Навстречу судьбе

      — Прошу прощения, мы немного задержались, — госпожа Нин Гуан сплела пальцы в замок. Её хучжи сверкнули золотом. — Мастер Дилюк, у вас остались ещё вопросы?       От лорда не укрылись быстрые многозначительные взгляды, которые перекинулись собеседники. Наверняка было что-то, что они хотели утаить от него.       — Нет, благодарю вас.       В неясном свете лампы языками пламени переливались волосы юного господина, собранные в высокий хвост, и поблёскивали украшения на его дорогом чёрном костюме. Когда Дилюк встал из-за стола и обернулся, его огненные глаза встретились с ледяными искрами в фиалково-золотистых радужках Шуберта Лоуренса. Оба цвета являлись яркими особенностями всех представителей их кланов.       — Лорд Лоуренс, не желаете ли вы встретиться со мной чуть позже за чашкой чая или бокалом вина? — вежливо предложил Дилюк.       Шуберт знал, что это было лишь формальностью. Знал, что молодой господин в целом не очень хорошо к нему относится, и даже не из-за фамилии Лоуренс... Просто новое поколение было не способно понять истинных ценностей аристократов.       Лорд смахнул несуществующие пылинки со своего кружевного воротника и поправил манжету тёмно-фиолетового фрака, излишне роскошного и немного старомодного. Мельком, в отражении на зеркально-чистом чайничке, он подметил, что из идеально уложенной причёски до сих пор не выбилось ни одного светло-голубого волоска.       Кто угодно мог говорить ему, что он и весь клан Лоуренс слишком много внимания уделяет ненужным мелочам, но Шуберт искренне считал, что каждый аристократ всегда обязан соответствовать своему статусу в обществе.       Ловко спрятавшись за маской задумчивости, лорд выиграл себе немного времени, но отвечать ему всё же пришлось:       — Боюсь, у меня не найдётся достаточно времени, чтобы насладиться общением с таким человеком, как вы. Хорошее и дорогое вино нужно пить медленно, с чувством и толком, только тогда можно будет понять его истинный вкус. Так и в общении с людьми, особенно нашего достоинства.       — Я прекрасно понимаю вас, — Дилюк попытался притвориться, что сладкая лесть Шуберта была ему приятна. — Хорошего вам вечера, лорд Лоуренс.       — И вам... мастер.       Дилюк покинул комнату, напоследок обменявшись еле заметными кивками с Нин Гуан. Лорд Лоуренс тут же занял его место напротив госпожи и пробежался глазами по аккуратным стопкам документов, заполнявшим стол. Только сейчас он почувствовал слабый аромат дорогого табака, витавший вокруг хозяйки кабинета.       — Не знал, что мальчишка сейчас у вас, — с намёком на претензию произнёс Шуберт.       Госпожа сразу же всё поняла, но нисколько не смутилась.       — Значит, вы уехали раньше, чем пришло моё письмо.       — Вполне возможно, ведь я очень спешил.       — Хм, — на лице Нин Гуан мелькнула задумчивая улыбка. — Знаете, вы и мастер Дилюк... Крайне занятные гости. Может, мне стоит пригласить кого-то из Гуннхильдров, третьего клана Страны Ветров? Так, чтобы собрать полную коллекцию.       Шуберт удручённо вздохнул. Не хватало здесь ещё этих златоволосых...       — Боюсь, не получится. Глава клана тяжело больна, а её дочь с головой ушла в работу над своим училищем.       — Может, расскажите об этом чуть подробнее?       — Ничего такого, госпожа. Юная леди организовала школу, в котором бок о бок будут учиться наследники знатных семей, — он скривился и резко изменил тон голоса, — и простолюдины.       При последнем слове на его язык будто попал горький парализующий яд, похожий на тот, которым лорд смазывал свои кинжалы.       — Благородный поступок, — лёгкая усмешка, будто над самим Шубертом. — Как вы думате, он сделан от чистого сердца?       — Вероятнее всего, — в его голосе всё ещё звучали ноты презрения, но лорд уже знал, как вернуть разговор в нужное ему русло. — Репутация юной леди чиста. Увы, о молодом господине нельзя сказать того же.       — Вот мы и подобрались к цели вашего визита ко мне. Я вся во внимании.       — В семи избранных странах об этом даже краем уха не все слышали, а многие из тех, кто осведомлён, считают глупой сказкой или слухом, — он непроизвольно понизил голос почти до шёпота. — Но в Мондштадте вам каждый скажет: Дилюк Рагнвиндр убил своего родного брата.       Тусклый огонёк в лампе дрогнул.       Тонкие брови Нин Гуан на мгновение подскочили вверх, а её глаза вспыхнули янтарём. В них сложно было разглядеть ужас или страх, но слова Шуберта явно произвели на госпожу сильное впечатление.       — Подумайте, стоит ли доверять такому человеку? — выждав с полминуты спросил лорд. Его руки еле заметно дрожали от нетерпения и волнения.       — Кажется, я слышала об этом... Сколько лет назад это произошло?       — Почти пять, на семнадцатый День Рождения Дилюка.       Разумеется, этот случай не предали огласке. Рагнвиндры – благородный клан, чьё имя оставалось чисто столетиями. Их, в отличае от Лоуренсов, любили и почитали, но одна ночь могла изменить всё...       — Занятно, — в её глазах отразились тени тайных мыслей. — Благодарю вас, я обязательно подумаю над вашими словами... Ведь так или иначе, у каждого есть свои скелеты в шкафу. Вам не знать об этом?       — Вы правы, членам клана Лоуренс известно об этом слишком много. Я очень рад, что вы сотрудничаете со мной, несмотря на чёрные кляксы на страницах истории моей семьи.       — Возможно потому, что я не являюсь жителем Страны Ветров... — вальяжно облокотившись на шёлковую подушку, Нин Гуан принялась наматывать себе на палец прядь волос. — Пожалуй, стоит вернуться к нашей теме. Знаете, за такую интересную информацию я готова предложить вам небольшую скидку.       Шуберт изобразил лёгкое удивление, будто не рассчитывал на подобное изачально.       — Это было бы весьма кстати. Тем более, я хотел заказать у вас ещё одну услугу. Мне нужна помощь в поиске одного человека.       — Что ж, вы обратились по адресу. Кто же вам нужен?       — Моя племянница, Эола. Она ещё совсем юна и не понимает, какие последствия может повлечь за собой её побег из родного дома. Тем более, что сейчас в мире не очень безопасно.       — Соглашусь с вами. Быть может, вы распологаете её портретом? Рисунком или гравюрой. Конечно, подробное описание также подойдёт, но для верности...       — О, разумеется!       Лорд Лоуренс просто не мог не предусмотреть такую просьбу, поэтому теперь сразу же полез по внутренний карман фрака и достал оттуда небольшой, но очень плотный лист бумаги с портретом своей племянницы.       — Благодарю, — Нин Гуан внимательно вгляделась в черты девушки, изображённой на бумаге. — Если вы позволите, я на некоторое время оставлю эту бумагу у себя, чтобы наши мастера могли сделать копии.       — Как вам будет угодно, — кивнул лорд, между прочим вспомнив, что второй такой портрет у него есть. Как и другие дела в Ли Юэ, не менее важные и срочные... — Думаю, я задержусь здесь надолго. По крайней мере, до прибытия капитана Е Лань.       — Хорошо. У вас всё на этом?       — Да. Благодарю, что выделили на меня своё время. До встречи, госпожа Нин Гуан.       — До свидания.       Шуберт немного задержался в дверях, так что свет из коридора скользнул в тёмные уголки кабинета. Тонкие лучи скользнули туда, где им не было места, и наткнулись на разбросанные документы, карты и книги. Весь этот вид так сильно не вязался с идеальным порядком на столе, что в голове случайного гостя могли возникнуть десятки, если не сотни вопросов. Но ответ на все из них был одинаков.       Дела, дела дела...       Нин Гуан закрыла глаза и тяжело вздохнула, когда за лордом закрылась дверь. Позорный беспорядок остался незамеченным – такой человек, как Шуберт, уж точно уделил этому излишнее внимание. Расспросил или хотя бы зло усмехнулся... Наверное, он просто успел слишком глубоко уйти в свои мысли.       Главное, чтобы среди всех бесконечных бумаг не затерялся портрет весьма красивой девушки, которую так необходимо найти.       Золотой коготь случайно прошёл между двух тонких слоёв, из которых склеивалась плотная бумага, и отогнул уголочек. Сначала Нин Гуан не придала этому значения, но после её взгляд зацепился за несколько букв, написанных на внутренней стороне листа. Ещё и тонкими чернилами, не видными на другой стороне слоя.       Странно... Может, ошибка секретаря, складывавшего бумаги? Или Шуберт так попытался скрыть какие-то свои записи?       Присмотревшись, госпожа разглядела четыре слова:       — Волна, филин, лев, глаз... Как же это относится к вашей племяннице, лорд Лоуренс?       Четыре дня и три ночи на пиратском корабле для Эолы пролетели куда быстрее, чем одни сутки в особняке Лоуренсов. Она пыталась с головой уйти в новую жизнь, узнать как можно больше о мире моряков и пиратов... Именно поэтому её не покидали мысли о месте, куда держало курс "Павлинье перо". С каждым днём её решимость ступить на эту неизведанную землю только возрастала.       Сколько бы ужасов не таила в себе Бухта Нечистых, Эоле было просто необходимо туда попасть. Пристанище пиратов – настоящий кладезь полезной информации обо всём, что с ними связанно.       В конце концов, знания – самое ценное, что у неё есть. Только они помогут выжить и приспособиться к новой среде, скрыться от ненавистной семьи, а в случае чего и от Кэйи...       После разговора с ним в ту звёздную ночь, аристократку не покидали всевозможные подозрения, связанные с ним и островом, который все так стремятся отыскать. Капитан ведь не упоминал, что точно знает, где находится этот Птичий Глаз... А вдруг именно его Эоле будет нужно найти, чтобы выполнить свою часть сделки?       Розария говорила о людях, которых Кэйа брал на корабль ради своих личных целей... Что же случалось с ними потом? Если Эола не сможет найти то, что так нужно капитану, будет ли у неё хоть один шанс спастись?       Её мысли были столь же беспокойными, что и волны за бортом. Только когда корабль вошёл в бухту под конец четвёртого дня плавания, море вокруг стало чуть тише.       Бухта Нечистых встретила "Павлинье перо" вечерними огнями и густым, вьющимся в небе дымом. Издалека это место выглядело даже живописно – золотистая полоска песка, силуэты небольших домиков и кораблей, костры на побережье... Прекрасный витраж разбился взребезги, стоило только подплыть ближе и присмотреться к нему.       — Спустить якорь! Приготовиться к высадке, шлюпки на воду!       На этот раз куда больше членов команды собирались выходить на сушу, так что подготавливались сразу три лодки. Беннет, всё ещё ходивший с перевязанной ногой, активно обсуждал с Фишль предстоящие затраты и иногда выкрикивал что-то для остальных матросов. Мика в маленьком приключении не учавствовал, Рейл занимал свой привычный пост у штурвала... Только Кэйи нигде не было – после нескольких приказов его и след простыл.       Эола уже выучила манеру капитана внезапно появляться и исчезать.       Вот и теперь, только через пару минут, на правом борту блестнули перья знакомой шляпы и послышался голос её обладателя. Аристократка осторожно пробралась поближе, и тут же встретилась взглядом с Розарией. Та внимательно осмотрела её, как осматривала до этого каждого из суетившихся матросов, но почти сразу же отвлеклась. Разумеется, причиной стал Кэйа.       — Не хочешь с нами, Роза?       — Что я тебе говорила об этих глупых кличках? — разбойница скрестила руки на груди. Её взгляд был холоднее льда.       — Извини, дурная привычка.       — Придётся отвыкать.       Эола мысленно улыбнулась. Розария может и не вызывала тёплых чувств, но её отношение к капитану почему-то казалось достойным восхищения. А что касается кличек... Может, и ей стоит поговорить с Кэйей на насчёт этого глупого обращения, подчёркивающего её происхождение?       — А ты, аристократка? Не боишься? — усмешка на его лице заиграла новыми красками. — Всё-таки там очень опасно...       — Не то, что на Кладезе Тумана, верно? — иронично хмыкнула она в ответ и скрестила руки на груди. — Или ты хочешь сохранить в тайне свою встречу с тем самым "другом"?       — Твоё предположение могло бы быть верным... В самом деле, вдруг ты шпионка, собирающая информацию, чтобы кто-то воспользовался ею против меня?       Розария, всё ещё стоявшая невдалеке и слышавшая разговор, призрительно фыркнула, а Кэйа рассмеялся, когда на лице Эолы показалась уже знакомая смесь скепсиса и возмущения.       — Шучу... А может и нет, — лукавая улыбка и игривый тон капитана начинали выводить из себя. — В любом случае, я хотел бы сделать нашу игру интереснее. Для этого необходимо хоть немного уравновесить чаши весов, ведь пока что преимущество на моей стороне.       — Звучит не очень правдоподобно.       — Неужели? Может, аристократы просто никогда не ставят процесс выше результата? Играть, заранее зная, что победишь, совсем не интересно.       — "Жизнь скучна без риска", — весьма неумело подражая его манере речи произнесла Эола, — как я могла забыть?       И всё же словах Кэйи была доля истины, да и такой подход был выгодный для аристократки. Хоть шпионкой она не являлась, но перспектива играть на равных не только с капитаном, но и с другими пиратами, виделась крайне заманчивой.       Но не слишком ли это просто? Хоть Кэйа и производил впечатление очень азартного человека, Эоле казалось, что за его театральным легкомыслием может скрываться что-то совсем другое. Чёткая цель и гениальный план, обязательной частью которого будет импровизация...       Эоле стоит бы быть осторожнее. Даже если она поймёт, что капитан, а может и вся команда "Павлиньего пера", обманывали её, этого нельзя будет показать на корабле. Посреди океана она окажется куда слабее... Но всё ещё не беспомощна.       Эти мысли придали ей сил и уверенности, а спрятанные под накидкой кинжалы будто приободрили её шелестом ткани и свои ножны.       Вдох-выдох.       Пора было садиться в лодки. На этот раз с собой моряки не брали ни фонарей, ни керосина, но вооружались до зубов и закутывались в тёмные плащи. Когда такой предмет одежды выдали и Эоле, она тут же оценила его удобство. Плотная ткань спасала от холодного ветра, глубокий капюшон полностью скрывал лицо, а длинные полы могли спрятать за собой почти любое оружие.       — Вы знаете, что делать, — обратился Кэйа к своим матросам.       — Да прибудет с вами благословение Владыки Ночи, — держа руку на сердце произнесла Фишль. — Беннет, будь поосторожнее, твоя рана ещё не до конца зажила.       Эта просьба к помощнику капитана прозвучала удивительно просто по сравнению с её обычными речами.       — Хорошо, принцесса, — тепло и несколько смущённо улыбнулся Беннет. Сразу после этого его лицо затерялось в темноте под капюшоном.       На этот раз соблюдать тишину на лодках нужды не было, так что пираты в полголоса общались между собой, кто-то даже пел в такт всплескам вёсел.       Чем ближе они приближались к берегу, тем грязнее становилась вода вокруг лодок. То и дело вёсла путались в полугнилых канатах и рваных кусках ткани, а вместе с лёгкими волнами к бортам приставал самый разнообразный мусор. Кое-где цвет морской глади менялся, но предполагать, от чего, не хотелось совершенно.       Даже не выходя на сушу, Эола успела почувствовать десятки разных запахов: горящее дерево, дешёвый табак, печёная рыба и мясо, ром, вино и что-то неопределённое, но очень пряное. Смешиваясь с солёным морским воздухом, они образовывали причудливый букет, который отлично дополняли всевозможные звуки – от криков боли, взыров пороха и звона клинков до смеха и пения.       — Добро пожаловать в лучший порт во всех семи странах! — пришвартовавшись и покинув лодку, Кэйа размашистым жестом пригласил остальных за собой. — Поосторожнее на пирсе – он, кажется, совсем сгнил.       Не успели пираты пройти и трёх шагов по хлипким деревяшкам, как Беннет провалился одной ногой между ними. Капюшон едва не слетел с его головы, а край плаща изрядно промок и испачкался от досок. Тем не менее, через полминуты второй помощник капитана уже вставал со словами "В-всё в порядке!".       Пройти по так называемой набережной оказалось сложнее, чем представляла себе Эола. Она рассчитывала попасть в место, похожее на то, где они впервые встретились с Кэйей. Однако тот кабак в сравнении с Бухтой Нечистых становился просто воплощением спокойствия и чистоты.       Людей здесь было много, даже слишком. Простая, зачастую рваная и грязная одежда на них была насквозь пропитана потом, выпивкой и кровью. Все они – за исключением тех, кто валялся прямо на земле – находились в постоянном движении. Кто-то куда-то шёл, бежал, полз... Одни танцевали около огромных костров, растопкой для которых служило всё, что попадётся под руку; другие дрались, смешивая с грязью свои и чужие тела.       — Порох, купите порох! Хороший, совсем сухой!       — Не слушайте этого кретина, он продал мне сажу!       — Принесите ещё рому!       — А ну дай пройти, отродье...       Пираты в выражениях не стеснялись. За минуту на этом берегу Эола успела услышать столько ругательств, сколько не слышала за всю свою жизнь, даже с учётом последней недели.       Набережная постепенно переходила в небольшой городок, если так можно было назвать скопление разваливающихся домов, каждый второй из которых был или таверной, или чем-то ещё более злачным. Здесь людей было немного меньше, но теперь между ними сновали животные и птицы. Куры, козы, ослы и в особенности свиньи как нельзя лучше вписывались в атмосферу этого "райского места".       Эола заметила, что все члены команды "Павлиньего пера" постепенно расходились и терялись в этом безумном сборище. Она не знала, куда идти, так что вариант у неё был только один – оставаться с Кэйей.       Совсем рядом с ними двое, ранее колотившие друг друга кулаками, выхватили заржавевшие шпаги. Чтобы не попасть под случайный удар, Эола так быстро метнулась вперёд и вбок, что с её головы слетел капюшон. Она почти сразу же натянула его обратно, но всё равно не осталась не замеченной.       — Эй, красавица! — окликнул её хриплый мужской бас, по которому можно было с лёгкостью догадаться, сколько алкоголя выпил говоривший. — Чего ты там прячешься?       Несколько человек из компании, что собралась у ближайшего костра, обратили на неё внимание.       — Не хочешь к нам присоединиться? — подхватил еле державшийся на ногах человек с бутылкой в руке.       — Нет, благодарю, — резко ответила аристократка.       — Бла-го-да-рю! — передразнил её один из пиратов. — Да ладно вам, Ваше Высочество!       Он грубо расхохотался и хотел было схватить её за руку, но Эола успела проскользнуть между двумя особо пьяными людьми из этой компании. Догнав Кэйю, она вздохнула с облегчением и чуть расслабила пальцы на рукояти кинжала. Однако мысли, пришедшие к ней в голову, оказались совсем не утешительными.       Неужели у неё настолько всё плохо, что единственным, кому она может доверять хоть немного, был капитан "призрачного" корабля?       Эола горько усмехнулась, что не могло укрыться от Кэйи.       — Ну, как тебе здешняя жизнь? Мечта, не правда ли?       — Ещё бы. Но и золотая клетка не лучше.       Кэйа мягко и негромко рассмеялся.       — Ничем тебе не угодишь.       — Ты взял лишь две крайности, между которыми есть множество вариантов, — парировала Эола.       Она могла бы сказать кое-что ещё, но тут прямо ей под ноги выкатилось грязное, пропахшее алкоголем тело. Хозяйка таверны, мимо которой они проходили, зашлась громкой руганью. В прочем, вышвырнутый ею человек всё равно не слышал злых слов в свой адрес – он был без сознания, а может уже и не живой.       Эола брезгливо поморщилась и, подавив рвотный рефлекс, перешагнула через возникшее препядствие. Теперь в её голове был только один вопрос:       — Почему ни одно государство до сих пор не прикрыло этот райский уголок?       — Все оправдываются другими делами, нехваткой сил, времени или средств... — Кэйа развёл руками. — Но в действительности многие просто ведут свой промысел и закупаются здесь также, как все пираты. Например, из Ли Юэ сюда возят табак, а из Страны Ветров – спиртные напитки. Это приносит весьма неплохой доход.       — И никого не волнует, что это незаконно...       — Власть имущие своим же законам подчиняются редко, это почти правило жизни.       С этим нельзя было не согласиться, тем более Эола сама с раннего детства видела обратную сторону жизни господ, лордов и правителей. От их подпольных игр нельзя было сбежать даже в такие дикие края, как этот.       Но сейчас стоило вернуться к более насущным проблемам. По-хорошему, ей нужно было бы поискать краску для волос... И какой-нибудь несильный яд, желательно усыпляющий или парализующий, – просто на всякий случай. Кэйа наверняка знал, где здесь можно расчитывать на хоть немного честную торговлю, а ещё лучше – на хороший обмен. Всё-таки своих денег у аристократки не было, а из более ценного имущества остались только кинжалы...       Конечно, ещё был бронзовый ключик, но его Эола не будет продавать ни за что.       Они дошли до конца улицы, где, прижимаясь вплотную в другим домам, пытался устоять самый маленький кабак. Его стены выглядели весьма шатко, но дырок от пуль в них было куда меньше, чем в других постройках. На перекошенной вывеске с трудом читалось имя хозяина, зато нарисованные кружки с пивом своей чёткости не теряли.       У двери кабака их ждал человек в плаще, явно из команды Кэйи. По невысокому росту и торчащему из-под капюшона уголка красной банданы Эола догадалась, что это был Беннет. Кэйа кивнул своему помощнику, зашёл в кабак и скинул капюшон. Эола не стала следовать его примеру, однако это не помешало ей в деталях рассмотреть помещение, куда они попали.       Хоаса и грязи здесь было меньше, чем на улицах, но до портовой таверны этому месту всё равно было далеко.       С потолка свисали рваные тряпки, сушёная рыба и несколько пучков какой-то травы. Между всем этим добром тускло светила заляпанная воском люстра, выполнявшая скорее декоративную, в не практическую функцию. Основным источником света в кабаке были свечи, расставленные почти по всем углам.       Посетителей здесь было не так много, и большинство из них на удивление спокойно сидели и просто пили. Взгляд Эолы зацепился за несколько тёмных фигур, сидящих за дальними местами. Может, тоже люди с "Павлиньего пера"?       За самым большим столом расположилась буйная компания бандитов, сильно выделявшихся среди других гостей этого места. Когда аристократка, капитан и его помощник прошли поглубже в помещение и поровнялись с их местами, на Кэйю обратил внимание один из них:       — Надо же, кто к нам пожаловал! Ты что, не видел табличку на входе? Оборотням вход запрещён!       Собутыльники наглеца громко расхохотались, а некоторые из них решили дополнить шутку своего друга криками: "Вот-вот, убирайся!", "Гоните отсюда этого общипанного павлина!" и "Проваливай, пташка!".       Эола стиснула зубы, по её телу прошла дрожь. Она прекрасно представляла, каково это – быть объектом всеобщей ненависти. В её родной Стране Ветров не самым лучшим образом относились к Лоуренсам из-за многих тёмных моментов в истории этого клана.       Аристократка приложила столько усилий, чтобы скрыться от этой ненависти, и всё равно теперь столкнулась с ней. Пусть и не лицом к лицу... Это потревожило старые раны, но Эола была готова к этому.       Судя по всему, Кэйа тоже.       — Так-так, — ядовито протянул капитан и, медленно обернувшись, крадучись направился к большому столу. Его улыбка стала похожа на зловещий оскал. — Кто это тут у нас? Сколько знакомых лиц... Я бы посоветовал тебе быть поосторожнее с тем, кто знает, где ты ночуешь. Пара грубых слов, и вот однажды ты проснёшься в луже собственной крови, да ещё и без глаз... Хотя у таких жалких доходяг, как ты, они совершенно не вкусные.       В воздухе мелькнуло маленькое лезвие. Брызнули алые капли. На щеке у наглеца выступила не глубокая, но хорошо заметная рана, а в руке Кэйи сверкнул ножик для вскрытия конвертов.       Капитан невозмутимо развернулся и уверенным шагом подошёл к барной стойке.       Мёртвая тишина продлилась не больше минуты. Когда люди за столом поняли, что произошло, то сразу взорвались дикими криками. Среди шума особенно ясно раздалась фраза "У него были когти, я видел это!". В спину Кэйе полетели проклятья и ругань, большинство бандитов вскочили из-за своих мест, сжимая в руках ржавые ножи и вилки, а кто-то даже выхватил настоящее оружие.       Беннет смело и уверенно – плащ скрывал его дорожащие колени – занял позицию между Кэйей и бандитами, скинул со своей головы капюшон и положил ладонь на рукоять меча.       — Капитану сейчас не до вас.       — Мальчишка! — возмущённо вскрикнул самый буйный из всей компании. Его голос был похож на рык дикого зверя. — А ну с дороги, пока и тебя не прикончили!       — Он неясно выразился? — Эола встала рядом с Беннетом, но чуть сзади, чтобы маленький кинжал во второй руке заметно не было.       В этот же момент по залу разнёсся глухой удар металла о металл. Все замерли, обернувшись к барной стойке.       Хозяин кабака – мужчина, чью густую чёрную бороду уже тронула седина, спокойно положил на полку за своей спиной ржавую сковородку и пистолет. Именно эти предметы создали звук, похожий на удар церковного колокола, и предотвратили возможную схватку. По крайней мере, бандиты свой пыл поумерили.       — Здесь лучше не устраивать сражений, — усмехнувшись протянул капитан. — Мы сейчас уйдём, не переживайте.       — И задержались бы намного меньше, если бы не вы, — фыркнула Эола, и в её сторону тут же отпустили несколько "комплиментов", но уже совсем тихих, несмелых.       — Для меня никто не оставлял записку? — обратился Кэйа к хозяину.       Тот, не говоря ни слова, достал из маленького ящика смятый клочок бумаги. Кэйа покрутил его между пальцев, развернул, внимательно осмотрел, и только потом сказал:       — Благодарю. Вот, в качестве извинения за беспорядок.       На стойке звякнула пара серебрянных монет. Хозяин не смог скрыть своего удивления, но не растерялся и тут же сгрёб их в кошелёк у себя на поясе.       — Это всё? — шёпотом уточнила Эола, когда капитан спрятал полученную записку в карман.       — Если хочешь выпить, мы можем зайти в другое место.       — Я спрашивала не об этом.       — Ну тогда всё.       — На том же месте? — вдруг спросил Беннет.       Кэйа ответил лёгким кивком.       Они покинули кабак и вышли на главную улицу, скрывая лица под капюшонами. Второй помощник капитана снова пропал из виду. Эола поняла, что так было нужно, и без лишних вопросов последовала за Кэйей. Её пальцы всё ещё крепко сжимали кинжал.       — Хозяин ничего не сказал нам, потому что это было бы бесполезно? — поинтересовалась она, когда капитан свернул на более тихую и узкую улочку. — Или есть другая причина?       — На самом деле, всё намного проще – у него нет языка. Для пиратов это весьма распространённое наказание, — Кэйа пожал плечами. — Но иногда его применяют ещё и к изменникам.       В настоящем лабиринте из кривых домов, стоящих где и как попало, капитан ориентировался ничуть не хуже, чем в тёмных пещерах Кладезя Тумана. Постепенно людей, а вместе с ними грязи, шума и запахов, становилось всё меньше и меньше. Здания вокруг начали сильно напоминать руины – многие из них явно были заброшенными, на некоторых даже успел разростись плющ.       Внезапно между опустевшими домами промельнуло несколько теней, подозрительно напоминавших человеческие фигуры. Эола резко обернулась, ожидая нападения, но Кэйа продолжал спокойно двигаться вперёд, только немного ускорив шаг.       Так они дошли до самой крайней развалины весьма внушительных размеров. За ней начинался густой лес, рядом были освестные серые скалы. Где-то в небе купалась в лунном свете одинокая птица... Быть может, это был Оз, слуга принцессы Фишль?       Тишину этого места нарушал неумолкающий оркестр цикад. Шум пиратского порта здесь почти не был слышен, но всё же ветер доносил редкие крики.       — Когда мы зайдём, спрячься за нагромождением ящиков, — шёпотом произнёс Кэйа, аккуратно открывая дверь заброшенного дома. Та противно заскрипела. — Будь готова в любой момент пустить в ход свои кинжалы.       Эола тихо вздохнула. Ей в голову вдруг пришла мысль о том, что остаться в родительском особняке и выйти замуж было бы куда проше, чем сбежать неизвестно куда... А теперь ещё и рисковать своей жизнью, в надежде получить оружие в виде знаний и сыграть на равных с теми, кто встретил её в новой жизни.       Без сомнений, свобода стоила этого. Осталось только избавиться от страхов, перерастающих в паранойю...       Вслед за капитаном Эола прокралась внутрь помещения. По всей видимости, раньше это был склад каких-нибудь торговцев, теперь перебравшихся в более удачное место. Лунный свет, проникавший сквозь огромные щели в крыше, позволял рассмотреть горы хлипких деревянных ящиков и прочего хлама.       За одно из таких "сооружений" и спряталась аристократка, а Кэйа не скрываясь вышел на середину комнаты.       Секунды отсчитывались ударами сердца. Страх невесомым шёлком касался кожи, по всему телу пошла лёгкая дрожь.       Снаружи послышались чьи-то шаги. Краем глаза Эола улавила быстрое движение справа от себя. Тусклый свет коснулся чужого силуэта.       На мгновение всё замерло. Воцарилась тишина. Остались только сверчки и шелест ветра...       Сверкнул короткий клинок. Словно молния среди грозовых туч, он взрезал плотную ткань темноты, едва не достав до Эолы. Она еле успела выхватить свой кинжал и отбила удар.       Холодный звон стали о сталь громом разнесся по помещению.