Его муза

      Осень, 5.       Золотая и прекрасная осень в долине Стардью славится ярко-оранжевыми деревьями, вкусными орехами, сладкой чёрной сливой и полностью поспевшей ежевикой. Для фермера же это последний рывок перед зимой: заготовка сена на корм животным, последний за год шанс заработать на урожае. Большие тыквы, кислая и сочная клюква, баклажаны, крупные красные яблоки. И самое главное — гранат… Для Эллиота это время года — пик вдохновения и продуктивной работы. Прогулки по огненному лесу или шум дождя за окном — всё это возбуждало воображение и желание взяться за листок бумаги, яркое утиное перо и кальмаровые чернила.

***

      Джулия проснулась от пения петухов, которые во всю заливались кукареканием с утра пораньше. Подняв с кровати отдохнувшее тело и открыв ещё тяжёлые веки, девушка выполняла свой привычный утренний ритуал. Она покормила скот, подоив коров и коз, забрала большие куриные и маленькие утиные яйца. Всё это отправилось на переработку — вкуснейший сыр и густой майонез, за которые многие отдавали нормальные деньги. Так же не была обделена вниманием рыжая собака Ласточка. Растения получили очередную порцию воды и удобрений.       Закончив с делами за пару часов, девушка рухнула на постель, откусывая большой кусок красного яблока, которое сегодня утром ещё красовалось на дереве.       «С делами покончено, — отметила про себя Джулия, наслаждаясь кисло-сладким соком и хрустом. — Наверное, стоит приготовить еду.»       Заглянув в холодильник, взгляд фермера упал на тарелку. На ней красовались три лепёшки из хлеба и розоватого мяса.       «Пятое число! — Джу хлопнула себя по лбу, хватая блюдце и после включая газ. — Хорошо, что гранат продать не успела… Да и вино в запасе.»       Девушка специально хранила бутылку хорошего настоявшегося гранатового вина…       Спустя некоторое время котлетки из крабов приятно зашкворчали на масле, и она переложила их в чистую посудину, накрывая крышкой. Тёмно-красная ягода полетела в карман чистой рубашки, а бутылка оказалась подмышкой…

***

      Через несколько минут после громких и отчётливых стуков, Джулия увидела любимого на пороге. Он уже был облачен в свою привычную одежду: чистая белая рубашка, выглаженный галстук, расстёгнутый яркий пиджак и зелёные брюки.       — С днём рождения, радость моя!       — Спасибо огромное! Так неожиданно и приятно видеть тебя с утра. — на лице Эллиота засияла широкая улыбка. Встреча и правда оказалась настолько приятной, что мужчина замешкался. — Проходи, пожалуйста. — прозвучало приглашение в дом.       Идущей вслед за Эллиотом Джулии открылась знакомая обстановка дома писателя. Довольно простая мебель, расположенная на местами дырявом полу создавала особую атмосферу. Полуденный свет озарял рабочий стол со стопками испещренных буквами листов бумаги — плодами зачастую бессонных ночей. Отложив кипу бумаг в сторону, Эллиот предложил гостье присесть. Сделав несколько шагов, мужчина добрался до дымящейся турки, из которой тут же разлил ароматный бодрящий напиток.       — Какая досада… Я совсем забыл, что у меня нет ничего к кофе. Прошу прощения… — сказал Эллиот, протянув Джулии аккуратную фарфоровую чашечку.       — Ох, ничего страшного. Я люблю пить кофе просто так. — Девушка поставила на стол тарелку с ещё горячими котлетами и положила на стол большой гранат. — А это твой подарок на день рождения. Я готовила сама, поэтому не суди строго. Готовлю я, мягко говоря, не очень…       Джулия отхлебнула горячий кофе, приятно обжигающий полость рта. Напиток оказался крепким, но в то же время бодрящим и безумно вкусным.       — Теперь всегда буду пить кофе у тебя! — Гордо произнесла она, раскладывая еду на тарелки. — Угощайся.       Котлетки оказались нежными и мягкими. Панировка из хлебных сухарей приятно хрустела на зубах.       Эллиот был очень доволен кулинарными способностями своей девушки, поэтому в мыслях опроверг тот факт, что готовит она, по словам, не очень.       — Спасибо большое за замечательный подарок. Ты просто чудо. Но самым лучшим подарком, безусловно, является твоя компания. — улыбнувшись, произнёс Эллиот, ласково глядя на Джулию, ставшую одним из самых дорогих ему людей.       Мужчина ответил на объятия, вызванные небольшим комплиментом. Незабываемый запах Джулии, состоящий из смеси травы, деревьев, моря и уюта заполнил его лёгкие, от чего тот зажмурился. Эллиота распирало от счастья, но выдавала это лишь неизменно радостное выражение лица.       — Чем займёмся? — спросил мужчина, поправив волосы и отложив пустые чашки и тарелку в сторону.       — Может быть, почитаем вместе книгу? — Зелёные глаза девушки загорелись огоньком. — Мы давно хотели так сделать, помнишь?       Присев на кровать, она наблюдала за возлюбленным, который искал в горе книг самую лучшую.       — Агата Кристи… — Эллиот взял в руки небольшую по формату книгу в чёрном мягком переплёте. — Десять Негритят. Как тебе? Я уже читал её, но ради тебя могу прочесть ещё не раз.       — Отличная идея. — Глаза Джулии ещё больше загорелись. — Обожаю её детективы. Я прочитала пару книг и уже влюбилась в её слог и неожиданные сюжетные повороты.       Подвинувшись немного, девушка поправила чёлку, упавшую на глаза. Мужчина сел рядом, и она положила голову ему на плечо, когда он открыл книгу и начал читать. Мягкий и нежный голос писателя, ставший таким родным, очень успокаивал.       Так, незаметно для обоих, пролетело несколько частей. Хорошие книги всегда читаются на одном дыхании, страница за страницей, и именно к этому стремился Эллиот, когда переносил мысли и идеи, вдохновленные долиной Стардью и Джулией на бумагу.       Прочитав почти половину детектива, пара раскинулась на кровати, изучая глазами потолок.       — Замечательная книга, не так ли?.. — спросил мужчина, нащупав и взяв тёплую руку девушки в свою. Не смотря на тяжёлый физический труд, кожа на ладонях Джулии оставалась нежной и настолько приятной на ощупь, что Эллиот ни за что бы не захотел её выпустить. — Эта книга вдохновляла меня так же, как и наши встречи по вечерам на пляже… Если хочешь, я могу рассказать тебе о своих идеях, а ты их оценишь.       Не смотря на довольно специфичные вкусы в литературе, Джулия завороженно слушала слова Эллиота, внимательно наблюдая за его активной жестикуляцией. Мужчина словно по-особенному светился, когда рассказывал о том, что ему интересно. Эта была одна из тех черт человека, в которые можно влюбиться. Постепенно, пара понемногу пододвигалась друг к другу, пока к концу повествования писателя не оказалась лежащей в обнимку.       — Что скажешь? — спросил Эллиот, глядя на прекрасное личико Джулии, проводя ладонью по шелковистым волосам.       — Я не слишком понимаю, о чём ты… — Она немного замялась, заправляя рыжие волосы писателя за ухо. — Но я отвечу тебе только да.       Джулия с необыкновенной силой прильнула к губам мужчины, нежно и быстро целуя их, чувствуя, как по телу разливается жар от теплых прикосновений к оголённой в некоторых местах коже. Эллиот аккуратно проводил кончиками пальцев по чувствительной шее девушки, спускаясь чуть ниже, к частям тела, скрытым под слоем ткани. Расстегнув пару верхних пуговиц рубашки, писатель с нежностью прикоснулся к ключице, вызвав у фермера тихий и приглушённый стон. Джулия придвинулась к Эллиоту ещё ближе, вжимаясь в него всем телом.       Завороженный и взбудораженный поведением Джулии Эллиот принял предложение, покрывая ключицу и шею девушки многочисленными поцелуями, от некоторых из которых оставались яркие следы. Рыжие длинные волосы писателя «растекались» по плоскости кровати, когда Джулия, тихо постанывая, гладила его голову и крепкий торс. Осторожно и медленно, но при этом уверенно, ловкие пальцы одна за другой расстегивали пуговицы сначала на пиджаке, а потом и на рубашке мужчины. Изумрудно-зеленый галстук, который Джулия с явным мастерством развязала, отправился вместе с пиджаком. Всё получалось так легко и непринуждённо, что Эллиот и заметить не успел, как остался наполовину обнажённым. Нависнув и ложась на мужчину, Джулия коснулась губами пахнущей гранатом, как и волосы, шеи. Потягивая в лёгкие воздух, прежде чем продолжить целовать тело писателя, она оставила большие, яркие и отчетливые следы. С улыбкой наблюдая, как Эллиот на глазах тает от нежности, девушка взяла ладони мужчины в свои руки, и аккуратно накрыла ими свою грудь.       Когда тёплые руки писателя опустились на желанную грудь девушки, скрытую под рубашкой, он провёл по ней, с наслаждением смотря, как Джулия закрывает глаза и закидывает голову назад, тихо выдыхая. Хитро улыбнувшись, Эллиот легонько сжал грудь, чувствуя, как соски девушки затвердели от приятных ощущений. Она присела на него сверху, стараясь не закричать от удовольствия, легонько ёрзая бёдрами. Руки фермера опустились на торс возлюбленного, а с губ сорвался резкий стон, когда Эллиот начал расстёгивать оставшиеся пуговицы.       Рубашка отправилась вслед за верхней одеждой мужчины, и он с желанием осмотрел всё тело девушки: аккуратная грудь, плоский живот с виднеющимися небольшими кубиками пресса.       Джулия вскрикнула, когда Эллиот сжал твёрдые и приятно горящие соски между двумя пальцами.       Эллиот не мог оторвать взгляд от полуобнаженного тела возлюбленной. Нежная шея, выпирающие ключицы, тёмные пятнышки сосков… Всё это будоражило сознание писателя, заполняя одной лишь мысль. — желанием её… Аккуратно сжимая и проворачивая соски между двумя пальцами, стараясь не причинить боль, Эллиот, как и Джулия, наслаждался каждой секундой прикосновений друг к другу. Ерзающая на нём девушка создавала заметное напряжение внизу живота, что так же добавляло чувственности. Проведя руками по бокам груди, Эллиот коснулся груди своими губами, одаривая лёгкими, но на менее чувственными поцелуями. Двигаясь по спирали, он приближался к соскам, пока не достиг их своим языком. Обведя всё пятнышко, он начал касаться их кончиков языком, увеличивая частоту и продолжительность контактов, что вызывало у девушки особенно яркие ощущения. Сладкие стоны и нетерпеливые движения с каждым мгновением всё больше и больше увеличивали возбуждение. Когда Эллиот ласкал языком грудь, Джулия вскрикивала почти каждую секунду, хватаясь за его крепкие плечи. Волосы слиплись на лбу, дыхание перехватило от удовольствия. По телу словно растёкся липкий мёд, а внизу живота было безумно тяжело, бельё сильно промокло.       Девушка потянулась к ширинке чёрных брюк, купленных недавно в городе. Так как они были новыми, молния поддавалась тяжеловато. Из-за этого она тихо недовольно хмыкнула. Этот звук прервал очередной громкий и протяжный стон от прикосновений горячего языка к её чувствительным точкам.       Расправившись с молнией и пуговицей, Джулия взяла руку Эллиота в свою и положила между своих ног, приспустив штаны. Через бельё прекрасно чувствовалась влажность, и девушка вздрогнула, когда мужчина коснулся её. От такого лёгкого, но горячего прикосновения, Джулия выгнулась, поддаваясь писателю и его воле.       Напряжение внизу живота Эллиота стало невыносимо велико, от чего тот невольно ерзал бёдрами в такт Джулии. Бельё девушки было настолько влажным и горячим, что каждое прикосновения ощущалось, как прикосновение к обнаженному телу. Проведя пальцами по прилипшей ткани, в точности повторявшей рельеф тела, Эллиот жадно прильнул к губам Джулии, с которых вот-вот должен был сорваться очередной сладкий стон. Поглаживая чувствительную точку девушки, писатель ощутил теплое прикосновение руки ко своему бедру.       Ладонь Джулии, виляя, прошлась сначала по внешней, а по потом и по внутренней стороне, пока не накрыла затвердевший член мужчины. Обхватив его через слои ткани, она начала поглаживать его, подражая ласкам Эллиота, наращивающего темп. Издав ещё один протяжный стон, девушка приспустила и насквозь промокшее белье, открывая писателю доступ к самой чувствительной части своего тела.       Пальцы Эллиота, коснувшиеся обнаженной области между ног девушки, сразу же стали приятно липкими и скользкими. Они с лёгкостью проходили по всей длине чувствительной точки. Под тихий стон, они погрузились внутрь, подающейся и словно садящейся на них Джу…       Когда пальцы мужчины проникли внутрь, Джулия сильно закусила губу. Разводя ноги шире и продолжая ласкать Эллиота, она сама опускалась на его длинные пальцы, громко постанывая и тяжело дыша. Сердце быстро билось, словно хотело выскочить из грудной клетки.       — Быстрее… — Мольба шёпотом сорвалась с уст фермера, когда писатель обхватил её бёдра и ускорил движения рукой.       Быстрым рывком Джулия схватила ремень возлюбленного, расстёгивая его и сразу приспуская штаны с бельём. Обхватив обнажённый член, она продолжила ласкать его, но более чувственно и быстро, иногда дотрагиваясь до кончика, вызывая у Эллиота тяжёлые вздохи.       Их губы соприкасались, оставляя после себя искры. По телам гуляло пламя, горячие прикосновения приносили огромное наслаждение. Джулия встречалась с парой парней, да и Эллиот был не слишком святым, но такие бурные чувства и ощущения происходили в первый раз за всю их жизнь…       — Я безумно хочу тебя… — Шептала девушка, одурманенная ласками. В этот момент и правда не существовало никого, кроме Эллиота. Ничего, кроме односпальной кровати, на которой они сидели и касались друг друга.       — И я тебя очень сильно хочу… — шептал Эллиот, полностью тонущий в ласках Джулии.       — Давай сейчас… — шепнула девушка, впиваясь в губы мужчины, попутно стягивая с него штаны.       Приятно удивившийся от такой наглости Эллиот поддержал идею, так же аккуратно снимая до конца чёрные джинсы и мокрое бельё с Джулии, обнажая её полностью. Её тело было идеальным настолько, что скульптура, вдохновленная её телом, могла бы стать восьмым чудом света. Уложив девушку на кровать, Эллиот навис над ней, осыпая поцелуями каждую часть тела Джулии, которая ему нравилась (а, словом, он был без ума от от любого обнаженного кусочка её кожи и запаха).       Вдруг, опомнившись, мужчина поднялся с кровати и быстро подошёл к своему столу и, открыв выдвижной ящик, достал из него фольгированный блестящий квадратик. Вскрыв упаковку он достал презерватив и надел его.       Вернувшись к фермеру, писатель снова опустился к Джу и жадно поцеловал, после чего поводил головкой по мокрому лону и медленно вошёл в неё.       Вцепившись в плечи мужчины, девушка громко выдохнула, поддаваясь ему навстречу. Смотреть в изумрудные глаза напряжённого Эллиота — одно удовольствие. Поэтому Джулия улыбнулась, откидываясь назад и полностью отдаваясь его ласкам и движениям. Писатель был безумно нежным, но в то же время быстрым и интенсивным. Он гладил тело возлюбленной, акцентируя внимание на груди и ключицах, покрытых красными пятнами. Движения с каждым разом становились всё быстрее и быстрее…       — Мм, давай сменим позу, — сквозь очередной стон предложила девушка, закусывая губу и лукаво смотря на писателя.       Мужчина согласился, ведь ему тоже безумно хотелось этого…       Джулия села на Эллиота, снова соединяясь с ним. Двигая бёдрами вверх-вниз, она обнимала его за плечи, оставляя на коже спины красные следы от ногтей.       Передав эстафету движений Джулии, Эллиот ни на мгновение об этом не пожалел. В таком положении у него был неограниченный доступ к мягкой, но упругой груди, которую он с упоением целовал аккуратно сжимал. Придерживающие за бедра загорелые руки мужчины помогали девушке двигаться, поднимая и опуская её. Каждое движение стимулировало все чувствительные зоны партнёров, от чего они то замирали, то заходились в сладких стонах наслаждения. Джулия жадно впилась в губы возлюбленного, сплетая их мокрые языки, всё увереннее увеличивая темп. От удовольствия, Эллиот зажмурился, полностью акцентируя внимание и сознание на тактильные ощущения.       — Я скоро закончу… — шёпотом, но чуть не переходя на крик, сообщил мужчина, пытаясь пересилить учащенное дыхание, когда напряжение почти доросло до предела.       — Я… Я тоже… — протяжно ответила Джулия, закусывая губы и откидывая голову назад.       Движения рук и бёдер участились до невозможности, пока тишину и покой пляжного дома окончательно не нарушил синхронный крик наслаждения. Эллиот полностью лег на кровать, в то время как Джулия, так и не слезая с него, легла сверху. Они продолжали изливаться друг в друга, от чего тепло внутри них стало ощущаться ещё отчетливее. Отдышавшись, пара разомкнула контакт, ложась рядом.       — Это было невероятно… — тихо проговорил Эллиот пытаясь дать точное определение своим чувствам. — Спасибо тебе…       — И тебе… Это и в правду было прекрасно… — согласилась Джулия, обнимая возлюбленного.       — Я никогда не забуду твой подарок. Да ещё и с таким продолжением… — прошептал мужчина, поправляя волосы девушки. — Я обязательно опишу нечто подобное в романе.       — Будет интересно почитать. — усмехнулась девушка, зарываясь в пахнущие гранатом волосы.       Пролежав так ещё немного, пара оделась, перекусила спелым гранатом, и отправилась гулять по улице, любуясь пейзажами осеннего моря…       Спустя несколько дней.       — Эту книгу я посвящаю своей музе, самой прекрасной и любимой женщине. — Эллиот отложил книгу и, встав на одно колено, протянул фермеру Кулон Русалки, переливающийся в лучах осеннего солнца, попадающего в библиотеку через окно. — Джулия, ты станешь моей женой?       Она уверенно кивнула и тихо проговорила «Да», нежно улыбнувшись и сощурив узкие зелёные глаза, взяв в руку любимого в свои две, накрывая Кулон.       Все присутствующие на прослушивании истории Эллиота дружно захлопали в ладоши, а Мару через несколько секунд подбежала обнять лучшую подругу…