dance like crazy

21 ноября 2023 года

      — Поговорим? — Джисон скрестил руки на груди и смягчил свой взгляд.       — Зачем ты пришел? — ответил Минхо, он ожидал увидеть кого угодно, но только не Хана.       — Ты серьезно сейчас? — младший всеми силами старался войти в положение и не ругаться, но, видимо, это было неизбежно. — Напомнить, что ты вообще-то учишься? А про то, что у тебя команда есть, тоже забыл?       — Джисон, — колени Минхо затряслись, он был готов упасть в любую секунду, — пожалуйста, уходи.       — Если я сейчас уйду, то вернусь уже с ребятами, может, они смогут вправить тебе мозги. — Хан обратил внимание на странное поведение Минхо, но списал это на обычное недомогание. — Просто объясни, что происходит? Зачем ты так поступаешь? Если ты заболел, то почему не предупредил никого? Чан уже устал покрывать тебя в университете, твоя репутация среди преподавателей идет ко дну! Ладно, плевать на пропуски, сам будешь расхлебывать их, но команда?.. Зачем ты подставляешь всех нас?       Минхо замолчал, опустил голову и просто стоял. Это длилось минуту, может, две, когда Джисон не выдержал и сам направился к Минхо. Подойдя к нему, он почувствовал неприятный запах, что заставило его сделать шаг назад.       — Быстро иди в душ.       — Я не могу. — Минхо продолжал смотреть в пол, ему стало стыдно от того, как он выглядел сейчас. Слишком жалко.       — Хочешь, чтобы я насильно помыл тебя? — Хан был настроен вполне серьезно, и оставлять Ли в таком грязном и отвратительном виде он был не намерен.       Минхо снова молчал, но на этот раз недолго. Он принял факт того, что Джисон просто так не уйдет, ему придется выполнить все, что он скажет.       — Заманчиво конечно. — Старший развернулся и, держась всеми оставшимися силами за стены и косяки, доковылял до ванной, Джисон услышал слабый поток воды и наконец-то выдохнул, полдела было сделано. Ему сразу же пришло в голову, что нужно поменять постельное, на котором лежал Ли, это хоть немного поможет успокоить тревожные мысли. Почему тревожные? Потому что казалось, что здесь что-то не так.       Грязное белье сразу же полетело в стирку, Хан пару раз оглядел всю комнату, пытаясь вспомнить, где Ли хранил сменные вещи. Он заглянул в несколько шкафчиков, на удивление, все вещи лежали на своих местах, как когда Джисон приходил к Минхо после школы и они лежали на его кровати в обнимку, смотря какой-то сериал.       Младший без труда нашел чистое белье и заправил кровать. Когда он вернулся к шкафчику, его внимание привлекла полочка, которая была на голову выше самого Хана. Принеся с кухни небольшую табуретку, Джисон залез на нее и застыл от увиденного. Там лежала фотография мамы Минхо, упаковка таблеток и… браслет с гравировкой «J». Это был он, точно он, Хан узнает его из тысячи однотипных браслетов, которых он видел в своей жизни.       «Зачем он хранит это… Мне казалось, что ты избавился от него в первый же день после нашего расставания… Что все это значит, Минхо?»       Когда Джисон перевел взгляд на другие вещи, его привлекла странная упаковка таблеток непонятного содержания, этикетка с нее была сорвана, поэтому понять, что это за препарат, не удалось. Само обнаружение того, что упаковка лежала среди фотографии и браслета, уже должно было выдвинуть хоть какую-то гипотезу, но в мыслях был лишь браслет.       Резко и без предупреждения в кармане завибрировало, Джисон мотнул головой, убрал таблетки в карман и спустился с табуретки, закрывая за собой дверцу шкафа. Достав телефон из кармана, он увидел на экране входящий вызов от Хенджина, младший принял звонок и ушел на кухонный балкон, чтобы покурить.       — Алло, Джисон? — послышался запыхавшийся голос Хвана с другого конца вызова.       — Да, — придерживая телефон свободной рукой, а другой зажигая сигарету, откликнулся младший.       — Ты приехал? С ним все нормально? — по голосу было понятно, что Хенджин накрутил себя не меньше остальных, от чего искренне переживал.       — Не знаю, мы с ним еще не говорили, отправил его в душ. Какой-то треш происходит, если честно. — Хан сделал долгую затяжку и запрокинул голову, в шее что-то болезненно кольнуло.       — В смысле, что ты имеешь в виду?       — У него дома был неимоверный срач, я несколько часов убирался, а он просто спал, прикинь. Не знаю, что с ним происходит, но на простуду это не похоже. — Младший смотрел на тлеющий дым и тяжело вздыхал. За что ему это наказание.       — Так, послушай, сейчас без разницы в какой обстановке он находится или как выглядит, ему нужно объяснить, что все в порядке, скажи ему, что мы поможем, чем сможем, если нужен перерыв, то хорошо, но главное, чтобы он выходил на связь.       — Мне кажется, мы не в том положении, чтобы отдыхать сейчас.       — Джисон…       — А что, я не прав, что ли? Давайте тогда все будем отдыхать, а конкурс выиграет кто-то достойный, кто-то, кто действительно заслуживает победы. Если не уверен в себе и своих силах, то зачем нужно было вообще брать ответственность, тем более, ладно, если бы он просто участвовал в проекте, найти замену не так сложно, но он наше главное звено, сраный хореограф, если сейчас и искать нового, то такого же «достойного» и переучивать все заново, об остальных участниках ты не подумал?       — Джисон, остановись, успокойся, не нервничай. Во-первых, никто искать замену не будет и не собирался, выступаем либо все вместе, либо никто. Во-вторых, никто не застрахован от непредвиденных ситуаций, нет ничего важнее здоровья, все вошли в твое положение, когда ты пропускал тренировки из-за Минхо, поэтому то, что ты говоришь сейчас, очень эгоистично звучит.       — Что? Я вообще-то тогда работал над нашей песней, причем здесь Минхо вообще?       — Но у тебя же были силы приходить в университет и работать над песней, верно? — в голосе слышалась ирония, Джисон был уверен, что Хван ухмылялся сейчас. — Ладно, сейчас это неважно, мы не просим тебя насильно притащить его сюда, так проблему не решить, поэтому просто поговори с ним, пожалуйста. Переступи через свою гордость и постарайся узнать, что с ним происходит. Или лучше мне приехать и помочь?       — Не нужно, я сам справлюсь. — Джисон докурил сигарету и убрал бычок в пачку. — С тебя чизкейк, понял?       — Да хоть сто, — Хенджин хихикнул, парни попрощались, и Хан вышел с балкона, плотно закрыв за собой дверь.       Уже прошло достаточно приличное количество времени, а Минхо до сих пор не вышел. Либо у него там пятидесятиступенчатый уход за собой, либо… вариантов больше не было, что так долго можно было делать в ванной? Джисон еще пару минут стоял напротив двери, за которой и напора воды уже не было слышно, но, не выдержав, постучал и сказал:       — Эй, русалочка, долго еще?       За ответ он принял еле слышное бултыхание в воде, что вероятно означало — ждать еще долго. Джисон решил не наседать, спокойно развернулся и ушел обратно на кухню, хотя и было обидно за еду, которая уже давно остыла.       Прошло еще минут двадцать, спина стала сильно болеть из-за жесткого стула. Джисон отложил телефон и размял плечи, сейчас было бы неплохо лечь в кровать, включить что-нибудь на фон и просто уснуть. Желательно в чьих-то объятиях. С Хенджином было приятно проводить время, в его объятиях тепло, комфортно и безопасно. Даже когда он спал, Джисон ощущал, с какой мертвой хваткой его держал Хван, словно сам боялся, что, пока он в бессознательном состоянии, кто-то украдет его. Хенджин всегда защищал Джисона, с первого дня их знакомства, Хан уже и забыл, что такое общественный транспорт, его всегда подвозил Хван и никогда не требовал ничего взамен.       «Ты думаешь, мне в тягость подвезти тебя? Камон, Джисон, у меня своя машина, а у тебя есть лучший друг со своей машиной, зачем ты пытаешься отказаться от такой шикарной привилегии?» — всегда говорил он.       Это было мило, но подшучивать над ним было вообще не мило, он еще тот шутник, хоть и выглядел со стороны спокойным и серьезным парнем. Наверное, это даже к лучшему, если бы в Хенджине не было его юмора и сарказма, навряд ли они бы сейчас дружили, и младшему снова пришлось бы тратить кучу денег на проезд. Джисон поймал себя на мысли, что продолжает сидеть и ждать Минхо, который, похоже, совсем не собирался выходить.       «Тупой Ли Минхо, тебе лучше утонуть сейчас, иначе я с тебя кожу живьем сдеру».       Хан вновь подходит к злосчастной двери, в этот раз больше не церемонится с ней, открывает и почти залетает в ванную. Сначала он не понимает, что происходит, но, когда поворачивает голову в сторону, обнаруживает Минхо, смотрящего на него в ответ. Джисона ничего не смущает, он делает два шага вперед и уверенно начинает:       — Долго ждать? Ты почему лежишь?       Ли никак не реагирует, по его волосам стекают капли воды, которые беззвучно падают на нос и щеки. Джисон делает громкий хлопок в ладоши, на удивление, это приводит Минхо в чувство.       — Дай мне пять минут.       — Быстро вставай.       Минхо слабо ухмыляется и хватается свободной рукой за раковину, помогая себе встать. До Джисона только сейчас доходит, что старший, по идее, голый, поэтому он быстро разворачивается, но не уходит.       — Дашь мне пройти? — Джисон смотрит вполоборота, сейчас Минхо выглядел поприличнее, хотя стоял с голым торсом и в обмотанном полотенце вокруг пояса.       — Мог бы с собой сменные вещи взять.       — Ты в моем доме будешь указывать мне, в чем ходить и что брать? — Джисон замолчал, нахмурил брови и посмотрел на каплю воды в волосах Ли, которая сорвалась и упала на грудь старшего. Черт, да он, даже когда неделями дома лежит, все равно находится в прекрасной форме, кому он там душу продал, младшему срочно нужен его номер. — Долго пялиться будешь?       Джисон цокнул, дернул подбородком и ушел прочь.       «Больно надо, как всегда ведет себя как самодовольный кретин, и как с ним общаться вообще?»       Хан зашел обратно на кухню, по-хозяйски разместился на ненавистном стуле и мысленно подготовил себя к тому, что эту клушу придется ждать еще неограниченное количество времени. Но Минхо порадовал, хоть чем-то, вернулся уже спустя семь минут в чистой домашней одежде, с лохматыми, по-прежнему мокрыми волосами, в теплых пушистых тапочках и с Суни на руках. Он сел за стул напротив Джисона, хоть и стол был небольшой, почему-то такое расстояние ощущалось безграничной пропастью между этими двумя. Очень некомфортно.       — Спасибо, что прибрал за ними, — внезапно нарушил тишину Ли.       — Если ты не справляешься с ними, то зачем мучать? Просто отдай их в кошачий приют, там о них позаботятся. — Минхо проигнорировал эти слова, он продолжил гладить Суни по животу и играться с его лапами. В какой-то момент Суни надоело просто лежать и балдеть, он выбрался из рук старшего и запрыгнул на стол, подошел к тарелке с едой, которую приготовил Джисон, и принялся нюхать ее содержимое. — Вроде бы мама запрещала тебе позволять им ходить по столу.       — Мамы нет, какой смысл вообще запрещать им что-то. — Минхо улыбнулся, смотря на Суни, который уже разлегся и вытянулся во весь кошачий рост.       — Что? — Ли промолчал. Дошло до Джисона моментально, но он словно не хотел в это верить. — Как давно?       — Скоро будет год. — Взгляд Минхо смягчился, даже показалось, что влага скопилась в уголках его глаз. Все это не укладывалось в голове, как такая очаровательная, добрая, а главное здоровая женщина умерла так рано? Даже когда Ли рассказал ей про Джисона, она приняла это и относилась к нему как к родному сыну. Если смерть так безжалостна к людям, то зачем вообще нужна жизнь? Младший решил не спрашивать подробности, сейчас это было совсем неуместно, поэтому он сказал единственное, что пришло в голову:       — Мне искренне жаль, соболезную тебе.       — Джисон, — Минхо тяжело вздохнул и скрестил руки на груди. — Я понимаю, что тебя заставили прийти сюда, но, пожалуйста, уходи. Скажи ребятам, что я вернусь к следующей неделе.       Джисону стало не по себе от того, что Минхо так спокойно говорил об этом, но, с другой стороны, почему он вообще имеет право обижаться на правду? Он уверен на тысячу процентов, что если бы с Минхо было все в порядке, то он просто сказал бы ему «включить телефон», либо «быстро шагай на тренировки, балбес» и так же спокойно ушел, не выслушав ничего в ответ. Но сейчас, когда Джисон увидел, что происходит с Ли, его словно переклинило, его не на шутку напугал его безжизненный вид, когда он только вошел в его комнату. Это хорошо, что Джисон пришел сегодня, но его не отпускали мысли о том, что он мог опоздать, если бы его не вынудили прийти.       Нет, он не уйдет, ему все равно на все попытки Минхо прогнать его, он не сдастся, обязательно узнает всю правду и получит ответы на свои вопросы, а их с каждой минутой накапливается все больше и больше.       — Что за препарат ты принимаешь? — уверенно спросил Джисон, на что Минхо выгнул бровь, пытаясь сделать непонимающее лицо. Джисон был готов к такой реакции, поэтому он достал из кармана упаковку таблеток и аккуратно поставил их на стол, все же рушить покой Суни не хотелось. — Это что?       — Карбамазепин.       Джисону это многого не дало, поэтому он старался запомнить название, произнеся его несколько раз в голове, чтобы позже поискать информацию о нем в интернете.       — Ничего серьезного, Джисон, не заостряй на этом внимания и не переживай.       — У тебя в шкафу стоял неизвестный препарат с сорванной этикеткой, как я могу быть уверен, что это, к примеру, не наркотики? — Джисон постучал пальцем по столу, чем привлек внимание Суни, но ему было слишком хорошо на боку, поэтому он остался лежать на месте.       — Интересное предположение, плюс я сейчас выгляжу как овощ, что же это, если не наркотики, да? Джисон, ты правда думаешь, что я скатился бы до такого? Просто посмотри мне в глаза и ответь на свой вопрос. — Хан перевел взгляд на Минхо и сосредоточился на его глазах. На секунду он ужаснулся, это был тот самый взгляд, которым Минхо смотрел на Джисона в их последнюю встречу в школе. Только сейчас в них было меньше уверенности, но по-прежнему читалось сожаление, недосказанность и боль.       — Если бы я мог залезть к тебе в голову и прочитать твои мысли, все было бы намного проще. Ты сам все усложняешь, Минхо. — Джисон отвел взгляд обратно на таблетки и вздохнул. — Все дело в них, не так ли?       — Может быть. — Минхо посмотрел на тарелку с супом и сглотнул слюну.       — Если хочешь есть — ешь, я специально для тебя приготовил.       — Я не могу есть, когда ты смотришь и прожигаешь в моей голове дырку.       — Мне уйти?       — Да, — сразу же ответил Минхо, скорее всего, он имел в виду уйти из квартиры, но Джисона это совсем не волновало.       — Хорошо, я подожду в твоей комнате, вернусь ровно через пятнадцать минут. — Джисон посмотрел на время в своем смартфоне и удалился из кухни. Как же приятно было заходить в чистую комнату, а еще приятнее осознавать, что это благодаря тебе здесь опрятно и чисто. Делать было нечего, залипание в телефоне уже не приносило никакого удовольствия, поэтому младший решил немного покопаться в вещах Ли, может, он сможет найти интересные зацепки и сам разгадает причины такого состояния Минхо. Да, возможно, это и неправильно, так нагло вторгаться в чужое личное пространство, но что тогда делать, если человек молчит и не просит помощи?       Внимание Джисона привлекла небольшая тумба, которая стояла рядом с кроватью Минхо. В первом ящике не было ничего интересного, кроме документов, какого-то мусора и кошачьих игрушек. Во втором же находились учебные тетради, пропуск в университет и небольшой набор канцелярии. Третий ящик не открывался, точнее, он был заперт, посередине красовалась небольшая замочная скважина, наверное, там хранилось что-то важное, значит, туда Джисону и необходимо попасть. Но где ключ?       «Так, если бы я был Минхо, то я бы спрятал ключ в…»       Идея возникла моментально, но Джисон не был уверен, что его догадки верны. Он слегка приподнял тумбу, которая с виду была тяжелее, чем на самом деле и начал прощупывать пол под ней. Спустя несколько секунд он почувствовал что-то, подцепил и достал, опуская тумбу на место. Серьезно? Ли настолько предсказуем? В руке лежал небольшой ключ, немного пыльный и слегка ржавый. Все-таки Джисон знал Минхо как свои пять пальцев, и такое точное попадание не могло не обрадовать. Младший вставляет ключ в скважину и проворачивает его, ящик поддается и с негромким скрипом открывается.       На дне ящика лежали что-то вроде записной книжки и небольшая стопка бумаг в полупрозрачной папке. Джисон взял книжку в руки и открыл ее, но почти сразу же закрыл. Это оказался личный дневник Минхо. Нет, настолько сильно вторгаться в личное пространство он был не намерен, хотя было бы неплохо просто прочитать переживания человека и узнать всю правду, не мучая ни друга, ни себя, верно? Нет, полный бред. Все, что было написано в этом дневнике, останется только для Минхо и ни для кого больше. Жалко, что старший даже не узнает, какой великий поступок Джисон сейчас совершил, наверное, любой бы на его месте захотел прочитать и узнать все подробности чужой жизни.       Хан положил дневник обратно на место и взял в руки папку непонятных документов. На первый взгляд их не было так много, просто Джисон боялся не успеть ко времени. Первое, что он увидел, — это справка от психиатра.       «Стоп, что?»       Изучив остальные документы, Хан пришел к выводу, что Минхо состоит на учете у психиатра и ему были назначены препараты для лечения. К сожалению, диагноз не поддавался расшифровке из-за специфичного почерка врача. Но удивила больше всего дата установления диагноза — 20 февраля 2021 года.       «Он ничего не рассказывал мне…»       Минхо был здоров внешне, но глубоко болен внутри. Это, конечно, дало ответ на вопрос о его внезапном исчезновении, но Джисону было на это плевать. Его интересовало другое, а конкретно, почему Ли не рассказал об этом, когда они еще были вместе? Неужели он не заслуживал даже такой информации? Психически больного тяжело понять, но Минхо не выглядел так, словно он на последней стадии шизофрении, без возможности адекватно разговаривать и осмысливать происходящее вокруг. Даже сейчас, после прочтения всех бумаг, было тяжело поверить, Джисон просто отказывался принимать это. Со школы характер Минхо практически не изменился, разве что он стал более открытым и активным. Иногда даже чересчур. Все это еще можно было списать на банальное взросление, но у Джисона сложилось впечатление, что Минхо этот «этап» совсем не радовал.       Джисон не выдерживает, грубо собирает все листы в одну кучу и возвращается с ними на кухню. Минхо, ссутулившись, рассматривал спящего Суни на столе, кот свернулся клубком и уткнулся носом в свои лапы. Старший никак не реагировал на вошедшего Джисона, он просто смотрел на Суни и слегка улыбался. Хан хотел швырнуть все листы в Минхо, но передумал, потому что не хотел создавать беспорядок, который ему же и пришлось бы убирать. Вместо этого Джисон вернулся на свое место и спокойно положил документы на стол, Минхо наконец оторвал взгляд от кота и посмотрел на знакомую стопку бумаг, его словно облили ледяной водой, он сильно напрягся и округлил глаза.       — Почему такая реакция? Не ты ли живешь с этим уже второй год? Или, может, я чего-то лишнего узнал? — Минхо закрыл глаза и тяжело вздохнул, он не нашел в себе сил ответить. — Объясняйся, не смей молчать.       — Ты знаешь правду, что ты еще хочешь от меня?       — Правду? Ты называешь это правдой? — Джисон буквально трясся от злости, он сильно сжал свое предплечье свободной рукой и, не отрывая взгляд от глаз Ли, продолжил. — Просто… за что? Я был так сильно противен тебе? Или все дело в моей наивности? Ты так спокойно воспользовался мной и ушел, кому есть дело до слабого влюбленного подростка, да?       — Джисон… — Минхо опустил глаза, он больше не мог выдержать агрессивного взгляда Джисона. — Я сделал так, как посчитал правильным и нужным.       — А ты меня не хотел спросить, как я считаю? — Хан перешел на крик и громко ударил кулаком по столу, Суни резко подскочил и убежал прочь. — Что за решение проблемы тупо свалить? И это, по-твоему, правильно?       — Джисон, ты не понимаешь, что я чувствовал и что со мной было. Действительно думаешь, что я отказался от своего любимого человека по собственной прихоти? Ты видишь, в каком я состоянии сейчас? Это называется депрессивная фаза. Когда мы учились в школе, она была у меня больше полугода, начиная с того времени, как мне поставили диагноз. Ты заметил странности в моем поведении тогда? Наверняка первое время нет, я старался ради тебя, натягивал улыбку, был рядом, а вместе с этим нужно было хорошо учиться. Джисон, просто представь, что тебе оторвало руки и ноги, ты не управляешь своим телом, им управляет твоя больная голова, и только она решает, будут у тебя сегодня конечности или нет. — Минхо сделал короткий перерыв, чтобы вдохнуть, и затем продолжил. — Я просто жил и надеялся, что новый день будет лучше, чем предыдущий. Но с каждым днем становилось только хуже, ты был очень активным и хотел внимания, ласки. Джисон, моим единственным страхом было обнять тебя и расплакаться без причины. Поэтому я перестал обнимать тебя. Затем я понял, что так больше продолжаться не может. Я не смогу дать тебе энергии и эмоций, пустая оболочка, которая делает тебе больно.       Джисон слушал и продолжал терзать руку. Он перестал злиться, что-то в нем изменилось.       — А дальше… ты все знаешь и помнишь. И я помню, — Минхо тяжело выдохнул, он обхватил руками плечи и старался привести в норму свое дыхание.       — Обязательно было так жестоко бросать? — Джисон выглядел спокойным, в любом случае никакие слова и оправдания не излечат годы мучений и одиночества.       — Я хотел, чтобы ты возненавидел меня, чтобы вместо страданий ты чувствовал только злобу и отвращение ко мне. Я не знал, что мы встретимся вновь. Джисон, — Минхо немного отодвинул свой стул и, опираясь руками о стол, поднялся, приподняв голову. — Пускай в твоих глазах я останусь тварью бездушной, но только не жалким или больным. Пожалуйста, Джисон, прости меня.       Минхо без сил падает на колени. Джисон подскакивает с места и в следующую секунду оказывается рядом со старшим, который был готов шмякнуться лицом об пол. Минхо поддается вперед и чувствует тепло, Джисон протягивает руки и укутывает Минхо в свои объятия, мертвой хваткой цепляясь за открытые участки кожи Ли. Старший теряется, эмоции берут верх, и он начинает плакать. Громко, навзрыд, как давно хотел, но не мог. Джисон молчит и проводит рукой по спине Минхо, как бы подбадривая.       — Ты говна кусок, Минхо, самый настоящий идиот. Ты не заслужил этого, но я подниму тебя на ноги. Сделаю все возможное и вылечу, да так, что ты у меня летать будешь. — Ли продолжал рыдать, а Джисон просто сидел. Он был рядом.       Прошло примерно полчаса беспрерывных рыданий Минхо, он даже почти уснул на Джисоне, на что тот возмутился и помог старшему дойти до его кровати. Минхо сильно вымотался, возможно, это был его первый активный день в… как ее там… депрессивной фазе. Странные названия, однако, но звучали они слишком серьезно. Джисон остался в комнате Минхо и сидел на полу, Дуни лежал в ногах у хозяина, Суни сидел на младшем, а Дори мирно лежал на лежанке в одиночестве. Было уже поздно, на улице была страшная темень и метель. Как по щелчку пальцев, внезапно зазвонил телефон. Джисону было лень идти в соседнюю комнату, поэтому он просто ответил на звонок, на что Суни благодарственно потерся мордочкой о ноги младшего.       — Алло? Ты его убил там, что ли? — послышался беспокойный голос Хенджина.       — Да, приезжай скорее, труп прятать будем.       Наступило неловкое молчание.       — Да шучу я, господи.       — Джисон, я сейчас вообще не в настроении, тебя забирать? — Ему хотелось просто лечь в кровать и наконец заснуть. Но Джисон поймал себя на мысли, что он не хочет уходить. Вдруг Минхо станет плохо? Или он захочет пить? А что насчет еды, что он будет есть? А если он… задохнется? Господи, какой только бред не лез в голову, но этот бред действительно сильно тревожил и не отпускал. — Чего замолчал?       — Нет, думаю, я останусь. — Хенджин замолчал, но младший через экран почувствовал странное напряжение.       — Почему?       — Не думаю, что он справится один, плюс у него три кота, не могу их бросить.       — Что с ним?       — Я расскажу позже, прости, очень сильно устал.       — Хорошо, где ты будешь спать? — Джисон замолчал и задумался. Действительно, а где он будет спать?       — Да где угодно, с пушистыми в тесноте, да не в обиде. — Младший зевнул и погладил Суни.       — Ладно, звони, если что.       — Хорошо, пок… — Хенджин сбросил раньше, чем закончил Джисон. Странная реакция, но ладно. Сейчас нужно спать и только спать. Младший поднялся с Суни на руках и последними бодрыми извилинами стал размышлять. Гостинной у Минхо не было, только комната Ли и комната его мамы, в которую Джисон при всем желании не пошел бы. Как-то не по себе становится. Неужели с Минхо ложиться? Ну нет, обойдется, засранец. Хотя, а что собственно не так? Джисон ему всю квартиру вылизал, а он еще и размышляет, где ему лечь. Плевать, просто плевать, если Джисон продолжит думать, то он ляжет на ковер и уснет с Суни под мышкой.       Младший обходит кровать с противоположной стороны и садится на край. Ноль реакции, Минхо спит как убитый. Джисон ужаснулся своему предположению, поэтому на всякий случай проверил пульс. Все нормально, действительно спит, слишком сладко спит. Суни лег поперек обоих парней, и Джисон улыбнулся. Он перевел взгляд на Минхо, ресницы которого слегка подрагивали, а губы были сильно сжаты. Не осознавая, Джисон поднял свою руку и коснулся щеки Ли. Мышцы его лица быстро расслабились, Хан лег на спину и смотрел на Минхо до тех пор, пока не уснул.       «Я прощаю тебя», — последнее, о чем подумал Джисон.