Без подвоха

«Здесь ничего не изменилось…» — подумал про себя Аято, поднявшись на последнюю ступеньку Великого храма Наруками. Он был редким гостем в этом месте — и не спроста. Они с местной «настоятельницей» были в весьма специфических отношениях. В последние годы только его младшая сестра посещала храм, помогая брату с обязанностями. - Надо же, какие люди…– услышал парень и вздохнул, увидев рядом с собой розоволосую девушку с хитрой улыбкой на лице.– какими ветрами занесло к нам такого важного человека? - И Вам добрый день, госпожа Мико.– усмехнувшись, Аято направился к храму, зная, что лисица не станет от него отставать.– я пришел от лица своего клана, помолиться за его благополучие… - Это очень благородно, мы всегда рады видеть Вас здесь…наверняка Вы захотите помолиться и великой богине мудрости, искусств…и любви…ведь в первых двух пунктах Ваше Благородие уже достигло совершенства, не так ли? — загадочно улыбаясь девушка сложила руки на груди, скрестив их, не сводя своего цепкого взгляда со своего гостя. - Моя работа всегда на первом месте.– слегка улыбнувшись, парень направился внутрь, тем самым прервав беседу. Аято провёл внутри около часа, молясь богам о благополучии его клана, о здоровье и счастье своей младшей сестрёнки, а также…неважно, о ком еще он молился, кажется, его обязанности на этом выполнены… Вздохнув, парень поднялся с колен и вышел из храма, осмотревшись. Хитрой девицы нигде не было видно, и молодой господин хотел было отправиться обратно домой, но ту его остановил голос монахини, стоявшей за прилавком. - Не хотите ли приобрести у нас благовония? Они помогают сохранять в доме благополучную атмосферу и отгоняют злых духов.– произнесла девушка с маской на лице. Задумавшись, парень подошел ближе, осматривая благовония. - Хорошо, я возьму вот эти. - Нет-нет! — поспешно ответила монахиня, аккуратно отодвигая те благовония, что выбрал Аято, пока тот поднял на нее недоуменный взгляд.– настоятельница попросила дать вам эти, совершенно бесплатно, лично для вас…– виновато оправдалась та, взволнованно вздыхая. - Что ж…хорошо, я возьму их, передайте госпоже Мико мою благодарность.– очаровательно улыбнувшись девушке на прощание, парень ушел, оставляя ту краснеть от смущения. «Что эта девица задумала…надеюсь, здесь нет подвоха?» — хмыкнув, парень убрал благовония в свой бездонный рукав и вернулся домой, забыв про них и не желая даже думать об их использовании. ***** - Ох, кажется, кимоно господина немного испачкалось…– тихо пробормотал Тома, проверяя вещи хозяев поместья, чтобы отнести их в стирку.– а это что…? — порывшись в рукаве длинного кимоно, парень достал оттуда благовония, немного удивившись им. — а, точно, Аято ходил вчера в Великий храм Наруками…как он мог забыть вытащить их. Выполняя обязанности домоправителя, парень решил полноценно прибраться в спальне своего хозяина, проверив другие вещи тоже. Когда уборка была закончена, Тома радостно улыбнулся и поставив благовония на столик, зажег их, убедившись, что всё хорошо. Кивнув самому себе, парень забрал корзину с грязной одеждой и ушел, ни о чем не подозревая… ***** Аято вернулся в свою комнату под вечер, когда закончил с работой и удивился совершенно прекрасному запаху. Увидев благовония, парень напрягся, припоминая, что именно их принес из храма. - Наверное, Тома нашел их в моем кимоно…этот мальчишка должен был сначала спросить…– вздохнув, парень подумал и решил всё же оставить их, ведь никакой отравой не пахло, а стояли они уже явно не первый час. Успокоившись, он переоделся в своё домашнее кимоно, наконец отдыхая после долгого и сложного дня. Однако долго спокойный отдых не продлился. Не прошло и пятнадцати минут, как Аято стал чувствовать странную слабость в теле и жар. - Я что…заболел…– вздохнув, парень отложил книгу, ощущая головокружение и тяжело дыша.– Тома…– тихо шепча, парень на четвереньках дополз до противоположной стены и потянул за веревку на ней, вызывая к себе помощника. Пока тот шел, Аято успело стать еще хуже…вернее, можно было бы даже сказать, что лучше. С каждой секундой его разум мутнел всё сильнее и парень терял связь с реальностью. - Господин, что-то случи…– не успев договорить, Тома подхватил ослабшее тело Аято, который буквально свалился ему в руки, пытаясь поднять на ноги секундой ранее.-…лось...господин? Аято, что с тобой? — перепугано заговорил тот, но вновь был прерван, однако теперь уже совсем иначе. Казалось ослабшее тело внезапно прижало его к себе и захлопнуло дверь, отрезая пути к отступлению. Обезоруженный парень не успел и пикнуть, как его губы оказались в плену и были втянуты в глубокий, полный страсти поцелуй. Этого бедный служащий никак не мог ожидать и растерялся настолько, что невольно позволил заманить себя в капкан, из которого не было выхода. Сильные руки господина оттащили его к низкой постели и опрокинули на неё. Подумай Тома когда-то, что окажется в такой ситуации, точно бы уже пошел замаливать грешки в местное святилище около чайного дома Коморэ. Однако разлиться мыслью по древу ему не позволил силуэт нависший сверху. Хоть в комнате и горело всего пара свеч, Тома смог рассмотреть Аято, который, довольно улыбаясь, медленно залез сверху, разместившись на бедрах парня. - Такая милая мордашка… Тома…почему ты всегда такой милый? — протянул блондин, тяжело дыша и вновь наклоняясь к своему слуге для поцелуя. И будь на его месте кто-то еще, Тома оттолкнул бы его, закричал, ну или, на крайний случай, зарядил бы негодяю своим Глазом Бога промеж глаз. Но это был Аято… Затаив дыхание, парень лишь пытался понять, не спит ли, ведь принять реальность и поверить в неё было слишком трудно, однако, до безумия приятно. Его господин — самый завидный жених Инадзумы и, по совместительству, первая и единственная любовь этого бедолаги– сейчас сидит прямо на его бедрах в растрепанном кимоно с весьма очевидными намерениями. Кому бы хотелось это останавливать? Вот и Тома не хотел. Вновь оказавшись прижатым к чужому телу, парень прикрыл глаза, став отвечать на поцелуй со всей страстью, на которую был способен. Руки сами потянулись к желанному телу и скользнули по изящной талии господина, ощупывая ее и пытаясь запомнить каждый изгиб. Внезапно он стал чувствовать что-то, будто тело слабело, но совсем не от чужих ласк. Растворившись в удовольствии, он быстро забыл об этом, когда чужие руки начали бесстыдно раздевать его, стягивая его рабочую одежду. Решив не оставаться в стороне, Тома пару раз глубоко вдохнул и разорвав поцелуй, стал снимать с Аято его кимоно, которое итак уже едва держалось на теле. Усмехнувшись, блондин выпрямился, позволяя партнёру рассмотреть его и насладиться видом, откинув ненужную вещь на пол. Красуясь своей белоснежной фарфоровой кожей, Аято скользнул пальцами по своему плоскому, но крепкому животу, рвано выдохнув, изводя несчастного паренька, который уже был на пределе своей благочестивости. - Тома…ты поможешь мне.? — тихо прохрипев, парень опёрся одной рукой на постель, а вторую завел назад, коснувшись обнажённых ягодиц.– ох.– почувствовав влагу, он усмехнулся, сглотнув — кажется, не помешает влажная уборка…– хохотнув, он не успел заметить, как потемнели глаза Томы. Не сдержавшись, перевозбужденный парень снова накинулся на Аято с поцелуем, прижимая блондина к себе и сжимая крепкими, немного сухими ладонями мягкие ягодицы. Услышав грудной рык, Аято довольно заулыбался в поцелуй и глубоко вдохнул, когда почувствовал, как два горячих пальца плавно проникли в него, растягивая узкое, но уже такое влажное нутро. Из-за нетерпения Тома действовал довольно поспешно, но Аято не был против, сгорая от желания в чужих руках. Запах благовоний становился всё сильнее, он пропитал собой их тела, постель, одежду, сами стены этой комнаты, делая её гнездом их плотского, но такого сладкого греха. Не успел Аято опомниться, как его уже подхватили за ягодицы, слегка приподнимая и тут же начиная опускать на твердую головку крепкого члена. Стоило ей оказаться внутри, и блондин не сдержал протяжного стона удовольствия, обхватив Тому за шею и прижавшись ближе. Когда же весь член оказался внутри, по телу прошла мощная волна дрожи и безумия, охватившая их с новой силой. Никто из них уже не думал головой, она давно отключилась, и теперь каждый исполнял свои тайные желания, забыв про голос разума. Спальня хозяина наполнилась стонами, вздохами, вскриками, рычанием и тихим шепотом. Они просили, умоляли, благодарили друг друга, остервенело целуясь и вжимаясь друг в друга, словно желали стать единым целым. Это безумие сводило их с ума, но никто и не думал останавливаться. Аято, опираясь коленями о постель, интенсивно двигал бедрами, насаживаясь на крепкий член и иногда сбиваясь с ритма, но ту же возвращаясь на него, стоило рукам на ягодицах начать его контролировать. Власть была словно в его руках, но зато весь он находился в руках Томы. Такая иллюзия кружила блондину голову и он ускорялся и ускорялся, желая догнать пик своего наслаждения. - Господин…вы прекрасны…– тихо признался парень, не сводя со своего хозяина восхищенного взгляда.– я люблю вас… Услышав эти слова, Аято сам не понял, как достиг того самого пика, сжав внутри себя чужой член и кончив, громко простонав в чужие губы и опрокинув голову назад. Чувствуя, как парень под ним, утробно зарычав, кончил следом, наполняя его горячим семенем, блондин сыто улыбнулся, облизнувшись. - Хороший мальчик…– прохрипел он в ответ, выпрямив голову и властно взглянув на парня, хваля того за работу. ***** - Ох, милая, кажется, я дала тебе не те благовония вчера утром…– произнесла Мико, подойдя к монахине за стойкой. - Неужели? Что же делать? Тот господин забрал их и просил передать свою благодарность…– растеряно и напугано ответила девушка, надеясь, что очаровательный юноша не разозлится на неё. - Что ж…вероятно, он их выбросит…а если нет…- усмехнувшись, лисица раскрыла свой веер, спрятав за ним хитрую улыбку.– пойду подготовлю для него еще немного благовоний…