Пятница 13

Дима с Олегом как обычно сидели и учили уроки… Точнее, Олег пытался заставить Диму их учить, а он не мог оторвать глаз от его красивого профиля, словно загипнотизированный, слушая его бархатистый мелодичный голос. Они сейчас учится в выпускном классе старшей школы, и им уже по семнадцать лет, а ни у одного так и не было подружки. Ну, про Диму то понятно. Это же он. А вот с Шепсом он знакомы с самого детства. Сначала их родители заставляли их дружить, хотя они совершенно не сходились характерами и не переносили друг друга. Но как-то постепенно они осознали, что единственные, кому действительно могут доверять. Так они и стали лучшими друзьями, а там ещё и битва сильнейших... Пока однажды Олег не поцеловал Диму. Это было по-пьяни, и он ничего не помнит. Сначала Диме было неудобно смотреть ему в глаза, но когда он обычным своим холодным тоном стал над ним издеваться, будто ничего и не было, он понял, что Шепс ничего не вспомнил. Было немного обидно, а ещё Диме хотелось повторить тот поцелуй хотя бы раз. Сначала Дима пытался объяснить это странное желание простым любопытством. Он же с первого раза ничего не понял, вот и хочется узнать, каково это с парнем, тем более с Шепсом. Но потом, когда стал ревновать к каждой его фанатке, которая слишком близко к нему приближалась, и видеть эротические сны с его участием, то понял, что это явно не простое любопытство. Да, надеюсь, Олег никогда не узнает, чем Дима по вечерам занимается, представляя его голым. Благо, что он видел его совершенно без одежды много раз в школьном душе и успел запомнить каждую чёрточку его тела. Дима не хотел разрушать то, что между ними сейчас, но в такие моменты, как сейчас, ему очень хотелось прикоснуться, прижаться к нему, поцеловать. Иногда он даже удивлялся, как такой гений мог не замечать его страстных взглядов. Дима, конечно, пытался их скрывать, но их спалили уже все наши общие друзья. Так что теперь ещё и было кому над ним стебаться. В общем, Дима уже вошёл в транс, разглядывая его наикрасивейшие черты лица, когда неожиданно вырубился свет в комнате. - Чёрт! - Хм… - Пойду, спрошу у остальных, есть ли свет в других комнатах, или это просто лампочка перегорела. Спотыкаясь и сталкиваясь с различными предметами, как обычно разбросанными по комнате Димы, он пробирался к двери, при этом издавая неоднозначные звуки при каждом соприкосновении с очередным предметом мебели, встреченном им на пути. - Эй, Марьян, Костя, дома кто есть? – открыв дверь, прокричал Дима в темноту. Но ему ответило только молчание. Он пощёлкал ближайшим выключателем, но ничего не изменилось. - Кажется, у нас свет забрали. - Ты, как всегда, очень быстро сделал гениальный вывод, Димон, - прямо у Димы над ухом прозвучал голос его друга. - Отвали, Олег, - немного дрогнувшим голосом ответил Дима. *Мыслях Димы* Блин, я никогда ему не признавался, что боюсь темноты из-за нечисти, что она в себе скрывает – засмеёт же. Особенно мне не нравятся призраки. И тут, словно в ответ на его мысли, что-то промелькнуло в конце коридора. - Ааааа… - испугавшись, завопил Дима и рефлекторно прижался поближе к Олегу, обнимая его за шею и почти закарабкавшись на него с ногами. Осознав, что только что сделал, он тут же слез с него. Странно, что он не сказал в этот раз в мой адрес очередную колкость и даже не хмыкнул. - Это… я… - начал мямлить Матвеев, пытаясь придумать достойное оправдание своему поступку, но тут неожиданно в соседней комнате что-то громко зашуршало, от чего он вообще повалил рядом стоящего брюнета на пол, с особой прытью пытаясь спрятаться в своей комнате. И вот лежит Дима на нём, а он как-то странно дышит – наверное, он ему в диафрагму локтем попал, вот он и пытается отдышаться. Но он неожиданно обнимает чернокнижника за талию и с силой прижимает к себе его тело, уже пытающееся подняться с него. Дима в шоке, но его эмоций не видно из-за темноты, а Олег начал целовать лицо Димы, пытаясь найти на нём губы. Сначала попал в щёку, потом в нос, и только с третьей попытки в уголок губ, а там уже и до нормального французского поцелуя недалеко. Лежит он на нём и балдеет, все мысли выветрились из головы… по крайней мере, до тех пор, пока Дима не почувствовал что-то твёрдое, упирающееся ему в бедро. И это был явно не телефон, потому что его Олег с собой носить не любил. А когда его руки спустились с талии и начали страстно мять пятую точку Матвеева, он очнулся окончательно и, разорвав поцелуй и немного отдышавшись, но всё ещё продолжая лежать на друге, спросил: - Ч-что это сейчас было? - А тебе не понравилось? – почти спокойно, но я уже слишком давно его знаю, чтобы не различить в его голосе беспокойные нотки. - Ну… - только вот мне договорить снова не дали, потому что я увидел в окне какой-то белый силуэт и услышал вой от этого странного существа. Схватив Шепса за руку, Дима прямо-таки телепортировался в ванную и запер дверь. Она была очень маленькой, и в ней умещался только один человек, потому что сама ванна и тумбочка занимали всё пространство. Так что сейчас Дима и Олег стояли, плотно прижавшись друг к другу. И да, то самое всё ещё упиралось Диме в бедро, только он теперь стоял сзади меня, а я прижимался грудью к двери Шепс тяжело дышал в ухо, что заставляло табуны мурашек бегать по всему телу. А потом он потёрся об Матвеева пахом, от чего из его горла неосознанно вырвался стон. Он тут же попытался закрыть рукой рот, но ему её вывернули назад, от чего было немного неудобно, но совсем не больно. Только вот руку Диме не просто вывернули, а ещё и засунули себе в лёгкие летние шорты, заставляя через тонкую ткань трусов касаться и горячего возбуждённого органа, потирая и поглаживая его. Дима попытался сказать хоть что-то, но ему на ухо прошептали: - Ты же не хочешь, чтобы тебя призрак нашёл? – и он заткнулся. А парень позади него, которого сейчас он совершенно не узнавал, отпустил его руку и начал стаскивать с Димы футболку, а потом и шорты с боксёрами. Он немного засмущался, что останусь перед ним совсем голым и, схватив его за руки, попытался остановить, но ему снова шёпотом очень популярно объяснили, что здесь хоть глаз выколи, ничего не увидишь, и он успокоился. Раздев Матвеева, Олег быстро стянул одежду и с себя и, снова прижавшись к Диме начал ласкать его соски, покручивая их, потирая, подёргивая и сжимая между пальцев. В узкой ванной раздавалось только их сбившееся дыхание, потому что они не хотели, чтобы их услышали. А потом я почувствовал, как руки Шепса начали спускаться к уже возбуждённому члену Матвеева, а его шея сначала почувствовала горячее дыхание, а потом её стали покрывать страстными поцелуями. В какой-то прострации он подумал, что у него останутся засосы, но эта мысль, как и те, что были до неё, не задержалась надолго в его голове. Пальцы он почувствовал, только когда их было уже три. И это было не сильно больно, потому что Дима уже пытался разрабатывать себя, представляя, как занимаюсь сексом с Олегом. Он начал протестовать, но ему стали более активно дрочить, что немного приглушило неприятные ощущения. Хорошенько разработав ему анус, брюнет вытащил пальцы и, прекратив ласкать пенис Димы, стал просовывать в его зад свой член. А вот он был явно больше пальцев, и он, застонав от боли, попытался отстраниться, но было некуда, потому что прямо перед ним была дверь. - Попытайся расслабиться, - с усилием произнёс любимый. Кажется, своими действиями он причинил ему боль. Матвеев последовал совету и, немного подышав в одном ритме, расслабился, после чего Шепс младший смог войти, немного отстранив его бёдра от двери, чтобы он стоял, наклонившись и расставив ноги в разные стороны. Немного постояв так, он задвигался внутри, задевая простату, что заставляло Диму постанывать в прикушенную руку, потому что он до сих пор боялся, что призрак их тут обнаружит. После нескольких сильных толчков Олег кончил в Диму , а от его стона Диме на ухо, сам же Дима кончил следом, и Шепс вышел из Димы. У Димы подгибались колени, но Олег поддерживал его за талию. Они постояли немного обнявшись, а потом Шепс молча взял полотенце и, намочив его, стал вытирать Матвеева. Олег тоже не знал, что сказать. Хотя чернокнижник давно об этом мечтал, но не ожидал, что всё случится вот так – спонтанно, без каких-либо слов, объяснений и признаний. - Олег, почему ты это сделал? – проглатывая ком в горле, хрипло спросил Дима, совсем не узнавая свой голос. - А ты что, ещё не понял? Как же до тебя долго доходит, Димон. - Олеееег… Стоп, сейчас не об этом. Так что до меня долго доходит? Если ты не скажешь, я не пойму. - Тц. И как я умудрился влюбиться в такого тормоза. - Сам ты тормоз… ЧТО? Влюбиться? - Я же говорю – тормоз. - Хватит обзываться. Если бы ты меня любил, то так бы не делал. - А я вот люблю и всё равно делаю, - совершенно спокойно ответил Олег. - Ну да, это в твоём характере. - Хм… - Что? - Ты так и не ответил. - На что? - Блин, Дим. Ты реально тормоз! Нет, ну чего он так ругается? Тормозом уже третий раз обзывает. А всё из-за чего? Что Дима не сразу поверил, что он его любит… А, так вот на что он должен ответить. - Это… знаешь, Олег… я тоже тебя люблю. – Смущённо. Не ожидая, что это сказать будет так трудно сказать отрезал Дима. - Ну наконец-то ты родил эти слова. Я уж думал, никогда не дождусь от тебя. - В смысле? - Видишь ли, тот поцелуй, который был по-пьяни, на самом деле был не по-пьяни – я уже тогда был в тебя влюблён. Но утром ты боялся даже мне в глаза посмотреть, поэтому я решил, что подожду, когда ты поймёшь, что чувствуешь. – Тычок Диме в бок под рёбра. Больно, и он айкает. – Долго же ты думаешь, Дима. Он радостно улыбнулся. Жаль, что сейчас не видно его лица. За всеми этими разговорами Дима и не заметил, что они уже оделись. Олег попытался открыть дверь. - Не надо, там же призрак. - Дурачок, я сам кого хочешь напугаю. Дима верит. Олег иногда такой вид может сделать, что любое чудовище испугается. Они открывают и осторожно выходят. И тут включается свет, Саша и Лина, судя по голосам, орут «с пятницей тринадцатого», а потом тишина. Когда глаза привыкли к свету, Матвеев видет, что на Олеге майка Димы, а трусы торчат из шорт, и на них пятна. Осматривая себя, Матвеев обнаружил что: на нем большая ему майка съехала с плеча, и на нём видны краснеющие пятна, шорты немного порваны сбоку. Как же Диме стыдно, а все в шоке пялятся на них. - Вас тоже, - спокойно отвечает Олег.