И опять по новой...

— Поехали, — кивнул Такимичи, водружая шлем. —Ага, — ухмыльнулся Николай, и мотоцикл с рокотом тронулся с места. Дорога обратно прошла без происшествий, под аккомпанемент вечернего Токио. Коля, конечно, не догадывался, что парень, сидящий у него за спиной и машинально сжимающий пакет с покупками, — не совсем тот Такимичи, с которым он пил кофе утром. Ага, блять, судя по всему, я теперь в какой-то другой вселенной, — с горьковатой иронией подумал Мичи, чувствуем вибрацию мотора. — Приехали, — голос коли вывел его из раздумий. Они остановились у знакомого подъезда. —О, спасибо, Коль, — Такимичи слез с байка, снял шлем и протянул его. Он с удивлением поймал себя на том, что говорит с этим человеком легко и тепло, будто знает его сто лет. Тело помнило то, чего не помнил разум. —Не за что. Выкладывайся на все сто, как всегда. Пока. —Пока. Как только мотоцикл Николая с ревом скрылся за поворотом, из-за угла подъезда появилась знакомая пушистая тень. Луз, будто поджидая его, грациозно подошла и принялась тереться о его ноги, громко мурлыча. Такимичи повернулся к двери, как вдруг в него кто-то врезался на полном ходу. — Шини-ниии! — раздался взволнованный, юный голос. — Ты чего здесь делаешь?.... Ой... — Майки, потерявший равновесие, посмотрел на него широко раскрытыми глазами. — Извините... — Ничего, — спокойно ответил Такимичи, окидывая взглядом запыхавшегося мальчишку и уже подбегавших к ним Дракена и Кеске. Троица выглядела как нахохлившиеся воробьи. 😈 — Извините его, — тут же вступился Дракен, хватая Майки за шиворот. — Он не смотрит куда бежит. —Ничего страшного, — повторил Такимичи, стараясь обойти их. — Так я так не могу! — внезапно выпалил мальчик больно похожий на мицую, высовываясь из-за спины Дракена. — Извините, мы сегодня весь день следили за Вам-то... —Заткнись! — резко оборвал его Майки, нахмурившись, как рассерженный котёнок. И в этот момент Луз, почувствовав, возможно, угрозу для хозяина или просто решив поиграть, цапнула Майки за подвернувшуюся штанину ,взвизгнул Майки и чисто рефлекторно замахнулся на кошку. Но Такимичи был быстрее. Молниеносным движением он подхватил Луз и прижал к груди, а его взгляд, всего секунду назад нейтральный, стал ледяным и острым, как скальпель. —Это моя кошка, — прозвучало тихо, но с такой интонацией, что у троицы по спине пробежали мурашки. — Валите отсюда. И больше на неё не замахивайтесь. — А-а-а! Поняли! — хором выпалили свастончики, разом отпрыгнув на пару метров. Их словно ветром сдуло с места, и они, путаясь в ногах, помчались прочь, оставив Такимичи в одиночестве. — Мда, — выдохнул он, глядя им вслед. — Пошли, Луз, домой. Он зашёл в подъезд, потом в квартиру, аккуратно выпустил кошку на диван и, наконец, позволил себе расслабиться. Весь накопившийся за день стресс требовал смыть. Он отправился в душ, и под струями горячей воды напряжение понемногу начало уходить. После душа, облачившись в мягкую, уютную пижаму, он принялся распаковывать покупки. Достал лоток, наполнитель, три забавные игрушки-мышки, качественный корм, две симпатичные миски — для воды и для еды. Лежанку он, конечно, не купил — не сориентировался, но Луз, кажется, уже облюбовала его кровать. Разложив всё по местам, насыпав корма и налив воды, он с удовлетворением наблюдал, как Луз с энтузиазмом приступает к ужину. Затем погасил свет и лёг в кровать. Пушистый комочек тут же запрыгнул рядом, устроился под боком и заурчал, словно маленький моторчик. Первый рабочий день в новой жизни был завершён. Он был странным, напряжённым, но закончился миром и теплом под боком. И это был самый лучший из возможных исходов..