Правда

После победы над Монархом ежедневное патрулирование стало совсем скучным. Но в то же время это не могло не радовать Маринетт, которая по обыкновению сидела на крыше многоэтажки, наблюдая за ночным Парижем. Шорох, прозвучавший совсем рядом, ничуть не напугал девушку. Она лишь слабо улыбнулась и, не оборачиваясь на напарника, начала говорить: — Сегодня такая непривычно спокойная ночь, не находишь? — говорила она тихо, будто не хотела своим голосом разрушить эту особенную ночную тишину. — Давно не виделись, Жучок, — проигнорировал вопрос Кот. Его голос в этой тишине звучал куда громче, чем был на самом деле. И ведь действительно, это была их первая встреча после того рокового дня, хотя и прошла уже целая неделя с того момента. Первая новость, которую он узнал, когда его вернули из Лондона — его отец пожертвовал собой в битве с Монархом. Принять реальность, в которой Габриэля Агреста больше не было, казалось в те дни чем-то невозможным. Леди Баг рассказала ему, Адриану, обо всем лично и передала кольца отца. Что ж, по крайней мере его отец — герой. Это давало хоть какое-то успокоение и облегчало боль от потери. Каким бы он ни был отцом, Адриан не мог не любить его. — Да, ты прав, — вздохнула девушка и посмотрела на напарника, который уже успел удобно устроиться рядом, — давно. Между ними повисла тишина. Что они должны сейчас обсудить? Должен ли Кот объяснить свое отсутствие в столь важный момент финальной битвы, к которой они шли рука об руку долгое время? Или сейчас должна говорить Леди Баг? Если так, что она должна рассказать? Может быть, она бы хотела немного поворчать на Кота? Не злиться ли она на него за то, что ей пришлось справляться в одиночку? Так много вопросов, но так мало ответов. — Я все думала, — начала все же Леди баг и почти сразу остановилась, будто подбирая слова. — Думала о той битве, о том, что рассказала в новостях о ней для людей. Кот не перебивал, лишь смотрел вдаль на огни эйфелевой башни. Он выглядел отстраненно, но на самом деле слушал довольно внимательно. — Все это время мне не давала покоя правда, которую мне пришлось скрыть ради общего блага, — продолжила девушка, тоже разглядывая волшебные огни башни. Она согнула одну ногу в колене, чтобы обнять его. И уже тише, почти шепотом добавила: — Да и это было его последним желанием. Очередная пауза, которая совершенно не помогала Коту понять, что же ему хотели сказать. С одной стороны ему хотелось спросить, хотелось, чтобы она рассказала все в мельчайших подробностях, но с другой… С другой — было мерзкое чувство, скорее предчувствие, ощущение чего-то неизбежно плохого. Поэтому Кот лишь молчал и смиренно ждал, когда же Леди Баг продолжит свой рассказ. — Хочешь ли ты знать, что произошло на самом деле? — наконец спросила девушка. Ей казалось, что рассказать всю правду без согласия Кота будет неправильно. Но и скрывать, хранить все в тайне от него, тоже казалось чем-то неправильным. Нуар ведь заслуживал знать, с кем они сражались все это время? Может быть, для него Габриэль Агрест — это просто очередной влиятельный человек. Это для Маринетт Габриэль Агрест был отцом ее парня, но для Кота он мог быть и вовсе незнакомцем. Так почему же не поделиться тайной, чтобы не приходилось чувствовать очередную тяжесть, как было с тайной личности, пока она не смогла открыться хотя бы Алье. — Жучок, ты сегодня загадочнее, чем когда-либо. Если ты хочешь со мной чем-то поделиться, то я готов, — Нуар говорил все с улыбкой, чтобы девушка смогла расслабиться и наконец отпустить свою же ногу, которую обнимала, казалось, слишком крепко. — Правда в том, что Габриэль Агрест не совсем пожертвовал собой, чтобы помочь победить Монарха. Да, он принес себя в жертву, но он и был Монархом, — Леди Баг тяжело вздохнула. — Знаешь, сейчас я смотрю на это и задаюсь вопросом: «Ради чего мы сражались, если в итоге он победил?» Он ведь получил наши камни, загадал свое желание. И его больше нет. Было бы все так же, если бы мы не сражались с ним, а дали сразу загадать желание? — девушка наконец отпустила свою ногу и чуть откинулась назад, обращаясь в звездное небо. — Мы стали сильнее, мы пережили так много, но чего ради? Можно ли вообще считать все это нашей победой? Леди Баг, закончив свою речь, обернулась на Кота, ведь тот так долго молчал, что заставило ее начать беспокоиться. Какого же было ее удивление, когда она заметила, как блестели глаза Нуара в свете Луны. Они были полны слез, и несколько капель уже успело покатиться по щекам. Девушка хотела бы поддержать напарника, но она явно не ожидала столь яркой реакции. Кот действительно знал Габриэля Агреста? Если это так, то кем он был для него? Долго мучиться вопросами ей не пришлось, Нуар сам дал ответ: — Все это время я сражался со своим же отцом, — еле слышно проговорил Кот, но в ночной тишине, которая сейчас превратилась в ужасно давящую, можно было четко услышать каждое слово. По телу Маринетт побежали мурашки, вмиг стало сильно холоднее, она поежилась. Кот поднял свой взгляд к звездам и обратился к ним: — Ради чего, папа?