Часть 1
2 июля 2023 г., 14:29
Суббота. Долгожданная и такая желанная. Знаете, когда ты учишься в выпускном классе, являешься капитаном (ладно, со-капитаном) школьной команды по лакроссу и параллельно отбиваешь атаки покусившихся на твою задницу и на задницы твоих друзей охотников на всё сверхъестественное, начинаешь ценить такие, казалось, банальные вещи, как, например, свободное время.
И в эту субботу оно как раз таки появилось. Не было никаких мерзких утренних тренировок, смен на работе, и домашнее задание на понедельник они с Тео выполнили ещё в пятницу, специально, чтобы освободить выходные. Выпускной класс — это отстой, выпускной класс — когда у одного из вас в предыдущие года были более важные приоритеты, чем учёба (спасение всего Бейкон Хиллс, например, спасибо, спасибо, не нужно оваций), а у второго, в принципе, не было школьного образования, кроме нескольких классов младшей школы и пару месяцев старшей, пока кое-кто кое-куда не улетел — это ещё больший отстой.
Они только и делали, что занимались, днём и ночью, плюс добавим ко всему этому счастью тренировки с ошалелым тренером, и работу в ветклинике с начальником крохобором.
Кстати об этом начальнике.
Вот когда-нибудь, хоть раз, Лиам видел, как Дитон сам лечил животных, не Скотт, Дитон? Хоть раз на его глазах занимался ли Дитон своей прямой обязанностью? Нет! И когда Скотт уехал, Дитон обзавёлся новым рабом в лице Тео. Который должен был ассистировать на операциях и на осмотрах, но будем честны — в 99,9% случаев проводить их самому, убираться после приёма, ухаживать за животными, которые остались в клинике, заниматься документацией. И швец, и жнец, и на дуде игрец… Незаменимый сотрудник. Единственный сотрудник. Которому не так много и платят, между прочим (меньше чем Скотту, Лиам узнавал). Дитон мог бы платить и побольше, учитывая, что Тео тупо выполняет всю работу за него практически без выходных.
И вот из-за этого скряги вся долгожданная суббота Лиама просрана, скормлена соседской псине, которая жрёт говно, и просрана ещё раз.
Понимаете, Лиам распланировал весь их с Тео субботний досуг. Правда, заключался этот гениальный план только в том, чтобы полдня лежать в кровати, вставая только для того, чтобы забрать у доставщика еду, и устроить запойный просмотр очередного глупого реалити-шоу, которые кое-кто просто обожает, а следующие полдня проиграть на полу в видео игры. И, теоретически, Лиам мог проделать эти нехитрые шаги к успешному выходному и сам, но на практике… без Тео было в тысячу раз скучнее, и выходной был обречён на провал.
А всё потому, что Тео позвонили в начале восьмого утра, и это уже было полным крахом, ведь по плану Лиама никто из них не должен был переходить в вертикальное положение раньше часа. Так вот, Тео позвонил Дитон, и угадайте что, вызвал его на работу в его выходной, выходной Лиама! Лиама лишили важной составляющей хорошего дня, и он был ужасно расстроен этим фактом. Он был зол на Дитона, за то, что у него больше нет сотрудников, которые могли бы заменить Тео, зол на придурошного водителя, которому просто, блять, необходимо было ехать куда-то в такую рань в священную субботу. Лиам был зол… нет, на собачку Лиам не был зол, она не виновата в том, что на неё налетел какой-то еблан на большой скорости. И куда бы он ни спешил, хуй теперь доберётся вовремя. Ну, хотя бы у него хватило такта отвезти собаку в клинику. Тео сказал, что собачка в тяжёлом состоянии, и от этого Лиам становился ещё более расстроенным и злым. Ведь это значит, что Тео будет грустить и стрессовать, если она не выживет, он всегда очень переживает за своих маленьких пациентов. И, блин, это совсем не то, что планировал Лиам, смерть собаки и грустный Тео в его планы не входили. Ну что за блядство? Как же ему хочется хорошенько ударить виновника аварии, а лучше переехать его на машине. Да, если собака умрёт, он так и сделает!
После быстрого ухода Тео, Лиаму так и не удалось заснуть вновь. Он пролежал морской звездой на кровати, вперив взгляд в потолок, несколько часов, мысленно жалея себя, а потом, плюнув на утреннюю гигиену, ведь день уже был испорчен, не до чистки зубов совершенно, Лиам спустился вниз, жаловаться маме, которая как раз собиралась готовить завтрак на кухне.
Сев завтракать с мамой: кофе и тосты (ничего сложного, у Дженны тоже выдалась запарная неделька, и она не хотела делать ничего, для чего потребуются хоть малейшие усилия, хотя бы в первой половине дня), с джемом, нутеллой и арахисовым маслом на выбор. Арахисовое масло, также известное как одно из любимых лакомств Тео, которое он сначала жутко ненавидел, но распробовав, стал чуть ли не поклоняться этой сладкой жиже. Всё арахисовое масло в доме принадлежало Тео. И заполучить доступ к нему ты мог только с разрешения данной помешанной особы. Правда, прикол окончательно вышел из-под контроля, когда Рейкен принёс домой солёное арахисовое масло, ну что за еретик!
Слава всем Богам и Богиням, сейчас перед Лиамом стояло сладкое, не кощунственное арахисовое масло, и он мог съесть столько, сколько захочет. Потому что рядом не было арахисового маньяка, который непременно остановил бы Лиама, если бы не захотел очистить свою душу, помогая маленьким бедненьким животным, что ж, удачи ему в этом. А Лиам будет есть тосты с арахисовым маслом и жаловаться маме на свою жизнь, но в основном на Дитона. Дженна с радостью поддержала разговор, и всю трапезу они провели, перемывая кости Дитону и восхваляя Тео. Жаль только, что Дэвид был на работе, он бы тоже нашёл что сказать по этому поводу.
Просто понимаете, родители Лиама прониклись большой симпатией к Тео и защищали его во всём. Поэтому Дитон, плативший Тео гроши, по их (и Лиама) скромному мнению, был для всей семьи Гейер/Данбар/Рейкен врагом номер один. Лиам Тео тоже сюда вписывает, хотя Тео никогда на Дитона не жаловался, но и не пресекал разговоры о нём, когда Дженна или Дэвид начинали говорить в его адрес нелицеприятные вещи. Змеёнышу просто нравилось, когда его жалели, и втайне он тоже был недоволен крошечной заработной платой, которой его «одаривал» друид.
Если что, Лиам не испытывал никаких негативных чувств от того, что Тео купался в любви его родителей. Если бы вы видели, как он выглядел, когда Дженна и Дэвид проявляли к нему искренний интерес, спрашивая, как прошёл его день или интересуясь его мнением по какому-нибудь вопросу, всегда внимательно слушая и подбадривая. А выглядел он, как подтаявшее масло, оставленное на кухонном столе или нет, как кот, которого гладят именно там, где ему нравится, чуть ли не мурлыча от удовольствия от того, что его полноценно приняли в семью и включили во все аспекты её жизни. Лиаму нравился такой Тео и то, что у него появились люди, которые принимают его без всяких НО. Особенно взрослые. Тео нуждался в родительских фигурах, которые всегда будут на его стороне. И которые смогут помочь в делах, с которыми справятся только родители. Лиам рад, что у этих троих возникла такая связь, даже несмотря на то, что и Дэвид, и Дженна были осведомлены о некоторых аспектах жизни Тео. Родители Лиама дарили всю любовь своему сыну, а Лиам не был жадиной, и совсем не против того, что теперь большая такая часть этой любви дарилась и Тео, которому это было просто необходимо.
После завтрака и обсуждения негативных качеств Дитона (обсирания его вдоль и поперёк), Лиам поднялся в свою комнату, с желанием застрелиться коротать время до прихода Тео, надеясь на то, что им ещё удастся вернуть этот день в безмятежное русло.
У Лиама было несколько вариантов, как убить время. Первый вариант заключался в уборке своей комнаты, что было весьма полезно и необходимо. Ведь с его графиком времени на уборку не находилось от слова совсем. Но Лиам не был дураком и убирать весь этот срач в одиночку не собирался, так как засирал он эту комнату точно не один.
Круто, наверное, держать свою комнату в чистоте, когда весь хлам можно сбагрить в комнату Лиама, где ты и находишься большую часть времени.
На всех поверхностях его бедной комнатушки валялись, не аккуратненько лежали, как в чьей-то аскетичной комнате, а именно валялись, вещи Тео. Раскрытые учебники, куча тетрадей с конспектами и эссе, все школьные принадлежности (ведь делать уроки можно только в комнате Лиама, ага, конечно) были хаотично разбросаны на полу, на столе, что-то, что Лиам не заметил и спал вместе с этим, на кровати. Большая часть гардероба этого «чистюли» тоже перекачивала сюда бесформенными кучами. Потому что, когда они собираются утром в школу, проспавши три часа от силы и безбожно опаздывая, Тео превращался в маленький смерч, а место его сборов превращалось в последствие этого самого смерча.
Вот вам и весь ваш хвалёный аккуратист.
Факт, не имеющий никакого отношения к истории: сейчас Лиам был одет в вещи Тео, в его шорты и футболку, которая, вообще-то, принадлежала Лиаму, но Тео экспроприировал её себе, а теперь Лиам экспроприирует её обратно, и шорты тоже, а нехер оставлять свои вещи не в своей комнате. Хотя если быть честным, то весь их некогда отдельный друг от друга гардероб стал общим гардеробом в комнате Лиама. Так что угроза об экспроприации шорт и футболки выглядела, мягко говоря, вообще ни о чём.
Но суть не в этом, а в том, что осмотрев ещё раз всю мечмалу валяющуюся в когда-то уютной комнатке, Лиам окончательно решил, что сам он точно не справится, и сразу приступил ко второму варианту — умоститься на кровати залипая в телефон — действенный способ, чтобы твоя жизнь время пролетело незаметно.
Проскроллив ленты всех социальных сетей в которых он был зарегистрирован (кроме твиттера, его день и без того был ужасен, окей), скинув Мейсону пару (десятков) смешных вайнов, которые тот никогда не смотрел, и парочку тупых вайнов Тео, который смотрел их всегда, но делал вид, что нет, и поняв, что это заняло не так много времени, как он рассчитывал, Лиам перешёл к тяжёлой артиллерии — своей любимой игре на телефоне Subway Surfers. Отключив звук в самой игре, он надел наушники и врубил на всю громкость музыку соответствующую его настроению, чтобы заглушить мысли об убийстве уебана, который сбил собаку.
И это помогло, он действительно отвлёкся, игра увлекала и не бесила после пары проигрышей, когда он шёл на рекорд, как обычно бывало, а музыка заглушала все шумы, которые могли только больше его разозлить, когда он был не в настроении. В общем, состояние Лиама постепенно близилось к удовлетворительному, день не становился лучше, но Лиам хотя бы не хотел разъебать всё вокруг себя.
Правда, похоже, у Лиама рак, но… стоп, стоп, стоп, давайте по порядку.
Лиам лежал на животе на своей кровати, как мы уже это поняли, достаточно длительное количество времени, Лиам не считал, специально, чтобы не сокрушаться, что Тео так долго нет, не вставая ни в туалет, ни попить, ничего, просто лежал в одной позе особо и не шевелясь, возможно, подрыгивая ногами в особо опасные моменты в игре или в такт музыке, когда играла особенно драйвовая песня. И, ну, у него зачесалась ягодица, ничего особенного, просто одна из многих частей тела, которые могут зачесаться. Лиам как раз проиграл очередной раунд и перед тем как начать новый, потянулся рукой, просунув её под штанину шорт, и почесал кожу ягодицы. И всё, правда, совершенно непримечательное дело, на котором не нужно заострять внимание, только… Лиам почувствовал подушечками пальцев какое-то новообразование на чешущемся месте, маленький шершавый участок, которого, Лиам готов поспорить, не было раньше.
Лиам развернулся, опираясь на локоть другой руки, задравши шорты и боксеры, оголяя пораженную ягодицу, но разглядеть ни черта не смог, пятно находилось не в поле его зрения. Тогда Лиам стал извиваться, пытаясь наклониться ещё больше, всячески сминая ягодицу, чтобы разглядеть причину своей скорейшей смерти. Лиам был сосредоточен только на своей проблеме, но краем глаза успел уловить какое-то движение у двери. В панике подняв голову:
— БЛЯТЬ, — громко заорал Лиам, подпрыгнув на кровати.
Перед ним стоял Тео, собственной персоной, размахивал руками, почему-то хлопая себя по ушам, что-то говоря, ну, по крайней мере, рот его очень активно двигался, будто он говорил, только Лиам ничего не слышал, что ж, похоже, что рак на его заднице уже добрался до его мозга.
Тео подошел ближе и вынул из ушей Лиама наушники, которые чудом не слетели после его извиваний. Чёрт, Лиам уже успел забыть, что песня Linkin Park — Crawling не саундтрек его жизни играющий на фоне. Рак точно поразил важный отдел его мозга.
— Какого хера ты так громко слушаешь музыку, я её с улицы слышал, не напрягая слух, — возмущался Тео. От него пахло медикаментами, собачьей шерстью, кровью и лёгким раздражением, но не грустью, которой тот обычно воняет, когда его пациенты умирают.
— Привет, — с облегчением сказал Лиам, пропуская мимо ушей беспочвенные доёбы, наблюдая, как Тео садится на край кровати, беря в руки телефон Лиама.
— Привет, — ответил Тео, вырубая музыку, всё ещё доносящуюся из наушников.
— Ну, что, как собака?
— Должна справиться, она сильная. Её привезли с внутренним кровотечением, пришлось делать операцию, ещё и передняя лапа сломана. Повозились мы с ней конечно. — Тео провёл рукой по волосам, продолжая, — за ней нужен постоянный присмотр, хотя бы в первые дни. Дитон остался в клинике, но вечером мне нужно его сменить.
Ох, как же Лиаму сейчас хотелось ляпнуть что-нибудь гаденькое в сторону Дитона, но он не стал удовлетворять своё желание, ведь Дитон, к сожалению, был не главным злодеем в этой истории.
— А что же тот собакоубийца?
— Еблан уехал, но обещал приехать проведать.
— Не врал?
— Ну, от него разило таким испугом и чувством вины, что мне хотелось прикрыть нос, да и сердцебиение его не сбилось, так что должен приехать. Я хочу заставить его забрать собачку к себе домой, за ней нужен будет уход, чтобы хорошо восстановиться, а она явно бездомная.
— Пусть только попробует не взять её, я его придушу, — проворчал Лиам. — Я поеду с тобой.
— М? — Тео отвлёкся от собственных мыслей.
— В клинику вечером, не одному же тебе куковать.
— А, ну да, хорошо. Блять, как же я хотел отдохнуть сегодня, — пожаловался Тео, ложась поперёк кровати, раскидывая руки в стороны, пальцами правой чуть касаясь стопы Лиама, сам Лиам уселся, облокотившись на спинку кровати.
— Да, я тоже, а что насчёт воскресенья?
На воскресенье у них тоже были планы. Правда, более активные, чем в субботу. Тео очень хотел побегать волком по заповеднику. Он так давно этого не делал… Полностью обратиться, отдаться инстинктам, ощущать всё совершенно по-другому, чувствовать окружающий тебя мир всем своим существом, бегать сломя голову вывесивши язык по всему лесу, играть с Лиамом в прятки и догонялки. Когда Тео в человеческом обличии, он всегда говорит Лиаму, что он не какая-нибудь псина и не будет изображать из себя хорошего мальчика и играть с Лиамом в лесу, если Лиам пойдёт с ним. Но они оба знали, что как только Тео трансформируется, сразу же игриво кинется на Лиама, а после убежит, слушая, как Лиам пустился догонять его. Они не часто так делали, далеко не всегда Тео брал Лиама с собой в заповедник на волчью пробежку, отдавая предпочтение уединению. Но всегда после таких игр он, раскрасневшийся, довольный, смотря на такого же Лиама, чувствовал себя так, как не чувствовал никогда до этого — счастливым мальчиком подростком, который мог делать то, что приносило ему удовольствие, с мальчиком, который ему нравился, зная, что никто и ничего с ним за это не сделает. Именно в такие моменты, лёжа на траве уже одетый, переводя дыхание, он чувствовал, что может делать вещи, которые ему нравились, не боясь наказания. Он чувствовал себя свободным.
— Не знаю, нам придётся оставаться в клинике всю ночь. Утром Дитон должен нас сменить, и если состояние собаки не ухудшится, думаю, мне не нужно будет дежурить следующей ночью, — сказал Тео, смотря в потолок, его пальцы всё-таки добрались до стопы Лиама и отбивали какой-то странный ритм. — Только не думаю, что у нас будут силы на пробежку, — добавил он.
— Мы можем отоспаться днём и устроить ночную пробежку, — предложил Лиам.
— Не боишься? — Тео повернул голову в его сторону.
— Тебя? — спросил Лиам с улыбкой.
Вообще-то в Бейкон Хиллс есть объективно хуева куча хтони, которую стоит бояться по ночам, но разве это волнует двух вервольфов? Кхем-кхем… химеру и вервольфа.
— Меня. Не боишься, что серенький волчок откусит твой соблазнительный бочок? — сказал Тео, отражая улыбку Лиама.
— Неа, — ответил Лиам, поднимая ногу, до которой доебался Тео, утыкаясь пяткой тому прямо в лицо. Тео тут же схватил его за лодыжку, притягивая ближе к себе.
— Очень по-взрослому, волчонок.
— Волчонок? По-моему не я только что изображал из себя волка, покусившегося на бочок приличного мальчика.
Лиам скатился со своего места, устраивая обе ноги на груди Тео, а голову на подушках. Тео переместил свою руку с лодыжки Лиама на его колено, продолжая отбивать всё тот же странный ритм. Лиам узнал ритм песни играющей у него в наушниках, когда Тео зашёл и застал его за…
— Так что это было? — будто читая мысли, произнёс Тео, нарушая мирную паузу, возникшую между ними. — Йога? Или какая-то секс практика, о которой я не знаю? — Как будто Тео знал хоть какую-нибудь секс практику.
— Ты должен это увидеть и сказать мне, — при этих словах Лиам вскочил, не обращая внимания на немного ошарашенного Тео, повернулся к нему спиной, встав на колени, оголяя свою многострадальную ягодицу, нащупывая пятно. — Посмотри и скажи, что это. — Нащупав, Лиам открыл доступ к новообразованию.
Не услышав ничего в ответ, Лиам чуть повернул корпус к Тео.
— Почему ты молчишь? Это что-то серьёзное?
— Лиам, — сказал Тео, голосом, лишённым всяких эмоций. Он сел на кровати, чтобы лучше рассмотреть задницу Лиама. — Это родинка.
— Не может быть, это что-то мерзко шершавое на ощупь, попробуй. — Не дождавшись ответа, Лиам схватил ладоть Тео и прижал его большой палец к пятну. — Чувствуешь? — Лиам полностью руководил пальцем Тео, поглаживая собственную задницу.
Тео кажется, или для тех, кто не находился в романтических или сексуальных отношениях, они были очень близки?
— Да, Лиам, чувствую, но это всё ещё родинка.
— Но она на ощупь не такая как другие мои родинки, попробуй.
Лиам показал взглядом на родинку на плече, там, где заканчивался рукав футболки. Тео полез к ней другой рукой, не пререкаясь, уже без помощи Лиама, его руки были заняты, одна всё ещё держала ладонь Тео у себя на ягодице, а вторая задирала шорты и боксеры.
— Ну да, она на ощупь не такая, — всё так же безэмоционально ответил Тео, потупив взгляд.
— Вот видишь, — торжественно объявил Лиам.
— Но это не имеет значения. Родинки бывают разные, могут быть гладкими, шероховатыми и отличаться по цвету, — спокойным тоном Тео попытался втолковать эту информацию в голову Лиама, чтобы тот отпустил его уже, наконец. Ну, и прикрыл свою задницу.
— Цвету? — взвизгнул Лиам.
— Да, она светлее.
— Почему ты мне сразу не сказал?! — возмутился Лиам.
— Потому что говорю об этом сейчас. — Тео начинал раздражаться, он попытался отстранить руку от задницы Лиама, но паникующий гадёныш только крепче сжал её.
— Это рак?
Обескураженный Тео перестал вырываться, оставив всё как есть.
— Что? Нет! Почему именно рак?
— Ну, знаешь, когда пытаешься определить болезнь по интернету, гугля симптомы, всё обязательно сводится к раку.
— Какие симптомы у тебя вообще могут быть? Ты оборотень, ты не можешь заболеть.
— Во-первых, я делал это до того как стал оборотнем, во-вторых…
— Нахуя ты вообще пытался поставить диагноз в интернете, твой папа врач! — перебил его Тео.
— Простое любопытство, Теодор. Во-вторых, мы, «всемогущие оборотни», можем сдохнуть от цветов и смесей трав, так почему бы нам и от рака не помереть?
Тео прищурил глаза.
— Лиам, это не рак сто процентов, это не лишай, не аллергия, не псориаз и не любое другое кожное заболевание, это простая родинка, хоть и не типичная, поверь. Да, мы можем «сдохнуть от цветов и смесей трав», но от таких болезней мы точно защищены.
— Точно?
— Точно.
— Точно? Точно?
— Лиам.
— Точно? Точно? Точно? — Теперь Лиам просто издевался. Тео испустил драматичный стон и уткнулся лбом ему в спину.
Представьте себе картину. Лиам Данбар, стоящий на кровати на коленях, прикладывал ладонь парня к своей оголённой заднице. Тот самый парень, Теодор Рейкен, держащий другой рукой Лиама за плечо и уткнувшись ему в спину, издавал громкий стон. И Мейсон Хьюитт, который смотрел на это всё с открытым ртом, стоя в дверном проёме.
— Ебааать, — воодушевлённо произносит он.
Мейсон не может этого слышать, но сердца обоих парней замирают, а их тела, напротив, молниеносно отскакивают друг от друга, поворачиваясь к источнику звука.
— Ой, блять, простите, не хотел вас отвлекать, — тараторит Мейсон, разворачиваясь для побега.
***
— Тебе же нравится Тео? — Ну, да, — устало бормочет Лиам, пытаясь локтями расчистить путь в переполненной столовой к столику, за которым его и Мейсона ждал Кори. — Прям сильно нравится. — Это уже утверждение, а не вопрос. Лиам спотыкается о ногу какого-то чувака, чуть не опрокинув поднос с едой, чертыхается, зло смотря в спину виновника. И пока он совершал ошибку, стоя на одном месте в гуще толпы, на него налетело ещё несколько людей, послав его нахуй за то, что он не даёт им пройти. Это точно столовая в старшей школе Бейкон Хиллс, он случайно не телепортировался на одну из улиц Нью-Йорка? Лиам никогда не был в Нью-Йорке, но по телеку говорят, что там невозможно не спешить и периодически не сталкиваться лбами с такими же спешащими людьми. А ещё говорят, что на улицах Нью-Йорка воняет мочой. Их столовка пока в этом выигрывает. — Ты влюблён в него, — продолжает Мейсон, не замечая ожесточённой борьбы Лиама. Конечно, ведь он идёт прямо за ним и ему не нужно самостоятельно никого распихивать, для этого у него есть живой щит Лиам. — К чему ты клонишь? — Лиам не понимает, что от него хочет его друг. Он прекрасно знает, что Лиам влюблён в Тео, и ему не нужно задавать такие вопросы в месте, куда Тео со своим волчьим слухом должен скоро прийти. — Это был твой план? Чтобы он подержал тебя за задницу? У Лиама нет слов. Вот таким он выглядит в глазах лучшего друга? Аморальным типом, обманом заставляющий парней трогать его за задницу? — Какого хуя, Мейсон? — орёт Лиам, даже не поворачиваясь к нему. Он не будет мешкать, и совершать ту же ошибку дважды, тем более они уже почти пришли. И какого дьявола Кори так далеко забрался? — Я просто хотел, чтобы он проверил, всё ли со мной в порядке, мы же объясняли тебе. Да, они точно объяснили всё Мейсону. Когда поймали его сбегающим по лестнице и повторяющим: «Я ничего не видел, продолжайте». Лиам визжал: «Мы не занимаемся сексом», а Тео орал: «Этот придурок думал, что у него рак жопы». В это же время Дженна, сидевшая в гостиной и прекрасно слыша каждый их возглас, даже бровью не повела, продолжая читать свой любимый роман. Это было далеко не самое странное, что она слышала в этом доме: «Мам, пап, я оборотень, а это Тео, химера и бывший психопат-убийца, который будет жить с нами. А, и ещё нас только что чуть не убила орава разъярённых людей и тысячелетний дух, который вызывал страх, но мой альфа, Скотт, выколол себе глаза и уничтожил его, а мы с Тео обезвредили охотников, так что всё в порядке, ну, мы пошли спать, спокойной ночи». Теперь абсолютно всё, что вылетало изо рта её сына или его друзей не могло побить этот монолог по степени абсурдности. — Боже, Лиам, это как тот случай с яйцами? — С какими яйцами? Конечно, им нужно было подойти к Кори именно в этот момент. Мейсон протиснулся мимо Лиама к своему парню, спешно чмокнув в губы, усаживаясь рядом. Лиам с недовольной гримасой сел напротив. — С моими яйцами. — И что же с твоими яйцами? — Какая всё-таки светская беседа у них получается, спасибо Кори. — А ничего, с его яйцами всё абсолютно в порядке, — ответил вместо Лиама Мейсон. — А знаешь, дорогой, откуда я это знаю? Он буквально ворвался ко мне в дом, вереща о вопросе жизни и смерти… — Я не верещал. — Верещал. А потом спустил передо мной штаны, умоляя посмотреть на его яйца. — Я просто хотел убедиться, что с ними всё в порядке. — А почему ты решил, что с твоими яйцами что-то не так? — Кори было действительно интересно. — Потому что мои яйца ассиметричные. Кори не ответил, он и Мейсон смотрели куда-то за спину Лиама, на кого-то за спиной Лиама. На кого-то, чей насмешливый прищуренный взгляд Лиам ощущал на себе. — Нолан, дружище, пойдем, обговорим наши важные темы где-нибудь в другом месте, тут явно не до них. Не то чтобы Тео был удивлён, что Лиам обсуждает свои гениталии с друзьями за обеденным столом, но сейчас у них действительно есть более важные темы для обсуждения. Например, объявившиеся охотники. Да, блять, именно они. Именно из-за них Мейсон тогда и ворвался в комнату Лиама, прерывая их ебанутый контакт. Нолан, прости Господи, увидел на улице тачку, принадлежащую прихвостню Монро, Нолан хорошо запомнил эту тачку, он в ней катался вместе с тем самым прихвостнем за рулём. Самого охотника (Джейкоб, так его зовут), Нолан не видел, он, скорее всего, был в магазине, возле которого и была припаркована машина. Нолан не удосужился проследить, сразу свинтившись в безопасное место, звоня Мейсону и спрашивая, достаточная ли это причина, чтобы потревожить отдых Лиама и Тео (Лиам накануне раздал всем указания не тревожить их без веских причин). Блять, Нолан, как ты думаешь, появление в городе близкого к Монро охотника, это достаточно веская причина, чтобы напрямую позвонить заместителю альфы не теряя времени? И когда там, на лестнице, ещё в доме Лиама, они смогли вразумить Мейсона, он рассказал им об этом, а уже в пикапе, направляясь к месту, где Нолан видел тачку, Лиаму позвонил Арджент и поведал, что один из бывших складов охотников, куда Крис периодически наведывался, выглядел так, будто там побывал кто-то посторонний. Короче говоря, их с Лиамом идеальные выходные перемололи в блендере и вылили получившуюся субстанцию в унитаз. Поэтому, собственно, Тео и терпел компанию Нолана всю дорогу от кабинета французского, где у них был совместный урок, до столовой, обговаривая с ним теории, где мог прятаться охотник, если он ещё не успел уехать из города. Потому что, конечно, когда они приехали к магазину, машины уже не было, и они не смогли отследить её по запаху, а на склад, за которым они все теперь наблюдали круглосуточно (сейчас была очередь Арджента), никто так и не явился. С этой беготнёй по городу, Тео так и не удалось съездить в клинику, Дитон взял весь уход за раненой собачкой на себя. Сегодня по графику у него была смена после уроков, так что беготнёй по городу и слежкой за складом будут справляться без него. Может быть, подключат Алека, а то чего он прохлаждается, пусть помогает стае, которая его приютила. Именно это, Тео думал, и будут обсуждать остальные, когда Тео и Нолан присоединятся к ним. План поиска охотника и распределение обязанностей, а не, блять, яички Лиама. — А ну сел быстро сюда, — сказал Лиам, не оборачиваясь к Тео. Забавно было слышать, как Тео называет Нолана, которого откровенно недолюбливал, «дружищем», и ещё более забавно видеть ошарашенное этим прозвищем лицо Нолана, садящегося напротив. — Лиам, ассиметричные яйца это нормально. Люди в целом по своей природе ассиметричны, — как ни в чём не бывало, продолжил Мейсон. Тео на это только покачал головой, эти дурачки невыносимы. — Я знаю, блин, но я хотел убедиться, что мои яйца нормально ассиметричны, а не странно ассиметричны, понимаешь? — гнул своё Лиам, не обращая внимания на подёргивания Тео. — Ага, а знаете, почему он обратился именно ко мне? — Потому что ты мой лучший друг. — Он сказал, — Мейсон не обратил внимания на попытку Лиама, — что я, как гей, видел огромное количество яиц и смогу невооруженным взглядом определить, что с его яйцами что-то не так. «Как специалист». Что, кстати, не соответствует действительности, не так уж много я и видел их. Вживую, так точно. Порно я не считаю. — Почему нет? — спросил Нолан. — Ты уже был оборотнем, когда тебе взбрело это в голову? — задал действительно важный вопрос Тео. — Да, но… — Тогда ты вообще не должен был переживать о своих яйцах, с ними все нормально, ты, блять, полностью здоров. — Переживания Лиама о своём здоровье встали поперёк горла Тео ещё с позавчерашнего дня. — Я. просто. хотел. убедиться. — Лиам уже пожалел, что ввязался в этот разговор. — Я думал вдруг у меня какая-то врождённая патология, волчья регенерация не смогла бы с нихуя вырастить мне яйцо нужного размера. — Ты просто параноик, Данбар. — Иди нахуй, Тео! И это вообще был секрет, — пробурчал напоследок Лиам, прожигая недовольным взглядом Мейсона, который и начал всё это. — Лиам, я ещё раз повторяю, с твоими яйцами всё абсолютно нормально. — Ну а что Мейсон ещё может сказать? Пусть он и начал это, но Лиама никто не заставлял продолжать. — Я понял, мы разобрались с этим в прошлый раз, это больше не проблема, хватит повторять. — Ну, вот и славно, у нас тут обед, вообще-то, и разговоры о твоих яйцах не придают мне аппетита. Мейсон, Лиам и Тео так и не притронулись к своим тарелкам, увлёкшись разговором. Кори и Нолан же полностью погрузились в свою еду, но это не мешало им слушать захватывающую историю оказавшуюся секретом, который сам Лиам и растрепал. — Почему? Ты ведь… — начал Лиам. — Лиам Юджин Данбар. Если ты сейчас скажешь «ты ведь гей», я ударю тебя так сильно, что твоя волчья регенерация тебе не поможет. Если я гей, это не значит, что я готов слушать про мужские гениталии постоянно. Тебе, натуралу, будет приятно, если я раз в пять секунд буду говорить тебе в лицо, — Мейсон через стол наклонился к Лиаму ближе, — вагина, — ближе, — половые губы, — ещё ближе, — клитор. — Ладно, ладно, — рассмеялся Лиам, толкнувши Мейсона в лоб ладонью, чтобы тот сел обратно. — Я не хотел говорить «ты ведь гей», я хотел сказать, что ты первый упомянул о моих яйцах за столом полным еды, — резонно заметил Лиам. — И я не натурал, и ты это прекрасно знаешь. И, если честно, упоминание любых гениталий не мешает моему аппетиту, но если вас это так задевает, то всё, я затыкаюсь. — После этих слов Лиам действительно заткнулся, молча ковыряясь вилкой в жиже, которую здесь почему-то называли рагу. Конечно, Мейсон знал, что Лиам не натурал, ещё раньше самого Лиама, он без понятия, почему ляпнул эту ересь, иногда, когда Лиам несёт полную чушь, Мейсон начинал вести себя ему под стать. Но глядя на Тео, который выглядел так, будто у него случилось короткое замыкание в мозгу, Мейсон понял, что ляпнул не зря. — Ты не натурал? — потерянно спросил Тео. — Да… — подозрительно ответил Лиам. — А кто тогда? — Бисексуал, ты не знал? — Этого не может быть. — Нет… — Может. Бляяять… Лиам был уверен, что до Тео дошло. Понимаете, он очень, очень, ОЧЕНЬ, нравился Лиаму, но Лиам никак не мог определить, нравился ли ему в ответ. Он чувствовал, что занимает особое место в жизни Тео, но всё было так запутано. Лиам не понимал, Тео хорошо относится к нему только из-за того, что Лиам вытащил его из ада, считает его другом или всё-таки рассматривает как потенциального партнёра (по отношениям и сексу, не партнёра по драке с охотниками, такими партнёрами они уже являлись). И, несмотря на то, что он очень хотел романтических отношений с Тео, терять его как друга он не хотел ещё больше. Поэтому не признавался ему напрямую. Но всячески давал понять, пространными разговорами и намёками, что ему нравятся парни, для того, чтобы Тео знал, что если Лиам ему нравится, то он, как парень, которые нравятся Лиаму, может действовать. Лиам думал, что донёс эту информацию довольно доступно. Как оказалось, это совсем не так. — Но ты ведь встречался с Хейден. — Тео явно находился сейчас в ступоре. Мейсон, Кори и особенно Нолан с упоением наблюдали за ним. Нечасто они могли видеть Тео поставленного в тупик. — Ну, смысл бисексуальности как раз в том, что тебе нравятся и девушки и парни, — осторожно, будто раненому животному, Лиам пытался донести до него суть. — Но ты не встречался с парнями. — Тео точно перемкнуло. — Пока нет. Но я знаю, что они мне тоже нравятся. Тео молчал, смотрел на Лиама, перевёл взгляд на троицу напротив, которые, также молча, смотрели в ответ. А потом просто начал есть свою порцию, потупив взгляд в тарелку, больше не обращая ни на кого внимания. Лиам быстро переглянулся с друзьями, остановился на Мейсоне, мысленно приказывая ему молчать, Мейсон ухмыльнулся, но ничего не сказал, хотя и было что. Сохраняя молчание, ребята продолжили обедать. Какое-то время за их столиком было слышно только бряцанье вилок, теряющееся в общем гомоне столовой. Но, видимо, шторм, бушевавший в голове Тео, пока он напряжённо жевал свой безвкусный рис, запивая соком, немного утих, и он задал вопрос: — В щенячьей стае есть хоть один натурал? — Лиам хотел придушить Стайлза за то, что он придумал это название. — Алек, скорее всего, — ответил Кори, — по крайней мере, пока я слышал от него только воздыхания по девчонкам. Кстати, — Кори скривился, — в пятницу я видел, как он, если это можно так назвать, флиртовал с какой-то девочкой. — Это было так плохо? — спросил Мейсон. — Ох, на это было больно смотреть. — Глупенький наш малыш, нам, как старшему поколению, нужно его обучить, а то он так и останется девственником. Шестнадцать лет, пора бы уже и того. Интересно, как бы Мейсон отреагировал, если бы узнал, что рядом с ним сидит двадцатилетний девственник? — А что девчонка? — спросил Лиам. — Бедняжка стояла и не знала что делать, такое ощущение, что она готовилась вытащить из сумки перцовый баллончик. — Я надеюсь, ты остановил этот позор? — Да, увёл Алека и прочитал ему лекцию о флирте. — Молодец, дорогой. Надо с ним поработать, как следует. — Я натурал. Естественно, Нолану просто необходимо быть нелепым и открыть свой рот, когда эта информация была совсем некстати, они уже сменили тему на такого же нелепого щенка, и Тео хотел сказать кое-что очень смешное в сторону Алека, но Нолан его перебил. Тео повернулся к нему с вертящимся на языке оскорблением, за которое он бы обязательно получил от Лиама, но открыв рот, пришло осознание: — Подожди, в смысле ты натурал? Разве вы с Гейб…ауч… — Получив ощутимый толчок, Тео захлопнул рот, зыркнув на Лиама, Лиам насуплено смотрел в ответ. Он не хотел поднимать тему умерших и портить настроение Нолану, тот и так в большинстве случаев нахождения рядом с Тео нервничает. Но это не отменяет того, что он с Тео полностью согласен. Какого хуя? Натурал? Лиам, как и Тео, считал, что этот безобразный агрессивный тандем Нолана и Гейба был насквозь пропитан гомоэротизмом. Иначе, почему Нолан шёл на поводу у Гейба, хотя его явно не особо впечатляла вся заварушка, в которую они вляпались. Или почему Гейб так отчаянно выгораживал Нолана перед остальными охотниками, хотя очевидно Нолан недотягивал и откровенно трусил. Крепкая дружба? Не смешите, определённо секс! Лиам достаточно подробно обсосал эту тему с Тео. И пришли они к общему мнению: либо они трахались, либо нет, но отчаянно хотели, причём оба. Не то чтобы Лиам и Тео обсуждали людей за их спинами. Ладно, обсуждали, всех, не только друзей. Лиам наконец нашёл себе такого же сплетника, как и он сам. Мейсон тоже любил разносить всякие слухи и сплетни, но главное различие между ним и Тео было в том, что Мейсон просто доносил информацию, типа: «Прикинь, Лесли переспала с парнем своего брата». Сухой факт, возможно приправленный каким-нибудь восторженно-поражённым выражением лица из арсенала Мейсона и всё, дальше он сразу же переходил к другой теме разговора, не удосуживаясь узнать мнение Лиама на этот счёт. Тео же… Он разбирал сплетню на атомы, препарировал каждого участника драмы докапываясь до сути, да и просто откровенно всех обсирал. Вставлял своё мерзкое мнение по любому поводу, не заботясь о чувствах других. Конечно, ведь изливал он все эти помои только Лиаму, с Лиамом на пару, потому что он был точно таким же. Иногда ему было сложно иметь дело с всё принимающим Мейсоном и его девизом: «Каждый дрочит на что хочет». Ну не мог он понять, почему то, что сделала Лесли, это не так уже и страшно, а парень её брата просто не мог определить, кто из сиблингов нравится ему больше. Серьёзно? По его мнению, и мнению Тео, парень этот просто мудак, не умеющий в моногамию и держать свой член в трусах, а Лесли просто обыкновенная шма… кхем… ну, в общем, имелась у Лиама такая токсичная черта, как говорил Мейсон, и у Тео она имелась тоже, что делало его просто идеальным собеседником для Лиама. Потому что он никогда не говорил: «Ли, ты перегибаешь, в этом нет ничего такого». Обычно он говорит: «Ты слишком мягок Данбар, я думаю за такое можно и челюсть сломать». Два токсика, которые на все сто процентов были уверенны, что Нолан любил Гейба. Хотя, может быть, он это даже не осознавал, а теперь Гейб мёртв, и уже нет смысла разбираться в своих чувствах к нему? Нужно будет обязательно обсудить это с Тео, когда они останутся вдвоём. — Я натурал, — повторяет Нолан, чувствуя неловкость. — Да, хорошо Нолан, вот, среди нас уже два натурала, — спасает ситуацию гаденький голос Мейсона. Потому что, хоть он и думал, что Нолан точно был влюблён в Гейба, сейчас его интересовало другое. — А кто ты, Тео? — В смысле? — Твоя ориентация? Ты натурал? Или может быть би? Гей, пансексуал или кто-то ещё? Не помню, чтобы ты когда-нибудь делился с нами этой информацией. Как же Мейсона достали эти двое. Он был уверен, что поседеет раньше, чем они признают свою тупость и поцелуются. Лиам каждый день ныл Мейсону о его невзаимной влюблённости в Тео. Невзаимной? Только самый глупый человек сможет назвать эту влюблённость невзаимной. Знаете, что сказал Стайлз, когда увидел эту парочку после победы над Анук-Ите? «Ладно, вы не рассказали мне, какая херня творится в городе, но то, что Лиам и Рейкен трахаются могли бы и намекнуть. Я вам этого никогда не прощу». А они не трахались тогда и не трахаются до сих пор. Серьёзно, буквально все в их окружении видели, с какой тоской и обожанием они смотрят друг на друга. Даже Скотт, после некоторых растолковываний, но всё же понял, что отношения его маленькой беты и бывшего врага выходят далеко за рамки дружбы. Все видели, что творилось между ними, все всё понимали, кроме Лиама и Тео, конечно же. Эти двое были примером того, что происходит с людьми, которых часто били по голове. Они перестают замечать очевидное. Лиам наотрез отказывался верить Мейсону, который пытался вталдычить в его многострадальную головушку простую истину: то, как Тео к нему относится, не укладывается в стандартный пакет дружбы. Но Лиам только страдальчески отфыркивался: «Бла, бла, Тео не знает, как дружить, я его первый друг, бла, бла, я даже не знаю нравятся ли ему парни, он не признаётся, бла, бла, бла». Хорошо, Мейсон собирался сам выяснить это у Тео и поговорить с ним об очевидных чувствах к Лиаму, надеясь, что до Тео достучаться будет намного проще. Как же Мейсон ошибался. Этот крысёныш, мало того, что тупо слился с их разговора, так ещё и Лиаму нажаловался. А этот «рыцарь» сразу же прибежал к Мейсону и стал возмущённо защищать честь и достоинство своей крысиной принцессы: «Мейсон, он стесняется обсуждать с тобой личную жизнь», «Не трогай его своими доёбами, Мейсон», «Мы и без тебя разберёмся, Мейсон». Разберутся без Мейсона?! Ну что ж, удачи! Без Мейсона они могут разве что продолжать держать язык за зубами и морозиться друг от друга, пока Лиам не найдёт себе девушку (японку, Мейсон прям видит, что она японка), отчаявшись добиваться (хотя он этого не делал) Тео. Женится на этой безымянной японке, она родит ему дюжину детей, а Тео в это время залезет в какую-нибудь нору, и никто ничего не будет о нём слышать. Пока однажды, когда им будет где-то за девяносто, и у Лиама будет за плечами орава внуков, правнуков и неудавшийся брак, а Тео вылезет из своей норы на один день — они встретятся и: «А ведь знаешь Тео, я ведь всё время любил только тебя». «Лиам, я ведь тоже, всё это время, любил тебя и только тебя». Потом они, НАКОНЕЦ, целуются и занимаются сексом своими дряхлыми старческими телами. А на следующий день умирают. Оба. Ибо нехуй. Вот на что они способны без помощи Мейсона. Лиам даже не смог нормально рассказать Тео о своей бисексуальности, о чём вообще может идти речь? Хорошо, что Мейсон незлопамятный, и он не хочет такого трагического конца для своих друзей-недоумков. Поэтому, возможно, если сейчас ему удастся выудить из Тео хоть какую-нибудь информацию о его ориентации, ему будет проще заставить Лиама действовать. Хотя, кого он обманывает? — Это конфиденциальная информация, — с елейной улыбкой отвечает Тео. — Что? Почему? Тебе трудно сказать? — Мейсон сейчас просто ёбнется. — Это конфиденциальная информация, — повторяет чёртов упырь. — Ты стесняешься? Или просто ещё не определился? — Мейсон собирается давить до конца. — Это конфи… — Он просто мудак, который пытается выглядеть таинственно, — вставляет Лиам. Он, честное слово, уже пытался вывести Тео на подобный разговор, но тот всегда отвечал только этой тупорылой фразочкой. И пакостно улыбался. Вот прям как сейчас. Мейсон, чтобы не взорваться от злости, просто утыкается в свою еду, на сегодня (и на всю оставшуюся жизнь) с него хватит, и Тео, и Лиама, и их недодружбы-недоотношений. Всё. ЗАЕБАЛИ. Окончательно. Мейсон пытался. Пусть теперь действительно разбираются сами! Их стол снова погрузился в тишину. Каждый спешил расправиться со своей порцией до звонка на урок, который должен был совсем скоро прозвенеть. — Лиам, — позвал Тео, доевши. — Чего? — ответил Лиам с набитым ртом. — Мы ведь друзья? Если и было что-то красноречивей плаката во всю стену с красной надписью «френдзона», то только это. — Да, — всё же ответил Лиам, даже не заплакав. Как он уже говорил, дружба с Тео была для него намного важнее. Они оба сделали вид, что не заметили, как Мейсон застонал, Нолан подавился, громко закашляв, а Кори начал с силой хлопать его по спине. Это трудно было не заметить, конечно, но они постарались. — Если мы друзья, то ты можешь в любой момент обратиться ко мне за помощью, понимаешь, — пауза, — я всё-таки преувеличил всемогущество нашей волчьей регенерации. Я собственноручно не проводил исследования, справляется ли она с раком или другими смертельными для человека заболеваниями. Так что, думаю, твои яйца стоит проверить ещё раз, мало ли что. Я с радостью выручу тебя и осмотрю. Ну, если Мейсон не хочет больше этого делать. — Тео заговорщически улыбается, пожимает плечами, а потом, как ни в чём не бывало, допивает свой сок. Немая сцена. Всего на мгновенье, а потом: — Да, спасибо тебе, сразу видно, что ты настоящий друг, в отличие от Мейсона, — говорит Лиам, смотря на Тео и не замечая, каким взглядом одарил его Хьюитт. — Знаешь, я давно их никому не показывал, вдруг у меня всё-таки опухоль, а я даже не заметил? Тут нужен только взгляд со стороны. Буду благодарен за помощь, в любое время, когда тебе удобно. — Обращайся, я могу полностью осмотреть тебя, вдруг мы найдём ещё какие-нибудь странные родинки, это тоже опасно. — Спасибо тебе большое, ты такой хороший, всегда поможешь. Да, а можешь заодно и мой член посмотреть, вдруг с ним тоже не всё в порядке, я волнуюсь. — Думаю, я обязательно увижу его, когда буду осматривать твои яйца. — Да, конечно, просто удели ему особое внимание, хорошо? — Обязательно. — Какого хуя? — шепчет Мейсон, наблюдая за… он даже понятия не имеет за чем он, собственно, сейчас наблюдает. — Они… они так…флиртуют? — осторожно спрашивает Нолан, такой же обескураженный, как и Мейсон. — О нет, — тихо говорит Кори. — Алек пытался флиртовать точно также. — Мейсон и Нолан тут же повернули к нему головы с расширенными от страха глазами. — Ну, не конкретно, он не просил осмотреть его член, но это было так же топорно и очень тупо. — Бедный мальчик, нам нужно срочно взять его под своё крыло, пока он не наделал глупостей. А с этими, — Мейсон посмотрел в сторону Лиама и Тео, он потерял нить разговора, но, похоже, они обсуждали разные смертельные болезни, симптомы которых можно увидеть на гениталиях, и как важно показать их кому-нибудь, пока не поздно. Боже. О-М-Е-Р-З-И-Т-Е-Л-Ь-Н-О. — Им уже ничего не поможет. — По крайней мере, они нашли друг друга. Оба отвратительны и обоим это нравится. Да, Нолан, и не поспоришь. Вскоре после этой странной истории, Тео и Лиам стали парой. Слава Богу. Мейсон не имеет ни малейшего понятия, как они в итоге признались друг другу (Лиам тщательно скрывает, будто это какая-то сокровенная тайна; нахватался глупостей от своего парня придурка), но он рад, что его прогноз не оправдался, и им не понадобилось семьдесят лет, чтобы начать встречаться. Аллилуйя, братья и сёстры, просто, блять, аллилуйя.
