила Даша. — полностью, — я чуть улыбнулся и пытался сдерживать слёзы. — если будет нужно, его духи сами накажут, — Даша положила руку мне на плечо. — я хочу его убить.. гештальт закрыть так сказать. — а потом ходить страдать и плакать? — Милана и не скрывала своё недовольство, — а потом ещё вены себе вскроешь? — Милана! — Даша посмотрела на неё. — правду говорю. — нет нет, не буду с собой ничего делать. Я решил, я уверен в этом. — ну ладно, давай хоть поможем? — спросила Даша. — хорошо, — и мы начали вместе готовить. Кексы получились правда красивыми, розовый крем, посыпка, шоколадная начинка, круто. И потраченного времени не жалко. — красивые получились! — сказал я и улыбнулся, а потом взял один без крема. Девочки фоткали их. Я взял остатки крема, замещал туда яда и украсил кекс, тоже красивый получился. — и как ты донесёшь? — спросила Даша. — в контейнер положу, просто главное не испортить, — я достал контейнер для еды и положил туда кекс и спрятал его на верхней полке холодильника. Потом мы сделали чай и поели кексов, Рома нагло съел больше всех, хотя не помогал. А после я пошёл спать наглотавшись снотворного, не хочу мучить себя. Будильник смог меня разбудить, ну герой, вывел меня из кошмара. Опять снился Дима, но уже как он меня вскрывает и вытаскивает внутренности при этом смеясь и говоря, что я во всём виноват. Ненавижу сны. Я встал, собрался, осторожно положил контейнер с кексом в рюкзак и пошёл. Я и сам не заметил как оделся в тёмное, выделяться из толпы вообще не хотелось, опять слился с серой массой. Подходя у психбольнице я начинаю нервничать, мне страшно видеть Диму. Вот так приду и отправлю его, но если он поймёт всё раньше? Мне придётся с ним говорить? Я просто хочу сделать это как можно быстрее. Я увидел папу Димы и подошёл к нему. — доброе утро, — он выглядит недовольным, ну он сам же согласился. Мы молча пошли в психбольницу. Нас пустили, Олег же родственник для Димы, даже доверили мне остаться с Димой наедине. Меня завели в небольшую комнату, там был стол и два стулья, а потом и Дима зашёл. Он посмотрел с полным непониманием, а на меня сразу накатили слёзы. Я рад его видеть, но одновременно так злюсь на него. Он сел напротив и не смотрел на меня, нервничает что-ли? Мы сидели в тишине. — хочешь сказать, что ненавидишь меня? — первый заговорил он. Такой тихий голос у него был. — нет, — уже начинаю плакать. — нахуя тогда? — он спросил с какой-то злостью. Плачу и не понимаю почему. — ну.. м.. почему ты это сделал? Какие у тебя были проблемы? — Дима посмотрел на меня. — ради нас, — как я и думал, я виноват. — какой же ты идиот, ненавижу.. — я начал плакать, не знаю, подтверждение моей виновности и всё вместе меня доводит.. ужас. Немного поплакав я достал контейнер, открыл его и поставил кекс на стол. Я посмотрел на Диму, опять он взгляд отвёл, ему стыдно и правильно. — это тебе, — он посмотрел на кекс. — .. отравлен что-ли? — да, — я не буду этого скрывать, я заставлю его это съесть. — не ожидал от тебя такого. — ты заслужил.. — ты меня уже не любишь? — Дима уже потянулся за кексом. — .. люблю, — он остановился и посмотрел на меня. — что? — я не знаю почему, но я всё ещё люблю тебя, но это ничего не означает! — не кричи, нас всё же слушают, — я и не заметил, как начал кричать. Теперь понятно почему он тихо говорит. — так значит продолжаешь любить? Как и обещал, я знал, что ты не обманешь.. — так зачем убивал.. и с такой улыбкой. — меня ещё и снимали? Скольких я убил? — с каким интересом он это спрашивал. — 18.. — как много, — на его лице была та же довольная улыбка. — псих. — это я ещё не псих, тут и хуже лежат. — ешь кекс и давай закончим с этим. — а как же ты без меня? — он подвинул кекс ближе ко мне. — нормально. — я без тебя никак, сладкий. Есть же жизнь после смерти, да? Я же буду всегда рядом с тобой.. я не хочу тебя покидать, даже если тот мир существует, не важно куда я попаду, это будет ад без тебя. — заткнись. Ты знаешь, что будет если я умру. — а тебе не будет всё равно? Вот мы умрём, будем вечно вдвоём и нам никто мешать не будет, — я посмотрел на Диму, он пытается меня заговорить? — тебе страшно умирать, да? — .. да, особенно от тебя, — я улыбнулся. — а представь как было страшно людям, когда та направил на них пистолет и начал стрелять. Как те, кто остались в сознании чувствовали боль и смотрели на мёртвых. Как они будут жить с этим. — меня это не волнует, они могу убить себя и не мучаться. — издеваешься? — нет.. так, почему бы тебе не умереть со мной? — Дима! Просто уже- — пожалуйста? — ты правда думаешь, что я соглашусь? — да. Не легче будет так, чем жить с этим? — но моя религия, люди. — ещё раз, тебе не похуй? Они умрут, твои братья и сёстры будут свободны и не возродят религию, люди не будут убивать себя наркотиками и пить измельчённые зубы.. к тому же почему ты думаешь, что кто-то не сбежит как только узнает? — я смотрел на него, почему я хочу его послушать? Убить себя звучит для меня давно заманчиво, а умереть с ним.. романтично.. нет, не думай про это, Митя. И я только продолжаю плакать. — хватит, — Дима смотрел на меня, я на него. Потом на кекс. Я начал переставать плакать и правда задумался. Если я и правда должен быть для духа зла, значит долго мне не нужно оставаться.. ещё он.. давид, не знаю. Да и я же сам про это думал. — ты уже согласился я вижу. — я не уверен. — давай тогда быстро съедим, я тоже не хочу долго думать о этом. — а ты так спокойно это принял, ну что я тебя убить хотел, — я взял кекс и поделил его на две части. Ладно, может даже ради него соглашусь. — я просто почти целыми днями под успокоительными, меня все тут так бесят, я ещё напал на одного.. — ты тут только два дня, — я протянул ему кекс. — два? Хотя у меня всегда были проблемы с временем, а тут ещё телефоны не разрешают, — он взял его. — и даже не поцелуемся? — спросил Дима. — ещё я озабоченный? — ну да, — и всё же мы поцеловались, последний наш поцелуй.. мы съели кекс. — люблю тебя, Митя, — Дима улыбнулся. — и я тебя очень люблю, Димочка.. — я тоже улыбнулся, мы сидели и держались за руки. Умру с ним в один день.. от одного и того же яда. — вкусный кекс получился. — ради тебя старался. — кау мило с твоей стороны, — какой же он идиот, но милый до безумия. Яд начал действовать и мне стало тяжело дышать, сердце билось быстрее и хотелось вырвать, но голова слишком болела. Я смотрел на Диму, он сидел бледный и сжимал мои руки. А потом я закрыл глаза.