Полюби мою душу

Мы приехали на стоянку, и Фрэнк довольно резко дал по тормозам. - Не обязательно было так гнать. - Туда бы приехала полиция, и Фрэнка могли засечь, - сказал я и обернулся на Лин. - Никто бы его не засек. - И в чем такая уверенность? - Потому что машина, как и сам Фрэнк, были скрыты от всех глаз, - улыбаясь, сказала она, и мы с Фрэнком оба уставились на нее. - А раньше сказать об этом ты не могла, черт возьми!? - она лишь усмехнулась. - Я об этом не подумала... - И ты хочешь сказать, что мы ехали по городу и нас никто не видел? С ума сошла? Мою крошку могли поцарапать! - вообще сбрендила. Головой не думает совершенно. Если бы мою замечательную машину кто-нибудь задел, я бы ее придушил. - Да подавись ты своей машиной! Я сделала это только возле банка и все. - А тебя не смущает то, что многие люди могли видеть, как появляется и исчезает машина? - Тебя волнует, что видела кучка людей, когда нам нужно было скрыть твою машину с ним от камер и банковских работников? - тыкая рукой в сторону Фрэнка спросила она. Ну вообще-то она права. Это для нас было важнее. - Нет, не волнует. - Ну вот и отлично! - мы все вышли из машины и взяли сумки. Фрэнк запер ее, и мы поднялись в его комнату. Лин снова стала видимой, а я... Я остался прежним, ведь эта сучка не желает меня расколдовывать. Она отдала мне сумку, и я бросил их на кровать. - Вечером поговорим, - сказал я, она кивнула и вышла, оставляя нас одних. Я плюхнулся на кровать рядом с сумками и открыл одну из них. Фрэнк сел рядом. Я достал из сумки несколько пачек денег, радуясь, словно безумец. Господи! Мы богаты! Я подкинул купюры в воздух, засмеявшись. Они с шелестом разлетелись по комнате, и я повторил это еще несколько раз, смеясь, как псих. Фрэнк смотрит на все это с замиранием, не шевелясь, словно не веря в происходящее. Одна из сумок упала на пол, когда я подпрыгнул на кровати от радости, и деньги вывалились наружу. Я слез с кровати и лег на пол, прямо на деньги. Я в раю! Фрэнк, глядя на мое бурное веселье, заулыбался и сел рядом на пол. Я дотянулся до него рукой и с силой дернул к себе так, что он завалился на меня. Я схватил его за бока и он засмеялся, вырываясь. Ммм, щекотки боится! - Фрэнки, мы сделали это! - крикнул я, прижав его к себе. Сопротивление бесполезно, я зажал его словно в тиски, настолько безумна моя радость. - Прекрати... - прошептал он. - Ты меня задушишь... - я ослабил хватку, и он облегченно выдохнул, расслабившись в моих объятиях, уткнувшись носом в грудь. Наверное, ему кажется, словно он лежит на полу, только мягком и теплом, но не на мне... - Почему сигнализация сработала так быстро? - Ах, да, точно. Мы уже шли обратно, как вниз спустились люди. Наверно, кто-то хотел забрать свои деньги. Так что дело наших рук обнаружили сразу же. - Какие чувства ты испытывал? Страшно было? - Нет, конечно нет! - воскликнул я, и он расплылся в улыбке. - Врешь, как дышишь, - сказал он и скатился с меня, улегшись рядом. Он же меня даже не видит, не видит моих глаз и выражения лица, так как же он, черт подери, понял, что я вру? Он взял в руки купюры и поднял над собой, рассматривая их. - Не верится, что вы это сделали. Скажи, я сплю? - он подкинул деньги вверх, и они разлетелись в разные стороны. - О, нет, дорогуша, это самая настоящая реальность, - чуть ли не пропев, сказал я, и снова пощекотал его. Он, как ошпаренный, отодвинулся в сторону, убегая от моих невидимых рук. Обожаю тех, кто боится щекотки. Не знаю почему, но мне безумно нравятся такие люди, а учитывая тот факт, что я и так без ума от Фрэнка, то теперь он для меня словно божество какое-то. Я ловко просунул свою руку к нему под футболку, вызывая у него истерический хохот. Он попытался схватить меня за руку, но у него не получилось. Для него это пытка, а для меня забава и повод послушать его громкий смех. - Ахаха, хватит, остановись! - завизжал он, не переставая смеяться. Я запрыгнул на него, просунув обе руки под футболку, пересчитывая ребра, от чего он уже не останавливаясь смеется и пытается сбросить меня. Он стал брыкать ногами, размахивать руками, смеясь и изредка выкрикивая фразы, типа "остановись, хватит, мать твою, стоп, я сейчас умру от смеха". Примерно так. Я засмеялся вместе с ним и резко остановился. Он часто дышит, еще слегка посмеиваясь, и пытается успокоиться. Выглядит так, словно пробежал без передышки двадцать километров. Взъерошенный, вспотевший, с безумными глазами в которых, не потухая, полыхает зеленое пламя. - Еще немного и я бы умер от твоих рук... - приводя дыхание в норму, прошептал он. Я не вынул свои руки из-под футболки, а наоборот стал поглаживать кожу на груди. Его дыхание, которое уже почти выровнялось, снова стало учащаться. Я потянул его футболку вверх, а он, не возражая, вытянул руки и дал мне снять ее. Странно, что он такой послушный. Меня сейчас переполняют самые лучшие эмоции и адреналин после грабежа все еще течет по венам. Мне нужно выплеснуть его в чем-нибудь. Я наклонился и поцеловал его в грудь. - Ответь мне на один вопрос... - посасывая его тонкую кожу, сказал я. - На какой? - Когда ты видел меня раньше, я тебе понравился? - А какая разница? - тихо ответил он, и я отстранился, взглянув в его лицо. Не хочет отвечать, значит все-таки понравился. Почему он не хочет сказать это? Я и без слов могу это прекрасно вычислить. - Закрой глаза. - Зачем? - Хочу провести небольшой эксперимент, - он закрыл глаза, и я склонился над его губами. - Просто представь меня. Мое лицо, глаза, губы, волосы и тело... - прошептал я и припал к его губам, легко целуя, но потом начиная более интенсивно впиваться в губы, проникая в рот языком, взяв его лицо в свои ладони, медленно продвигаясь к волосам и зарываясь в них пальцами. Его руки нащупали мое тело и стали скользить по спине вверх, к плечам, к шее и обратно. Он прижал меня сильнее к себе, отвечая на поцелуй с большой страстью, кусая мои губы, исследуя весь мой рот своим языком, сплетая его воедино с моим. Черт! Его руки спустились к самой пояснице и он стал теребить пальцами край моих джинс. Я усмехнулся, массируя кожу его головы пальцами и почувствовал, как его руки стали проникать ко мне под джинсы, возбуждая. Нет смысла спрашивать его обо мне снова. Его действия отвечают сами за себя. Если бы я ему не понравился в тот момент, когда он меня видел, то сейчас, представив меня, он даже не ответил бы на мой поцелуй, не говоря уже о том, чтобы засунуть руки в штаны. Если он действительно сейчас представляет меня, то я до полного безумия рад! Он подтянул ноги, сгибая их в коленях, вжимая меня у себя между ног, посасывая мой язык и часто дыша. Я стал слегка двигать бедрами, создавая трение в области паха и укусил его за губу. У меня сейчас явно встанет. Не знаю, как у него, но у меня это неизбежно. Пора остановиться, пока я еще могу и в состоянии это сделать. Я хочу его, у меня сносит башню, но трахать его, когда я невидим... Я так не желаю. Я хочу, чтобы он смотрел в мои глаза, когда я буду вбиваться в его попку, хочу, чтобы он видел каждый мускул на моем теле, хочу, чтобы он видел в моем взгляде, как сильно он мне нравится. А сейчас я не могу этого сделать, не так. Это должно быть не так... Я резко прервал поцелуй, цепляя его губу. Он тихо простонал и запрокинул голову назад, приоткрыв рот, а затем облизнулся и стал кусать свою нижнюю губу. Снова он делает это! Он лежит с закрытыми глазами, кусает свои губы и легко гладит мою кожу под джинсами руками. - Знаешь, после такого поцелуя можешь даже не отвечать на мой вопрос, - сказал я, и он улыбнулся. Он знает, что я понял, и он так же знает, что не может мне соврать, потому что я могу отличить ложь от правды. Я еще раз быстро поцеловал его и поднялся. Он продолжает лежать на полу с закрытыми глазами, словно оттягивая этот миг, желая запомнить его. Мои губы растянулись в улыбке. Я стал собирать деньги. Их нужно пересчитать и отложить две тысячи для Майки. Для начала нужно ему позвонить и сказать, что все хорошо. Я взял мобильник с тумбочки. В банк я его не брал. В нем не было нужды, да еще зазвонил бы, когда не нужно. Мало ли что. Я набрал номер и, приложив телефон к уху, стал ждать ответа. Фрэнк лежит на полу, приоткрыв глаза, глядя в потолок. - Джи! - прорезал мой слух голос брата, и я отодвинул телефон от уха. Так и оглохнуть можно, блять! - Чего орешь в самое ухо! - возмутился я и сел на кровать. - Прости, просто я так волновался. Вы где? - Уже тут. В комнате Фрэнка. Считай, что твоя задница спасена, брат! - усмехнувшись, сказал я, и он облегченно выдохнул прямо в трубку. - Когда ты придешь? - Нет, братишка, лучше вы придите. Нужно разобраться со всеми деньгами, пересчитать их и поделить. - Хорошо. Куда идти? Я объяснил Майки в какой комнате живет Фрэнк и сбросил. Это приятное ощущение, что я спас брата и сделал нас всех богатыми. Точнее, своих друзей, у меня деньги и без этого имеются. Я сел на пол около Фрэнка на колени и взял его руку в свою. Он закрыл глаза, закусив губу, и сжал мою руку в ответ. - Сейчас придут ребята, - я поднес его руку к своим губам и поцеловал. Его губы дрогнули в улыбке. Через минут десять в комнату постучали. Я встал с пола и открыл двери. Майки, видимо, хотел броситься ко мне на шею и обнять, но не знал, куда именно нужно кидаться, поэтому я сам его обнял. Он сжал меня в своих объятиях, уткнувшись носом в шею, и я улыбнулся. Я так рад, что смог помочь брату. - Джи, я тебя обожаю! Я счастлив, что ты мой брат, правда! - Спасибо, Майки... - прошептал я. Так приятно знать, что он меня ценит и любит. Что он, возможно, видит во мне пример для подражания. Мы разомкнули наше братское объятие, и я пропустил его внутрь. - Рэй, Боб, ребята, я бы и вас обнял, но в другой раз, - сказал я, и они засмеялись. Они оба подняли ладони вверх, и я просто влупил им по пятухе. - Заходите, - я пропустил их внутрь. Видеть их выражение лиц - бесценно! То, как они сейчас выглядят, сложно описать словами. - Фрэнк, есть фотоаппарат? Не плохо было бы заснять их ошарашенные рожи, - я усмехнулся и сел на кровать рядом с ним. - Черт подери! - воскликнул Боб. - Мать моя женщина... - прошептал Рэй. Майки молчит, стоя с открытым ртом, не в силах что-либо сказать. - Я такое количество денег видел только по телику, - выдохнул Боб и упал на колени, сгребая деньги в охапку. - Это потрясающе! - Ты самый лучший брат в мире, - наконец-то сказал Майки, и я растянулся в улыбке. Теперь он мне это всю жизнь говорить собирается? Засранец мелкий, но я его тоже сильно люблю. Я смотрю на них, и в душе зарождается тепло. В этой комнате все люди, которые мне дороги, которых я люблю. Эти четверо самые лучшие! И пусть Фрэнк появился в моей жизни совсем недавно, он уже незаменимая часть. - Ну что ж, теперь нам нужно пересчитать все, что тут есть, - сказал я, и они закивали. Долгий у нас сегодня будет вечерок. На миг представим, что мы бухгалтера, которые пересчитывают деньги. Тут главное не сбиться со счета, иначе мы еще на дольше тут засядем, разбираясь с этой кучей денег. Я слегка вздрогнул от неожиданности, когда Фрэнк взял мою руку. Она лежала около него, касаясь ноги, поэтому ему не было необходимости искать ее на ощупь. Я повернул голову, удивленно уставившись на него. Что он делает? Он ведь только-что взял меня за руку не подавая никакого вида. Он сделал это так, словно это нормально, словно это привычное дело и ничего в этом странного нет. Это первый шаг с его стороны. Это уже определенно начало чего-то между нами. Он посмотрел в мою сторону, и я увидел в его глазах этот странный и манящий зеленый огонь, который переливается разными зелеными языками пламени. Всегда, когда он рядом со мной, в его глазах пляшет это пламя и яркие светящиеся искорки. Я сжал его руку в своей ладони и он, улыбнувшись, снова посмотрел на ребят. Мне надолго запомнится этот день.