Вспышка

Нéкто в громоздских берцах и колготках в сетку рыщет и рыщет вокруг входной, обветшалой местами двери. На пол хлещет кровь, но её обладателю совсем нет дела до текучей лужи под подошвой. Кровь стекает по белым лепесткам лилий, что удивительно, спокойно растут в этом заброшенном месте. Как будто хозяйка до сих пор жива и ухаживает за ними. Наконец, подопнув ковёр, незнакомка замечает ржавый ключ, что давно забыл своё назначение и смирился с участью ненужной безделушки. Кое-как открыв дверь, странница заходит во внутрь и беглым взглядом осматривает покосившиееся от времени зеркало. Увидев своё отражение, она как будто застывает, проваливаясь в бездну прошлых событий… Flashback -Да как ты смеешь, дрянь?! -истеричный взвизг пожилой женщины раздался, такое чувство, на все этажи многоквартирного дома в Хаконе, что напоминает старую, давно развалившуюся рухлядь.-В нашем роду ни одна избалованная стерва себе такого не позволяла! Дженни, внутренний мир которой можно было сравнить с покосившимся домом (такая же дыра), порядком устала от вечных скандалов со своей матерью. Она отодвинулась от взбесившейся женщины к осыпающейся стене и продóлжила наблюдать безучастным взглядом за накалившейся обстановкой. -Как ты посмела продырявить губу этим железным уродством. этим… УРОДСТВОМ! И явится в дом в таком неподобающем виде! — истеричка вцепилась пальцами в самые корни волос девушки и, увидев гримасу боли напротив, продолжила «беседу», -ты не посмеешь опозорить нашу семью своими выблядскими повадками! Не увидев абсолютно никакой реакции на свои слова, женщина дёрнула голову той и с ненавистью к собственному чаду вдарила затылок в стену. Посыпалась штукатурка и голова как будто вошла ещё дальше, проломив перегородку на несколько сантиметров. Девушка зашипела от накрываемой её боли и с силой мотнула головой в попытке освободиться от костлявых паклей стоявшей напротив старухи. Всё в глазах помутнело и картина, висевшая на противоположной стене, из серой медленно начала перетекать, расплываясь, в фиолетово-синюю или красно-розоватую. Дженни пошатнулась. -Пх, я могу воспитывать тебя как посчитаю нужным, даже не думай сопротивляться, -женщина, наконец, выпустила чёрно-угольные космы Дженни из своих рук, и та покачнулась в сторону. Споткнувшись об напольную вазу и свалившись коленями прямо в занозный пол, девушка не произнесла не звука, чем удивила свою мать. -Что ж, а вот это будет тебе уроком, -прикоснувшись к губе девушки и медленно проведя пальцем до пирсинга, женщина с неприкрытым удовольствием обхватила серьгу двумя пальцами и с чувством собственного превосходства дёрнула за металлический шарик. Пронзительный вой раздался в старом доме на окраине в одной из многочисленных комнат, в которой Дженни чувствовала хоть какую-то безопасность раннее, теперь же боль и разочарование затопили здесь каждую щель, океаном проходясь по организму и оставляя чувство безграничной пустоты после себя. Женщина продолжила стоять над девушкой и наблюдать за тем, как из рваной губы струится алым потоком кровь и падает текучими каплями на итак грязный паркет. -убей её, -смотря перед собой произнесла Дженни, по-особенному сиплым голосом, -перережь ей глотку. Женщина, на мгновение впавшая в ступор, на долю секунды заглянула в глаза напротив. То, что она там увидела, подвергло её сомнению: вменяема ли её дочь на самом деле, или это не всё впорядке с ней самой? Опустошённый взгляд чёрных глаз показался ей настолько глубоким, что, кинь туда человека, и эта зияющая пустота попросту его проглотит. В зрачках ей привиделся фиолетовый огонь, что стремительно выжигает себе дорогу. Пожар, что способен сжечь и её, и дом, и весь мир целиком, вот что она там увидела. Слова Дженни, прозвучавшие слишком опустошённо, будто вместо сосуда с песком душ, остался лишь вакуум. Девушка, пошатываясь, встала на худые, посиневшие местами ноги, покрытые дырявыми колготками в сетку. На их фоне отметины были не так заметны. В горле постепенно начал скапливаться густой ком от смешанных чувств злости и обиды. Не поднимая взгляда, она со всей своей оставшейся силы оттолкнула разгневанную мать в сторону. Та от неожиданности плюхнулась на пол так, что звук треска старых полов в резко настигшем безмолвии множился, отражаясь от стен квартиры. На лице старухи показалась непонятная гримаса, то ли она сейчас взорвётся от злости, то ли расплачется, включит жертву и будет кричать, какая у неё плохая дочь, посмевшая поднять руку на собственную мать. В эту же секунду у Дженни в голове поднялся вихрь противоречивых мыслей и чувств. Она будто увидела в своих собственных действиях отражение поступков матери. Более того, одна её часть хотела жестокого продолжения, достижения справедливого наказания для этой женщины. Появилось чувство противной, липнущей тошноты. Дженни подняла свои чёрные опустошённые глаза на онемевшую от страха старуху, и сквозь так и не ушедшего ощущения кома в горле, уверенно произнесла в этой мимолётной тишине: — я уйду. Знала ли Дженни в этот момент куда ей идти? Жертва, обратившайся в бегство, действующая по давно составленному плану отхода? End flashback