*
10 июля 2023 г., 14:00
***
Стоя на крыше многоэтажного здания, на самом ее краю, перед глазами проносится вся жизнь. Так обычно пишут в книжках или говорят с киноэкранов персонажи второсортных фильмов. Хан Джисон, стоя на этом краю, видел лишь серый асфальт и макушки голов, изредка проходящих, людей. Серо. Все в этом мире настолько серое. Серое небо. Серый асфальт. Серые здания. Серые люди. Джисон ненавидит серый цвет, потому что сам такой же серый. Есть ли смысл продолжать существование в этом мире? Друзья? У него их нет. Учеба? Неинтересно. Мечта? Бессмысленно. Семья? Даже не заметит, если его не станет. Изо дня в день происходит одно и тоже — ничего. Хан так устал от серого, что смерть его не страшит. Вдох. Левая нога отрывается от поверхности крыши. Глаза закрываются. — Ох, я не знал, что тут уже кто-то есть. Прости. Тоже пришел полюбоваться закатом? Выдох. Джисон оборачивается на незнакомый голос и чуть не захлебывается красками. Позади него стоит парень, в самом ярком свитере, который только видел Джисон. В его глазах отчетливо видны ярчайшие звезды. Его неподдельный интерес и восхищение этим миром, на секунду выбивают весь воздух из легких Хана, а в следующую, когда он видит искреннюю улыбку незнакомца, в его животе начинается хаос из танцующих бабочек. Джисон не понимал, что он открыто пялится и при этом все еще игнорирует вопрос парня, пока не замечает, как тот неловко теребит края рукавов своего пушистого свитера. — Эм, да, вроде того… Врать этому человеку не хотелось совершенно, но и убивать его невинность и радость правдой он не может себе позволить. — Ох, здорово! Не против вместе на него посмотреть? Улыбка на его лице стала еще шире и Хан удовлетворительно кивнул еще до того, как понял вопрос. Парень подошел совсем близко к Хану и сел на самый край крыши, свесив ноги с нее и похлопал по месту рядом с собой. Джисон повиновался, наконец отлипнув от лица незнакомца и перевел взгляд на картину перед собой. Солнце как раз начало опускаться за горизонт, окрашивая небо красно-оранжевыми оттенками. Если поднять взгляд чуть выше, то видно все еще серое небо, а если чуть опустить, серые многоэтажки. Обычная серость, которую он так привык видеть. Но стоило ему перевести взгляд в сторону, как он тут же забыл о серости. Закат в отражении глаз незнакомца цеплял невероятно, а его детский восторг, который так нехарактерен взрослым, не оставлял и шанса на то, чтобы отвести он него глаза. Как только солнце скрылось за горизонтом, парень поднялся и пошел к двери. И только открыв ее, он повернулся к Джисону: — Посмотрим на него и завтра? Завтра? Джисон не собирался даже жить завтра. Но эти глаза смотрели на него с такой надеждой, что он безвольно кивнул. Парень подарил ему последнюю улыбку на прощание и вышел за дверь, оставляя Джисона переваривать все, что сегодня произошло.***
Приближаясь к многоэтажке, на которой он вчера чуть не закончил свою жизнь, Джисон раздумывал, что же именно остановило его от этого? Он был так уверен в своем решении, которое обдумывал слишком большое количество раз, чтобы списать все это на плохое настроение или депрессию. Так что же стало причиной? Обещание незнакомцу? Нежелание омрачать для него столь отличное место? Хан не мог дать ответа на свой же вопрос. Когда он поднялся на крышу, парень уже сидел на том же краю. Повернувшись на шум, он ярко улыбнулся и поманил рукой. Сегодня его волосы были нежно-розового цвета, а толстовка, которая явно на пару размеров больше, ярко-голубая, с белыми хаотичными полосами, которые напоминали Хану облака. — Решил закосплеить закат? Глупая шутка вырвалась непроизвольно и Джисон было хотел позорно сбежать или как минимум закрыть лицо руками и притвориться что его тут нет, но услышал легкий мелодичный смех. — О да, в моих планах превзойти его. «Ты уже» А после, все повторилось точно также, как было вчера. Незнакомец с восхищением наблюдал за закатом, Джисон с таким же восхищением наблюдал его в отражении глаз парня. После он также молча поднялся и побрел к двери. И Джисон молился в этот момент всевышнему, чтобы конец этого вечера не повторился, но… — Увидимся завтра? — Увидимся.***
Месяц. Прошел ровно месяц с момента когда незнакомец остановил его от смерти и плотно вошел сам в его жизнь. Уже месяц как Джисон существует целые дни, лишь бы вечерами смотреть с ним на закат. За это время незнакомец уже перестал быть таким уж незнакомцем. На второй неделе их совместного времяпрепровождения, Джисон узнал его имя — Ли Минхо. К третьей неделе он уже знал всех его котов по именам и даже различал их на фотографиях. Так же он узнал, что Минхо бросил университет и подрабатывает в приюте для животных. Что он часто меняет цвет волос и любит шоколадное молоко. Они все еще большую часть времени молчат, пока смотрят на закат, но зато больше Минхо не уходит сразу же, а сидит какое-то время вместе с Ханом, обсуждая что-то из реальной жизни, но чаще про фантазии, мечты, будущее; космос и жизнь после смерти. А однажды Минхо сказал, что обожает звук игры на гитаре и какую песню он бы хотел услышать. На следующий же день Джисон стоял в магазине музыкальных инструментов. Все свободное время он пытается научиться сыграть эту песню. Джисон и сам не понял, как Минхо не только вошел в его жизнь, но стал самой главной ее частью. — Сегодня ровно месяц, как мы впервые посмотрели вместе закат, так что по такому случаю я принес чизкейк. — С порога заявил Минхо, проходя на их место. Видимо не только Хан запоминает все, что ему говорит Минхо. Чизкейк. кажется Джисон упоминал о своем любимом лакомстве недели полторы назад. — Как любезно с твоей стороны. А я принес это. Джисон вытянул вперед руку, в которой было шоколадное молоко. Глаза Минхо заблестели, когда он потянулся к коробке, и у Хана внутри затрепетало. По традиции они молча смотрели на закат, а после приступили к праздничной трапезе. — Почему ты так любишь закаты? Неожиданно, даже для самого себя, вдруг задал вопрос Хан. Не то, чтобы ему не хотелось узнать ответ, но все же этот вопрос казался через чур личным. Минхо молчал достаточно длительное время, смотря на то место, где не так давно скрылось солнце. Джисон было подумал, что ему так и не ответят, как Ли вдруг заговорил. — В детстве, мама рассказывала мне, что души наших умерших близких всегда рядом с нами, а на закате, солнце уходя за горизонт, забирает их с собой в лучшее место. И когда мы провожаем закат, то провожаем и их, показывая, что мы помним и ждем их обратно. На лице Минхо горела немого грустная улыбка и Хан не решился что-либо говорить. В голове крутился дурацкий, совершенно ужасный вопрос: «Будешь ли ты провожать и меня, когда я умру?». Ему бы очень хотелось верить, что да.***
Отмечать каждый месяц, со дня их знакомства, стало такой же традицией, как и провожать каждый день вместе закат. Как и разговаривать после. Как и личная Джисона — обещать самому себе, что это последний раз. Месяца тянулись друг за другом. Дни шли невероятно долго и нудно, и только мысль, что они закончатся и он увидит Минхо, давали ему сил пройти через это. Но ночи как назло пролетали слишком быстро. Так неуловимо, что Хан волосы рвать хотел, лишь бы продлить, почувствовать себя живым хотя бы еще немного, перед тем как уйти навсегда. Так больно. Так невыносимо. Постоянные мысли не давали спать и есть. Хан сильно исхудал и теперь даже его кожа стала серой. Безжизненной. — Дерьмово выглядишь. — Как-то сказал ему Ли. Джисон на это только фыркнул и стал нахваливать новый цвет на голове парня. Фиолетовый с синими прядями, шел ему так же хорошо, как и все остальные цвета. Он не мог перестать восхищаться этим. А еще не мог понять «как?». Как ему удается оставаться таким красочным, радостным, живым, в этом прогнившем, мертвом мире?***
— Совсем скоро будет ровно полгода с нашего знакомства. Устроим что-то особенное? Кошачья улыбка, которая стала за это время уже настолько родной, украсила лицо парня. — Что например? — Ну, как насчет провести тут всю ночь и встретить еще и рассвет? Это отличная возможность поставить точку. Этого времени должно хватить, чтобы в последний раз почувствовать себя живым. И тогда, после того как Минхо уйдет, Джисон сможет сделать то, чего так отчаянно желал все это время. И все, что ему нужно, убедить Хо провести с ним чуть больше времени. Улыбка Минхо стала как-будто более грустной, будто он понял, для чего Джисон это делает, но в итоге он кивнул: — Думаю, это прекрасная идея.***
— Ты любишь закаты? Минхо сегодня был достаточно странным. Слишком тихим, но все еще ярким. И этот вопрос заставил Джисона растеряться. Любит ли он закаты? Если судить по его времяпрепровождению последние полгода, то ответ очевиден, но проблема в том, что они его никогда не волновали. Волновал его все это время только Минхо, но он же не должен был этого знать? Так к чему такой вопрос? — Ну разве не мы сейчас сидим и смотрим на один из них? Так что… — Это все еще не ответ. Голос Минхо звучал немного раздраженным, когда он перебил Хана. Его взгляд был непривычно холоден, отчего Джисону захотелось укутаться в плед. Они оба молчали какое-то время, а после Ли отвернулся от него и еле слышно произнес: — Я знаю, что в тот день ты не на закат пришел посмотреть. Сердце Джисона было готово выпрыгнуть из его тела от того, как быстро оно забилось. Минхо знал? Все это время он знал, что его… «Кто? А кто они друг другу? Друзья? Знакомые? Партнеры по наблюдению? Незнакомцы, которые проводят каждую ночь вместе?» Голова Хана наполнялась все большими вопросами, заставляя уходить куда-то вглубь себя, а Минхо в это время молча наблюдал за ним. Знал ли он, что своим высказыванием доведет парня до такого состояния? — Почему? — прохрипел Джисон, не в силах сформулировать внятно вопрос. Но кажется Ли и так его понял. — Хотел спасти тебя. Показать красоту этого мира. Показать, что смерть не единственный вариант. Удержать тебя тут, чтобы ты смог выбраться из ужасов своей головы и прожить долгую, счастливую жизнь. — Зачем? — А для этого нужна причина? Глаза Джисона обильным потоком выпускали из себя солоноватую жидкость, размывая лицо парня напротив. «Унизительно» — думал он до тех пор, пока Минхо не обхватил его лицо своими руками, прижимая к своему лбу. Рука Хана поднялась и легла на щеку Ли, смачиваясь в чужих слезах. Минхо сидел рядом с ним, плакал вместе с ним, давал ему смысл. Но главное, понял Джисон, то, почему он вообще послушал незнакомца и продолжал из раза в раз приходить на эту крышу — Минхо дал ему веру. Веру в то, что еще не все в этом мире серое. Ведь пока в нем существует Минхо, существуют и краски.
