Столкновение

Честно говоря, Ким Докча находил происходящий бой совершенно бессмысленным, поскольку разрешить ситуацию сценария можно было и без этого поединка. Однако мужчина напротив, облаченный в черный плащ и имеющий лицо такой бесподобной красоты, будто он сошел с обложки какого-то журнала, явно был диаметрально противоположного мнения. Определенно, расчетливый взгляд с остринкой агрессии был единственным, что портило его изумительную внешность. Бедному Киму Докча не оставалось ничего, кроме как временно отступить под безумным натиском Ю Джунхека. Полы белого плаща всколыхнулись в сантиметре от пролетевшего мимо лезвия меча: Докча вовремя сделал шаг назад. Рассчитывая замедлить врага, Ю Джунхек, пока владел боевой инициативой, прицелился в ахиллово сухожилие — однако оппонент оказался слишком вертким и проницательным, и мгновенно распознал его намерения, теперь стабильно отодвигаясь от него, отточенными движениями отражая все удары. Ударив еще раз и бросив хмурый взгляд в чужое лицо, Ю Джунхек сделал шаг назад, давая себе легкую передышку и вставая в среднюю боевую стойку — лезвие меча он выставил вперед, как бы на отлет, готовый к новой атаке. Грудные клетки обоих мужчин тяжело вздымались, дыхание было совершенно сбито от безумного темпа действий. Ким Докча рукавом пальто стер осевшую на вспотевшее лицо пыль и прищурился, будто вновь пытался угадать намерения Ю Джунхека, будто пытался прочесть его. Однако Ю Джунхек ошибся в своем суждении. Уже в следующее мгновение оппонент летел на него, и регрессор кое-как успел выставить нормальный блок — лезвие меча оставило обжигающую царапину на его щеке. По поврежденной коже потекла липкая кровь, мгновенно смешавшаяся с потом и пылью на его лице. На чужих губах расплылась победная ухмылка, красноречиво говорящая о том, что мужчина вошел в азарт боя — все же это была первая кровь в этом бою —, однако Ю Джунхек успел заметить легкий изгиб губ лишь краем глаза, поскольку движения были слишком быстры и резки. Ким Докча, ослабив давление, быстро провернулся вокруг своей оси, усиливая размах, и ударил Ю Джунхека уже с другой стороны, заставляя его отшатнуться: лезвие с свистом рассекло воздух в сантиметре от его шеи. Во взгляде блеснуло легкое безумие, постепенно овладевающее им, и Ким Докча продолжил свою безжалостную контратаку, показывая свое мастерское владение мечом и осыпая его все новыми ударами: изящные взмахи лезвием были практически непредсказуемы, мужчина периодически переворачивал меч яблоком вверх, пытаясь ударить оппонента направленным вниз острием меча в живот или по ногам. И если бы Ю Джунхек не прочел определенную закономерность в чужих движениях и не подгадал нужный момент, то для него все закончилось бы крайне печально. Однако, чтобы остановить оппонента, ему пришлось буквально схватить лезвие летящего меча, чтобы затем ударить по рукояти и выбить меч из чужой руки. Ладонь мгновенно была рассечена острым краем, из раны начала сочиться кровь, которая потекла по холодному пыльному металлу. Ю Джунхек отбросил чужой меч в сторону, и кровь, вытекающая из раны, ручейками потекла по его пальцам, собираясь на кончиках опущенных вниз фаланг и падая грузными каплями на землю. Ю Джунхек глядел в издевательски смеющиеся глаза напротив, когда приставлял кончик своего оружия к чужому горлу. Губы Кима Докча бесшумно произнесли: «Ты проиграл.» Все же говорить что-то вслух не было сил ни у кого из них. И, не сдерживая нервный смешок, Ю Джунхек опустил меч, отбрасывая его в ту же сторону, что и меч Кима Докча. Раздался лязг: металлы в последний раз соприкоснулись друг с другом. Что ж, он действительно проиграл этому переменчивому безумцу.