Зеркало. Айян

***

Школа напоминала ловушку. Даже в темноте кабинеты угрожающе скалились проемами окон. А отсутствие света наталкивало на мысли не о экономии, а ковре. Под который заметают все нелицеприятное, что происходило в этих стенах. Айян бесился. Этот чертов староста! Этот маленький полицейский в школьном теле! Айян отчетливо ощутил кислый привкус, когда он схватил Акка за руку возле чучела, сделанного парнями из «Мир Помнит». Как он мог хотеть так поступить с ними? Как он мог так поступить с ним? Айяну хотелось кричать от переполняющих его эмоций. И в тоже время, помимо злости, он не мог отрицать того факта, что его тело отреагировало возбуждением на испуг старосты. Когда он увидел чистый ужас, отразившийся в этих широко распахнутых глазах, перед глазами возникла картинка, которую он наблюдал в одном тематическом клубе. Наказание, что демонстрировали там, отдалось в душе чем — то приятным. Слишком приятным. Захотелось повторить такое и с Акком. Услышать его мольбы. Может быть сцеловать его слезы… Но не время и не место. И не то настроение. — Я не брал твой блокнот. Голос у Акка был полон искренности. Но как можно поверить сейчас его словам? Кто все время следовал за ним по пятам? Кто видел, насколько ему дорог блокнот дяди Дикки? Только Акк. Айян усмехнулся над таким наивным собой. Ему и в самом деле стало казаться, что Акк встанет на одну с ним сторону. Но, увы. Он предал его. — Значит, ты спокойно покажешь мне все места, где ты мог бы его спрятать. Твой стол, шкафчик. Твою квартиру. — У меня комната в общежитие. — Акк смотрел прямо, не отводил взгляд. И Айян видел в этих красивых глазах лани мольбу и просьбу. И его снова охватило темное возбуждение. Фантазии о том, как Акк умоляет его, прокатились по его коже жаром. Ему захотелось до пелены перед глазами услышать больше. Айян встряхнул головой и попытался устроить шумный и показательный обыск, пытаясь вывести Акка на протест. Горечь от потери дорогой вещи выплавилась в злость на предполагаемого виновника. Но Акк молчал. Только вздрагивал и качал головой, когда Айан кружил по классу, проверяя столы учеников. Единственный раз, когда он проявил резкую реакцию, это когда Ай со злости хлопнул по столу. Айян рычал внутри себя. Возбуждение при виде послушного Акка в момент обыска смешалось со злостью, но Айяну не нравилось это ощущение. Оно отдавало чем то липким и масляным. Особенно когда он поймал себя на том, что ему хотелось развернуть Акка лицом к шкафчикам и сделать с ним что — то из своих и фантазий. Он даже уже приблизился к нему непозволительно близко… Но своим появлением охранник словно окатил его холодной водой. Айян сморгнул алую пелену и выдохнул, приводя мысли в порядок. Да что с ним твориться такое? Он хотел принудить Акка к поцелую? Нет. И да. Айян чувствовал, что Акк смотрел на него не просто как одноклассник. Ему нравился Айян и нравился физически. Но кто — то или что — то приучили его к тому, что его желания не на первом месте. Акк слишком сильно боялся отпустить себя. Мелькнула мысль, что приручение будет сложным, но разве эта цель того не стоила? Айян считал, что да. И что он вполне сможет справиться с этим вызовом. Но не торопясь и принуждением, а лаской. С таким нервным старостой иначе нельзя. Тем временем Акк, и не подозревая о том, чего именно он избежал благодаря охраннику, привел его к себе в комнату. И там темная сторона снова подняла свою голову. — Я останусь здесь на ночь. И если ты не будешь сотрудничать, я раскрою всем твою тайну. Айян не просил, он просто поставил Акка перед фактом, не обращая внимания на бледный вид старосты. Он ворвался в его комнату и осмотрелся. Следовало хорошенько изучить того, кто… Кто ему интересен и кого он собрался своеобразно наказать. Не зря его мама постоянно говорила о нем, что он ее наказание, да? Почему бы не применить этот принцип не только в отношениях с родителем, но и с бойфрендом. Айян облизнулся и мысленно потер руки. Итак, приступим. Акк стоял во время обыска весь напряженный, хмурый. И это его разбитое состояние так нравилось Айяну, так было прекрасно, что на мгновение он представил, что несется по бурной реке с мутными водами. Не затормозить и не вернуться уже на спокойный берег. — Почему ты такой упрямый? Вопрос от старосты заставил Айяна почувствовать тепло в груди. Акк наивен. Очень многие бы подумали, что это признак глупости. Но нет, Айян знал разницу. Наивность Акка проистекала и из его небольшого опыта жизни. И из огромной веры в то, что если он будет следовать правилам, то ничего не случиться. Айян не мог не улыбнуться на это. Кажется, сегодня Акку предстоит немало удивлений, и он более чем готов был показать их всех. Но… сейчас нельзя было отвлекаться. Комната тщательно им обыскивалась. Это была территория Правил и Порядка: все аккуратно сложено в стопки. Подписано и расставлено по специальной системе организации хранения вещей. И Айян представил себя ворвавшимся в город завоевателем, когда начал разрушать весь этот порядок, замечая сперва недоумение в глазах Акка, когда он обшаривал полки. А затем и смущение, когда он стал заглядывать в шкаф и комод. Айян специально вытащил нижнее белье, чтобы полюбоваться на румянец, окрасивший щеки и сползший на шею. В конце концов, Айян уселся на кровать и кивнул. — Окей. Допустим, я верю, что у тебя её нет. Давай вернём всё на свои места. Я помогу тебе, раз уж я стал виновником этого хаоса. Он знал, что Акк откажется. Это чистая психология: после такого беспорядка и в мыслях, и вокруг найти островок стабильности. Уборка дала Акку время успокоится. Привычные действия расслабили его туго сжатую внутри пружину. И зрелище нагибающегося Акка, не замечающего того, что ткань шорт плотно обтягивает ягодицы при наклонах, стоила многого. — Я пойду в душ. Айян внутренне облизнулся, услышав эту фразу от Акка. Ох уж эта привычная домашняя рутина. Сделать вид, что никакого хаоса нет. Спрятаться в свою раковину. Это то, чего хотел Акк всем своим видом. Но это именно то, что не даст ему сегодня сделать Айян. — Может, сэкономим воду и пойдем вместе? — Айян дразнил голосом и не смог удержаться от того, чтобы не войти в личное пространство своего старосты. Да, он уже успокоился и больше не злится. Но это не означало, что он так просто выпустит добычу из пасти. Да и зрелище слегка надутых губ было таким сладким, что его мысли медленно продрейфовали к тому, что именно он может сделать с ними. Видимо, что — то в его взгляде показалось Акку подозрительным. Потому что его реакция была бесценной — мгновенно шмыгнуть в ванну и запереться. Айян зажал себе ладонью рот и рассмеялся. Такая невинная реакция распаляла сильнее, чем все пошлости, что обычно звучали в его адрес. Он лег на постель и уткнулся в подушку лицом. Вдыхая запах Акка. В его голове мелькали идеи того, чего ему хотелось сделать. И чем дольше лилась вода в душе, тем ярче становились картинки. Как бы он хотел сейчас войти в душ за ним, прижать его к стене и осыпать поцелуями все его тело. Акк выглядел неземным просто. Изящный, с узкими кистями рук, с такой невероятной золотистой кожей. Он бы выглядел роскошно с растрепанными волосами, алыми щеками и влажными глазами. И ртом, испускающим стоны, которые наверняка сводили бы его с ума! О, он так хотел этого — услышать, как Акк будет дрожать и выдыхать его имя… Айян резко вдохнул и выдохнул, выныривая из фантазий. После Акка в душ пойдет он, и нужно сделать воду явно похолоднее. Он по-хозяйски достал из шкафа Акка запасную футболку и трусы. Пробежался взглядом по аккуратно развешанным вещам и покачал головой. Привычка к аккуратности Акка что-то задевала в его душе. Айян представил, как маленький Акк строит песчаные замки на берегу моря. Сурово сопит. А Ай, как хулиган, разбивает их своим мячом, желая привлечь внимание. Наверняка бы Акк разозлился и пошел бы драться с ним… Айян снова замер, когда фантазия развернулась в картинку у него перед глазами. Образ дерущегося карапуза трансформировался в разгоряченного Акка в форме дзюдо. Когда от него терпко пахло его туалетной водой и совсем немного потом. А в вырезе то и дело мелькали горошинки сосков. Ай постоянно оказывался под ним в спаррингах и тщательно одергивал желание прикусить зубами темный ореол. Ему нужен душ! Срочно. Так что, когда вода прекратила литься, он быстро скинул с себя на кровать одежду и стал подкарауливать свою жертву. Открылась дверь. И ванна встретила его запотевшими стеклами зеркала и душа. Акк — мёрзлый парень, судя по всему. — Ого, как после тебя там жарко! — Несмотря на вставшую проблему, Ай не смог не поддразнить о чем то задумавшегося старосту. Мурлыкнул ему на ухо фразу и едва сдержал смех, глядя на то, как тот шарахнулся в сторону. Кажется, у него появился новый кинк. Испуганные глаза Акка. — Знаешь ли, от горячей воды бывает пар. Учи физику получше и не будешь удивляться на каждом шагу. — О, здравствуй, система «бей и беги». Айян решил не доводить дело именно до драки и проследовал в душ. В небольшой ванне Айян посмотрел на свое отражение в зеркале. М-да, то ли маньяк-насильник. То ли озабоченный студент. Глаза бешеные, тело все напряжено, член каменный. Нет. Надо срочно отвлекаться и успокаиваться. Дверь он не закрыл принципиально. Даже оставил чуть приоткрытой. Если Акк захочет проверить его, кто он такой, чтобы ему мешать? Нагретая ванна странно расслабила. Мысли свернули по направлению к пошлости. Ай встал под душ и вдохнул запах. Свежий, цветочный, но с нотками молока. Айян намылил тело гелем для душа, представляя, что это делает с ним Акк. Своими изящными ладонями с длинными пальцами. Ай прикусил губу и погладил член, выдохнув. Да, именно так. Не торопясь, неуверенно, явно осторожничая. Бормотание из соседней комнаты доносилось неразборчиво, что подстегивало фантазию. Это было бы для Акка в новинку — прикасаться к другому мужчине. Исследовать и ласкать. Айян двигал по члену рукой, представляя, как бы он опустился перед Акком на колени. Ловя панику в глазах, но удерживая бедра твердой рукой. Акк бы просил его остановиться, но в голосе было бы слишком много неуверенности, чтобы он действительно послушался. Он бы огладил все эти длинные ноги, округлые коленки. Айан представил, как он дрочил бы, одновременно целуя бедра Акка. И прежде чем взять его в рот полностью, стал бы ласкать языком головку. Интересно, как Акк отреагирует на минет? И какой у него оказался бы вкус? Что любит есть его староста? Может, острое? Или фрукты? Представив, как Акк кончает, запрокидывая голову и зажимая свой рот, чтобы не издать ни звука, Айян и сам кончил, толкнувшись в свой кулак. Как же хорошо! Ополоснуться и выйти много времени не составило. Жаль, что нет полотенца, но в летней жаре обсохнуть можно довольно быстро. — Мам, подожди секундочку. В него прилетело слегка влажное полотенце. Акк странно смутился и отвернулся, продолжая разговаривать со своей мамой. Однако вскоре его поза поменялась. Из неловкой стала расслабленной, на губах появилась мягкая улыбка. Такой явно домашний мальчик его Акк. Уютный и теплый. Он продолжает разговаривать, делится планами, и в его голосе слышна тоска по родителям. Айян не мешал и не вмешивался, прислушиваясь больше к интонации, чем к словам. Он даже немного позавидовал: его мама постоянно была в разъездах. Он привык жить один, привык к тому, что все приходится делать самому. Но хотелось вот такого тепла. И с языка сама собой слетает фраза: — А ты милашка, когда говоришь со своими родителями. Со мной ты не такой милый. — А ты мне отец, что ли? — Акк мгновенно отреагировал, но его ошибка заключается в том, что он играл сейчас на неизвестном ему поле. В отличие от Айяна. — Можно не отец, можно просто папочка. И снова неожиданное нападение. В лицо Айяну прилетает подушка, и суровый староста гневно сверкает глазами. Айян смотрел на него, мысленно благодарил себя за идею сбросить первое напряжение в душе. Акк был создан для его погибели. Честное слово! — Вот там твоё место. Будешь спать на полу, — Акк тщательно устроился на кровати, прячась от него и вообще делая вид, что разговор закончен. Он изображает безразличие, но Айян видит, как подрагивают его пальцы. — Выключи свет. Я буду спать. Айян чуть прищурился. Значит, Акк думал, что вот так может командовать? Что же. Он попробует изменить его решение. Один раз вежливо. А второй раз по своему. И посмотрим, какая ставка сыграет. Он медленно опустился на кровать и залез под одеяло. Неужели получилось? Но нет. Пинок и Ай вылетел на пол. Шутка про сильные бедра мелькнула в голове, но он сдержался, откладывая ее в памяти. Теперь он будет действовать по своему. Что означало: настала его очередь нападать. Рывок. Прижать одеяло, чтобы не трепыхался. Нависнуть, заглядывая в лицо. Айян слегка ухмыльнулся, довольно втягивая запах. Акк ошеломленно расширил глаза и стал выглядеть таким очаровательно напуганным, что Ай стиснул зубы. Дай Ками силы, чтобы поймать его аккуратно. — Ты отказываешься спать со мной в одной постели, потому что думаешь о грязных вещах. Не так ли, Акк? Акк замер под ним. Кажется, даже дышать перестал на какое то мгновение. Он так явно напрягся от слов, от тепла его тела, от его взгляда, что Ай непроизвольно смягчился. Медленно… Нужно идти медленно. Айян разрывался между двумя противоположными желаниями. Первое — это захватить руки Акка и зажать их над его головой. Поцеловать губы, что сейчас подрагивали то ли от возмущения, то ли от неловкости. Опуститься ниже на шею, оставить там следы… А второе — это наклониться к уху и прошептать ему все фантазии, наслаждаясь реакцией на такие нескромные предложения. Но приходилось выбирать третий вариант. Тот, где он очень жестко себя сдерживал. Несмотря на то, что внутри все тянуло от желания. — Я не думаю о таком. — Ответ Акка максимально растерян. Сам он упирается ладонями Айяну в грудь. И, ох ты же… Тело Акка ре-а-ги-ру-ет! Айян это и видит, и чувствует. И продолжает нажимать. — Раз так, то дай мне спать здесь. Айян склоняется еще ниже. Он прижимает свое бедро к бедру Акка. Но в мыслях… В мыслях он вклинил свою ногу между ног Акка, открывая себе доступ. Стал отдавать Акку команды уверенным тоном. И Акк слушался, послушно выполняя то, что он говорил. Перед глазами Айяна мелькали образы того, как он ложится сверху, целуя верхнюю губу и толкаясь бедрами. Притираясь, чувствуя, как Акк под ним стонет и сдается… Твою мать! Ай! Возьми себя в руки и не веди себя как похотливое животное! — Хорошо. Спи здесь. — Акк говорил негромко, глаза были слегка остекленевшие. Айян моргнул, не веря даже: Акк практически упал в подпространство… Это невероятно! Только от пары фраз, только от тепла тела и ласки воздухом при разговоре. Что же он будет делать, когда его начнут ласкать уже более серьезно? Айян отстранился, давая возможность его старосте самостоятельно справиться с последствиями начала Игры с доминантом. Он вообще то не особо любитель подобного, но сегодня и с Акком… Почему бы и не попробовать? Айян обдумывал дальнейшие ходы. То, что сегодня ночью он обязательно выполнит часть своих фантазий — это точно. Но… он не хотел бы видеть сломанного Акка. Так что он дает возможность Акку понять правила, придвигаясь ближе, пытаясь дать сигналы невербально. Но с Акком это не сработало: он моментально начал отталкивать и угрожать. И очень вряд ли его староста себя так повел, потому что был из разряда «паршивцев». То есть тех, кто любит неподчинение и провокации, чтобы потом получить наказание. Он просто… нервничал. И выстроенная стена из подушки между ними — тому очень показательный свидетель. Акк спрятался, так как не чувствовал себя полностью в безопасности. Нет, так дело точно не пойдет. Айян прикрыл глаза, начал спокойно дышать, чтобы Акк уловил его дыхание и успокоился. Чтобы перестал быть весь, как натянутая струна. И его чуткий мальчик неосознанно подстроился. И постепенно его возня затихла. И тогда Айян прикоснулся к его руке.

***

Кисть расслабленно легла рядом, создавая тепло и приучая к тому, что рядом находится кто — то еще. Кто — то безопасный. Теплый. Спокойный. Айян не хотел пугать Акка слишком рано. Тем более, что и ему самому требовалось время, чтобы решить, что именно он хочет сделать и как именно. Не делать ничего? Ну нет. Староста нравится ему. Понравился с самой первой перепалки. Высокий, красивый, яростно защищающий правила и верящий в них. Акк честен во всем, кроме того, что касается его самого. Словно ему когда — то запретили думать о себе. Запретили совершать эгоистичные поступки. Но ничего. Айян знал, как показать ему, от чего именно он отказывается. Спустя время Айян поднял голову. Акк практически уснул. Его дыхание стало ровным, глубоким. Черты лица разгладились, и пропала морщинка между бровей. Айян залюбовался им при ночном освещении города. Протянул руку и провел подушечками пальцев по скуле. Затем погладил губы, поразившись тому, насколько они мягкие. Акк пользуется уходовыми средствами? Интересно, как будет он смотреться, если накрасить его губы ярко-алой помадой? Айян отвел руку от лица Акка. Подушки между ними уже нет. Это было первое, о чем он позаботился. Значит, сейчас пора заняться подготовкой сцены, где будет все происходить. Плавно закинуть свою ногу на Акка. Взять его за руку. Прижаться ближе, так что стало возможным вдохнуть запах Акка: молоко, цветы и совсем немного запаха мелиссы. Айян слышал гулко звучащие барабаны — или это был стук его сердца? Музыка нарастала горячим приливом. Он вдохнул, выдохнул долгим беззвучным стоном. И коснулся ключиц дыханием, согревая кожу. На теле человека есть немного мест, на которые можно влиять такой тонкой лаской как дыхание, а не использовать прикосновения. Эти места тыльная сторона стоп, кожа между пальцев, ключицы, запястья, лодыжки и веки. Именно там находятся наиболее яркие центры удовольствия. То, что нужно, чтобы начать создавать настроение. Акк выдохнул сквозь сон, приподнял подбородок и развернулся к Айяну. Разумеется, все это было неосознанно. Просто телу было приятно, безопасно и удобно. Вот и повернулся его староста, как подсолнух к теплу солнца. Айян подумал, что если бы Акк ему не доверял, он бы так не отреагировал. Скорее он бы резко проснулся, а не стал бы выдыхать тихо и вздыхать, когда Ай касался его ключиц своим дыханием. Или даже когда его пальцы поглаживали запястье, чувствуя пульс. Но только когда Айян стал целовать длинную шею, Акк начал возиться более активно. И Айян подавил довольную ухмылку, укладываясь обратно, плотно прижимаясь и делая вид, что он спит. Акк просыпался медленно. Айян наблюдал сквозь ресницы за тем, как он растерянно осматривался. Сонный, с растревоженным телом, согретый его дыханием и теплом. Акк к тому же не может не ощутить член Айяна, прижавшийся к его ноге. Не может не чувствовать, как Айян трется о его бедро, когда тот двигается. Подсознание — странная штука. Акк уже настроился на удовольствие. Только еще не понял этого. Айян приоткрыл рот, и Акк взглянул на него с явно выраженным желанием. Айян затаил дыхание, когда Акк наклонился. Судя по всему, он даже не осознавал, что именно хотел сделать. Айян тихо выдохнул и издал звук, похожий на скулеж. Как же Акк соблазнительно выглядел! Хотелось зацеловать эти губы, заставить стонать от удовольствия. Он решил уже «проснуться» но его внезапно обняли и прижали. Отлично. Ладонь Айяна стала поглаживать кисть Акка, водить спирали по запястью. Касаться холма Венеры. Нежно, не торопясь. Проходясь по коже в ласке, а не грубости. Айяну так хотелось поцелуя. И Акк, словно слышал его, наклонялся все ближе и ближе… Пока не коснулся в целомудренном прикосновении губ его щеки. Поцелуй был всего пару секунд и Акк моментально отодвинулся и замер, прислушиваясь. Айян все еще делал вид, что спит, сквозь ресницы наблюдал за Акком. Тот колебался, но прикосновения все еще несли только нежность. Так что он наклонился и коснулся губами уже губ. Звук поцелуя раздался в тишине слишком громко. Акк снова отпрянул, как встревоженная лань, словно его пойманный за чем то неприличным. И он явно уже был готов вырваться уже из плена касаний и тепла Айяна. Но Ай открыл глаза. Вид растерянного Акка будоражил, заставлял хотеть зайти дальше. Айян хотел облизать его всего, попробовать на вкус, раскрыть его чувственность. Показать ему, каково это: падать в удовольствие именно с Айяном. Невинность, притягательность и соблазнительность. Акк не понимал, насколько сильно он попадает в десятку идеального парня. Он был tabula rasa, чистым листом. Нетронутым. И его можно было обучить всему, что нравится именно Айяну. Сделать его идеальным для него. И навсегда сделать его только своим. Айян притянул Акка к себе за шею. Уверенно. Он не должен сомневаться сейчас. Поцелуй был неторопливым, немного мокрым, но Ай не давал Акку передышки. и сам падал в это удовольствие. Он наполнялся ароматом Акка до краев. Вкус его губ топил его так, что он стал задыхаться. Он посасывал пухлую верхнюю губу, вылизывал язык и вел ладонями по бедру, приучая к своим прикосновениям. И ох, помоги ему, Будда! Акк так послушно повторял все, что показывал ему Айян, что голова кружилась и с члена уже явно капало, пропитывая боксеры. Кожа Акка была горячая, и Айян представил, как расползался по его щекам румянец. Наверняка красивое и завораживающее зрелище. Жаль, что света недостаточно, чтобы разглядеть в подробностях. Но и того, что он видел, хватало. Акк очаровательно жмурился, вздрагивал под ним. Иногда открывал глаза, неверяще рассматривая Айяна. И снова откидывал голову на подушку, предлагая в неосознанном жесте шею. Ай плавно перемещался, лаская губами своего старосту. И в конце концов оказался между его ног, продолжая целовать. Ощущение твердого члена, давящего на его пах. Более интимные поцелуи, более жаркие взгляды. Видимо, Акк осознал, что все стало заходить слишком далеко. И занервничал. — Айян. Подожди. Это неправильно. Акк кусал губы и пытался прекратить ласки, пытался оттолкнуть Айяна, но… не сегодня. Его старосте нужно было принять то, что Айян будет с ним. И ему будет хорошо от того, что он будет с ним делать. Поэтому Ай успокаивающе заворковал ласковые слова, перехватывая запястья. Провел языком по венкам и завел руки за голову Акка, слегка прижимая и нависая сверху. Оба замерли, тяжело переводя дыхание. — Айян, пожалуйста, — В голосе у Акка еще не паника, но уже ноты страха. Он так сладко взмолился, так дрожал под ним. Пойманный в ловушку из желания своего тела и чужим контролем, он весь был как струна. И глядя на это, Айян хищно облизывался. Внутри его самоконтроль очень ощутимо дал трещину. Но он не будет торопиться. Только не с Акком. — Тшшш. Акк. Я не сделаю тебе больно. Доверься мне. Айян низко мурлыкал, поглаживая своего старосту плавными касаниями ладоней. Сейчас ему нельзя смотреть в глаза. Это признак агрессии. Вместо этого он целует ключицу, снова обдавая ее своим теплым дыханием. Мозг должен вспомнить похожую ситуацию, но случившуюся пятнадцать минут назад. Тогда это было безопасно. Значит, безопасно и сейчас. — Просто слушай, что я тебе говорю, и будь послушным. Ты же это умеешь, правда? Ты же такой старательный. Ты так аккуратен во всём, мой хороший староста. А вот сейчас Айян поднял голову и слегка навис над Акком, пряча его под собой. И почти не двигаясь. Только оглаживая всего взглядом. Показывая, насколько он желает Акка. И это дает результаты. когда староста сглотнул и слабо кивнул, разрешая. — Хороший мальчик. Просто посмотри на себя. Такой хороший котик для меня. Такой собранный и послушный… Я позабочусь о тебе, Акк. Я обещаю. Айян произнес поощрение вслух — это нужно и для него, в том числе. Потому что окрас этих фраз должен закрепиться в подсознании у Акка. Именно с этими словами он начал оглаживать всего его, ласкать соски, проводя пальцами по горошинкам. Акк ерзал, удерживаемый за руки над головой, но не пытался освободиться. Он словно был рожден подчиняться. Айян простонал сам, негромко и жарко, когда приласкал внутреннюю сторону бедер, проводя с силой ногтями и слыша болезненно-сладкий стон. Не удержался. Да. Но Акк дернул бедрами навстречу, и Айян улыбнулся его отзывчивости. — Не торопись, Акк. Терпение. Акк смотрел влажными глазами, блестевшими в темноте непролитой влагой. Удовольствие отражалось в его выдохах, так похожих на стоны. В его движениях бедрами. Айян выпустил запястья старосты из плена и повел одну из его ладоней к своему паху. Расширенные глаза Акка и дрогнувшая рука чуть было не привели к тому, что Айян кончил. Но он сдержался, в который раз похвалив себя за предусмотрительный сброс напряжения в душе. Сейчас у него хватает сил сохранять терпение. -Я не… — Акк почти снова скатывается в нервозность, но Айян зацепил его взгляд. И улыбнулся спокойно. Это не стыдно. Это приятно. Это безопасно. Он двигал рукой Акка на своем члене, показывая и обучая. Показывая, что ему приятно именно от того, что это Акк его ласкает. И Акк расслабился и поверил. — Ты самый красивый парень во всей школе, Акк. Я постоянно на тебя заглядывался. Мечтал о тебе. — Айян сам не знал, шептал он это вслух или просто думал, глядя на то, как Акк, подчиняясь движениям его руки, гладит его член. Но теперь нужно было проверить кое-что. — Акк, у тебя всё отлично получается. — Он поднял ладонь и поцеловал ее центр, наблюдая, как Акк расширил глаза в ошеломлении. А затем вернул ее на член, но убрав свою руку. — Ты же запомнил, как нужно двигать рукой, да? Ты у меня такой молодец… А теперь продолжай без меня. Сам. Айян ждал. Он дал выбор Акку, и ему и правда интересно, захочет ли Акк продолжить? Но ладонь дрогнула и неуверенно погладила его головку. Акк вопросительно посмотрел на Айяна, и тот кивнул, понимая немую просьбу. Акк просит инструкции. Такой хороший мальчик! — Попробуй. Это не так страшно. Руки у Акка аккуратные, длинные пальцы, тонкие запястья. Ладони музыканта — инструмент гитара или пианино. Они ухожены, но Айян чувствовал мозоли. Акк явно пользуется кремами для смягчения кожи. Возможно, кто — то из старших учеников ему подсказал о таком. И в голове у Айяна возникает идея спонтанного подарка. Он бы хотел побаловать своего любимого старосту… Ох, да! — Возьми крепче, — Акк чертов гений. Во всем. Даже в обучении сексу. — Да, вот так. А теперь положи указательный и средний палец на головку, — Айян потянулся к закусанным губам Акка и поцеловал, расслабляя. — Умница. Тело Акка реагировало на похвалы дрожью. Он дышал негромко и сдавленно охнул, когда Айян сам коснулся в ответной ласке его паха. Айян поцеловал место, где шея переходит в плечо, ловя непроизвольные мурашки, и зашептал на ухо дальнейшие инструкции, лаская шею дыханием и губами. — Погладь пальцами по головке. Айян простонал, показывая свое удовольствие, и это поощрило Акка продолжить уже без подсказки. Но он стал двигать слишком быстро. Слишком правильно. Айян был вынужден прикусить щеку изнутри, отрезвляя себя, и практически приказать: — Не торопись. Акк замер мгновенно. — Теперь обхвати всей ладонью… Да, вот так. Сделай плотное кольцо. Командовать ровным голосом становилось все сложнее. Это было настоящее испытание для выдержки Айяна. Он мог только выдыхать слова поощрения: — Всё правильно. Не бойся. Ты не делаешь мне больно. Мне приятны твои прикосновения. Ты такой молодец, Акк. Стоны проглатывались Айяном, как глотки крепкого алкоголя. Айян плыл в удовольствии и в какой то момент сам толкнулся бедрами в руку Акка. А тот удивленно отдернул ладонь. Ох, Акк… — Акк, расслабься. Это все то же самое, только теперь двигается не твоя рука, а я сам. Тебе просто нужно держать её плотно. — И тут Айяну в голову пришла новая идея, и он произнес: — Протяни мне свою руку. Айян давно хотел сделать это, еще когда видел в школе эти кисти. Он вылизывал ладонь, скользя между пальцев и щедро делясь слюной. Пройтись языком по центру, поймав приглушенный стон. И еще один, когда его язык вылизал между указательным и средним пальцем. Взять в рот средний. Акк прикрывает рот рукой, потому что его стоны становятся все громче. Чувствительный мальчик. Айян доволен, несмотря на тяжесть в собственном паху и желании кончить. Его возбуждение свернулось огненной пружиной, но… теперь он пришел в себя. И может продолжить обучение. — Не закрывайся, Акк. Тебя могу слышать только я. Акк кивнул. Машинально, даже не замечая этого. И снова простонал, когда он прошелся языком по подушечкам. Ох, что же ты творишь со мной, Акк? Внутри Айяна снова натягивается сладкий жар в животе. Акк уже более уверенно обхватывает его член, и Айян толкается в его ладонь, постанывая и рассматривая, не скрывая свой взгляд. Акк прекрасен. Весь от кончиков ресниц до изящных лодыжек. И кончить вот так, в его ладонь было бы замечательно. Но Айян останавливается. Он хочет другого. — Почему ты остановился.? Я сделал что-то неправильно? Акк сразу же занервничал. Кто же вбил в его голову, что если сделать паузу в чем либо — это ошибка? Айян обнял его сразу же поглаживая и успокаивая. Отвлекая от явно негативных мыслей. Как он может спрашивать, что он сделал не так? Такой отзывчивый, нежный, покорный. Такой полный желаний и невыраженной сексуальности. Что — то внутри Айяна кольнуло. Злость на тех, кто настолько не ценил его старосту, что он практически загнал себя в попытке понравиться, жгучим перцем толкнулась в солнышко и в кончики пальцев. Желание сделать хорошо Акку затопило все его мысли. И он просто перестал сдерживать ласки. Акк стонал удивленно под его губами, тянулся в ответ на его поцелуи. По его коже бежали волны дрожи, и удовольствие, которое он получал, было на грани между табу и святотатством. Но Айян хотел пойти еще дальше. Показать Акку то, что может быть еще лучше. Еще приятней. — Акк, тебе будет необычно, но не бойся. Это вновь всё то же самое. Только теперь я сделаю то, что ты делал мне, но ртом и языком. Хорошо? Айян говорил четкие инструкции, и это была самая правильная тактика. Проговорить то, что он сделает с ним, по пунктам. Раздеть. Зацеловать. И взять в рот. Член у Акка был длинный и аккуратный. И пусть это звучало глупо, но да, он показался Айяну красивым. Ай слизнул с шелковой головки капельки и облизнулся. На вкус он казался ему как нектар, как мед, как чистая амброзия. И Айян ничего не мог с собой поделать. Только мычал от наслаждения, когда дразнил головку, а потом брал глубоко. Струйка слюны медленно ползла по его подбородку. Акк метался под ним, дышал с трудом, не замечая, как стонет его имя, умоляя о чем — то. Айян гладил его, заземляя — и ему не нужно было смотреть, где именно ему хотелось прикоснуться или погладить Акка. Его ладони помнили как Акк ощущался под его руками несколько минут назад. И это было так правильно — ласкать, именно так, отдавая всего себя, не оставляя себе ни кусочка эгоистичного удовольствия, что Айяна повело, и он впал в какой то транс. Ему хотелось ласкать Акка бесконечно, ловя его низкие и гортанные звуки, которые он издавал, когда Айян поглаживал его мошонку и кружил вокруг входа. Ай смотрел на Акка не отрываясь, ловил снова и снова его взгляд, опуская голову. Втягивая щеки, чтобы было еще приятнее. И еще приятней. И еще… Акк в какой-то момент стал толкаться, сильно дрожа всем телом и выгибаясь в пояснице. Ай довольно заурчал, когда почувствовал пряный фруктовый вкус. И вылизал все дочиста. — Ты любишь фрукты? — Он поймал пару упущенных капелек с головки и отправил их в рот. Расширенные глаза старосты, полные посторгазменной дымки и изумления, снова заставили его испытать желание совершить что — то, что останется в памяти его старосты надолго. — Почему этот сон такой долгий, Ай? О... Айян чуть прищурился. То, что Акк считал все происходящее сном, было ему на руку. — Потому что ты очень правильный, Акк. Ты же не оставишь меня в таком состоянии, верно? Он потерся о ногу Акка, демонстрируя свое возбуждение, которое уже стало практически болезненным. — Верно. Но я не смогу так, как ты. Айян подавил первый порыв схватить в охапку своего чудесного мальчика и расцеловать. Извиняющийся за то, что он не понял, как делать минет Акк — это его личный кинк. Айян отмахнулся от мысли ляпнуть вслух что то вроде «Я тебя люблю». Вместо этого он попросил мягким тоном: — И не нужно. Я научу тебя кое-чему, что сделает приятно нам двоим. Повернись на живот. Но несмотря на оргазм, доверие и расслабленное состояние, Акк замер, расширил глаза в точно не положительной эмоции и явно начал терять желание. Это было странно. Ай слегка нахмурился. Секс пугал его старосту настолько сильно или дело в позе? Может, в словах? Ай сделал мысленную отметку узнать больше насчет этого триггера — им еще не одну ночь вместе проводить. Не хотелось чтобы Акку было плохо с ним. Но прямо сейчас важнее успокоить. — Тшш. Акк. Не бойся. Я же сказал, что не сделаю тебе больно. Я позабочусь о тебе, моя золотая детка. — Айян взял его лицо в ладони и осыпал поцелуями подрагивающие губы. — Помнишь свое согласие, да? Ты же согласился быть послушным. Так будь хорошим мальчиком, Акк. Повернись. Не бойся. Он медленно переместился, усевшись рядом и давая Акку больше пространства. Никакого нависания. Сейчас нельзя пугать. Акк и так напуган. Только мягко уговаривать, поглаживать по бедру. И, наконец, получить желаемое. — Умница. Ноги сожми вместе. Не нужно, чтобы они были раздвинуты. Акк послушался, и Ай занежил поцелуями спину, меняя дрожь от страха на дрожь от возбуждения. Ох, видел бы Акк себя сейчас! Эти изящные плечи, идеальная талия, упругие ягодицы. Они такие мягкие, и если сжать их, то так легко остается легкое покраснение. Айян восхищался и внутренне облизывался, поглаживая эти роскошные половинки, на которой, кстати, не было линии загара! Это дарило столько идей, что кружилась голова. Айян столько всего хотел сделать вместе с Акком, но выдержка вот-вот ему бы изменила. Слишком долго он сдерживался. Слишком сильно хотел уже кончить. — Чувствуешь, Акк? Я не там, где ты мог подумать. Он толкается между ног Акка, проходясь по его мошонке. Слюны, конечно маловато для смазки. Но ему и не нужно много. Он толкается до шлепка и практически ложится на Акка сверху. И это. Слишком. Горячо. — Что это? Что ты сделал? — Акк не знает термин «межбедерный секс». Айян бы пошутил, но в голове уже плавает густой сироп. Оргазм подступает неумолимо, как цунами — Я занимаюсь с тобой очень безопасным сексом, Акк. Тебе ведь не больно, как я и обещал. — Айян толкался с оттяжкой так, чтобы шлепок слышался максимально непристойным. И Акк зарылся лицом в подушки, пряча смущение. Айян оскалился и куснул загривок Акка. — Акк, ответь мне! Он скомандовал резко, ведя в их игре, показывая, что он знает, что нужно делать и как делать, чтобы это было приятно и безопасно. — Не больно. — Тогда я продолжу заниматься с тобой сексом, пока не кончу на твои красивые и длинные ноги. Айян больше не сдерживал себя. Толчки его стали все хаотичнее, поцелуи все беспорядочнее. Он запрокинул голову и уставился бездумно в потолок, простонав. — С тобой так хорошо, Акк. С губ срывались комплименты, выдохи и сдавленные проклятия. Причем и от Акка в том числе. Они оба наслаждались. В какой-то момент Акк вообще стал пытаться подмахивать, двигая бедрами навстречу толчкам. И это послужило последней каплей. Айян толкнулся, сильно вжался, обнимая со спины, и жарко зашептал на ухо Акку: — Ты был так хорош, детка… Был таким идеальным для меня. И заслуживаешь того, чтобы сейчас кончить. Ты можешь это сделать, Акк. Давай. Кончи для меня. Покажи мне, как ты можешь красиво распадаться подо мной… Горячий всплеск на его пальцы — это беззвучно стонет Акк, переживая свой оргазм. А ощущение, что накрыло Айяна, можно было сравнить с выключением рубильника. Тело перестало на пару ударов сердца ощущаться своим собственным, В глазах потемнело. Голова закружилась. Все чувства сузились до острого наслаждения, все длящегося и длящегося… Айян обессиленно навалился на Акка, обмякая и сипло выдыхая его имя. Мир вокруг кружился в медленном вальсе. И Ай подумал, что отложенный оргазм это, разумеется, что то нереальное. Но после него хочется буквально не двигаться с неделю. — Ты умница, Акк. Отлично справился, — Айян упирался лбом в спину Акка и целовал лениво загривок, вдыхая аромат своего мальчика. Акк явно уже отрубился совсем — это и понятно почему. А вот ему стоит позаботиться о том, чтобы убрать все улики. Айян позволил себе минут десять просто лежать, прижимая к себе Акка. Не выпуская из рук и все еще находясь между его бедер. И только когда пот и сперма стали уже неприятно стягивать кожу, он поднялся с кровати. В ванной быстро привел себя в порядок. Затем подхватил влажное полотенце, тщательно вытер Акка, попутно размышляя. Остался ли Ай довольным? О да. Его Акк был таким послушным, таким отзывчивым. И вдобавок, считая все происходящее сном, он показывал те реакции, на которые бы не решился при свете дня. И это… открывало много шансов продолжить Игру. Приручить такое чудо было хорошим решением? Определенно, да. Айян улыбнулся, засыпая рядом с Акком. Он все еще чувствовал его вкус, ощущал запах его разгоряченного тела. Да, он хотел пойти дальше. Но… он подождет. Потому что Акк стоит того, чтобы согласиться осознанно. Но он никогда не перестанет его смущать. Румянец на его щеках невероятно очаровательный.

***

Айян спал крепко, но шум бегущей воды заставил его проснуться и сонно осмотреться. Воспоминания о ночи вернулись, и он довольно улыбнулся, потягиваясь и вытягиваясь на постели, как кот. Из ванной доносилось бормотание Акка. — Ааа… Так вот почему. Наверное, на дзюдо завалил этого бесстыжего Айяна как-то не так. Или он ударил мне там, а я и не заметил. А нервные окончания ночью сыграли в злую шутку. Не подсознание, а какой-то ужас. Айяну пришлось уткнуться в подушку, глуша смех. Акк просто очарователен в своем нежелании поверить в то, что он может быть желанным. Отсмеявшись, он проверил телефон. Сообщений не было. Значит, его мама все еще в командировке. Шум из ванной снова привлек его внимание, и Айян улегся, изображая крепкий сон. Он не хотел, чтобы Акк чувствовал себя неловко. Но из-за ресниц поглядывал на то, как староста переодевается. В темноте он мог оценить все только на ощупь и вкус. Но увидеть Акка обнаженного, залитого ранними солнечными лучами — это было отдельное эстетичное удовольствие. Айян любовался, пока тот одевал нижнее белье. Его телефон, незаметно установленный среди подушек, снимал всю комнату. Айян думал о том, что ракурс позволял захватить Акка у его шкафа, полностью обнаженного. Со следом от засоса между ног. Прямо делай стоп-кадр и распечатывай. Хм. Может, так и нужно сделать? Разумеется, для себя. Он же не извращенец — шантажировать старосту таким откровенным кадром. Так, размышляя, Айян и сам не заметил, как провалился в полудрему. Акк тихо шуршал учебниками. Все было в сонной утренней дымке. Поэтому, когда его будильник сработал, Айян с удивлением поднял голову: он и не заметил, как снова уснул. Отключив будильник и проверив телефон, Ай довольно улыбнулся. Да, камера писала, пока не израсходовала память в ноль. Но оно того стоило. Запах еды тем более привел его в благодушное состояние. Акк, несмотря на свою суровость, очень заботлив. Сварил рис на двоих, заварил чай. Айян подошел неслышно и обнял его за тонкую талию. — Эй Акк, уже проснулся? И готовишь завтрак в постель? Не думал, что мы с тобой так быстро перейдём к этому этапу. Поддразнить его — обязательная процедура! Румянец с утра прописан его организму как лекарство от сучности мира и характера. Да и Акк такой чудесный, когда ворчит и гневно сверкает своими глазами. Особенно, когда отпихивавшие его толчками лапы и злобный взгляд не скрывают заалевших ушей. — Я говорил держаться от меня подальше! У меня мурашки от тебя. Ешь завтрак, переодевайся и проваливай. Занятие скоро начнутся, а у тебя с собой ничего нет. Ай прикусил губу, стараясь удержать желание поцеловать надутые губы. Ему срочно нужно в ванную! Там, умывшись холодной водой, он берет себя в руки и выходит. Как раз вовремя, чтобы заметить, как Акк стоял возле его рюкзака и явно просматривал его вещи. На шум за спиной он отпрянул, и Айян слегка прищурился, глядя в виноватые глаза. Как вообще можно думать, что Акк умеет врать? Он самый ужасный лжец из всех людей, которые встречались за всю его жизнь. — Чего это ты там стоишь? — Он задал вопрос, и он знал на него ответ. Глаза Акка забегали. Он отвернулся и чуть сгорбился, всем своим видом показывая сожаление. — Это моя комната. Я стою там, где хочу. Давай завтракать? Он поменял тему так явно, что даже глупый человек бы понял, что что-то не так. Но Айян не мог еще больше заставлять Акка нервничать. Поэтому он согласился — а кто бы смог продолжить причинять дискомфорт своими вопросами, глядя в эти виноватые и слегка испуганные глаза цвета карамели? Так что он в свою очередь спросил о чем то нейтральном, кажется своей кофте. Просто так. Но вот чего он точно не ожидал, так это сообщения о том, что Акк ее постирал. И та уже успела высохнуть. Игривое настроение снова подняло голову. И Ай не удержался. Он вообще часто стал с Акком возвращаться в игривое состояние, когда хотелось с партнером подурачиться. А потом зацеловать… К сожалению, последний пункт был неосуществим. Пока. Но слегка поддразнить своего старосту он сегодня еще вполне мог. Ай принюхался, вспоминая тот самый запах, который он ощущал ночью. — Твой запах. Он мне нравится. — Айян приблизился к Акку и заметил, что с каждым разом расстояние личного пространства Акка все больше сокращается. Он уже отталкивает его практически, когда они соприкасаются. Это большой прогресс. Акк помнил все же, что Ай — безопасная зона. — Ты только проснулся, а уже действуешь мне на нервы! Повторюсь: ешь завтрак и выметайся. Ты получил уже всё, что хотел. Айан на долю секунды поверил в то, что Акк высказался о том, что было между ними ночью. Но нет, это просто пожелание как можно быстрее покинуть его комнату. Нет смысла спорить. В приручении главное быть последовательным. Нельзя сразу резко навязывать свое общество. Это будет ощущаться, словно ловушка. Акк сейчас снова начал искрить так, словно по его венам течет напряжение в двести двадцать вольт. Тронь без защиты и окажешься у ног кучкой пепла. — Тогда увидимся в школе, мистер староста. Негромкий голос, те же интонации, что и ночью. Закрепить ассоциации, всколыхнуть подсознание. Именно это и нужно, чтобы Акк со временем принял его. И принял себя. Перестал поджимать свои красивые и чувственные губы и расслабился. А Айяну нужно домой срочно перекидывать снятое видео их первого утра на компьютер. А потом составить план, как не сломать позвоночник в трех местах. Тем, кто заглядывается на его старосту. Потому что он никому и никогда не отдает свое.