Полюби мою душу

Я прислонился своим лбом к его лбу и, выдохнув, улыбнулся, одной рукой прижимая его голову к себе, перебирая пальцами волосы. Я до сих пор не могу поверить, что все это происходит наяву и это вовсе не сон. Там, где его руки касаются моей кожи, ее обжигает огнем и она плавится под его пальцами. Я просто сгораю у него в объятиях, счастливый, как никогда прежде. Мы, не отрываясь, смотрим друг другу в глаза. Я тону в этой прекрасной нежной зелени, похожей на цвет молодой листвы и сейчас он так же может посмотреть в мои глаза, увидеть их цвет, рассмотреть в них мои чувства и, возможно, так же, как и у него, сейчас в них полыхает пламя и они переливаются светлыми, блестящими искорками. Его рот приоткрыт и он дышит в мой. Я ловлю каждый его вдох и выдох. Сейчас подходящий момент, чтобы исполнить все свои мечты до конца. Его глаза озарились яркой и мощной зеленой вспышкой, и это стало для меня неким сигналом. Я впился в его губы своими, зарывшись руками в волосы и массируя кожу головы, сильнее прижимая его к себе, сплетая воедино наши языки и исследуя каждый участок его рта. Его руки блуждают по моей спине и талии, разгоняя по коже стайки мурашек, которые мчатся по всем направлениям, возбуждая меня. Как же я ждал этого! Я уже боялся, что такого вообще не произойдет, а все разрешилось так хорошо, что даже большего желать не приходится. Как по мне, то я слишком долго ждал. Почти две недели для меня это по-настоящему, как вечность! Столько времени без нормального секса кого угодно заставит озвереть от возможности и сейчас, когда Фрэнк прикасается ко мне, когда он исследует мое тело руками, когда он с полной взаимностью отвечает на мой яростный поцелуй невозможно удержаться. Нас разделяют, по сути, два куска ткани: его боксеры и мое полотенце, которое я еще не снимал со вчерашнего вечера. Стоит только дернуть за него и оно упадет с бедер, показывая ему все великолепие моего тела. А он меня уже ничем не удивит. Я видел его обнаженным и он прекрасен. Нет, он намного лучше. И я хочу его прямо тут и сейчас, у этой недокрашенной стены, приставить к ней и насладиться сполна его телом. Оттрахать его так, чтобы он умолял сделать это снова. Черт! Я зарычал и засунул руки к нему под боксеры, сжимая его зад ладонями и прижимая к себе, чтобы он знал, насколько сильно я его хочу. Я укусил его за губу, он промычал и отстранился, останавливаясь. Чего он медлит. Подумаешь, я взял его за задницу. Еще пусть скажет, что его это смущает и мне прекратить так делать. Ага, конечно, не дождется! Отлично, я уже мысленно разговариваю сам с собой. Что его не устраивает? Я сильнее сжал руками его задницу и прижал к себе, тяжело вздыхая поцеловал его в щеку и зарылся носом в волосы, вдыхая его приятный аромат. Его руки лежат на моей спине и он не уверен в себе. Куда делся его страстный порыв, который только что был? Я просто обязан его расшевелить. Пусть уже наградит меня своим главным призом, который я так хочу. Я склонился над его шеей, целуя ее, кусая, проводя мокрые дорожки своим языком и посасывая тонкую кожицу. Он совсем легко скребет пальцами мою спину, отчего по ней разбегаются тысячи приятных мурашек. Я веду дорожку из поцелуев от шеи к уху и начинаю посасывать его мочку, слегка покусывая и проникая в него кончиком языка, дыша ему в самое ухо, и он немного наклоняет голову от удовольствия. Это однозначно приносит ему море приятных ощущений, кому, как не мне, это точно знать. Он снова немного расслабился и я, воспользовавшись тем, что он на время забыл о своих сомнениях, со всей силы прижал его к стене у которой мы вчера поцеловались. От резкого удара он вцепился в меня и простонал сквозь сомкнутые губы. Ох, его стон, он такой приятный, ласкающий уши, вызывающий массу приятных ощущений. Даже представить себе не могу, что со мной будет, когда мы трахнемся. Я сойду с ума от переизбытка чувств, однозначно. Я начал покрывать его шею и лицо поцелуями, перешел на грудь и стал спускаться ниже. Я посмотрел на его лицо и улыбнулся. Он стоит с запрокинутой головой и закрытыми глазами, покусывая губы и часто дыша. Ох, Фрэнк, ты своей привычкой когда-нибудь перевозбудишь меня настолько, что я даже не представляю, что сделаю. Я мысленно усмехнулся и поцеловал его около пупка, держа руками за бедра и слегка оттягивая резинку его боксеров вниз. Его пальцы ерошат мои волосы, а я начинаю снимать с него этот кусочек ткани, который все это время скрывает от меня его стояк, выпирающий наружу и рвущийся к свободе. Я уже приготовился взглянуть на всю картину целиком, но он схватил меня за руку, останавливая. - Не надо… - прошептал он, и я поднялся перед ним на ноги. Что значит не надо? Он смотрит на меня, часто дыша, в его глазах горит желание, но он говорит не надо? Я приложил свою ладонь к его члену, массируя через ткань. Он закусил губу, тяжело выдохнул и, сглотнув, закрыл глаза. - Не надо? – переспросил я, продолжая работать рукой и возбуждая его еще сильнее. К тому же меня самого это заводит, прикасаться к нему там и видеть, как ему приятно. - Ты уверен, что не надо? – спросил я, сильнее надавив пальцами на его упругий член. Он вдохнул побольше воздуха и открыл глаза, всматриваясь в мое лицо. - Просто остановись… - прошептал он, и я приблизился к его лицу вплотную, неотрывно глядя в глаза, и одновременно стягивая с себя полотенце, оставаясь совершенно голым около него. Я убрал руку с его члена и нашел его руку. Он вздрогнул от моего прикосновения, как и всегда, но не отвел взгляда. Я поднес его руку к своему члену и он нащупал его своими пальцами, приоткрыв рот и вдыхая больше воздуха. О, черт, его рука прикасается к моему орудию и это немыслимый кайф. Я придвинулся к нему настолько близко, что наши носы соприкоснулись и мы с ним дышим одним воздухом. Я чувствую его теплое дыхание на своей коже и оно приятно согревает. - Нравится? – спросил я тихим голосом. – В тот раз, когда ты мне подрочил, ты не жаловался. Жаль, ты не запомнил всех деталей, – потершись своим носом о его щеку, сказал я, довольствуясь чудесным ароматом его кожи. - Это было другое. Я был в состоянии опьянения и плохо соображал… - пролепетал он. - А сейчас ты не чувствуешь опьянения, которое заволакивает разум, но уже не благодаря алкоголю? М? – посмотрев ему в глаза спросил я, и он взволнованно и часто заморгал. – Молчишь, значит чувствуешь, – прошептал я, легко целуя его в губы и снова ощущая то, насколько же они мягкие и нежные. – Давай, Фрэнки… -еще раз поцеловав его в губы, прошептал я. – Не ломайся… - целуя его, продолжаю говорить я и начинаю водить его ладонью по своему члену. Он напряжен и все еще продолжает бороться со своим желанием. Зачем? Не проще ли поддаться искушению и испытать нечто невероятное. – Что ты, как девственница… - я укусил его за губу и взглянул в глаза. Да, там есть желание, похоть, страсть, но среди всего этого я вижу там сомнение и, возможно, немного страха. Я остановился и всмотрелся в его лицо. А что если? – У тебя не было с парнями, да? – спросил я, и он отвел взгляд в сторону, сжав губы, отчего они превратились в тонкую линию. Господи! Ты решил наградить меня не только таким божественным парнем, но еще и преподнес мне его на блюдечке совершенно нетронутого и невинного! Даже если у него и было что-то с девушками, то это в данной ситуации не считается, потому что для меня он девственник. В плане того, что ни один член еще не исследовал его прекрасный зад! Мне все это нравится еще больше. Ко всему прочему я еще и окажусь тем, кто будет первым парнем, который исследует его полностью, вдоль и поперек. Надо же, какая удача. Он посмотрел на меня и слегка поморщился. - Мне не нравится то, как ты сейчас на меня смотришь. - Как? - Как на свежий, нетронутый кусок мяса, – неужели так понятно, о чем я подумал? И что вообще можно понять по моему взгляду? Я же… О чем я думаю? Если он знал, что я вру, когда совершенно не видел меня, то сейчас разгадать меня ему намного проще. Я виновато посмотрел на него и он усмехнулся, опуская взгляд вниз. Его рука. Я до сих пор держу ее на своем члене. Что-то мне подсказывает, что мои мечты все не исполнятся вот так, за один раз… Он снова посмотрел на меня, а я отпустил его руку и положил свои к нему на талию, желая хоть как-то прикасаться к нему. Я слегка придвинулся к нему, и на его щеках стал появляться румянец. Отчего такая реакция, не могу понять. Я посмотрел вниз и все довольно быстро прояснилось. Я усмехнулся и отодвинулся от него. Очевидно его смущает тот факт, что мой член упирается ему в пах. - И что, так и будешь все время строить из себя недотрогу? - Я бы не назвал тот факт, что ты полностью облапал, облизал и расцеловал меня, недотрогой, – сказал он слегка улыбнувшись, и я усмехнулся. Гениально! Нашелся умник. - Ты же прекрасно понимаешь, что я не об этом. Он убрал мои руки со свой талии и, положив руку на мою грудь, отодвинул подальше. А ведь все так хорошо начиналось, а сейчас я снова терплю поражение. Черт подери, а ведь он первый человек, который отказал мне! Он хочет этого всем своим существом, это видно, такое не скроешь, и после того, как он почти сдался, он нашел в себе силы, чтобы дать отказ. Все люди с которыми я спал, все до единого, поддавались своим желаниям и мысль о том, что я их трахну, вводила их в неописуемый восторг и они ни о чем другом даже не задумывались, а он, пусть и хочет этого, но держит разум открытым и не спешит. Такой потрясающий, красивый, немного неуверенный в себе, но достаточно сильный парень. И как меня угораздило втюриться именно в такого красавчика?! Я думал сейчас уже таких нет. В том смысле, что мне казалось любой сейчас ради секса идет на все, чтобы его получить, но, очевидно, он один из немногих, кто этого не делает. Он намного лучше меня, потому что в этом плане понятия у нас немного отличаются. Для меня это просто удовольствие, а для него, очевидно, способ показать человеку насколько сильно он его любит, и трахаться со всеми подряд он просто не может. А сделать это со мной прямо сейчас именно это и означает. Просто трахнуться, ведь он пока не испытывает ко мне того же, что я испытываю к нему. И снова придется ждать, когда я смогу вкусить его запретного плода, который он так тщательно не желает мне дать. Он прошелся по комнате и остановился в дверном проеме, рассматривая меня завороженным взглядом. - Еще не время, – наши взгляды встретились. - А когда будет время? – спросил я, ожидая большей конкретики в его словах. - Мы оба поймем, когда оно настанет, – да уж, о конкретике речи быть не может. Если думать о том, что он сказал, то это время может наступить когда угодно. А значит это может произойти и через неделю, и через месяц, и, чего уж совсем не хочется, через год. Хочется как-то побыстрее. И пусть разберется в себе. Не сможет же он постоянно отмазываться фразой «еще не время», это будет уж слишком с его стороны, вот так мучить меня. Я, молча, смотрю на него, а он еще раз с восхищением во взгляде осмотрел меня с ног до головы и тяжело вздохнул. – И Джи, оденься, не искушай нас обоих, – он вышел из комнаты, оставляя меня одного. И снова время мучительного ожидания того момента, когда я наконец-то смогу насладиться Фрэнком Айеро полностью. Я поднял полотенце с пола и, намотав его обратно на талию, пошел в нашу комнату, чтобы одеться. Нужно учитывать желания моего мальчика. По сути, он пока не подтвердил этого, но я этого добьюсь. Я же Джерард Уэй, черт подери, а я всегда добивался своих целей, так что никто не сможет помешать мне на этот раз!