Весы, или "я снова лейтенант!"...

—Так, Лисицын!—Соколова залетает в кухню посреди ночи, застав искусную картину. Константин Львович, бравый майор полиции сидел за столиком и грыз котлеты из контейнера в два часа ночи. —Ну всё, попал...—прошептал сам себе майор. —Я что-то прикола не выкупила,—начала девушка, подняв взгляд вверх,—ты чего тут сидишь? —Я? Ем...,—Константин кивнул на котлету и на ее глазах откусил ее. —Так, всё, мне это надоело. Лисицын, быстро убери еду, пока я её в окно не выкинула,—ее тон повысился и Константин не стал испытывать ее терпение и повиновался,—С меня достаточно. Мне что, холодильник на ночь на замок запирать? Костя виновато опустил глаза. —А, ты же у нас и замок вскроешь... Значит так, завтра выходной. Идёшь со мной на пробежку с утра,—с этими словами Юля выстрелила в мужчину гневным взглядом,—Даже не я, а ты сам себя откормил, Лисицын. Ты скоро в свой пиджак не влезешь, он итак уже по шву пошёл,—Соколова рвала и метала, но Костя точно видел в ее глазах влагу. Конечно, она не переживает за его внешний вид. Она переживает за его здоровье. Перевес – это не только внешне, но и внутренне может оказывать большие неудобства. Она не потерпит если с его здоровьем что-то случится, и Костя это знал. Мужчина снова опустил глаза в стол. —Выключай свет и спать, быстро,—девушка вышла из кухни по направлению к спальне. Лисицын поднялся из-за стола и, клацнув по выключателю, удалился с комнаты. Зайдя в спальню, Костя заметил Юлю, что уже лежала спиной к нему, завернувшись в одеяло. Лисицын быстро нырнул под одеяло и притянул Соколову к себе. Какого было его удивление, когда девушка скинула его руку со своей талии. Костя сразу понял, что одним вечерним разговором он не отделается от любимой. Но всё же вечно видеть как она загоняется по этому поводу тоже не вариант.

***

Девушка стояла на балконе, нервно сжимая в пальцах сигарету. От нее исходил легкий дым, который тут же растворялся в воздухе. Соколова тихо всхлипнула. Это, черт подери, невыносимо. И ведь он намеренно идет на это! Он как будто не знает, что от большого количества еды, вес тоже изменится. Через приоткрытую дверь балкона слышалось шипение чайника, который грелся. Юля в который раз затянулась, выдыхая дым со вкусом вишни. Она не злоупотребляла этим. Так, иногда, когда трудности... Девушка снова опустила взгляд, рвано выдохнув. К чёрту эту фигуру, к черту маленькие вещи, к черту даже тот животик, который явно, и уже давно, не был прессом. Но его здоровье... Она же не может спокойно давать ему постепенно убивать себя? Фильтр догорел и пламя больно обожгло пальцы. Соколова выкинула сигарету через балконные перила и вытерла глаза. Пара слезинок предательски скатились с ее щеки. Наконец, повернувшись к дверце, девушка замерла с пачкой сигарет и зажигалкой в руках. Костя, такой родной, любимый, стоял в дверном проёме со скрещенными руками на груди. Его усталый, или же это был виноватый, взгляд был направлен на неё. Она увидела как его глаза вспыхнули. Конечно, на ней не было ничего кроме комплекта нижнего белья и рубашки. Его рубашки, которую она покупала ему всего-то три недели назад. Рубашка уже стала ему мала, поэтому в ней ходила Соколова. —Юль..—начал было Костя, но девушка умело его перебила. —Не надо,—она снова отвернулась от дверного проема и достала сигарету из пачки. Лишь бы он ушел и не видел, что ее глаза снова наполняет влага. —Юль, хватит,—услышала девушка и замерла, а в следующую секунду Константин выдернул сигарету из ее руки. —Это мне хватит?—спросила она, наконец, заглянув в его глаза,—Я еще раз спрашиваю, это мне хватит?!—ее голос сорвался, пока она отчаянно смотрела в его глаза, а он в её. Константин в одно мгновение схватил Соколову руками за затылок и талию и притянул к себе, сливаясь с ней в поцелуе. В нежном, трепетном и чутком. Простительным поцелуем не обошлось, да и страстным тоже. Только когда они ввалились в спальню, Юля почувствовала, что Косте уже трудно дышать. Она оторвалась и с вопросом посмотрела на него. Тот тяжело вздохнул и снова потянулся к ней, но Соколова отодвинула его от себя. Его глаза снова стали серыми и грустными, теряя ту самую искру. Да что же такое... —Собирайся, Кость,—девушка поспешно вышла из комнаты и направилась на кухню, заваривать кофе. Руки тряслись, поэтому сахар просыпался мимо кружки Кости. Девушка уже хотела насыпать заново, но остановилась и убрала сахарницу в самый дальний угол шкафчика. Она всё равно не пьёт кофе с сахаром, теперь Костя тоже не пьёт. Быстро вытерла со стола остатки просыпанного и поставила на стол две кружки с дымящимся напитком. Закрыв шкафчик над плитой, Соколова одним залпом выпила свое кофе с молоком и вернулась в комнату, где уже переоделся Лисицын. Футболка и шорты до колена смотрелись непривычно на Косте, именно на этом Косте, на новом... Черт, с каких пор она стала разделять прошлого майора и этого? Соколова отогнала мысли и подошла к шкафу. Она начала переодеваться прежде чем Лисицын вышел из комнаты, поэтому нервно вздохнула расстёгивая пуговицы на рубашке. Только когда большая тень покинула комнату, Юля быстро принялась искать одежду. Шорты до середины бедра и оверсайз футболка. Напульсник на правую руку и носки покороче. Костя спокойно ждал в коридоре, ожидая девушку. С закрытыми глазами, он стоял, прислонившись к стене. Ждал. Ждал и думал. Неужели этот небольшой инцидент сможет выбить из колеи их отношения? —Пойдем,—Юля махнула рукой и завязала кроссовки на ногах, выходя на лестничную клетку. —Идем, идём,—Лисицын закрыл дверь и направился к лифту. —Стоять,—Соколова показала на лестницу и кивнула в ее сторону,—Ты идёшь по лестнице. Костя вздохнул и, отдав ключи от квартиры, медленно поскакал по ступенькам. —А ничего так физ нагрузочка,—тяжело вздохнул Костя, выходя с Юлей из подъезд, и выдохнул,—Туда и обратно каждый день и всё, я снова лейтенант Лисицын. —Ага,—усмехнулась Юля и, на секунду повернувшись к любимому кинула ему,—Догоняй, лейтенант!—и перешла на спортивный бег, направляясь к парку, где всегда бегала.

***

—Юлька, подожди,—в который раз попросил Костя и Соколова остановилась. —Ну что на этот раз? Опять камушек в кроссовках?—вздохнула Юля и повернулась к мужчине. Тот весь уставший, мокрый, красный,—Мда, Кость. Ты прям точно как лейтенант Лисицын,—не удержалась от шутки майор. —Ой, беги уже давай,—обиженно бросил майор. —Вот и бегу, и вам советую! —Вот и беги! Спустя две недели "бешеных" тренировок... —О, снова сорок семь,—улыбнулась Юля и отошла с подставки весов,—Теперь ты. —Юль, ну может это... Может, не надо? —Вставай говорю,—майор подтолкнула мужа на весы и дождалась пока техника покажет хоть частичные изменения,—О, ну молодец, минус три кило. —Всё? Юлька, прошу скажи, что это всё. —Кость, ты чего?—удивилась Соколова,—Этот только начало вообще-то. —Ну, Юля! —Давай не ной только, лейтенант, хорошо?—снова подшутила майор. —Соколова! Спустя месяц изнурительных пыток над майором Лисицыным... —Ну вот, сорок пять,—улыбнулась девушка и посмотрела на майора,—теперь ты давай. —Давай,—Лисицын встал на весы и зажмурился, а затем глянул под ноги. 84.4! —Молодец, Костя,—улыбнулась Юля и потрепала любимого по волосам. —Даа, много мне пришлось попотеть. Но зато я теперь "снова лейтенант", да?—Константин хитро улыбнулся,—Хорошая работа. Соколова усмехнулась и наклонилась к мужчине. —Ну а за такую работу положена награда, да, товарищ майор? Ой, прости, лейтенант,—соблазнительный шёпот у самого уха и Косте хватило секунды, чтобы кивнуть и впиться в ее губы поцелуем. —Ну наконец-то,—улыбнулся Костя, когда они уже упали на кровать,—Хоть какая-то приятная нагрузка. Соколова лишь тихо рассмеялась и снова слилась с ним в поцелуе.

***

—Вот, Лисицын, как так, а?—жаловался Андрей, пока Костя и Игорь увлечённо обсуждали перемены Лисицына. —Андрюх, это всё спорт, пробежки там каждое утро,—начал перечислять все достоинства этого провождения времени Костя. —Костя,—Соколова демонстративно кашлянула в кулак, не отрываясь от планшета, сидя на диванчике. —А, ну да. В общем,—Лисицын на пару секунд замолчал,—Без женщины тут не обойтись,—и заговорщически подмигнул. —Артист..,—пробормотала майор и тут же усмехнулась,—Лейтенант Лисицын, поясните пожалуйста... —Юлька,—предупредил Константин Львович и тихо подкрался к напарнице,—Капитан Соколова, сейчас вы у меня договоритесь. —Эй!—Юля быстро развернулась и хитро глянула на Костю,—Какой я тебе капитан?! —Красивый капитан, красивый,—мужчина, на глазах изумлённых коллег, быстро поцеловал девушку в губы и скрылся за дверью буфета. Соколова залилась краской и тоже вышла из помещения, оставив Шустова и Холодова лишь удивлённо переглдядываться им вслед. —Что за лейтенанты и капитаны? Их сократили что-ли? —Да нет вроде... Заговорщики фиговы, кстати, надо будет потом зайти к ним за тренировками. У Лисицына же получилось, и у меня получится!.. —Андрюх, давай сначала поработаем, а потом уже зайдем. Холодов кивнул и они покинули в буфет, пока где-то в самых дальних коридорах конторы отдалённо слышался дружный смех майоров...