Сделка с Дьяволом

Сейчас       Разговоры с учителями никогда не были его сильной стороной. Поэтому Изуку уже пять минут стоял перед учительской, поигрывая пальцами, колеблясь. Разговоры вообще не были самым лучшим его умением, общение с другими людьми никогда не помогало ему, а часто даже вредило.       Но ему нужно было спросить учителей о своем оружии, он хотел знать, что он может получить, а что было… слишком много для Героя-первокурсника. Возможно, ему стоило пойти прямо в Отдел Поддержки, где за костюмы отвечал Про Герой Загрузчик. Да… он должен пойти туда, не так ли? Но что, если сейчас слишком рано, и там никого не было? А что если он скажет нет? Что он не может лично подобрать себе оружие? Он должен был сделать это в начале года, когда отправлял заявку на костюм. Почему он не сделал этого тогда? Ах да, ведь он переживал по поводу начала обучения в школе, избегал свою мать и пытался пережить спарринг-уроки Чизоме, которые стали в десять раз сложнее с тех пор, как его приняли в школу Героев.       «Проблемный ребенок.»       Изуку вздрогнул, подняв взгляд от своих рук. Айзава-сенсей стоял перед ним, дверь учительской была открыта, и на него смотрели красные светящиеся глаза.       «Эм… Здравствуйте-» Он тут же закрыл рот. Он явно раздражал своего учителя, почему он решил, что это хорошая идея?       «У тебя есть вопрос?» Скучающий голос Айзавы снова прервал его мысли, и он скривился. Он был там сейчас, верно? Можно и спросить.       «Я хотел знать… есть ли какие-нибудь правила для оружия. И... я вроде как разбираюсь в ножах и клинках. У меня есть некоторые предпочтения, и я хотел бы подобрать именно то, что хочу сам. Так что… Что мне разрешено?»       Вместо ожидаемой Изуку реакции - закатывания глаз, раздраженного вздоха и отстраняющего жеста - Айзава лишь хмыкнул, нахмурив брови. Учитель скрестил руки на груди и прислонился к дверному косяку.       «Тебе придется уточнить это у Загрузчика, но… с твоим статусом Беспричудности некоторые вещи могут измениться, поскольку твое оружие не имеет ничего общего с Причудой. Ты действительно умеешь обращаться с клинками?»       Это было так странно, не быть осужденным за то, что он Беспричудный, и на самом деле вести разговор, в котором к нему относятся как к человеку. Изуку все еще привыкал к этому.       «Эм, да, да. Я тренировался как бы сам. С метательными ножами, кинжалами и катаной. Другими полезными вещами.»       «Хм. Умно с твоей стороны. Ну, тебе придется спросить у Загрузчика, но я уверен, что ты можешь просто попросить, чего сам хочешь. Логично, что ты хочешь использовать оружие, которым умеешь пользоваться и с которым тебе удобно.»       Он только что- Изуку моргнул, удивленный неожиданным комплиментом. Он действительно не ожидал этого. Еще и от Сотриголовы! Так круто.       «А пока возвращайся в класс, а то опоздаешь.»       Изуку кивнул. «Да, сенсей. И спасибо Вам…»       «Мхм.»       Изуку уже собирался уйти, но остановился.       «Э- еще один вопрос?» Айзава посмотрел на него, приподняв бровь. «Если... у меня уже есть несколько клинков, могу ли я принести их сюда? для... эм. тренировки. И чтобы они хранились вместе с моим Геройским костюмом.»       Он хотел бы иметь возможность постоянно держать их при себе, но он был уверен, что это не разрешено и, возможно, незаконно. Может быть, после того, как он получит временную лицензию Героя.       «Теоретически, да, ты можешь принести их сюда. Им просто нужно будет проверить их, чтобы убедиться, что они соответствуют правилам.»       Это было хорошо. И странно, что его учитель не спросил, почему он спрашивает об этом.       «Точно. Хорошо, спасибо, сенсей!»       И, больше не взглянув на мужчину, Изуку умчался прочь. Наконец-то он сможет иметь при себе хорошие клинки, даже лучше, оружие, к которому он привык. Он должен принести их завтра.

***

      «Сегодня мы изучим основной навык Героики: спасение. Было решено, что вы будете находиться под наблюдением меня, Всемогущего и еще одного человека.»       Реакция на это заявление была разной: от разочарования до растущего интереса. Изуку, со своей стороны, был весьма заинтересован. Это то, что Герой должен делать в первую очередь, спасать и помогать людям, а потом уже ловить плохих парней.       Айзава позволил им надеть костюмы, и Изуку решил взять его с собой. Когда он достал свой футляр с оружием поддержки, он посмотрел на Айзаву, желая узнать, разрешено ли ему взять с собой свои клинки. Учитель поймал его взгляд и слегка кивнул.       Даже если они собирались заниматься только спасением, казалось правильным иметь при себе клинки. Неприятное чувство, возникшее у него после вчерашней встречи с незваным гостем, тоже не покидало его, поэтому он хотел быть наготове.       Как учил его Чизоме, быть чересчур подготовленным никогда не бывает плохо.       Сесть в автобус было немного проблематично, так как Иида все слишком усложнял. В итоге Изуку оказался сидящим рядом с Джиро, которая тихо заняла свое место рядом с ним. Изуку не очень нравилось ездить на автобусе вместе с классом. В этом не было ничего личного по отношению к его нынешнему классу, но воспоминания о былых поездках на автобусе с бывшими одноклассниками навевали воспоминания, от которых у него немного сводило кожу. Но спокойное присутствие Джиро очень помогло.       Он как раз засыпал, когда услышал, что кто-то зовет его. Он повернул голову, сосредоточившись на разговоре. Это была Асуи, высунувшая язык, слегка наклонившая голову и приложившая палец к подбородку. Ему потребовалось некоторое время, чтобы осмыслить ее вопрос.       «Мидория? Мы никогда не видели твою Причуду, поэтому мне стало интересно, какая она, керо?»       О. О.       Все смотрели на него, ожидая ответа. Да, он действительно не любил поездки на автобусе. На самом деле он не знал, что ответить. Сказать правду и рискнуть потерять их едва зародившуюся дружбу? Он не смог бы пережить еще три года издевательств. Он не смог бы. Но как он мог солгать об этом? Это было записано в его послужном списке, и все, чем он владел - это базовые навыки владения мечом.       Воцарилась тишина, нарушаемая только шумом мотора автобуса. Он не был готов сказать это. Он не- он не хотел, чтобы средняя школа повторилась.       «Мы скоро приедем, приготовьтесь к выходу из автобуса.»       Голос Айзавы заставил их всех вздрогнуть, их учитель стоял рядом с ними, с активированной Причудой, красными глазами и развевающимися волосами.       Изуку вздохнул. Он был так благодарен за такой подходящий момент.

***

      Встреча с Тринадцатой заставила Изуку улыбнуться, он знал практически все о Герое и ее Причуде: Черной Дыре, а увидев, как Урарака задорно улыбается, он усмехнулся. Она напомнила ему самого себя… прошлого. До того, как ему поставили диагноз «Беспричудность». Пока учителя объясняли, что они собираются делать, описывали различные области USJ, места, которые имитируют любой вид бедствия: наводнения, пожары, землетрясения и т.д., Изуку заметил, как что-то мелькнуло в уголке его глаза.       Он замер.       «Сенсей.» Его голос был тихим, но Джиро замерла рядом с ним, а Айзава взглянул на него. Изуку указал на площадь, в центр огромной тренировочной площадки.       Туман, темно-фиолетовый, медленно разрастался, и что-то - кто-то вышел из него. Несмотря на пугающее количество отрубленных рук на человеке, Изуку узнал его. Тот самый парень, который недавно пробрался в UA. Его руки легли на цуку его катаны, и он был так рад, что все его снаряжение было с ним.       Темный туман расширялся, и из него выходили все новые и новые люди - Злодеи.       «Соберитесь и не двигайтесь!» сказал им Айзава, его оружие захвата уже двигалось. Студенты издали удивленные звуки, не понимая, что происходит.       Джиро выругалась рядом с ним. Изуку стиснул зубы, но послушал Айзаву, отступая к выходу и остальной части класса.       «Нет. Тринадцатая, защити студентов!»       «Что? Что происходит?» Вопрос задал Киришима.       «Не двигайтесь, это настоящие Злодеи!» И с этими словами Айзава бросился в сторону площади, где находились все Злодеи. Изуку усилил хватку, сдерживая себя, чтобы не броситься за ним, потому что Айзава был хорош, да, но их было слишком много, у него не было достаточно навыков для этого, мало кто из Героев мог это сделать.       Очевидно, он бормотал, потому что Джиро прервала его поток слов. «Думаешь, мы должны пойти помочь ему?»       Изуку поморщился, глаза метались вокруг, считая Злодеев — слишком много, считая выходы — позади них был только один. «Айзава сказал нам оставаться здесь.»       Он взглянул на Джиро, которая серьезно смотрела на него. «Твое сердцебиение здесь самое ровное. Я знаю, что ты умеешь драться, и ты думаешь, что справишься с тем, что происходит. Ты должен помочь ему.»       Это заставило его задуматься, потому что да, он был... вроде как спокоен, и он не думал о способности Джиро слышать сердцебиение. Затем туман — Причуда искривления пространства, как предположил Изуку, — начал говорить:       «Сотриголова и Тринадцатая… согласно школьной программе, которую мы получили на днях, Всемогущий тоже должен быть здесь.»       Изуку выругался, он так и знал.       «Где он? Мы прошли через все эти трудности... только не говорите мне, что Всемогущего, Героя Номер Один, здесь нет?»       Это говорил не Портальщик, а парень с руками. Изуку нахмурился. Им нужен Всемогущий. Зачем -       «Мы, Лига Злодеев, хотим уничтожить Символ Мира! Всемогущий должен умереть… Интересно, он появится, если мы убьем детей?»       Изуку не требовалось еще одно слово убеждения от Джиро. Он натянул маску, которая висела у него на шее, скрывая нижнюю половину лица, и перешел на спринт, следуя за Айзавой, сосредоточившись на Злодеях. Он заметил позади себя фиолетовый туман, который только что промахнулся мимо него. Он рискнул оглянуться. Он перемещает учеников… дерьмо, он посылает их на места происшествий…       Он не мог думать об этом сейчас, он должен помочь учителю. Впереди него уже сражался Айзава, волосы и оружие захвата развевались, он наносил удары направо и налево. И вокруг него уже было так много злодеев. Изуку стиснул зубы и достал свою катану. Пришло время извлечь пользу из тренировок его наставника.       Он уже почти добрался до площади, когда его заметили, несколько Злодеев повернулись в его сторону. Женщина со змеями в волосах, он должен избегать змей, возможно, избегать глаз, если ее Причуда связана с Медузой, увернуться от ее змей, ударить ее в живот, не теряя времени, ударить ее плоским лезвием по руке, затем вырубить ее правым хуком.       Изуку вздохнул. Следующий Злодей. Да ладно. Он мог это сделать. Даже если его клинок был наготове, он еще не использовал его по-настоящему, но вскоре он понял. Они хотели убить его, он не мог колебаться. Он должен был пустить кровь.       Он раздумывал, стоит ли ему подойти ближе к Айзаве, не зная, будет ли он еще больше мешать мужчине, если сделает это. Его нерешительность стоила ему удара в бедро, разорвавшего там ткань. Развернувшись, он нанес удар своим клинком, и почувствовал, как катана пронзила грудь Злодея, из которой тут же хлынула кровь. Злодей упал на землю. Изуку сглотнул. Он знал, что рана не смертельная, но все же.       Он выпрямился и принялся за работу. Айзава заметил его и отчитал, но не велел ему уходить. Итак, бок о бок, клинки и оружие захвата уничтожали Злодеев одного за другим.

***

Тогда       «Ты не можешь колебаться. Начни сначала.»       Изуку чуть не выругался, но снова встал, не потрудившись отряхнуть штаны от грязи. Стэйн сбил его с ног уже в энный раз за сегодня. У Изуку был меч, который был немного длинноват, но очень легкий, а у Стэйна не было никакого оружия. Он знал, что это не значит, что он безоружен, конечно, тело тоже может быть смертоносным оружием, если его хорошо использовать и тренировать. Но нападать с мечом на человека, не имеющего очевидного оружия или защиты, было для Изуку в новинку. Он привык к тому, что не может сражаться или защитить себя, а теперь роли поменялись.       Он был… не уверен в ситуации. И да, Стэйн был действительно хорошим бойцом, и да, у Изуку не было и шанса победить его даже с любым оружием. Он тренировался с этим человеком чуть больше года, и все еще был дерьмовым бойцом.       Но все равно. Он не хотел причинять людям вред, даже если эти люди были Злодеями. Не для этого он хотел стать Героем. И Изуку также знал, что у него не будет выбора во время сражения со Злодеями. Они и бровью бы не повели, причиняя ему боль, так почему должен он?       «Пацан.»       Изуку вздохнул, отпуская свою боевую стойку, сосредоточив взгляд на Стэйне.       «Ты не можешь колебаться. Потому что Злодеи не будут, и это приведет к тому, что тебя убьют.»       «Я з-знаю…»       «Я так не думаю, нет. Не. Колеблись. Если придется пустить кровь, так тому и быть. Ты не сможешь спасти много людей, если не сможешь защитить даже себя, пацан.»       Изуку стиснул зубы. Он знал, что Стэйн был прав, он знал это. Он резко вздохнул, крепче сжал рукоять меча и снова принял боевую стойку. Он постарается не колебаться.       Стэйн был прав: однажды у него не будет выбора.

***

Сейчас       В зоне оползней Тодороки замораживал пол, заключая Злодеев в лед, а Хагакуре помогала, как могла, стараясь при этом не замерзнуть насмерть.       В зоне руин Бакуго выпускал взрыв за взрывом, Киришима рядом с ним.       В горной зоне Момо, Каминари и Джиро отбивались от Злодеев. Каминари уже поджарил свой мозг, а Момо создавала все новые и новые орудия и устройства. Обеспокоенная Джиро держала свои наушники в земле, посылая звуковые волны в сторону оставшихся Злодеев, все время молясь, чтобы Мидория и Айзава-сенсей держались.       В зоне пожаров Оджиро и Аояма бежали обратно ко входу, один раскачивал хвостом, другой отталкивал Злодеев лазером.       В зоне шторма Токоями и Кода сражались со Злодеями, а Темная Тень отпугивала Злодеев.       В зоне наводнений Асуи сбегала с лодки, окруженной Злодеями, благодаря своим лягушачьим способностям, одновременно с этим заботясь о назойливом Минете. Она размышляла о том, было ли геройством оставить его на лодке.       У входа Тринадцатая изо всех сил защищала учеников, Иида, Урарака, Шоджи, Сато, Серо и Ашидо храбро помогали ей, но Про Герой знала, что они не смогут продержаться долго. Открыть дверь и послать Ииду за подкреплением было ее главной задачей, как и защита учеников.

***

      Изуку начал уставать. Его бедра, рот и правая рука кровоточили, большинство его метательных ножей были использованы, катана окровавлена. Он глубоко дышал, пытаясь продолжить бой. Он не привык сражаться с таким количеством людей одновременно, и пытаться понять их Причуды, одновременно сражаясь с ними и избегая их ударов, было трудно. И он не привык к клинкам, которыми пользовался, он часто промахивался мимо цели, потому что тупой вес его метательных ножей не был сбалансирован, как он привык, что чертовски раздражало. Когда он огляделся, только что вырубив Злодея со своего рода Причудой мутации ежа, он увидел, как Айзава сражается против того парня с руками.       Его глаза расширились. Парень с руками приближался к его учителю, а Айзава притормаживал, тоже уставая. Волосы Айзавы упали… Парень с руками улыбнулся…       «Сенсей! Его Причуда — распад, отойдите!!»       Парень на секунду замер, позволив Айзаве сделать шаг назад, затем его волосы снова встали дыбом, он сильно пнул Злодея в живот, заставив того застонать. Прежде чем он смог использовать на нем свое оружие захвата, фиолетовый туман унес парня с руками, оставив тяжело дышащего, но, к счастью, более или менее невредимого Айзаву.       Изуку подбежал к своему учителю, заметив, что большинство Злодеев, находившихся на площади, лежали на земле или исчезли. Там были только он, Айзава, парень с руками, человек-туман и фонтан. И… огромный монстр, который был рядом с ними. Это что еще за хрень -       «Ну и назойливый же ты, а? Может, ты отличаешься от других NPC…» сказал парень с руками, почесывая шею ногтями.       Но глаза Изуку все еще были прикованы к странному существу, пытаясь понять, что это такое. Животные с Причудами были редкостью, и это не было похоже на обычное животное. Может быть, какая-то Причуда смены обличия? Но эта… штука не имела никакого смысла…       «Это Ному. Специально созданный для того, чтобы убить Всемогущего.»       Изуку и Айзава замерли. Оно было… создано? Чтобы убить Всемогущего? Он вдруг вспомнил тот день на крыше, когда Всемогущий сказал ему, что он не может быть Героем. С Героем что-то было не так, но Изуку не обращал на это внимания, он был... не в порядке в тот день, и все это время был диссоциирован.       «Давай посмотрим, действительно ли ты лучше этих NPC… Ному, атакуй Сотриголову, я разберусь с пацаном.»       Черт - не время вспоминать случайные вещи.       Прежде чем Изуку успел что-либо сделать, Айзава оттолкнул его своим оружием захвата. Изуку вскрикнул от неожиданности, увидев, как Ному с воплем бросился к его учителю. Изуку тяжело приземлился в нескольких метрах от него, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы снова встать. Он тут же повернулся к своему учителю, его сердце замерло в груди. Герой был в захвате Ному, глаза горели красным, но, похоже, это не сработало. Значит, это не Причуда. Возможно мутация, но... эти шрамы... медицинские шрамы. И он сказал, что оно было создано… не время зацикливаться на этом.       Ному держал Айзаву за руки, и судя по крику учителя, вероятно, ему сломали руку. Изуку бежал обратно к нему с клинком в руке, но...       «Не подходи ближе!»       Предупреждение Айзавы остановило его. Он не мог просто… ждать там. Он оглянулся на Злодея с руками, которому, казалось, нравилось наблюдать за этой сценой. Внутри Изуку вспыхнула искра гнева, присоединившись к боли, страху и усталости, которые уже были там.       Изуку выпрямился, когда его противник обратил на него свой красный взгляд. Изуку сжал руку. У него остались катана и один охотничий нож, больше ничего. Его кожа была почти не видна, многослойная броня все еще была прочной, за некоторыми исключениями. Он сглотнул.       «Как твое имя?»       Злодей склонил голову на его вопрос, но неожиданно ответил. Изуку просто пытался выиграть время, чтобы хотя бы отдышаться.       «Шигараки Томура. А твое?»       Да он и не собирался отвечать. По крайней мере, не правду.       «…Попробуй угадать.»       Шигараки нахмурился, а затем зарычал. «Тц, это нечестно!»       Изуку почти закатил глаза и пробормотал: «Ага, ни хрена.»       Злодей бросился на него, вытянув перед собой правую руку. Изуку встал в боевую стойку, двумя руками обхватив цуку своей катаны. На этот раз он должен был действовать быстро, и он не мог позволить, чтобы его тронули. Это должно быть похоже на боевые испытания, когда он уклонялся от взрывов Бакуго. Только риск был не просто в ожогах, а в распаде.       Изуку сделал шаг назад и взмахнул клинком.       После этого все было как в тумане. Он изо всех сил старался избегать рук Шигараки, а также изо всех сил старался ударить другого. Рука приближается к его правому боку, он изогнул талию, чтобы избежать его, левой рукой достает свой последний нож и пытается порезать Шигараки, куда угодно, отступает, снова пытается, избегает, затем бьет, отступает, почти спотыкается, заставляет Злодея споткнуться, полоснул его по лицу своей катаной -       От этого Шигараки вскрикнул и сделал несколько шагов назад, закрыв лицо руками - своими настоящими руками. Изуку с шипением вдыхал и выдыхал воздух, который неровно вырывался из его маски, пот капал ему в глаза — или, может быть, это была кровь?       Изуку дышал, не сводя глаз со Злодея. Все его тело болело, хотя и не сильнее, чем обычно, но, возможно, это помогал адреналин.       «Что ты наделал!?»       Шигараки смотрел вниз на свои руки, которые были покрыты кровью, а слева на его лице была красная полоса, вся его щека была рассечена, кровь свободно сочилась из раны.       Изуку ожидал, что ему будет плохо или противно от собственного поступка, но это было не так. Он чувствовал удовлетворение. Шигараки заслужил это. Он, черт возьми, нацелился на детей. Он стиснул зубы и вернулся в боевую стойку. Он был готов ко второму раунду. Но собираясь наступать, он остановился по чьему-то зову.       «Шигараки Томура.»       Это был Злодей с Причудой искажения пространства, который с тех пор был лишь туманным присутствием, но теперь он полностью вернулся, с желтыми глазами и металлическим воротником. Шигараки обернулся, явно раздраженный.       Изуку взглянул на Айзаву: он все еще был обездвижен Ному, но существо, казалось, перестало двигаться, просто удерживая его в тисках, ожидая дальнейших приказов. Слава Богу.       «Ты должен вернуться к ученикам. Сейчас же.» Голос Айзавы был настолько тихим, что Изуку почти не услышал его просьбы. Но он сжал губы и покачал головой. Он не собирался уходить. Он не оставит Айзаву одного бороться с этим Ному.       «Курогири. Тринадцатая мертва?» И Изуку, и Айзава снова сосредоточились на двух Злодеях, на вопросе Шигараки. Прошу, нет -       «Я вывел ее из строя. Однако, боюсь, что один ученик сбежал через ворота.»       Должно быть, это был Иида, пожалуйста, пусть это будет Иида, потому что он был самым быстрым из всех. Шигараки, похоже, не очень хорошо воспринял эту новость, устроив своего рода истерику.       Сколько ему лет? Еще и говорит на сленге видеоигр. Хм.       «Если даже ты не можешь нормально выполнять свою работу, то все это бесполезно! Всемогущего здесь нет, прибудут другие Про Герои… как же меня это бесит!!»       Изуку кое-что придумал. Это было рискованно, но хуже уже быть не могло, верно? Он вздохнул и сказал:       «Вообще-то, я видел, как ты вчера пробрался в UA.»       Шигараки медленно повернулся к нему, яростно почесывая шею.       «Что.»       «Они знали, что что-то не так, поэтому изменили программу в последнюю минуту. Всемогущий сейчас находится на другом конце страны, и поблизости есть Про Герои, готовые вмешаться, если что-то пойдет не так. Если сейчас вышел Иида, то уже через несколько минут прибудет куча Героев.»       Двое Злодеев внимательно слушали его, и Изуку молился, чтобы его голос оставался спокойным, не запинался и не колебался. Прошу, поверьте мне.       «Хоть и возможно, что молодой ученик лжет, нам лучше отступить, продолжать эту миссию было бы слишком рискованно.» Курогири казался самым разумным из пары, ведя себя почти как родитель по отношению к Злодею.       «Почему я должен тебе верить?»       «Очевидно, что ты мне не доверяешь, но у меня нет причин лгать. Я ненавижу Всемогущего так же сильно, как и любого другого парня.»       Признаться в этом было рискованно. Он не ненавидел Всемогущего, но он... сильно его недолюбливал. Это не значит, что он хотел его смерти, конечно. Он все еще был Символом Мира.       Шигараки наклонил голову, прекратив чесать шею, покрасневшую от крови, хлынувшей из раны на щеке. «Ты… ненавидишь его? Но ты же Герой…»       «Ну, никто не идеален. Он сказал мне в лицо, что я не могу быть Героем, так что. Не фанат -»       ТРЕСК       Громкий шум прокатился по всему USJ, заставляя всех остановиться.       «Что я говорил? Я не вру. Герои здесь.» Это была полнейшая ложь, Изуку понятия не имел, откуда исходил этот звук и что это было.       «Томура. Мы должны уходить.»       Шигараки выругался, затем взмахнул рукой, и, словно это была команда, которую ждал Курогири, медленно фиолетовый туман расширился, забирая с собой ближайших Злодеев, Ному отпустил Айзаву и вернулся к Шигараки, и их обоих окончательно поглотил туман. Но Шигараки успел бросить последний комментарий, голос был полон гнева:       «Мы еще встретимся… ты меня бесишь. В следующий раз я порежу тебе лицо.»       А потом они исчезли, не оставив после себя ничего, только пятна крови. Некоторое время все оставалось неподвижным, тишина была оглушительной. Затем раздался еще один громкий треск и…       «НЕ БОЙТЕСЬ, ПОТОМУ ЧТО Я ЗДЕСЬ!»       Изуку чуть не рассмеялся, если бы не сосредоточился на том, чтобы бежать обратно к своему учителю, который лежал на земле. Но он двигался и дышал, к облегчению Изуку. Он отпустил катану - лезвие было окровавлено - и снял маску, отпустив ее на шею. Он помог учителю сесть, осторожно оберегая его руку, из которой текла кровь, но не сильно, и костей не было видно. Изуку тоже сел, изнеможение наконец навалилось на него. Все его тело болело. Почти хуже, чем после уроков Чизоме.       «Вы в порядке, сенсей?»       Его учитель смотрел на него почти с недоверием, потом покачал головой.       «Ты действительно проблемный ребенок.»       Изуку застенчиво улыбнулся, вытирая штанами кровь с лезвия. Его сердце замедлялось. Злодеи ушли. Он глубоко вздохнул.       «Ты поступил безрассудно.»       Изуку поднял голову, зеленые глаза встретились с черными, сухими.       «Но ты, вероятно, сегодня спас много людей. Так что спасибо тебе.»       Настала очередь Изуку недоверчиво смотреть на Айзаву. Затем он улыбнулся, ярко и зубасто. Айзава ругался, но его глаза были мягкими, и Изуку чуть не хихикнул.       Ну, он хихикнул, но никто не должен был знать об этом. Только он. И Айзава.       «А еще Вам следует завязать волосы, так как это выдает, используете ли вы свою Причуду или нет.»       «…Перестань болтать, проблемный ребенок.»

***

      Первым громким треском были на самом деле Джиро и Каминари, которые пытались войти в командную комнату, чтобы попытаться связаться с внешним миром, но все взорвалось из-за того, что Злодей пытался помешать им войти, и перегрузки электричества, случайно вызванной Каминари. Второй громкий грохот, очевидно, был вызван прибытием Всемогущего на пустое место Злодеев.       Изуку и Айзава вернулись ко входу, почти все ученики были там, ворота открыты, и Про Герои действительно прибывали, с полицией и машинами скорой помощи. Первой и единственной, кого срочно отправили в больницу, была Тринадцатая, но медики сказали, что с ней все будет в порядке. Джиро сразу же направилась к Изуку, и он испытал огромное облегчение, увидев, что она отделалась лишь несколькими царапинами.       Прибыла и Про Герой Исцеляющая Девочка, раздавая поцелуи направо и налево, некоторые ученики нуждались в этом больше других. Изуку тоже получил один, чувствуя, как к нему подкрадывается усталость, но он не потерял сознание. Он был приятно удивлен, увидев, что ни одна его часть не подверглась распаду.       Айзаву лечили первым, он наслаждался своей недавно зажившей рукой и разговаривал с полицейским, с неким детективом Тсукаучи.       В итоге никаких необратимых повреждений не было, что было хорошо, но и странно. Это были профессиональные Злодеи, но их план казался таким простым, даже слишком. Было так много вещей, которые могли пойти не так, и это произошло. Главное - отсутствие Всемогущего. Они действительно собирались убить всех учеников, а что потом? Их единственным преимуществом была эта штука, Ному, и да, это было тревожно.       Шигараки был там предводителем, но его план не был прочным. Кроме того, он пожертвовал, по меньшей мере, пятьюдесятью Злодеями ради этого. Но Изуку был рад всему этому. Им повезло, что он это знал.       В следующий раз, а он знал, что следующий раз обязательно будет, им так не повезет. Но он будет готов.

***

      После нескольких вопросов они довольно быстро отпустили учеников. Айзава, казалось, колебался, но директор Незу и некоторые представители власти были уверены в их безопасности. Многих учеников забрали родители, а Изуку остался с Джиро, тихо разговаривая с ней.       Она ушла домой, взяв с него обещание написать позже. Видя, что никто не обращает на него внимания, он покинул UA. Он не знал, хочет ли он вернуться домой. Он также не знал, что хуже: отсутствие или присутствие его матери. Он не хотел объяснять ей, что произошло. Возможно, она даже не захочет об этом слышать. Он просто…       Он хотел увидеть Чизоме. Он пойдет в сарай и будет ждать его там. Кроме того, это будет не первый раз, когда он ночевал там. Пока он шел, он чувствовал, как болят мышцы, как усталость застилает глаза, как тяжелеет его школьная сумка, но он все еще прекрасно понимал, что происходит вокруг, как будто адреналин еще не полностью улетучился.       Ему очень хотелось спать. Но он продолжал следить за окружающей обстановкой, последняя угроза Шигараки все еще была свежа в его памяти.       Моргнув, он уже стоял перед дверью своей квартиры, достал из кармана ключ и вошел внутрь. Внутри было тихо и спокойно. Конечно, ничего необычного, но что-то заставило его задуматься. Он закрыл за собой дверь и огляделся, снимая красные туфли. Он не стал зажигать свет в квартире, заходящее солнце светило в окна, отчего все вокруг казалось золотым.       Он прошел на кухню и остановился, увидев лист бумаги на столе рядом с толстым конвертом. Медленно он подошел к нему, с опаской, как будто он собирался наброситься на него. Это был всего лишь лист бумаги, так почему же его сердцебиение так участилось?       Слегка дрожащей рукой он взял письмо и почувствовал, что его желудок упал, когда он узнал почерк. Это почерк его матери. Он несколько раз моргнул, а затем начал читать несколько иероглифов, написанных на бумаге.

      Я не могу смотреть, как ты умираешь. Потому что ты знаешь, что именно это и произойдет, если ты пойдешь по этому пути. Я не понимаю, почему ты продолжаешь думать, что можешь это сделать. Это нехорошо для тебя. Все, чего я хотела — чтобы ты сделал что-то не такое безрассудное, как попытка стать Героем.

      Тебе нужно повзрослеть и понять, что жизнь не такая. Тебе нужно перестать следовать своей детской мечте. Я не могу смотреть, как ты разрушаешь себя вот так. Я больше не узнаю тебя.

      Я не думаю, что ты понимаешь, как мне тяжело.

      В конверте деньги, и я думаю, твоя стипендия поможет тебе достаточно, чтобы ты смог снять студию.

      Изуку еще секунду смотрел на бумагу, затем медленно перечитал ее.       Он положил письмо обратно на стол. Это было… прямо и по делу. Не было ни эмоций, ни прощаний, ничего. Даже подписи не было. Изуку сглотнул. Его глаза начали гореть, но - нет. Он не заплачет, не из-за этого. Не из-за нее. Он не станет, он -       Слеза медленно скатилась по его щеке к подбородку, задержалась там на некоторое время, а затем упала на пол кухни.       Он даже не удивился. Он, в общем-то, ждал этого. Он и раньше думал о том, чтобы уйти из дома, но. Он был еще слишком молод, чтобы устроиться на работу и жить одному. И, несмотря ни на что, он не хотел оставлять маму одну. Его отец уже ушел — вероятно, из-за него — так что он не… хотел…       Но вот он здесь. Он думал, что, может быть, доказав ей, что он может быть Героем, она примет его. Она снова начнет… любить его. Он сглотнул, нахмурив брови.       «Я не думаю, что ты понимаешь, как мне тяжело.» Тяжело для нее? А что насчет него? А что насчет тех лет издевательств, пренебрежения и дискриминации? А что насчет доведения до самоубийства, того, что с ним обращаются как со стеклом или, что еще хуже, будто он даже не человек, а просто мусор? А что насчет того, чтобы тебя игнорировали, смеялись, жалели? Что насчет этого, а?       Он сжал челюсть. Нет. Он отказывался злиться. Не на нее. Это была не ее вина. Кому нужен Беспричудный ребенок? Она и так многое для него сделала.       Он вытер слезы, взял конверт, письмо и пошел к себе в комнату.       Через полчаса он вышел, взяв с собой две тяжелые сумки и портфель. Он закрыл дверь квартиры своими ключами, потом спрятал их под ковриком, который был у входа.       Он вышел из комплекса зданий быстрыми, размеренными шагами, с ровным дыханием. Его глаза были сухими.

***

      Когда Чизоме вернулся в сарай, Изуку уже пробыл там пару часов, его вещи лежали на диване, а сам он лежал на полу, уставившись в потолок. Он чувствовал себя… странно пустым. Он ожидал, что заплачет, почувствует грусть или злость. Но он не чувствовал абсолютно ничего.       Единственный человек, который должен был любить его, не любил. Так что он остался там, уставившись в деревянный потолок. Тень, нависшая над его лицом, заставила Изуку моргнуть.       «Ты жив, пацан?»       И да, может быть, дело было в том, что он теперь знал, что его мать не любит его, или в том, что, наконец, все, что произошло сегодня, обрушилось на него в этот момент, или, может быть, это был знакомый грубый голос Чизоме, но рот Изуку задрожал, а затем, слезы начали падать.       Горячие слезы текли по его лицу на виски.       Ему потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться, и Чизоме понятия не имел, чем ему помочь, поэтому они оба сели на диван. Чизоме точил свою катану, вполголоса рассказывая о своем дне, а Изуку слушал его, свернувшись калачиком на углу дивана. Несмотря на то, что он все еще чувствовал себя ужасно, это было довольно приятно.       После минутной тишины, единственным звуком, наполнявшим комнату, был звук точилки о лезвие, Чизоме громко заговорил.       «Давненько я не видел тебя в таком состоянии. Что случилось?»       Изуку потребовалось время, чтобы вспомнить, как говорить, его разум был затуманен, и он подумал, что, возможно, он был диссоциирован с тех пор, как покинул квартиру своей матери. Как сказал Чизоме, такого давно не было. Он сглотнул. Затем он открыл рот, и слова начали литься рекой. Он рассказал мужчине обо всем, что произошло: о USJ, о Лиге злодеев, о Ному, а затем о том, как мать выгнала его из дома.       Чизоме не перебивал его во время объяснений, но он стиснул зубы, усилив хватку на рукояти своего клинка. Этот человек не был тем, кто легко показывает свои эмоции, и только потому, что Изуку знал его пять лет, он мог хорошо его читать. Мужчина был зол. Он надеялся, что тот не злится на него, иначе он, вероятно, снова начнет плакать или сделает что-нибудь очень глупое.       «Лига Злодеев, да?»       Голос Чизоме вывел его из задумчивости, и он кивнул. Убийца Героев глубоко вздохнул и повернулся, чтобы встретиться с ним взглядом. Изуку остался неподвижен, его глаза были широко раскрыты и все еще немного слезились, руки обхватили колени, прижимая ноги к груди.       «Я должен был сказать тебе об этом раньше. Это важная информация, тем более, если ты в курсе того, что происходит в нелегальной сфере дел.»       Изуку нахмурился. Чизоме обычно не скрывал никакой информации, отвечая на вопросы, ответы на которые он знал, и в большинстве случаев, когда он не отвечал, это было потому, что это было что-то личное, или он просто не знал. На самом деле Изуку знал большую часть того, что происходило между Злодеями, их бандой, их связями и Причудами.       Информации, которую первокурсник UA определенно не должен знать. И теперь, после того, что только что сказал Чизоме, его любопытство взяло верх.       «В Подполье ходят… слухи. Легенды о Злодеях и темных временах, раньше, в самом начале появления Причуд.» Чизоме вздохнул, явно задаваясь вопросом, как, черт возьми, он собирается все это объяснять. Но он взглянул на парня, который выглядел по-настоящему живым с тех пор, как прибыл в сарай.       Ладно, пора рассказать историю.       «Мы мало что знаем, и, как я уже сказал, это скорее слухи. Но, как ты тоже знаешь, в Подполье довольно серьезно воспринимают слухи. Был один человек, Злодей, который раньше правил, и у него была сильная Причуда. Причуда, которая могла забирать Причуды.»       Изуку замер. Он… никогда не слышал об этом. Он моргнул.       «Подожди, пока я закончу, прежде чем задавать миллиард вопросов, пацан. Итак, этот человек, вроде как, исчез на какое-то время. И я говорю о десятилетиях. Но в последние годы о нем снова заговорили, о его возвращении. Что сделало бы его чертовски старым, так что он, возможно, приобрел что-то вроде Причуды бессмертия по пути. В любом случае, эта Лига Злодеев? Определенно работает на него. Если это действительно он, а не какой-то идиот, подражающий ему. Шигараки, да? Причуда распада? Мощный ублюдок, но он еще чертов ребенок. Однако не стоит его недооценивать.»       «Я не буду. Он… он сказал мне, что встретит меня снова. Чтобы… вернуть то, что я сделал с ним.»       Чизоме поморщился, выглядя искренне раздраженным.       «Тогда будь осторожен.»       «Буду.»       Минута молчания.       «Ты что-нибудь знаешь о Ному?»       Чизоме покачал головой, снова начав точить лезвие. Изуку наблюдал за ним, ожидая чего-то, хотя и не знал, чего именно.       «Ты не можешь оставаться здесь.»       О. Сердце Изуку упало. Он не сводил глаз с колен. Он подумал, что, возможно... Но да. Конечно. О чем думал Изуку? Зачем Злодею позволять ему остаться в его убежище? Как будто он хотел, чтобы он был здесь в первую очередь -       «Он не в таком хорошем состоянии, чтобы в нем жить. Ночью будет слишком холодно, и электричества нет. У тебя уже есть место на примете?»       Изуку посмотрел на Чизоме, который нахмурился.       «Почему ты… ты, что, снова собираешься плакать? Я же говорил тебе, что не люблю плачущих детей.»       Изуку на самом деле фыркнул, он слышал эту фразу так много раз, все меньше и меньше с годами, по мере того, как он учился держать свои эмоции под контролем. Он не ожидал, что Чизоме… будет волноваться о его жизненной ситуации.       В его груди зародилось тепло, прогоняя холод.