I'm not made of steel

– Чонгук-и, ко мне, — мужчина сидит на кожаном диване, дожидаясь когда его мальчик-щенок подползëт к нему. – Тэхён, пожалуйста, — мальчик быстро добирается до ног хозяина. Пытаясь получить хоть какое-то наслаждение он потирается уже вставшим членом о его ногу. – Чонгук, ты нарушил правило, — голос становится строже, Тэхён поднимает его голову за подбородок. – Хорошие мальчики не доставляют себе довольствие, а ждут пока хозяин позволит получить его. Отойди. Чонгук скулит, отползая, садясь на попу и раздвигает ноги. Тэхён обходит комнату, разговаривая со своей собакой: – Как думаешь, мне следует тебя наказать? Чонгук, я жду ответ! — он получая кивок, продолжает. – Правильно, как мне нужно тебя наказать? Лишить оргазма на сегодня? Или выпороть? А может лучше выгулять тебя в парке? — он встаёт перед Чоном, придавливая его член к полу. Он снова скулит. На глаза наворачиваются слëзы, когда он видит в руках Тэ ремень. – Нет, пожалуйста! — он хватает мужчину за руки. – Чонгук, руки, ложись на диван, — он подгоняет его ударами по заднице. Чон лёг на край дивана, свешивая зад и раздвигая ноги. – Десять ударов, считай, — он начинает, не церемонясь. С сильных ударов по бледным булочкам. Мальчик постанывал, послушно считая. Член пульсирует, Чон был возбуждён с самого начала, уже минут двадцать. Кончить ему дадут ой как нескоро. Но терпеть становится всё сложнее, особенно когда пальцы Тэхёна кружат вокруг сжатой дырочки, резко входя двумя пальцами. Дыхание сбивается, он чувствует как из его члена выходит сперма. – Чонгук! — он получает сильный удар по сжавшимся яичкам. – Мои слова и правила для тебя уже ничего не значат? – Прости, прости, я просто... — он захлёбывается в слезах, пытаясь закрыть руками яички, по которым продолжают наносить удары. – Цвет? — замечая подрагивающие плечи, останавливаясь и переворачивает мальчика на спину. – Цвет, Чонгук! – Зелёный, — простонал он, успокаиваясь. – Я уже устал тебя наказывать. Что ещё я должен сделать чтобы ты наконец начал меня слушать? — он опустился рядом с его головой, вытаскивая член из трусов. – Даже не знаю, надо подумать, — он укладывает член на его лицо, продолжая разговаривать с ним. – Сегодня тебе запрещено кончать, как и всю следующую неделю. своё удовольствие ты уже получил. Он развязывает галстук, усаживаясь на грудь Чона и перевязывает его член у основания. – Впредь постарайся чтобы здесь — он сжимает его член в кулаке, похлопывая яички. – Без моего ведома ничего не происходило, — он встаёт, поднимая Чона за ошейник. –Теперь мы идëм гулять, принести свой поводок, — мальчик опускается на четвереньки, выползая из комнаты. Но уже через минуту он возвращается, неся во рту коричневый ошейник. — Ну хоть что-то ты смог сделать правильно. – Мы правда пойдём? А вдруг кто-то увидит? – Да, может хоть это подействует на тебя. И ты будешь думать своей маленькой тупой головой, а не своим членом, — он цепляет ошейник, вытаскивая своего пса на улицу. Уже темно, кажется, около двух часов. Они направляются в парк. – Тэхён... Я хочу в туалет. – Собака хочет писать или какать? – Писать... Зайдëм в туалет? – Сколько раз ещё сказать что ты собака? Собаки писают на улице, потерпи, сейчас зайдëм в парк, найдешь себе место. – Тэ, пожалуйста, — кажется он сейчас разревëтся от сильных эмоций. – Ладно, иди писай, возле того дерева, — опускаясь, он указывает пальцем, подгоняя Чонгука шлепком по заднице. Унижение захлëстывает, когда Чон, подползая к дереву, поднимает ногу, отпуская себя. Глаза закатываются, холодный ветерок обдувает разгоряченное тело. – Гуки, ну ты всё? Пошли тогда домой. Плохой мальчик, даже потерпеть не может! — Тэ крепко обхватывает поводок и тянет на себя. –Тэ, можно мне кончить? — ответов служит игнор, Чонгук сидит на коленях Тэхёна, пока он скользит двумя пальцами по его члену, иногда зажимая у основания. – Тэхён, пожалуйста! – Замолчи, я скажу когда можно. Так сложно потерпеть? Гуки, опять огорчаешь меня, – Тэхён снова сжимает член. Пытка продолжается около пяти минут. Чону в рот суют пальцы, отвлекая от оргазма. – Оближи их нормально, — мальчик слюнявит пальцы и Тэхён поглаживает сморщенную дырочку, входя двумя пальцами. – Тэ, пожалуйста, можно кончить? – Когда можно будет я скажу! Не нервируй, — слегка растянув дырочку, он входит на всю длину, вырывая стоны Чона, сжимая член у основания. Он вдалбливается в Чонгука, откидывая голову на спинку кресла. Наслаждаясь стонами мальчика, он кончает глубоко в Гука, заполняя его. – Пожалуйста! — Чонгуку не хочется верить, что сегодня он останется без оргазма, но рука с члена исчезает, а мальчика сталкивают на пол. – Сегодня ты не заслужил, иди промой зад, жду тебя в кровати, сладость, — он проводит рукой по щеке, оставляя невесомый поцелуй. Тэ оставляет дверь открытой и включает свет, ослепляя Чонгука.