Идеальный мир

— Я слушаю, — сказала Рина. Она с Кэзухико уже вернулась домой. Они сидели на кухне. Девушка сделала себе и брату чай, чтобы как-то разбавить атмосферу, но это не очень помогло. — Помнишь я говорил, что иду к Ханако на ночь? — спросил Кэзухико, подняв взгляд на сестру. — Да. Я даже ей звонила и она отлично тебя прикрывала, — Рина кивнула. — Значит ты знала? — Нет, я подозревала. Я воспитываю тебя и Ямато уже давно, поэтому немного знаю ваших друзей, да и Ханако очень плохо врёт, — она усмехнулась. — Ты права, — Кэзухико тоже усмехнулся. — Тогда я пошёл к Кейске и мы переспали. Потом поссорились и недавно мне стало плохо, но я скорее всего просто отравился чем-то, — он вздохнул. Рина молчала. Кэзухико скоро семнадцать, но она не думала, что он так рано начнёт с кем-то спать, да и если она не ошибается, то Кейске вообще младше него на год. Парень сидел и смотрел на чай. Он не притронулся к нему, просто смотрел на чаинку, которая плавала из-за того, что он дышал на поверхность чая. Девушка обдумывала слова брата. Для неё он всё ещё был маленьким мальчиком, который плакал из-за смерти родителей. Который боялся ходить без своего брата близнеца, который за него заступался. Мальчик, который боялся, когда на него повышали голос. Но сейчас Кэзухико не такой. Он уже не стоит за спиной Ямато. Когда на него кричат, то он кричит в ответ, показывая, что не собирается мириться с тем, что происходит. — Кэзу, — начала Рина, спустя пару минут молчания. Кэзухико поднял на неё испуганный взгляд. — Я рада, что ты мне всё рассказал, но я всё равно против твоих отношений с Кейске. Если честно, он похож на бандита, — она усмехнулась своим словам. — Да, он бандит, — подтвердил слова сестры омега. — Как и Ханако с Ямато. — Значит я где-то просчиталась в вашем воспитании, — Рина опустила голову на руки. — Каждый раз я мечтала о том, чтобы родители вернулись. Я знала, что не смогу нормально вас воспитать, ведь я никогда этим не занималась. Я много работала и не была дома, вот вы и занимались чем попало. Это моя вина, — она старалась не заплакать. — Это не твоя вина Рина, — уверено сказал Кэзухико. Страха в его голосе уже не было. — Мы сами виноваты в том, где мы сейчас находимся. Да и зная эти группировки, они нас не трогали только из-за Ямато и Ханако. Кэзухико встал и сел рядом с сестрой. — Мы все неидеальны, но это не значит, что мы сделали что-то настолько ужасное. Главное, чтобы Ямато никого не убил, — добавил омега из-за чего бета усмехнулась. На следующий день пришли Ханако и Кейске. Кэзухико пригласил гостей и своего брата за стол и поставил всем чая, ведь разговор предстоял долгий. — Расскажите всё здесь и сейчас. Тогда я подумаю, что делать с нашими отношениями, — сказал Кэзухико, отпив чай. — Я состою в токийской свастике с самого её основания, — начал Ямато. — На самом деле меня просто нашёл Майки, когда я подрался с каким-то придурком, который издевался над тобой, — он повернулся на брата. — Если честно, то я согласился с Майки лишь ради того, чтобы тебя никто не трогал, Ючи не в счёт, он неисправимый болван. Омега кивнул и повернулся на подругу и парня. Ханако смотрела в чай, боясь вымолвить и слово. — Я тоже состою в группировке столько же, сколько и Ямато, — сказал Кейске. — Я давно знаю Майки и даже без раздумий согласился на создание группировки. Да и после того, как мы начали встречаться, то я сказал своему отряду, что если хоть пальцем тебя тронут, то они трупы. — Надеюсь не в прямом смысле? — уточнил омега. — Нет, каким бы я был командиром отряда, без отряда? — альфа усмехнулся. Ямато пнул Кейске под столом, чтобы тот не подливал масла в огонь. Кэзухико повернулся на Ханако. Девушка почувствовала его взгляд, после чего залпом выпила чай и посмотрела на друга. — Я создала группировку. Нас называют дьяволами в белом. В моей группировке одни девушки, но мы избиваем только тех, кто как-то издевается над девушками и омегами. А если мы узнаем, что над кем-то надругались, то мы сделаем так, чтобы этот человек остался инвалидом. Ну и Майки нас немного побаиватся, ведь не знает меня и видит нас мельком, — Комацу усмехнулась. — Я хотела защитить девушек и омег и это переросло в группировку. Сначала нас было шесть человек, а сейчас почти три сотни и то, не только в Токио. Моя подруга распространила эту группировку почти по всей Японии и именно из-за неё, случаев с издевательствами и изнасилованиями стало меньше. Просто мой отчим часто распускал руки, вот я и решила создать такую группировку, которая будет помогать нуждающимся. Но мы никогда не вступали в драки с другими группировками, ведь в Токио нас всего семьдесят и это очень мало для масштабной драки. Кэзухико кивнул. Никто не издавал ни звука, пока омега не улыбнулся. — Если вы думали, что я разорву все наши связи, то это произошло если бы мне ничего не рассказали, — Кэзухико пожал плечами. — Я рад, что вы мне открылись. Виновники этого разговора переглянулись и улыбнулись. Они не ожидали такого хорошего исхода. Семь лет спустя — Мама! — кричала девочка, которая отпустила руку дяди и побежала к матери. — Как дела милая? — спросила Рина у дочери. Девочке было уже четыре года. За ней стоял Ямато, который держал приглашение на свадьбу брата. — Кэзу хотя бы приглашения прислал, а ты просто всех обзвонил на свадьбе с Ханако, — сказала Рина, принимая приглашение и поднимая дочь на руки. — Да и мне кажется, что большая часть гостей были бандитами. — Ты угадала, — согласился Ямато. — Бывшие члены токийской свастики и белых дьяволов. Большинство девушек ехали с других префектур, поэтому девичник Ханако был довольно поздно. — Лучше бы ты этого не говорил, — Рина нахмурилась. — Дядя бандит! — крикнула девочка. — Поправочка, — сказал Ямато, щёлкая племянницу по носу. — Был бандитом. Через месяц состоялась свадьба Кейске и Кэзухико. Омега был в другой комнате, где Ханако приводила его в порядок. — Подними подбородок, — сказала девушка. — Готово! Я мастер на все руки! — Несомненно, — сказал Ямато, который открыл дверь и подошёл к Ханако, целуя её в щёку. — И тебе привет Ямато, — сказал Кэзухико, вставая, чтобы размять ноги. — Как настроение Кэзу? — спросила Рина. Она оставила дочь у родителей мужа, чтобы она не испортила свадьбу. — Выглядишь бомбически. — Спасибо, — Кэзухико немного покраснел. — Кейске уже готов? — спросил он у брата. — Дракен говорит, что готов, но Мицуя говорит, что нет. Я запутался и ушёл от них. — Понятно. Значит уже можно начинать. Кейске уже стоял у алтаря и ждал. Казалось, будто у него шило в одном месте, ведь он не мог стоять ровно. — Успокойся ты уже! — крикнула его мать. — Я спокоен как удав, — сказал Кейске. — По тебе видно, — усмехнулся Майки. Заиграла музыка. Все гости повернулись и увидели Кэзухико. Его лицо закрывала фата, а в руках он держал букет. Под локоть его держал Ямато, которого долго уговаривал Кэзухико. Он довёл брата до Кейске, после чего сел к Ханако. Кейске снял фату и посмотрел в такие любимые жёлтые глаза. — Ты прекрасен, — сказал Кейске. — Спасибо, Ханако долго старалась, — Кэзухико ухмыльнулся. После клятв Кейске поцеловал Кэзухико. Все гости хлопали и радовались за молодожёнов. Когда омега кинул букет в зал, то его поймал Такемичи, на которого потом посмотрела Хината, улыбаясь. Жизнь стала намного лучше. Ямато, Ханако и Кейске перестали скрывать всё от Кэзухико, а тот в свою очередь перестал скрывать свои проблемы и переживания. Ючи больше не трогал Кэзухико, ведь Кейске сломал ему ноги и руку и тот решил, что омега того не стоит. Дни сменяли другие, времена года менялись, а любовь между бывшим командиром токийской свастики и бывшим поваром в лапшичной лишь усиливалась.