Куда ты ведешь

— Как мы собираемся заставить кого-нибудь из Глэйдеров согласиться? — спросил Галли. — Я имею в виду, да, они доверяют нам, но просить их совершать сколько угодно безумных поступков без причины — это совершенно другой уровень. Ньют на мгновение задумался над этим, обдумывая все, что знал о Глэйдерах и о том, как они действовали. Возможно, они могли бы обнародовать детали по мере необходимости? Или привести в команду еще нескольких человек и дать им все, чтобы они могли помочь продвинуть группу вперед. Но… — Мы расскажем им, — сказал Томас. — Мы расскажем им всем. Мы расскажем все, весь план, каждую деталь, все, что может пойти не так. Таким образом, они будут подготовлены. В третий раз за это утро вся комната погрузилась в тишину. Ньют почувствовал, как у него дернулся глаз, когда Томас поднял на него взгляд, и он почувствовал, что у него отвисла челюсть. — Томми, ты что, с ума сошел?! — Ньют, послушай, услышь меня… — Просто сказать Хранителям было рискованно, и ты хочешь пойти и сообщить всему Глэйду, что из-за самых ужасных обстоятельств, которые когда-либо видел этот мир, мы вернулись из будущего, чтобы спасти все их задницы? — потребовал Ньют. Он положил руку на бедро, а другой рукой удерживал равновесие на стуле, за которым стоял. — Да, — сказал Томас. Он упрямо посмотрел на Ньюта, и, о, помоги ему господь, он знал это выражение. Именно оно сообщало Ньюту, что Томас собирался изложить план, где было множество ужасных вещей, которые могли пойти не так. — Томми, — сказал Ньют, умоляя о терпении. — По шкале от одного до ста, насколько сильно я буду чертовски ненавидеть этот твой маленький план? На мгновение воцарилась тишина, и Ньют мог поклясться, что он чувствовал, как другие теряют веру в них с каждым мгновением. — Честно? Около 85, но это сработает! — О, это хорошо. Тогда продолжай, — голос Ньюта слабый, и ему пришлось снова сесть на свой стул. — Подожди, — прервал его Уинстон. — Прежде чем мы это послушаем, возможно ли это вообще? Я имею в виду, насколько я понимаю, нам повезло, что здесь сейчас нет маленьких шпионов, так как же мы должны собрать весь Глэйд и рассказать им, что происходит, не разрушив все? Это справедливое замечание, но Ньют готов поспорить, что у Томаса найдется на него ответ. — Душевые комнаты. Это единственное место, куда ПОРОК никогда не отправляет камеры, — объяснил Томас. Видишь, так оно и было. Чертов ответ на все. — И что, мы просто ловим всех, пока они принимают душ, и удивляем путешествиями во времени? — спросил Зарт, хотя в его голосе звучало скорее задумчивость, чем недоверие. — Вы принимаете их группами. Это групповой душ, это не так уж странно. Каждый Хранитель забирает своих людей и… — сказал Минхо. — Хорошо, я могу многое понять. Но так ли это необходимо? Ньют посмотрел на Томаса только для того, чтобы обнаружить, что шанк уже смотрит на Ньюта. Его глаза были затравленными, печальными и почти умоляли Ньюта понять, откуда взялся Томас. Проблема заключалась в том, что Ньют все прекрасно понимал, он просто не уверен, что риск того стоил. Но это так, не так ли? Как они могли жить, если видели, как гибнут их друзья, потому что они совершили те же кровавые ошибки, что и в первый раз? Если бы они ничего не знали о Чудаках, или Ожоге, или о том, как защитить себя и выжить там… Ньют вздохнул. — Это так, — сказал он. — Потому что в противном случае мы рискуем, что люди снова умрут из-за того, что можно было предотвратить, если бы мы не хранили информацию. Ньют снова встретился взглядом с Томасом и был почти отброшен силой благодарности и уважения в них. Они были в этом вместе, он и Томми. Им лучше начать вести себя соответственно, иначе весь этот чертов бардак развалится. Ньют кивнул Томасу, чтобы он продолжал. Ньют слушал. — Хорошо, хорошо, итак, мы расскажем им. Мы расскажем им все это, что такое Жаровня, как выжить, что такое Чудаки, кто мы с Ньютом на самом деле. А затем мы расскажем им, какой план мы здесь придумаем, и убедим их согласиться с ним, — сказал Томас. — Правильно… — сказал Галли. Он переводил взгляд с Томаса на Ньюта и обратно, и его брови делали ту штуку, когда они судили тебя просто за дыхание. Это немного нервировало. — Хорошо, итак, мы расскажем им. Тогда в чем, собственно, заключается план? — Если мы знаем выход, то почему бы нам просто не уйти? — спросил Алби. По комнате прокатился одобрительный шепот, и даже Ньюту пришлось сдержать кивок. Вообще говоря, уход скорее раньше, чем позже, всегда был бы лучшим вариантом для него. — Ты действительно думаешь, что люди, которые послали нас сюда, просто смирились бы с тем, что мы внезапно, волшебным образом получили ответ на вопрос о Лабиринте? — спросил Минхо. — Ни за что. Ни за что. Мы должны играть в их игру, но играть по нашим правилам, верно, Томас? — Точно! — Томас кивнул. — Мы проходим те же шаги, что и в прошлый раз, но делаем это лучше. А затем, когда мы сделаем ровно столько, чтобы наш побег казался правдоподобным, мы уберемся отсюда к чертовой матери. В этом был какой-то ужасный смысл. Проходить через движения, когда каждый играл свою роль, становилось все труднее с большим количеством людей, которые знали, что происходит, — но это выполнимо. И если бы они могли отбивать время, начался бы ПОРОК… — Мы опередили их часы. В тот момент, когда они отправили тебя в Ящике, они начали тикать, да? — сказал Ньют. — Итак, на этот раз мы просто уберемся отсюда раньше, чем они нас ожидают. Прежде чем они выключат гребаное Солнце. Ньют внимательно наблюдал за Томасом; если бы вы уделили достаточно пристальное внимание, вы смогли бы увидеть, как на его лице отражаются все его мысли, и это действительно было чудом — наблюдать за тем, как работает его разум. — Тогда что дальше на временной шкале? — спросил Фрайпан. — Девушка, — пробормотал Ньют. — Она придет сегодня. И потом, Гривер притворяется мертвым в этом проклятом Лабиринте. — Тот, который ужалил меня, верно? — спросил Алби. Рот Ньюта горько скривился при воспоминании, когда он кивнул. После того, как это случилось, все изменилось, и он потерял одного из своих лучших друзей. Он хотел бы, чтобы был способ вообще не отправлять Алби в Лабиринт. — Да, насчет этого, я думаю, мне следует пойти вместо Алби, — заявил Томас. Это не то, что он, черт возьми, имел в виду. — Абсолютно нет. — Нет. — Как это могло бы помочь? — Ты чокнутый! — Имеет смысл, ты хочешь снова проделать ту штуку со Скалой? — спросил Минхо. Кровавый предатель кивал головой, как будто это самая естественная идея в мире. Томас энергично кивнул, и Ньюту нужно вмешаться, прежде чем это безумие разовьется еще дальше. — Прости, ты что, не слушал? За тебя проголосовали в меньшинстве, тупые шанки. Этого не может быть, — сказал Ньют. — Ты думаешь, я хочу, чтобы кто-то рисковал своей шеей ради моей? Ни в коем случае, Томас, — заявил Алби. Его лицо было сердитым, хотя Ньют мог сказать, что он напуган. Они говорили о череде событий, которые привели к его смерти в прошлый раз. Не было никакого способа, чтобы все это далось ему легко. Черт возьми, ни для кого из них это не было легко, но, по крайней мере, их немного предупредили. — Алби, я понимаю это, правда, — сказал Томас. — Но в прошлый раз нам с Минхо удалось уничтожить четырех из этих тварей, хорошо? Теперь я помню каждое свое предыдущее движение. Я уже сражался с подобными тварями и побеждал. Шансы Минхо и меня выбраться оттуда живыми и не ужаленными намного выше, чем если бы пошел ты. Ньют презирал, совершенно презирал, сколько в этом смысла. Никто ничего не сказал, и Ньют почувствовал, что его давление начало немного повышаться, когда Томас обратил на него свое внимание. — Ньют, ты действительно хочешь снова подвергнуть нас всех риску оказаться запертыми в этом Лабиринте на ночь? Если мы займемся этим днем, то окажемся вдвоем с Минхо против одного Гривера. Если мы сделаем это старым способом, то нас будет двое против четверых, и это после того, как я затащу Алби на гребаную стену и свяжу его лианами. Галли кивал, но не выглядел довольным этим. Минхо явно был твердо на стороне Томаса в этом вопросе, но остальные казались нерешительными. — Минхо, почему ты за это? — спросил Зарт. — Просто. Если я собираюсь выйти против Гривера, я хочу сделать это с парнем, который уже дрался с некоторыми из них. Без обид, Алби, — ответил Минхо. Ньют чувствовал, что ситуация меняется в пользу Томаса, и он не знал, что с этим делать. Он ни при каких обстоятельствах не хотел, чтобы Томас приближался к этому Лабиринту, пока они не выберутся из проклятой штуки. Пережить все это в первый раз было достаточно, большое тебе спасибо. Но на этот раз идея Томаса, казалось, была основана на логике, а не на неспособности усидеть на месте в течение пяти чертовых минут. — Не обольщайся, — пробормотал Алби. Его голова опущена, он подавлен. — Ты уверен, что сможешь это сделать, не причинив себе вреда? Ты уверен? Ньют наблюдал, как глаза Томаса встретились с глазами Алби с выражением лица, которое чаще пугало Ньюта, чем успокаивало его. Это то, которое было у него, когда объявил войну ПОРОКу — то, в котором говорилось, что он сделает то, что нужно, или умрет, пытаясь. Именно эта вторая часть беспокоила Ньюта больше всего. — Тогда ты пойдешь дальше вместо меня и обманом заставишь Гривера спуститься со скалы. Что потом? — спросил Алби. — Честно говоря, после этого, если предположить, что мы избежим того, чтобы кто-нибудь оказался запертым в этом чертовом Лабиринте на ночь, все должно быть спокойно, пока Тереза не выключит чертово Солнце и миру не наступит конец снова, — сказал Ньют. Он прикусил губу, размышляя. В последний раз, когда они бежали по Лабиринту, они были ужасно неподготовленными, так же, как и тогда, когда они сбежали в Жаровню. Не хватало припасов, оружия, информации. У них даже не было подходящей одежды или обуви. — Минхо, как ты думаешь, ты мог бы раздать кроссовки для бега стольким людям, сколько в них поместится? — спросил Ньют. Минхо откинулся на спинку стула и подумал об этом, прежде чем покачать головой. — Я могу попробовать, но у меня их не так много. Даже не уверен, что у нас найдутся подходящие размеры. Но что я могу раздать, так это нижнее белье для бега, часы, бутылки с водой, рюкзаки для бега, все это. Всего этого у меня более чем достаточно. — Хорошо, да, это хорошо, — сказал Томас. — И таким образом мы сможем принести то, что нам понадобится, и держать их готовыми. ПОРОК никогда не забирал наши вещи, когда мы в последний раз были на Объекте, они просто дали нам новые, и, поскольку мы ничего не подозревали, мы никогда не держали их при себе. Но на этот раз… на этот раз мы можем обеспечить все необходимое припасами. Одни бутылки с водой спасли бы жизнь в Жаровне, при условии, что все они начинали с полной. — Итак, мы выходим из лабиринта, добираемся до Объекта, когда эти парни хватают нас, и что потом? Как долго мы там остаемся? — спросил Галли. Он сидел на своем любимом стуле задом наперед, скрестив руки на спинке. — Пока нам нужно убедить Ариса вытащить нас оттуда ко всем чертям, он будет нужен нам, чтобы снова соединиться с Правой Рукой — если только мы не сможем заставить их отвести нас к Мэри, — ответил Томас. — Подожди, кто такая Мэри? — спросил Фрайпан. — Лидер Правой руки вместе с Винсом, — сказал Ньют. — Раньше она работала на ПОРОК, прежде чем дезертировать, а Томас был ее информатором, прежде чем его отправили в Лабиринт. Мэри. Если бы они могли помешать Терезе снова предать их всех, в чем Ньют сомневался, тогда они смогли бы спасти Мэри жизнь. Воспоминания о долгом путешествии через Жаровню, чтобы выследить Минхо, затопили мозг Ньюта; все это время Винс был опустошен, сломленный человек, цепляющийся за жизнь на волоске от ярости и огня. На мгновение Ньют задумался, не такой ли была жизнь Томаса в «Безопасном приюте» до того, как его отправили обратно. Ньют отбросил эту мысль почти сразу, как только она пришла ему в голову. — Так ты не предавал нас? Или ты это сделал? — Зарт спросил Томаса. — Я снова начинаю запутываться. Томас вздохнул и провел пальцами по волосам. — Я работал на ПОРОК, а затем я предал их, чтобы попытаться вытащить всех из Лабиринтов, а затем меня отправили в Лабиринт со стертой памятью. Из того, что я помню, когда я ужалил себя кусочком Гривера, у меня остались только фрагменты. Снова тишина. — Я думал, ты сказал, что тебя не ужалили, и именно поэтому ты идешь в Лабиринт вместо меня? Требовательно спросил Алби. — Придурка никогда не жалил Гривер. Он сделал это с собой. Нам нужны были воспоминания, чтобы разобраться в Лабиринте, поэтому однажды ночью, когда они напали на Глэйд, этот идиот вышел и ужалил себя. С тех пор я не выпускаю его из виду, — объяснил Ньют. Все в Зале Совета на мгновение уставились на Томаса, как на сумасшедшего, чем он и был. Он действительно был таким, но это было преднамеренное безумие, которое окутало тебя им — и как только ты оказался там, ты никогда не хотел вырваться на свободу. — Это было необходимо! — Томас запротестовал. — Вполне, — сказал Ньют, отпуская его. — Я думаю, мы отвлеклись. Что еще нужно сделать, чтобы нам снова подготовиться? Просто не умирать, пока не погаснет солнце? — спросил Уинстон. Ньют еще немного пожевал губами. График сложный, но если бы они все сделали правильно, то, честно говоря, могли бы выбраться из этого лабиринта почти за неделю до того, как выбрались в первый раз. — Томми, поговори с Минхо и убедись, что он точно знает, что делать в Лабиринте с Гривером. С остальным мы разберемся, — решил Ньют. Томас кивнул и немедленно двинулся к Минхо, его разум был явно сосредоточен на задаче. Действительно, удивительно, что в обычный день мысли Томаса могут быть повсюду, но в тот момент, когда ты поручаешь ему что-то сделать, что-то важное, он набрасывается на это с целеустремленностью, которая была смертоносной и утонченной. Ньют постоянно поражался уму Томаса. — Что тебе нужно от нас, Ньют? — спросил Алби. Правильно, планирование. Время сосредоточиться. — Первым делом? Проинформируй всех о реальной ситуации, пригласи их на борт, — сказал Ньют. — И на самом деле все дело в припасах. Возьми у Минхо рюкзаки, бутылки с водой. Обжаривайте все, что попадется под руку, что мы сможем спрятать и сохранить, чтобы оно не испортилось. Оружие! Нам понадобится оружие, и все это должно быть в пределах легкой досягаемости и в хорошем состоянии. Хотя мы надеемся, что ранний уход застигнет ПОРОК врасплох, мы все еще должны быть готовы к встрече с армией Гриверов. — А как насчет животных? — спросил Уинстон. — Мы не можем просто оставить их здесь умирать. Ньют на мгновение почувствовал вину за то, что именно это произошло в прошлый раз. — Сделай все возможное, чтобы они существовали без нас, Уинстон. Особенно Кора. И я могу собрать съедобные и полезные растения. Ты сказал, что Выжженная местность похожа на пустыню? Я могу заставить копачей собрать столько алоэ, сколько попадется под руку, — Зарт сказал из задней части группы. — Отлично! И мы попросим Клинта собрать и раздать столько медикаментов, сколько сможем унести, они нам понадобятся. Сосредоточься на мелочах, на том, что можно легко пропустить, или пропустить мимо ушей, — сказал Ньют, говоря то, что он думал. — Я хочу, чтобы у каждого всегда был при себе какой-нибудь кинжал, так что, если нам нужно больше, Галли, это на тебе. — Это легко сделать. Я могу сделать несколько маленьких браслетов, которые мы все сможем спрятать, так что никто даже не проверит, есть ли они, — сказал Галли. — Честно говоря, кроме этого, мы просто следим за тем, чтобы все могли вести себя как обычно, пока не придет время уходить, повсюду шпионы. Мы не можем рисковать, чтобы кто-нибудь проговорился. Когда мы получим первый сигнал о приближении финала, я использую наше стандартное предупреждение о неприятностях. — А что касается второго? Когда мы на самом деле собираемся совершить побег? — спросил Алби. — Когда погаснет солнце. В тот день, когда Солнце умрет, Тереза проснется, так что мы все будем мобильны. В этот день мы побежим, — сказал Томас. Они с Минхо завершили свое планирование, хотя Ньют хотел бы немного доработать все детали. — Она предупреждает меня о финале ночью, поэтому для всех не должно быть проблемой сходить за своим оружием и сумками сразу после пробуждения. — А что со вторым сигналом? Мы не можем просто заставить всех проснуться от того, что на небе нет Солнца, они взбесятся, даже если мы скажем им об этом за несколько дней до этого. Им понадобится еще одно предупреждение. Что-нибудь хорошее, — сказал Галли. Ньют оглядел комнату в поисках идей и поймал улыбку Фрайпана. Ньют поднял брови в безмолвном вопросе. — Ты сказал, что от этой Коробки нам не будет никакой пользы, как только девушка появится, верно? — спросил Фрайпан. Ньют и Томас кивнули. Фрайпан улыбнулся. — Тогда я точно знаю, каким будет второй сигнал. У нас будет Военное ралли, но ПОРОК этого не узнает. Галли, ты помнишь тот раз, когда ты приготовил медовую воду и обманул нас всех, когда впервые приготовил из нее самогон? — спросил Фрайпан. — Да, а что? Ньют подумал, что понимает, к чему клонит Фрайпан. — Ты хочешь, чтобы мы устроили шоу, не так ли? — спросил он. Фрайпан пожал плечами. — Вполне возможно, верно? Кроме того, если это место вот-вот отправится в ад, мы могли бы немного повеселиться. Ньют улыбнулся. Оставалось еще несколько вещей, которые им нужно было проработать, особенности и сроки, но у них был план. Реальный. Они собирались вырваться из Лабиринта, и на этот раз? На этот раз они сделают это все вместе.