Lead Me to Your Beautiful

Порой Минхо хотел лишь оставаться в своей комнате и не выходить из неё целыми сутками, но Феликс частенько срывал его планы. — Я знаю, ты устал, но нельзя же торчать тут весь день. Ёнбок был чертовски прав, Минхо на самом деле устал, но в этот раз намного больше, чем в предыдущие. Однако, Ли понимал, что также стал и гораздо бодрее обычного. Он не мог поверить в это. И всё же, сегодняшнее утро привело его в полное замешательство. — Ты прав, я и не хочу тут находиться… — Уже лучше. Ликс прибежал в чужую комнату рано утром после того, как на телефон пришло уведомление. Минхо в панике написал ему после ухода Хана. Ли кое-как, но смог рассказать о том, что произошло, и почти осознал для себя то, что в тот момент он находился в общежитии, а не во сне. Все утренние события сбивали танцора с толку. Он был полностью уверен в том, что знает, где и с кем находиться. — Ты не видел его лицо в тот момент! — прошипел Минхо, как только Ликс сел рядом. — Он сказал, что ему приснился кошмар? — Да, а я… я даже ничего не успел спросить. Что если он знает? Я не думаю, что сказал что-то странное! А если всё-таки сказал? Он так быстро убежал, — протараторил парень. — Минхо… Старший окинул взглядом Феликса, который продолжал спокойно и внимательно его слушать. — Ранее, когда Хану снились плохие сны, он приходил к тебе, верно? Я знаю о чём говорю, ведь находил его пару раз в этой комнате. — Да, но- — Так что, — Феликс перебил старшего, — это вполне объяснимо, почему Джисон оказался рядом с тобой. Ему приснился кошмар, и он инстинктивно пришёл в комнату, потому как ранее так делал, а сейчас ему тебя попросту не хватает. — Ну… — И ты тоже скучаешь по нему, — мягко проговорил Ликс. — Это правда. — А ещё, вероятно, ты решил отдалиться, после тех непонятных ситуаций, которые происходили между вами. Минхо обдумывал это уже не раз. Джисон действительно выглядел немного испуганным, когда Минхо на него огрызнулся. — Но ты же знаешь, что я… Я попросту не могу… Всё казалось слишком запутанным этим утром, Феликс. Если бы я вовремя не понял, то могло бы… Я бы всё испортил. Ликс понимающе кивнул. — Минхо, я думал, что ты расскажешь… Вы же обсуждали это с психологом? Старший нахмурил брови, стараясь вспомнить их разговоры.

***

— Минхо, я так горжусь тобой! Ты молодец, что смог поделится своими переживаниями с друзьями, — счастливо произнесла девушка, после рассказа Ли. Парень поведал ей о своём разговоре с Феликсом. Он поделился с доктором своим страхом, когда обнаружил младшего за прочтением письма. И также о принятии Ликсом самого Минхо. Рассказал также и о том, что чувствовал в тот момент. — Послушай… некоторые люди открывают для себя что-то новое в жизни чуть позже остальных. Ты же знаешь об этом, верно? Минхо устремил взгляд на собственные ладони. Он вспомнил, как Джисон чувствовал себя в его объятиях.

***

— Ты должен поговорить с ним. А если точнее, то со всеми. Им действительно будет всё равно, в хорошем смысле. Я уверен! — каждый раз повторял Феликс.

***

Минхо думал о том, что ему следует рассказать друзьям. О снах? А поймут ли они, каково это, проживать параллельно две жизни? — Феликс сказал, что мне следует рассказать им. — А что ты об этом думаешь? — Если честно… я не знаю. Я всё продолжаю думать о том, что сказал ему. — Если я правильно тебя поняла, то ответ заключался в том, что ты не понимаешь свои чувства, — уточнила девушка. — Так ведь? Минхо лишь кивнул. Ли боялся обсуждать это с ней, не хотел узнавать, что это может означать на самом деле. Он никогда не хотел рассказывать о своих снах, ибо понимал, что не очень хорошо, когда в собственных сновидениях он любит другого парня, однако сейчас… могло ли всё происходить только потому, что это был именно Джисон? Или потому, что это именно парень? Или же оба варианта подходят? — Минхо, нет ничего плохого в понимании и принятии себя. Я бы даже сказала, что это одно из самых обычных и прекрасных действий, что может сделать человек по отношению к себе же, — парень поёрзал на стуле. — Я не говорю это, чтобы как-то запутать или смутить тебя… просто хочу, чтобы ты не боялся открывать в себе что-то новое и совсем неважно в каком возрасте это произойдёт. Он вновь кивнул. — Я знаю… Я просто… Это не то- Она глубоко вдохнула, заставив Минхо прервать своё бормотание. — Минхо, я хочу, чтобы ты представил, что жизнь — это огромный стол, на котором находиться множество еды, — парень вопросительно изогнул брови. — К примеру, представим, что мы совсем маленькие. В таком случае нам придётся вытягивать ручки, дабы взять еду со стола. Однако, мы сможем дотянуться лишь до того, что будет находиться на краю этого же стола. Мы не сможем даже увидеть, какие угощения стоят дальше, ведь мы совсем крохи. Мы можем брать лишь то, что самостоятельно достанем, либо то, что нам дадут. Это всё о чём мы знаем, это и есть наш мир. Девушка приостановилась. Минхо вжался в кресло. — Мы думаем, что у нас есть всё, так как то, что мы можем взять — лежит в пределах нашего зрения. Однако, по мере того как мы растём, наш кругозор расширяется, а стол уже не возвышается над нами, — парень чуть поддался вперёд, стараясь вникнуть в слова девушки. — Совсем неожиданно мы понимаем, что новой еды на столе больше нет, но мы уже можем достать ту, которая раньше была для нас недоступна. Взрослея, мы пробуем абсолютно всё, перемешивая и добавляя новые специи, — девушка сделала небольшую паузу, предоставляя Минхо время на осмысление. — Все эти стадии важны, и пропускать их не стоит. А если тебе не понравится пища — можешь просто больше её не брать. Некоторые люди пробуют что-то, а потом понимают, что для них это совершенно не имеет приятного вкуса, однако продолжают давиться данным продуктом, пока не становятся совсем старыми и безликими. Это вполне нормально, — терапевт одарила Ли понимающим и заботливым взглядом. — Я не хочу, чтобы ты боялся кушать то, что… ты действительно хотел бы попробовать, но кто-то когда-то сказал, что это имеет отвратительный вкус. Грудную клетку парня вновь начало сдавливать. — Что если мне не понравится еда? — прошептал Минхо. — Тогда не ешь её в следующий раз. — Не будут ли люди думать о том, что… мне нравится еда, если я её ем? Или же… если я думаю о ней? Девушка мягко улыбнулась. — Некоторые могут. Кому-то совсем не нужно рассказывать об этом. Другим будет абсолютно всё равно. А кто-то будет искренне счастлив, что ты ешь то, что тебе нравиться. Ты же не можешь контролировать их мысли. У людей есть собственные предрассудки к любому из предложенных вариантов, и ты не сможешь их предугадать. Однако, помни о том, что это именно твой выбор, и не позволяй никому принимать решения за тебя. Если же продолжишь бездействовать, когда твоё мнение ни во что не ставят и мешают с грязью, то… хотя, это тоже можно назвать твоим выбором. Другими словами — всё в твоих руках. Возможно, в будущем ты вновь вернёшься к столу и это, опять-таки, совершенно нормально. Но всё же… в первую очередь думай о себе, а не пытайся подстроиться под общество. Минхо сейчас думал о своём будущем. Он не заглядывал никогда настолько далеко, ведь жил настоящим. Что он делал сегодня, что собирается делать завтра? Во многих интервью спрашивали о дальнейших планах Stray Kids, парень просто терпеть не мог эти вопросы. Он ведь только добрался до здесь и сейчас, и всего лишь хочет наслаждаться этим пока может. Но затем вспоминал о снах с участием Хана. Он думал о комфортных разговорах, которыми они наслаждались. Ему нравилось вырисовывать в голове картинку о семье и будущем, что будет наполнено любовью и приятными моментами с кем-то. Он думал и о том, что хочет разделить эти моменты с Джисоном, и о боли во время пробуждения от осознания того, что всё нереально. Как же ему хотелось каждое утро просыпаться и мягко убирать волосы с лица своего парня. Хотелось соединить два мира — реальный и обитавший в его голове. Ли хотел бы знать, что всё это возможно. Минхо желал сохранить воспоминания о хорошей жизни. Парню хотелось, оглядываясь назад, вспоминать свои выступления, где он наслаждался каждым моментом, а не сидел изнуренным, выгоревшим и больным в кабинете психотерапевта. Ему хотелось знать, что он может поделиться этим с кем-то и, закрывая глаза почувствовать, как чужая рука аккуратно уберёт выбившиеся пряди с его спящего лица. — Я боюсь, — признался парень. — Потому что это Джисон? Минхо замотал головой. — Нет… — Тогда чего ты боишься? — Что пожалею об этом. — Пожалеешь о том, что съешь еду? Парень вновь отрицательно мотнул головой. — О том, что буду ждать так долго, что состарюсь и стану совсем бесцветным? — уточняюще спросил юноша. Девушка чуть улыбнулась. — Я думаю, ты уже нашёл ответ, Минхо, — что-то в желудке парня перевернулась, надвигалась буря, которую он не знал, как правильно унять. — Минхо, я не рассчитываю на то, что ты поймёшь это сегодня. И тебе явно не стоит обвешивать себя ярлыками. Но я хочу, чтобы ты подумал о том, что, возможно, именно этот страх и удерживал тебя от обращения за помощью к членам твоей же группы. Ли кивнул. — И возможно в следующий раз мы попробуем разобраться, что стало отправной точкой твоих снов. — Некая предыстория? — усмехнулся парень. Девушка ответила положительным кивком.

***

Ли прокручивал этот разговор в своей голове. — Не знаю… я постоянно обдумываю её слова… — признался Минхо Ёнбоку. Феликс вздохнул. — Тебе действительно нужно поговорить и с ним, и со всеми парнями. Джисон вполне способен понять, что мучает тебя, и, возможно, после разговора, всё станет куда лучше! — Нет! — сказал Минхо. — Хотя бы потому, что у меня… у меня есть нечто осязаемое… нет же… ты должен понимать, что я почувствую, если расскажу ему. И не только ему. Я совершенно не готов! — Феликс снова вздохнул и лег на кровать Минхо. Парень взглянул на него, лишь когда младший закрыл глаза. — Тебе, наверное, уже надоело, что я постоянно ною о своих проблемах? — тихо спросил Минхо. Ёнбок мягко ударил старшего по руке. — Совсем нет, — ответил Ликс и устремил свой взгляд на парня. — Мне просто крайне не нравится видеть тебя в подобном состоянии. Я знаю, что это сжирает тебя изнутри и ничего не улучшается от того, что всё держится в тебе… Я имею в виду… — парень умолк. — Что? — Ты же боишься, что ему будет противно общаться с тобой, верно? И того, что после услышанной правды он больше не будет рядом. Но… в чём тогда отличие от теперешних событий? Ты же избегаешь его. Ты буквально живёшь в своём страхе, только у него чуть другая интерпретация. Хён, ты воссоздал худший исход событий самостоятельно, — Феликс замолк на несколько секунд, изучая лицо собеседника. — Возможно, ты сейчас удивишься, но Хан не бессердечный. Он поймёт, что ты не выбираешь собственные сны. И осознает, что тебе также неподвластны герои этих же снов. Вот тебе два фактора, и ни один из них не меняет того, что ты по-прежнему наш Минхо. А обо всем остальном ему знать не обязательно. Но это уже тебе решать. Лино продолжительное время молчал, смотря на свои руки. — Когда ты говоришь об этом, то всё звучит слишком просто. — Иногда это действительно просто. Если ты не расскажешь ему ничего и оставишь всё как есть на данный момент, что изменится? Может лучшим решением будет просто поделиться с ним? Или со всеми? — Что насчёт тебя? — спросил Минхо, тыча Ликсу в живот. — Ты как-то много говоришь для человека, с которым никогда такое не происходило. Младший недовольно потёр живот. — Я обязательно сообщу тебе, когда влюблюсь в кого-то из нашей группы во сне. Будь уверен. Минхо уставился на Ёнбока. Он почувствовал, как бесконтрольный шар эмоций преобразовался в тихий смех и постепенно набирал обороты. Это было так глупо и смешно одновременно. Феликс лёг рядом с Лино, также заливисто смеясь. Минхо не знал как долго они лежали и смеялись, но спустя определённый промежуток времени его живот начал мягко побаливать. — Хён. — Слушаю, — Ли облокотился на младшего. — Подумай вот как, стало ли лучше, чем было до того, как я узнал? Минхо действительно задумался. Да, да, да и ещё раз да! Но парень не хотел преподносить Феликсу на блюдечке свой положительный ответ, чтобы ещё несколько дней наблюдать его довольное лицо, потому и решил промолчать. Ликс также не пытался нарушать приятную тишину.

***

— Что собираешься делать? Старший не знал. Большинство дней он проводил в спячке с перерывами на страдания и психотерапию. Также иногда он мог написать что-то в тетрадь или позаботиться об остальных участниках, готовя им еду. Он проводил в компьютере почти весь день, стараясь отвлечься на хоть что-то. Да и Ли в общем был слишком уставшим для иных активностей. Но сегодняшний день ощущался по-другому. — Я… думаю, мне стоит побыть сегодня в компании. Глаза Ликса расширились в удивлении. — Правда? — Думаю да, сегодня мне хочется пойти туда. Ликс улыбнулся. — Это же чудесно, Минхо! Можем пойти вместе! Старший кивнул. Феликс покинул комнату, дабы переодеться. Минхо решил, что ему следует принять душ, да и, в общем, привести себя в человеческий вид. Подходя к ванной, он чуть ли не влетел в Джисона, который как раз выходил из комнаты. — Ой, извини, — протараторил Хан. — Джи-, — Минхо хотел поговорить с младшим, но тот сразу же улизнул в свою комнату. Ли тихо вздохнул. Стоя под душем, он из раза в раз прокручивал до ужаса правдивые слова Феликса: «Чем же твоё избегание до будет отличаться от избегания после?» А для чего? Он подумал о том, что недавно обсуждал подобное с терапевтом. Сколько ещё людей скажут ему подобные слова, прежде чем он послушает? Постепенно вода начинала холоднеть, но Минхо это совсем не заботило. Джисон ранее приходил к Ли и надолго оставался, так как не мог самостоятельно уснуть после кошмаров. Множество самых светлых и тёплых воспоминаний с Ханом базировались как раз на таких моментах.

***

Минхо приоткрыл глаза, почувствовав тяжесть, давящую на живот. — Что? — Это я, — ответил Хан. Ли недовольно застонал, но позволил Джисону залезть под одеяло. — Почему? — парень задал вопрос с полузакрытыми глазами. — Плохой сон. — О чём? — Курица, — ответил Хан. Минхо окончательно проснулся от услышанного. — Курица? — Да, мёртвая курица, которая преследовала меня, — прошептал Джисон. Танцор неверяще покосился на парня, голова которого лежала на его груди. — Что ты ел, перед сном? — Курицу. Минхо фыркнул. — Тебе нужно было позвать меня. — Было уже поздно, да и ты находился у себя. — В следующий раз, когда будешь есть курицу, просто убедись, что я рядом. Джисон мягко засмеялся. — Ты спасёшь меня? — исказил свой голос младший, стараясь звучать мило. — Да, я защищу тебя от злой курицы. Джисон усмехнулся, после чего оба начали тихо смеяться. Они ещё несколько минут лежали в уютной тишине, пока Минхо не прервал её своим вздохом. Настало его время бодрствовать. — Хочешь увидеть Дори? Он такой милашка, — прошептал парень. Хан ничего не ответил, поэтому Ли вновь устремил взгляд на свою грудную клетку, где покоилась голова парня. Чужое дыхание было спокойным и ровным. — Так быстро уснул? — задал Лино вопрос. Он аккуратно убрал выбившиеся пряди с лица Хана и позволил глазам вновь закрыться. Курица? Минхо всё ещё обдумывал чужой сон и тихо смеялся.

***

В дверь ванной тихо постучали. Минхо вытянуло из оцепенения. Вода теперь была холодной, он сразу же выключил её. — Хён, ты там ещё долго? — спросил Феликс. — Я скоро выйду.

***

Так странно было находиться в компании. Минхо надел бейсболку, парню совершенно не хотелось, чтобы его кто-то заметил или узнал. К счастью, пребывание юноши здесь по большей части игнорировали. — Куда хочешь пойти? — спросил Ликс. — В одиночную студию. Младший неуверенно посмотрел на Минхо. — Что не так? — Мы можем посмотреть, но… Хан начал часто пользоваться ей. Возможно, его там и нет, но — — Не стоит… давай найдём другую, — перебив Феликса, решил старший. Ликс кивнул.

***

Минхо никогда не ощущал себя настолько слабым. Его тело болело, будто он только начинал заниматься танцами. — Не могу поверить, что я настолько плох. — Не говори так! — ободряюще сказал Феликс. — У тебя сегодня намного больше энергии, чем обычно. Даже не начинай загоняться по этому поводу. На самом деле младший был прав. Минхо сегодня был более энергичен, однако это совсем не означало, что он не чувствует тягостной усталости. Парень вздохнул и уселся на пол. Ликс вопросительно поднял бровь. — Небольшая передышка. Телефон Ёнбока зазвонил. — Слушаю. Танцую, — юноша начал мереть комнату шагами. — Хорошо… ладно. Я скоро буду. — Долг зовёт? Ликс кивнул. — Со мной всё будет хорошо. Можешь идти, — проговорил Минхо, маша рукой. — Уверен? Не хочешь пойти со мной? Они будут рады видеть тебя. Недосказанное «видеть тебя здесь» повисло в воздухе. Минхо призадумался, но на самом деле понимал, что ему придётся увидеть остальных. И он не считал, что был готов объяснять, как он оказался в агентстве и как он сегодня себя чувствует. — Нет, думаю, что станцую ещё пару раз, а потом вернусь домой. Феликс кивнул и подошёл к двери. — Минхо? — Чего? — Я действительно, очень горжусь тобой. Тебе тоже следовало бы, — улыбнулся Ликс. Старший одарил его мягкой улыбкой. — Спасибо, а теперь иди, пока тебя вновь не позвали. Ёнбок усмехнулся и покинул комнату.

***

После очередного прогона хореографии Минхо обессиленно лёг на пол, чувствуя, как его сердце норовит выпрыгнуть из грудной клетки, а веки наливаются свинцом. Ему нужно уйти домой, однако, парень решил, что недолгий сон ему не помешает. Ли поставил будильник и позволил глазам погрузиться в темноту.

***

Джисон обвил руками шею Минхо, пока они покачивались под мелодию, играющую по радио. — Это так нелепо выглядит, — сквозь смех сказал Хан. — Разве я не могу побаловать мужа на нашу годовщину? — спросил Ли, кружа младшего в танце. Джисон последовал за его движениями, а на лице образовалась ухмылка. — Тебе просто повезло, что они включили нашу песню по радио. Минхо одарил его лёгкой улыбкой и прильнул ближе. — Возможно, а может я просто попросил Чанбина подёргать за кое-какие ниточки и сделать так, чтобы она заиграла. Джисон восхищённо удивился. — Быть не может! Ли тихо засмеялся. — Тогда это казалось чем-то более романтичным. Но как обычно, всё пришло к тому, что я запаниковал, ведь ты опаздывал. Я предполагал, что мы пропустим её. Теперь смеялся и Хан. — В своё оправдание могу сказать, что не рассчитывал, по приходу домой, застать полностью приготовленную еду и своего безумно, как оказалось, романтичного мужа. Ты никогда не был таким плюшевым. — Как ты можешь так бессовестно врать? — спросил Минхо с наигранной обидой в голосе. — Романтика шла в подарок со мной с самого начала нашего знакомства! — Да конечно, так я тебе и поверил! — А кто готовит тебе? — Не считается! По-другому я бы и не выжил. — Допустим, — согласился Ли. — А кто тогда знает твои любимые места для свиданий? Джисон слегка сжал его руку. — Мне нравится оставаться дома, — парень замолчал, после чего Хана будто осенило. — Ты мухлюешь! — Совсем нет, — Минхо мягко засмеялся. — Просто с тобой легко быть романтиком. И знаешь, где бы мы ни оказались, пока мы есть друг у друга, там всегда будет нечто тёплое и чутка сказочное. — Ладно, мы в равной степени романтичны. — Оба? Прости, но это не та ситуация, где может быть компромисс. Я точно победитель. Джисон удивлённо поднял брови на данное заявление, пока Минхо спокойно продолжать кружить их в танце. Их особенная песня закончилась, но пара по-прежнему не могла, да и не хотела, отпускать друг друга. Щёки Хана чуть надулись от недовольства. — Я романтик! — угрюмо произнёс парень. — Ты забыл о нашей годовщине, кнопка. — Кто запоминает даты, если каждый день особенный? — Хм, дай-ка подумать…да почти все, — Хан лишь больше насупился, а смех старшего растёкся по комнате словно мёд. — Однако, думаю, что смогу простить тебя в этот раз, ведь ты мой самый любимый человек. Голос Джисона стал более манящим, а лицо приобрело игривый оттенок. Парень наклонился к уху Минхо. — Могу ли я извиниться слегка иным способом? — Хан начал оставлять невесомые поцелуи на шее своего парня, постепенно спускаясь от уха к кадыку. Минхо прерывисто выдохнул и прикрыл глаза, ощущая, как слабый электрический разряд устроил кросс по его телу. — Ужин остынет, — прошептал парень. — Мне так даже больше нравится, — донёсся в ответ шепот, что смог пробраться сквозь звуки поцелуев, которыми Джисон продолжал покрывать шею Ли. — Уверен? Он издал тихий стон, когда Хан прикусил его кожу. — Я считаю, что ты знаешь своего мужа не так хорошо, как думаешь. Минхо ухмыльнулся. — В таком случае, ты обязан мне доказать это, — прошептал старший. — Обучи меня вещам, о которых я даже не догадываюсь. Джисон отстранился от Ли, дабы установить с ним зрительный контакт, после чего прильнул обратно к парню. — Вызов принят, — игриво промурлыкал Хан, прежде чем украсть очередной поцелуй Минхо.

***

Желудок юноши свело так, словно он катался на неисправном аттракционе, который во время самой поездки начал ломаться и падать. — Эй! Минхо за считанные секунды принял сидячее положение на полу, где до этого спокойно дремал. Он услышал жужжание и навязчивую мелодию и вдруг осознал, что это был его собственный будильник. — Ой, простите. Я была уверена… — протараторила незнакомка. Парень посмотрел на девушек, должно быть они новые трэйни. Он не видел их раньше. Ли опустил взгляд на свои руки и понял, что его начинает потряхивать. Юноша окинул взглядом комнату и почувствовал первые признаки паники. Он всё ещё был в комнате для практик. Хана тут не было. А сам Минхо не был дома на кухне со своим мужем. Он был тут, сидел на полу совершенно потерянный, в комнате с незнакомцами. Парень вновь столкнулся взглядом с девушками. — Вы в порядке? — одна из них вежливо спросила. Его глаза начинали слезиться. Нет…не здесь. Он не мог показать развал своей личности чужим людям. Юноша быстро поднялся и слегка поклонился. — Простите, — сказал парень, прежде чем выбежать из комнаты. Минхо даже не знал, который сейчас час. Он почувствовал, как жар охватил шею, а желудок всё сильнее сжимался. Парень не мог поверить в то, что позволил себе уснуть вне дома, своей условно-безопасной зоны. Он также не мог поверить и в то, что забыл о своей проблеме, ведь, по счастливой случайности, сегодня утром смог почувствовать себя чуть более живым. Впервые за несколько недель. — Минхо? — прозвучал знакомый голос. Парень повернул голову, замечая Чана и Хёнджина, что двигались ему на встречу. — Минхо, ты в порядке? — переспросил Чан, когда Минхо застыл на месте. Его трусило и он не мог ничего с собой сделать. Парень едва ли смог ощутить заботливые руки Чана, сжимающие его плечи. Лидер пытался переключить внимание Ли на себя, но танцор по-прежнему был словно в трансе. — Пожалуйста, Хён, — тихо выжал из себя Минхо, пока слёзы всё сильнее застилали видимость. Он понимал, что находится в шаге от сильнейшей панической атаки. — Уведи меня отсюда. Чан лишь кивнул, взял Минхо за руку и быстро увёл его с прежнего местонахождения, Хёнджин следовал рядом, защищая танцора от лишних взглядов.

***

Хан окинул взглядом Феликса, заходящего в их студию. — Приветик! — на лице младшего красовалась широкая улыбка. — Привет, — Джисон явно не оценил его воодушевлённости. Чанбин бегал глазами между двумя парнями. Не было похоже на то, что Ликс заметил нечто неладное, так как он спокойно разместился рядом с Со. — Где ты был? — спросил парень. — В танцевальной студии, кстати, Минхо был со мной. Оба юноши повернулись и неверяще уставились на Феликса. — Минхо? — переспросил Хан. Ликс кивая, положительно промычал. — Он хотел прийти и немного потанцевать. — Он всё ещё там? — поинтересовался Джисон. — Не знаю. Минхо сказал, что скоро собирается уходить, но, возможно, ты ещё сможешь его застать. — Ничего себе, это же чудесно! Должно быть, он чувствует себя лучше сегодня! Младший кивнул. — Так и есть, по крайней мере, так было с самого утра. Хан не хотел концентрировать своё внимание на факте того, что Феликс единственный знал эту информацию. Он сфокусировался на том, что Минхо сейчас находиться в компании, впервые за достаточно большой промежуток времени, что казался вечностью. Он думал, что никогда не сможет извиниться, особенно после того, как трусливо сбежал утром, но, возможно, было бы лучше поговорить об этом сейчас. Они бы даже могли вместе потренироваться. Джисону нравилось практиковаться с Хёнджином и Феликсом, однако лишь Минхо был способен находить более простые способы объяснений и заучиваний танцевальных движений. Таким образом отшлифовывая всё и всех до безупречности. — Я…Я пойду в ванную, — сказал Хан Чанбин приподнял брови. — В ванную комнату? — Ага. Я вернусь, поработай с Феликсом до моего прихода, — сказал парень, даже не одаривая взглядом собеседников. Джисон вышел из студии и понял, что даже не спросил, где может находиться Минхо. Однако Феликс сказал, что они танцевали, поэтому…

***

Хан направился к одиночным танцевальным студиям и открыл дверь в надежде увидеть Минхо. Но комната оказалась пуста. Джисон разочаровано выдохнул. Эта студия внегласно стала принадлежать Минхо. Если Ли и собирался танцевать, то его всегда можно было найти тут. По крайней мере, так было раньше. Скорее всего, парень уже возвращался в общежитие. Хан закрыл изнутри дверь и почувствовал себя глупым. Он находился здесь, хотя знал, что его ждут Чанбин и Ликс. Он начал чаще приходить сюда. Поначалу нахождение в комнате ощущалось чем-то крайне странным, так как единственное слова, которые Джисон мог слышать в свой адрес со стороны Минхо выходили с криками. Но он старался пересилить себя. Это же было личное пространство Минхо. Хан не хотел, чтобы Ли потерял свои права на данную комнату, если некоторые стажеры также сочтут её подходящей для себя. Что-то в этом помещении заставило его застонать от разочарования. Господи, зачем он вообще попёрся в комнату Минхо ночью? Неужели было так сложно вернуться к себе в кровать, или уже, в крайнем случае, остаться на диване? Парень думал, что Минхо понял, что именно Хан находился в его комнате, но в конечном итоге его всё равно выбило из колеи появление младшего. Но почему? Почему всё стало таким непонятным и отталкивающим? Джисон ненавидел это. Его ненависть базировалась на непонимании одной простой вещи — почему человек, которым он так дорожит, не подпускает его к себе, совершено не позволяет помочь и понять причину проблемы. Он вспомнил свой кошмар. «Не иди за мной», сказал тот Минхо. Но как Хан мог это сделать? Как он мог не хотеть следовать за Минхо, когда чувствовал, что они всё больше отдаляются и скоро станут незнакомцами друг для друга? Джисон посмотрел на своё отражение и вспомнил как много они с Минхо работали над своими телами и насколько это было интенсивно. Доходило до того, что они едва ли могли стоять на полу. Они так танцевали, что запотевали зеркала. Однако сейчас они были некрасиво чистыми. Хан ненавидел ощущать столь грубую и застилающую глаза ярость. Он абсолютно не переносил одиночества. Юноша ненавидел своё отражение в зеркале, конкретно в этой маленькой комнатке. Джисон просто не выдерживал. Всё это было ему крайне противно. Парень почувствовал, как что-то всколыхнулось внутри него, а руки медленно сжались в кулаки. — Хотел бы я, чтобы мы никогда не встречались. — В чём, блять, твоя проблема? — На что уставился? — Почему бы тебе не прекратить? — Ты причина происходящего. — Знаешь, меня от тебя уже просто тошнит. — Ты же абсолютно ничего не можешь сделать, вечно косячишь и мешаешь. — И как я только мог доверять тебе? — спросил Минхо. — Как я мог доверять тебе? — он повторил свой вопрос Как я мог доверять тебе? Как я мог доверять тебе? Как я мог доверять тебе? Как Минхо мог доверять ему? Почему он всегда выбирал Хана? И почему, после всего, что было, Ли оставил его совсем одного, совершенно ничего не объяснив? Почему? Слова повторялись и повторялись, и Джисон не смог их удержать в своих мыслях. Парень больше не видел своего отражения, теперь же он сильно сжимал голову руками. Хан не знал, на кого кричал, как долго это происходило и насколько громким был его крик, но орал он до тех пор, пока горло не начали драть кошки.