Укротитель тьмы

Что отвратительно в дисковых телефонах, так это их противный дребезжащий звонок. Этот неумолимый звук ввинчивался в мозг с явным намерением поднять с постели, даже если ночью ты умер и превратился в хладный труп. В двойне же раздражало это, когда ты был еще жив. Именно поэтому Ник с полустоном-полурычанием поднял го-лову, когда из коридора раздалась навязчивая трель. Любой род магов, а в особенности чародеи, очень плохо уживался с современной техникой. И, если уж в двадцать первом веке полностью отрешиться от прогресса бы-ло невозможно, то в их интересах было использовать самые примитивные и старо-модные механизмы, вроде дисковых телефонов. Ник разлепил глаза. Оказывается, он уснул за столом, положив голову на руки. Перед чародеем лежал отчет. Всю ночь он потратил на то, чтобы выдумать его. Каждый раз это превращалось в пытку: попробуй вспомнить, что с тобой происходило за месяц в каждый день по отдельности. В этот раз было в двое сложнее, потому что каждый был похож на другой, как капли воды, превратив жизнь чародея в день сурка. Первые пятнадцать минут Ник не мог выдумать ничего кроме «сидел в офисе и читал», что, кстати, было чистейшей правдой, вот только вряд ли Джозефа удовлетворит такое объяснение. Так и пришлось выдумывать, вспоминать, а местами и сочинять, но обя-зательно нечто благовидное и чинное. Чародей глянул на будильник что стоял на столе. Он закончил ранним утром, поэтому поспать ему дали только два часа. За то все было готово, оставалось только вычитать написанное свежим взглядом и можно отправлять. Уронил голову обратно на руки Ник, с четким намерением не отвечать, но не прошло и половины минуты, как на стол что-то мягко приземлилось. Не прошло и секунды, как мягкая маленькая лапа начала беспардонно стучать его по щеке. Приоткрыв глаз, чародей встретил недовольный кошачий взгляд. Сатана, его кот, сидел на углу стола и раздраженно помахивал хво-стом. Его черная шерсть сливалась с общим полумраком, и только зеленые глаза слег-ка светились, как два маленьких фонарика. Тот вновь толкнул его лапой. — Да иду я, иду, — сдался чародей, выпрямляясь и пихая ноги в теплые тапки. Квартира Ника не отличалась особой утепленностью, тем более становящимися все более студеными осенними утрами, поэтому чародей зябко запахнулся в лоскутный халат, который всегда висел на спинке кровати. Этой ночью он ее даже не расстелил. И, кажется, это обстоятельство только больше обрадовало Бруно. Огромный косматый волкодав серого цвета развалился на его постели, раскинув лапы. Увидев, что хозяин поднялся, он вскочил и радостно замотал хвостом. Красный телефон, стал еще более похож на дьявола, когда Ник снял трубку с рожек. — Фельсенбург слушает. — проворчал он в трубку, передернувшись от холода, все-таки пробравшегося под халат. — С добрым утром, соня! — откликнулась на том конце провода Марта с читаемой иро-нией. — Видно хорошо тебе живется без работы, если ты можешь позволить себе еще спать. — Сейчас только девять часов, Марта. — сварливо откликнулся чародей. — Для кого-то это «еще», а для меня это давно «уже». Я с семи на ногах. — фыркнула она. — И именно поэтому ты разбудила меня, чтобы я составил тебе компанию? — не сдер-жавшись, Ник зевнул во всю глотку. Хорошо, что телефоны не передают изображение, а то вышло бы некультурно. Голос Марты тут же посерьезнел, из него пропала вся дружеская веселость. — Если бы все было так просто. Мне нужна твоя помощь. Как ты вчера и просил. Ник так быстро захлопнул рот, что клацнул челюстями. Сонливость тут же слетела с не-го, а мозг, наконец, заработал более-менее нормально. — Новое дело? — И новое тело. — на этот раз усмешка подруги была невеселой. — Улица Богдана Хмельницкого, дом 30, квартира 27. Приезжай, мы уже на месте. И еще прежде, чем Ник успел что-то сказать, она отключилась. Чародей еще пару се-кунд послушал гудки в трубке. Громова всегда была такой — быстрой, четкой, немного-словной, особенно когда речь заходила о работе. Сборы не заняли у него так уж много времени, хотя бы потому что завтрак был исклю-чен из списка. Чародею кусок в горло не лез сразу после сна, но дело было еще не только в этом. Кроме того, что можно было принять за графскую жеманность, все об-стояло намного прозаичнее: Нику просто почти нечего было есть. Холодильник моро-зил его своей ледяной пустотой. Что ж, возможно сегодня он получит деньги. Но сорок минут ушло только на то, чтобы прогуляться с Бруно. Ирландский волкодав вообще был зверем не маленьким, и гулять с ним нужно было долго. Порой, у Ника настолько не хватало на это времени, что он научил своего пса гулять самостоятельно. Он выпускал волкодава на улицу, а потом тот с кем-нибудь заходил в подъезд. Соседи к этому уже привыкли, хотя и не очень любили такой подход. В конце концов, выгля-дел Бруно внушительно, а такая махина, шатающаяся в одиночестве, кого угодно взволнует. Знал бы правда еще кто, что это была добрейшей души собака! У него кот был злее в сотни раз. В конечном счете, Ник оделся в белую рубашку и строгие черные брюки. Была у него странная для нынешнего века мания носить рубашки, брюки и ботинки, против повсе-дневного стиля кэжуал. Может быть, это было и старомодно, но главное, что самому чародею так было комфортно. Натянув кожаный плащ, Ник с сомнением поглядел на трость. Поскольку денег на такие дорогостоящие вещи, как зонтница, не было, он обо-рудовал для этих целей пластиковое мусорное ведро. Поколебавшись секунду, Ник все же схватился за рельефную ручку. Красивая черная палка с утонченным серебря-ным узором из символов, что вился спиралью снизу доверху, выглядела эффектно. Еще изысканнее смотрелась ручка в виде черепа динозавра, выполненная из прозрач-ного камня. За это Ника с легкостью можно было обвинить в излишествах и ненужном позерстве, но только если не знать, что на самом деле это был магический посох, ис-кусно замаскированный под трость. В чародействе на Земле колдунам средней руки, вроде Ника, без такого магического артефакта было не обойтись. Он помогал собирать и накапливать энергию. Трость служила своего рода магическим щупом или, иначе го-воря, клюкой для слепца в непостоянном мире магических энергий. Через полчаса чародей прибыл по адресу. Его взгляду открылся не слишком презен-табельная двенадцатиэтажка из тех безликих построек, которых сотни по всему горо-ду. Непонятный бурый цвет, разномастные балконы, обшарпанные двери подъездов, все было при ней. Внутри было ничуть не лучше. Под дверью квартиры двадцать семь стояли два санитара. Они мерили давление мо-лодому юноше, который, судя по белизне лица, был не далек от обморока. Да и сами врачи тоже выглядели неважно. Их нездоровый вид изрядно напугал чародея. Даже если эти бывалые парни так выглядят, то что предстанет его взгляду внутри? Он прошел мимо и заглянул в квартиру через открытую дверь. Внутри суетились и сновали туда-сюда люди. Ник с опаской шагнул через порог, прислушиваясь к себе. Обычно, чародеям и любого другого рода волшебным созданиям довольно сложно было преступить порог жилого дома без приглашения хозяина. Для многих, особенно нечистых, это обстоятельство становилось непреодолимой преградой. Но сейчас ча-родей не ощутил давления. Скорее ощущение походило на отдающие последнее теп-ло угли в костре. Защитное поле больше ничего не подпитывало и с каждой секундой оно ослабевало. Значит смерть забрала хозяина этой квартиры и, судя по всему, чело-век этот был одинок. Ник поморгал секунду, привыкая к полумраку. Перед ним была узкая тесная прихо-жая, задрапированная тканями и тюлевыми завесами разных холодных цветов. Из комнаты напротив входа доносился оживленный разговор, и чародей направился туда. Но не успел он сделать и пару шагов, как одышливый мужской голос окликнул его: — О, Фельсенбург! На кой черт ты сюда приперся? Чем может помочь твое дешевое шарлатанство? Ник обернулся и увидел, как Дейв, опираясь одной рукой о тумбочку с зеркалом, дру-гой пытался натянуть бахилы на ноги. Что, в прочем, сделать было не так-то просто с его пузом, свешивающимся над ремнем брюк. — Я тоже рад тебя видеть, Дейв. — криво усмехнулся Ник. Давид Кенезов, или попросту Дейв, был хорошим следователем, но при этом оказы-вался удивительно узколобым в том отношении, что даже после полусотни дел не слишком-то верил в существование сверхъестественного. Ник сотрудничал с отделом Марты уже семь лет, но за все это время ее заместитель продолжал считать Ника про-стым мошенником и жуликом. — Нет, я серьезно. Последние два месяца без тебя так спокойно было. А сейчас опять какая-нибудь нездоровая хрень творится начнет. — пропыхтел Дейв и утер тыльной стороной ладони вспотевший лоб после первой победы, одержанной над бахилами. Судя по всему, она далась ему не легко, потому что полицейский решил взять корот-кую передышку и выпрямился. — Меня позвала Марта. Дейв одарил его долгим изучающим взглядом, а Ник едва сдержался чтобы не зака-тить глаза. — Опять нищенствуешь? — Кенезов, резко втянув живот, наклонился ко второму ботин-ку. Его круглое лицо покраснело от натуги. — Скоро через тебя просвещать будет. — За то тебе это не грозит. — вернул ему шпильку чародей и говорящим жестом указал на бумажный пакет из Макдональдса, который стоял на тумбочке. Ник заметил его сразу, как только рецепторы начли исходить голодной слюной от при-тягательного аромата. Надо сказать, что со стороны Ник и Дейв создавали довольно странный тандем, как минимум потому, что Кенезов был полной противоположностью чародею. Невысокий и плотный мужчина лет сорока пяти, со светлыми волосами, через которые уже про-глядывала плешь, напоминал стереотипного немецкого бюргера. Однако одевался он представительно. Ник никогда не видел его ни в чем ином, кроме рубашек, синих брюк и длинном галстуке-лопате того же цвета. Правда образ немного портили стран-ные пятна, которые масляными полукружиями усеивали его поверхность. Бахилы прошелестели, натягиваясь на второй ботинок, и Дейв громко вздохнул от об-легчения. — Это все нервы. — сверкнул в сторону чародея он недовольным взглядом. — Ну да, ну да. — хмыкнул Ник с усмешкой. — За собой бы лучше следил. — Кенезов любезно улыбнулся. — Я уверен, что Марта при-гласила тебя сегодня только из жалости. Можно сказать, она буквально придумала предлог, чтобы притащить тебя сюда. На самом деле, тот факт, что убили очередную мнимую экстрасеншу еще не означает, что ты здесь нужен. В душе чародея досада на себя перемешалась с благодарностью к подруге. Всегда не-ловко ощущать себя облагодетельствованным, тем более Ник слишком хорошо знал, что такое быть обязанным кому-либо и поэтому лишний раз старался не принимать авансов. Ответить он не успел, потому что из комнаты вышла Громова и недовольно уставилась на них. Сегодня она была одета в блузку насыщенного зеленого цвета и облегающие черные штаны. Свои длинные волосы она собрала в конский хвост, и сейчас он мотал-ся из стороны в сторону в такт шагам. Голубые глаза, казались серыми в этом освеще-нии и оттого выглядели еще более хмурыми, как тучи перед ливнем. — Закончили? — спросила она сухо. — Тогда пошли. Она жестом велела следовать за собой. Обменявшись взглядами с Дейвом, Ник после-довал за Громовой и вошел в комнату, представляющую собой нечто среднее между гостиной и кабинетом. Но более всего, честно говоря, это смахивало на ритуальный салон. Стены обшиты черными и фиолетовыми тканями, по периметру расположились шкафы темного дерева, набитые всякого рода дешевыми побрякушками, годными только для детского Хэллоуина. Стол напротив входа также был оборудован с претен-зией на сакральность — посреди него стоял хрустальный шар, рядом в беспорядке ва-лялись золочёные карты Таро и другое в том же духе. При иных обстоятельствах чародей бы презрительно фыркнул. Вот такие низкопроб-ные шарлатаны, как правило, и портят репутацию настоящих магов, наводняя созна-ние обывателя своими клишированными образами. Но сейчас в комнате было то, что можно было назвать по-настоящему жутким. За столом сидела женщина. Руки ее безвольно висели по сторонам, голова была за-прокинута назад, а из перерезанной глотки на темно-фиолетовое старомодное платье вылилась неимоверная уйма крови. Тяжелый металлический привкус кажется даже пропитал воздух, и Ник поморщился, на этот раз обрадовавшись, что с утра у него и маковой росинки во рту не было. Здесь уже успела немного похозяйничать полиция — шторы были раздвинуты, а окно распах-нуто настежь. Благодаря этому запах крови несколько размылся, делаясь терпимым. Пока Ник старательно пытался прийти в себя, побарывая комок ужаса, поселившийся в животе, Марта с невозмутимым спокойствием приблизилась к столу. — Наталья Кольцова, пятьдесят пять лет. Ее обнаружил Петр Селезнев, клиент, который пришел на сеанс. Его уже допросили. — начала Громова и махнула рукой на входную дверь. — Жертва работала экстрасенсом под именем… — Вещая Нателла. — вместо нее завершил Ник севшим голосом, заглянув-таки в лицо жертве. Сердце болезненно ударило в ребра, а потом как будто бы и вовсе остановилось. Марта недоверчиво обернулась на него, зябко обхватив себя за плечи. — Ты ее знаешь? Мысли в голове разбегались как тараканы, потревоженные светом, и чародей судо-рожно попытался отрешиться от всего лишнего. В первую очередь от привкуса смерти, что осел тягостной невидимой пленкой на лице. — Да, немного. — ответил он глухо. — Она была одной из настоящих практикующих кол-дуний. Не сказать, что мы дружили, так приятельствовали. Действительно, он был не настолько близко знаком с Нателлой, чтобы знать где рас-полагается ее офис, и как он выглядит внутри. Какое там, он и ее настоящее имя услы-шал сейчас впервые. Но при всем этом, Кольцова была одной из немногих волшебниц, проживающих в Калининграде, кто даже здоровались с ним. Другие-то боялись Ника как чумы, так, словно бы приговор Магикулума мог передаваться воздушно-капельным путем. Тем только тягостнее переносилось происходящее. В душе посели-лась тоска вперемешку с ужасом. Марта серьезно кивнула. — Понятно. Я не знала, но решила, что тебе следует это увидеть. В конце концов, речь идет о твоей коллеге по цеху, если так можно сказать. Может подскажешь нам что-нибудь полезное. Ник не ответил. Он буквально заставил себя приблизиться к столу, а после этого вся выдержка и сосредоточенность чародея вынуждены были быть заняты тем, чтобы не-достойно не упасть в обморок, хотя ноги уже предательски подкашивались. Сколько бы Ник не работал с отделом Марты и расследовал сам, он все не мог при-выкнуть к виду смерти. Да, наверное, и невозможно было к этому привыкнуть, ибо любая даже обыкновенная кончина индивидуальна и не похожа одна на другую. Эту же ни в коем случае нельзя было назвать заурядным случаем. Зверская расправа — вот как бы окрестил чародей эту картину. — В самом деле, господин Фельсенбург, может вы подскажете, что за демон перерезал тетке шею? — вдруг обратился к нему желтый старик с острыми чертами. Он стоял над телом и невозмутимо обследовал его, затянув руки в перчатки. Мелкие жёлтые, как и его лицо, зубы оскалились в ухмылке. А, по всей видимости, к смерти все-таки можно было привыкнуть, решил Ник. По крайней мере их судмедэксперт был великолепным тому подтверждением. Он с та-кой небрежностью и даже ленью рассматривал края раны и шевелил мертвое тело, как если бы выполнял самую скучную работу на свете. Для этого нужно было быть либо менее впечатлительным, либо же на голову поехавшим. В случае Генриха Вейзеля, очень может быть второе. По крайней мере, чрезмерный, даже по меркам этой про-фессии, цинизм, и иногда донельзя сниженные шуточки над покойниками всегда за-ставляли Ника вздрагивать. Не успел чародей ответить, как голос подал молодой криминалист Гарик, который все это время складывал препараты в свой чемоданчик. — Не знаю, что это за демон здесь был, однако никаких толковых следов он не оставил. — произнес тот с едва заметной усталой улыбкой. Насколько чародею было известно, Гарика на самом деле звали Игорем. Ник, как за-коренелый консерватор, коими являлись почти все чародеи, восставал против такого искажения имени до неузнаваемости. Но, стоило признать, что к темноволосой вью-щейся шевелюре парнишки, бледному лицу и круглым очкам в действительности больше подходило имя Гарик. — Гера, что ты можешь сказать по этому поводу? — обратилась к судмедэксперту Марта. Вейзель, кажется, только этого и ждал, потому с что с какой-то сладостной готовно-стью поглядел на них. — Что-то сказать могу, только, боюсь, не очень много. Смерть наступила, угадайте от чего? — хохотнул он. — Правильно, от нарушения целостности артерии. Приблизительно часов двенадцать назад. Что не говори, но Гера был профессионалом своего дела и прирожденная немецкая педантичность существенно помогала ему в этом. — Значит вчера поздно вечером…- протянула Марта, сцепляя и расцепляя пальцы в бес-сознательной привычке, как делала всякий раз, когда размышляла. — Кто это мог быть? Припозднившийся клиент? Ник скорее ощутил, чем увидел ее взгляд. Сам он никак не мог оторваться от созерца-ния выпученных остекленевших глаз Нателлы, куцых рыжеватых волос, что по-домашнему были сколоты на затылке, и главное от бурых потеков крови, которые за-лили всю ее одежду. — Может быть. Я почти ничего не знаю о ее работе. Только то, что она зарабатывала дешевыми предвидениями и гаданиями на дому. — чародей пожал плечом, шумно выдохнув. Руки начали привычно трястись и Ник торопливо спрятал их в карманы. Дурацкая ре-акция на стресс передалась ему от матери, а привычка заводился с пол-оборота от от-ца. — Хотелось бы мне увидеть, что это за клиентики ходят с такими ножами. — встрял Гера, ещё раз беспардонно отклонив голову Нателлы назад и рассматривая рану. — Не знаю, кто это был, но смерь наступила почти мгновенно. Она только испугаться и успела. — он разжал пальцы, и голова безвольно опустилась. — О навыках убийцы сказать что-то сложно. Для такого удара особой сноровки не требуется, это тебе не кюшо-джитсу с его смертельными точками. Только взрежь и готово. — Но это дает нам, как минимум, два факта. — заметила Марта на его слова. — Во-первых, на лицо факт непомерной жестокости, а это пунктик к психологическому портрету убийцы, а, во-вторых, нанести такого рода увечье может лишь только тот, кто был от жертвы на близком расстоянии. Может быть через стол… Она сделала махающее движение, как бы примеряя на себя роль убийцы. Гера покачал головой. — Нет, с это точки такую рану не нанести. — отринул ее версию он и зашел за спинку сту-ла. — Удар наносили отсюда. Он очертил пальцем дугу, по которой лезвие перерезало шею. Это движение вдруг за-ставило-таки сознание Ника заработать и навело на одну мысль. — Характер раны… — протянул неуверенно он. — что за нож мог так… Гера удовлетворенно свел руки вместе. Его рептильи в своей бездушности глаза засве-тились удовольствием. — Вот! Я ждал, когда кто-нибудь додумается задать этот вопрос! — заявил судмедэкс-перт. — В том то и дело, самое необычное во всем этом — орудие убийства. Судя по ха-рактеру раны… — он еще раз присмотрелся. — Я бы сказал, что клинок орудия загнутый, дугообразный. — Что-то вроде серпа? — спросил Ник, внимательно прищурившись. Вейзель на секунду задумался. — Да что-то вроде того. В таком случае он нанес удар вот таким образом. — Генрих по-казал ребром ладони, как загнутое лезвие своей внутренней стороной рассекает тка-ни. Марта, все это время мрачно наблюдавшая за его манипуляциями, обернулась к Нику. — У тебя есть идеи кто это может быть? — уточнила она и во взгляде ее прямо-таки кри-сталлизовалось ожидание. Радужки глаз и впрямь немного посерели, утратив тот лу-чезарный голубой оттенок. Ник отделался пожатием плеч. — Не знаю. Как вариант, это может быть ритуальное убийство. Для него характерно пе-ререзать глотки жертвам, и всякие подобные гадости. Нужно еще раз все посмотреть. — Отлично. Теперь у нас в округе завелся маньяк-крестьянин с серпом. — удрученно вздохнул Дейв. Все это время он стоял в дверях и раздавал указания другим оперативникам, но и по-сле того, как все разбежались, он не спешил приближаться. Зеленоватое лицо подска-зало чародею, что Кенезов не хотел расстаться со своим плотным перекусом раньше времени. — Нужно будет проверить по базам, не было ли схожих убийств или нападений. — кив-нула своим мыслям Марта. — Кстати, какой у нас сейчас будет план, шеф? — деловито поинтересовался Дейв. — Не знаю, как вы, а я свою работу здесь уже сделал. — решительно заявил Гера. — Сей-час упакуем, а дальше вскрытие покажет. — Я тоже закончил. — подал голос криминалист Гарик, защелкивая скобы на чемоданчи-ке. — Весь материл какой было возможно я собрал. Боюсь, что вне лаборатории я сей-час бесполезен. Обычно именно так все и заканчивалось. Эксперты удалялись по своим пещерам, а несчастные следователи оставались пахать носом место преступления или готовились сунуть голову в очередной капкан. — Хорошо. Только что-нибудь проясниться, тут же сообщите мне. Будем на связи. — кивнула Громова — Конечно, Марта Игоревна — кивнул криминалист и засеменил к выходу. Гера рявкнул в подъезд, подзывая санитаров. Какое-то время Ник в компании Марты и Дейва наблюдал за тем, как тело Нателлы по-гружают в плотный пластиковый мешок и увозят на каталке. Хотя это было кощун-ственно, но чародей испытал здоровое облегчение, когда труп пропал из поля зрения. Это позволяло немного успокоиться и привести мысли в порядок. Генрих отсалютовал им напоследок и важно зашагал в след за санитарами. — Теперь уже можно не церемониться и нести вперед ногами! — донеся до них веселый оклик Геры, после чего дверь хлопнула, и все стихло. На месте преступления остались только Ник, Марта и Дейв. — Что теперь? Поедем в отдел? — выжидающе взглянул на начальницу Кенезов. — Я от-правил наших опросить соседей. — Я бы хотел здесь еще осмотреться. — в свою очередь заявил Ник. — Дело как-то связано с магией? — спросила Марта пытливо поглядев на него. Она всегда выглядела так забавно в этот момент. Как ярому рационалисту, ей сложно было привыкнуть к существованию чего-то неведомого, но она честно старалась. Но сейчас чародею было вовсе не до веселья. — Он тебе сейчас все что угодно скажет, лишь бы деньги получить. — проворчал Дейв. Ник постарался полностью проигнорировать Кенезова и смотреть только на Громову. — Не исключено, что связано. — ответил на ее вопрос чародей. — Хотя бы исходя из профиля ее работы. — В таком случае, давайте смотреть. — кивнула Марта и закатала рукава блузки. Дейв проворчал что-то невнятное, как старый пес, однако с усилием начал запихивать мясистые пальцы колбасника в перчатки. Превозмогая дурноту и плохие ассоциации, Ник двинулся к столу, решив начать с него. Ближайший час он пытался составить хотя бы маломальское представление о работе Нателлы по ее коротким очерковым запи-сям. Откровенно говоря, это получалось хреново. Чародей натыкался на разрознен-ные кусочки текстов заклинаний, полусожжённые записки и всякий мусор, который сопровождал любого мага на его профессиональном пути. Потом он изучил магиче-ские приспособления Нателлы. На фоне пространства, перегруженного декоративным хламом, настоящих артефактов оказалось не так уж и много. В этом плане он выступал как золотоискатель, который из тонн песка по крупицам выбирал золото. Магическая энергетика исходила от хрустального шара, пары кулонов-маятников, нескольких древних книг родом из мира-побратимого и еще парочки вещиц. В сущности, работа была бессмысленной, однако это методичное и неторопливое действо позволило Ни-ку выдохнуть и отвлечься. Закончив со столом, чародей перекинулся на шкафы и ко-моды. Вся эта канитель заняла часа три, и, в финале, Ник с чувством захлопнул послед-нюю книгу, поднявшую в воздух клубы пыли. — Марта, ты же понимаешь, что мне необходимо будет забрать магические артефакты? — уточнил он, посмотрев на подругу. Громова резко перевела на него взгляд. — Отдать потенциальные вещественные доказательства в руки какого-то сомнительно-го авантюриста, это недопустимо! — воздел руки к потолку Дейв. Он в это время зани-мался обследованием спальни Кольцовой, и его было прекрасно видно через распах-нутую дверь. — Я уже не говорю о том, что это чужая собственность. — Некоторые из этих предметов нельзя доверять простым людям. — раздражённо огрызнулся Ник. — Это почти аналогично тому, как дать ядерный чемоданчик ребёнку, и ждать, когда же он нажмет заветную красную кнопку! Да что я вам каждый раз одно и тоже говорю! Случались такие ситуации, когда магические ценности лишались своего хозяина. И то-гда Нику приходилось их изымать, чтобы их пребывание в неумелых руках не привело к кошмарным последствиям. Однако это не мешало Марте сопротивляться каждой та-кой перспективе. Вот и сейчас она буравила его хмурым взглядом. — Ты напишешь мне расписку за каждый предмет, что забрал. — напомнила она. — И не уничтожишь их до того момента, пока следствие не будет закрыто. Ник кивнул — стандартная процедура. Они с Мартой были из разных миров как в физи-ческом, так и в метафорическом смысле, и без взаимных уступок в таком случае было невозможно. — И что, ты хочешь забрать это все? –воскликнул Дейв. — Тогда тебе придется заказы-вать грузовик, этого барахла вокруг немерено. Ник отряхнул пальцы, как от воды, сбрасывая чужую налипшую энергетику. — На самом деле мне нужно всего несколько вещей. Все остальное, как ты правильно сказал, лишь предметы антуража. — Кстати, я не могу понять, если ты утверждаешь, что она была настоящей колдуньей, зачем ей вся эта игрушечная ересь? — Дейв показал им пластиковый череп, в глазницах которого загорались лампочки, если нажать на кнопку. Марта слегка улыбнулась. Ник тяжело вздохнул: — Послушайте, это своего рода декорация. Почти всем настоящим магам приходится пользоваться этим приемом, чтобы привлекать клиентов. Люди, знаете ли, как-то не проникаются доверием, если на связь с духами их почившего предка будет выходить тетка в тапках с зайчиками, растянутой футболке, сидящая перед теликом. Дейв тихо прыснул, а Марта озабоченно свела брови вместе на переносице. — Кстати, Ник, а Кольцова вообще принимала клиентов по вечерам? — Говорю же, не знаю, — буркнул чародей. — Обычно все наши стараются соблюдать осторожность и после захода солнца вообще никого не пускать к себе кроме близких, из чего, в принципе, можно заключить, что это кто-то пользующийся ее абсолютным доверием, но с другой стороны… — Ник задумался. — Нателла глупо поступила, превра-тив свой дом в офис. Через ее порог шагало столько людей, что его приграничная за-щита сильно ослабела… Не знаю пока. Точно ответа на этот вопрос Ник пока не находил. — Но как так? Вы же общались! — не поверила Громова. — Вам может быть сложно представить, но маги, когда встречаются, не говорят только о магии. — раздраженный ее упреком, ответил Ник. — Точнее они говорят обо всем кро-ме магии. Она так сильно вплетается в жизнь любого практикующего, что при встрече с другом хочется просто обсудить сериал, который посмотрел, или книжку, что прочел. Неужели вы между собой говорите только о работе, мерзавцах, которых посадили за решетку и пистолетах? — чародей иронично усмехнулся. Марта несколько смущенно улыбнулась. — Ну… нет конечно. — пробормотала она. — Но, в таком случае, тебе придётся поста-раться узнать о работе Нателлы побольше. Что ж, это было ожидаемо. Но, в прочем, должен же он и впрямь работать за деньги, что ему платили. — Эй, взгляните-ка на это! — позвал Дейв, махая им рукой. Ник и Марта переглянулись и быстро зашагали в спальню.