Вспомни.

Тихо. Особенно тихо, сегодня ощущаются все звуки. Куда то пропала тревога, исходящая из каждого угла моего окружения. Но, где же я? Почему это место мне так знакомо, но я так же не понимаю, что я здесь делаю. Гм, вроде бы это заброшка, та самая из детства, в которую любой рядовой подросток пролезал, боясь, что здесь может вас поймать либо охранник, либо бомж, который не ел очень-очень долго. Но, нет, это совсем не то, но, почему я здесь? Очень знакомые чувства, здесь всё ощущается так же, как я ощущал когда то тогда, то самое время, которое я проживал беззаботно, не помня плохих дней, не зная горя. Но погоди, горе, что ж могло его вызвать, в то время ничего, да, я уверен, всё же было хорошо. Или нет. Пройдясь чуть дальше, я вижу дверной проём, естественно без двери, это же заброшенное здание, здесь максимум выбитые окна, либо пустые комнаты, которые в избытке мусора. Смотря прямо в темноту, неизведанность данного проёма, на меня хлынули старые чувства страха, будто возвращаясь в детство. Но, что ж я делаю, это всего лишь другая тёмная комната: «Я тебя не боюсь!». Крикнул я про себя. Но я резко оцепенел, в темноте я разглядел чей то силуэт. Невысокий такой, чем то напоминающий детский, или подростковый. Я слегка двинул назад, раз шаг, два шаг, и тут же на меня вышло это существо. Я споткнулся об пустую бутылку под ногами, и с полной силой упал на спину. В глаз стало темно. Я всё ещё осознавал, кто я, где я был, чувствовал тело, но почему то особенно чётко слышал стук своего сердца, и как оно всё быстрее и быстрее затихало. Мои глаза словно молния, так быстро открылись. Я увидел девочку, она мне казалась настолько знакомой, настолько и чужой. Я решил приподняться, осмотрел по кругу, место изменилось, дверной проём исчез , появилось только окно, из которого видна была только темнота. А передо мной стояла она, аккуратненькая девочка, лет 14-15. Одета скорее в школьную форму, но эта форма отличалась от той, которую я видел у своих одноклассниц. Какие то детали слишком отличались, например юбка имела небольшие рисунки в виде бантиков, рубашка имела кровавый цвет, а волосы были полностью распущены, но они имели пепельный цвет, а на брови был еле заметный пирсинг, как будто эта девочка еле-еле выпросила её у мамы, в обещании хорошо учится. Я не мог даже ничего спросить, мысли были слишком скомканы. Я пытался в ней узнать хоть кого то из своих знакомых. На друзей из детства она совсем не похожа. Долго решаясь я задал вопрос: — Кто ты?..Что ты? Она присела на корточки, и немного с непониманием посмотрела на меня. — Ты задаёшь неправильные вопросы. Моему непониманию не было предела. Что значит неправильный вопрос? Посмотрел бы на её вопросы, если бы она оказалась в моём положении. — Что здесь вообще происходит, почему я здесь, почему ты здесь, кто ты, чёрт возьми?! Сказал я с отчаянной агрессией. Но, она лишь поправила прядь волос, и слегка улыбнулась, и лёгким шепотом ответила мне: — Я прекрасно знаю, кто я, но мне довольно интересно, кто ты, и зачем ты попал сюда? Вопросов стало ещё больше, чем ответов. Я сам не знаю, зачем я попал сюда, но мне куда интереснее было с какой целью она здесь находится. Не думаю, что она здесь живёт. — Я не имею никого понятия, зачем и почему я здесь. Это уже был какой то ступор, я уже вздумал всплакнуть, от безысходности ситуации. Но, почему, я не плакал так давно, что со мной, почему я чувствую себя как мелкий пацан, у которого проблемы психологические. Она встала, и резко окинула меня недовольным взглядом. — Мальчик, ты меня уже бесишь, пришёл ко мне без приглашения, так ещё и пытаешься качать права тут! Да что она вообразила о себе… Что, как она назвала меня, мальчик? Я окинул взглядом своё тело, оно не было похоже на тело взрослого мужчины, оно почему то такое маленькое, руки тоньше, ещё совсем не обросли мышцами. Я ощущаю себя как подросток, тогда это всё объясняет. Странно, но этот факт я принял спокойно. Снова посмотрел на неё, в моём лице было проще разглядеть вопросительный знак, чем невинные детские глаза. — Может ты всё так объяснишь, кто ты? Она промолчала, повернула на 180 градусов, и пошла в сторону того самого окна, в котором видна была только кромешная тьма. Хотелось мне понять, что она может там высматривать. Я поднялся, и медленным шагом решил подойти к этой девочке. В какой то момент я встал параллельно ей. Я окинул её взглядом, она пристально смотрела в эту темноту, как будто видит какие либо образы. Я как не хотел, так ничего не увидел. Тут я решил к ней аккуратно обратиться. — А почему ты смотришь в темноту? Она резко перевела взгляд на меня, слегка усмехнулась и ответила: — Да так, это успокаивает, это место само по себе очень спокойное, мне здесь нравится проводить время, поток разных мыслей в моём сознании. Здесь я ощущаю себя чем то другим, не такой ненужной. Её речь мне что-то напомнило, некое дежавю, но я не мог вспомнить, от кого я это слышал. Недолго думая, я решил о ней узнать хоть какую то информацию: — Раз ты уж не говоришь много о себе, могла бы ты хотя бы назвать своё имя? Она смутилась, и отвела взгляд, заметно надув щёки. Но через несколько секунд повернувшись ко мне, она ответила: — Меня никто никогда по имени не назвал. Я уже почти его забыла, а ты напоминаешь… Я удивился. «Игнорирования своего имени, как так может быть?!». Подумал я про себя. Она немного смущённо, и с небольшой грустью ответила мне: — Насколько я помню, меня один молодой человек называл Агата… Агата. Такое красивое имя, я пустился в разные размышления, но, что то мне до сих пор не давало покоя, какой то факт, который я не мог вспомнить. — Почему ты не можешь смотреть в темноту, она очень помогает прочистить разум. Иногда вспоминается что то хорошее. Сказала Агата с вопросительным, и таким наивным лицом ребёнка. — Ну так, что можно увидеть в буквальном «ничего», физические образы мне куда будет понятней и ясней разглядеть, чем эту пустоту. Девочка нахмурилась и слегка с отвращением ответила: — Вот вроде ты мой ровесник, а рассуждаешь, как какой то глупый взрослый. Они все такие, они ничего не видят, чего видят дети. Они всё списывают на юность, и незрелость. Но, ведь я вижу, оно есть, почему они не хотят видеть того, что я вижу. Все взрослые одинаковые! Прокричала Агата в конце своего монолога. Меня почему это так задело. Неужели я утерял всю свою детскую наивность. Хотя чего тут спорить, я давно уже не понимаю детей, им не понять моё время, мы не были такими, у нас было всё другое, другие обстоятельства, мы взрослели раньше, чем эти «конфетные» дети. — Ты слишком критична к взрослым. Мне кажется стоит их понимать, они ради вас стараются, защищают, обеспечивают. Сказал я, но Агата резко меня перебила: — Да что ты знаешь об этих свиньях?! Они лишь думают о себе, ничего. Да и чтоб тебя, если у тебя были хорошие родители, то сделай одолжение, заткнись о хороших взрослых! Я таких не знала никогда! Уже с истерикой высказалась мне Агата. Я был потерян, у меня стало много вопросов о личной жизни этой девчонки. Она казалась такой беззащитной. Во мне проснулись старые юношеские рыцарские чувства — чувства защитника. Мне хотелось ей показать мир добрых людей, которые её в жизни не обидят, я, так точно. Я чёрт знал, сколько я уже нахожусь в этом месте, всё ощущалось как один день. Агаты давно я не видел, после того самого разговора, я пытался смотреть в то самое окно, я до сих пор ничего не видел. Мне казалось, что я скоро сойду с ума. Исчезновение единственного собеседника, в скором времени сведёт меня с ума. Я пытался понять правила этого места. Через тот дверной проём нельзя уйти, ты выходишь в темноту, и всё. Ничего там нет, ты можешь сколько хочешь отдаляться, но ничего не появится. Пробовал вылезти из окна, но там «земля» очень близко, и всё тоже самое, абсолютное ничего. Похоже я обречён, это мой ад? Но за что, почему я здесь, я жил правильной жизнью, работал слаженно, не воровал, был честен со всеми. Но самое странное, я не помню день, до того, как попал сюда, да чего уж там, я не помню ничего что происходило месяц назад, как я попал сюда. Моя жизнь стала настолько циклична, что я мог забывать многие недели своей жизни, из-за её идентичности. Голода я не чувствовал, лишь чувствовал дикое желание сна, но заснуть никогда не получалось. Это точно ад. По моим скромным расчётам, я здесь нахожусь около 6 дней, и 5 дней без Агаты. Она въелась в мой мозг очень сильно, иногда, кажется, что я её встречал ранее в жизни. Но это очень навряд ли, можете верить, или нет, но женщин у меня было много, так что, зная мой опыт, я помню почти всех, и Агаты там точно не было. Но сомнение не уходило, может она похожу на какую нибудь подругу из детства. Вот бы сейчас оказаться в своей уютной комнате, пить чай. Чёрт… Ведь мне надо было встретиться с Лорой, она же точно обидеться, что я не пришёл. Но вот как потом не объяснить ей, что я оказался в какой то заброшенной комнате, из которой нет выхода. — Дело полная хуйня… Тут, как ангел-спаситель, появилась прекрасная Агата, она со злом смотрела на меня. Она крикнула мне: — Ты чего материшься тут?! Тебе разве родители не говорили, что так разговаривать нельзя? Ты точно гуляешь с дурными компаниями, всё очевидно. Я даже не обратил внимания на осуждения в мою сторону, я просто был рад её видеть. Наверное, я никогда не был никому так не рад, как происшествию Агаты. — Где ты пропадала, я тут без тебя чуть с ума не сошёл. Сказал я Агате, с радостью в голосе. — Много знать ты хочешь, мальчишка, можем сойтись на том, что нигде. Тебе здесь не надоело торчать, здесь так нудно… Она подняла руку вверх, и щёлкнув пальцев мы во миг оказались в каком то школьном кабинете. Я даже не успел ничего понять. Оглядевшись по сторонам, оказалось, что, да, мы в школе. За окном уже была не темнота, там виднелся школьный двор, много деревьев, очень зелено было, чуть дальше был холм, а за ним лес. Я был так рад, значит всё-таки сбежать к людям я смогу, поймать попутку, и приехать к себе домой. Я уж хотел заобнимать Агату, как только вспомнив, каким способом я попал сюда. Девочка села за парту, после чего легла на неё, как в те самые монотонные лекции учителя. Я захотел убежать из этой школы, выбежав из кабинета, вспоминаю, как так же бегал в столовую, во время перемены, очень знакомые чувства, пробегаю мимо всего, я всё-таки нахожу выход. К моему огорчению, двери были заперты. Детского тела мне не хватило, чтобы хоть как-то выбить эти двери. Окна были, как будто из титана, ведь они также были непробиваемы. Я отчаялся. Из одной тюрьмы — в другую. «Спасибо тебе Агата, очень сильно помогла.» Подумал я про себя. Я решил пойти в столовую, там было пусто, хотя чего я ожидал. Я присел за одним из столиков. Вдруг услышав, как в коридоре кто то бежит, я подумал, что это Агата, которая может думает, что в школе ещё работает буфет, и можно будет разжиться чем съестным. Резко в помещение вбегает какой то пацан. Он со всей скоростью бежит в мою сторону, и останавливается около меня. Моему потрясению не было предела, у меня пропало дыхание, я был как в испуге, так и недоумении. Передо мной стоял я же сам, в годы юношества, могу на скидку сказать, что ему 14-15 лет. Но что он, или правильный сказать, что второй Я здесь делаю. Он резко обратился ко мне: — Ты чего тут расселся, давай скорее за новой партией пирожков, ведь разберут же. Гнида Сильвиев всё же сожрёт! В нём чувствовалась та самая ещё детская энергия. Его почему то даже не смутило, что перед ним сидит он же сам. Я даже движения сделать мог, он не стал меня ждать и побежал в сторону буфета, но он на секунду пропал из поля зрения, из-за колонны, которая была по пути к столу выдачи различных блюд. Но это было в последний раз когда я видел, дальше он не пробежал. Проклятая колонна, украла второго умного собеседника. Вдруг, резко раздался пронзительный крик Агаты, я сначала не понял, что происходит, но вскоре не думая, помчался в сторону кабинета, где была девчонка.