Не еби мне мозг!

Утро началось с криков икранов, которые почему то сторожили шатер, где лежали все трое. Услышав родные звуки, Майлз быстро натянул свои берцы, выходя из палаток и в шоке замер. Большие звери. Они наконец прилетели к ним! Вот только, почему так поздно? Майлз чуть присвистнул и тут же начал обнимать и тискать своего икрана, с большой радостью сжимая то его голову, то его шею. Радости не было предела! Юноша лениво очнулся и вышел, когда эти двое уже насюсюкались с птичками, совершенно не слышав эти улюлюканья пока был в постели. Греа довольно кивнул. — Ммм, какие нежности, - рассматривает баньши с усмешкой. Эти вояки способны на что-то хорошее. Однако птицы сразу стали недовольно рычать и гаркать на ученого. Лайл снова в очках гладил по морде своего зверя, а Майлз стиснул пасть икрана двумя руками, шипя уже на птицу, чтобы она прекратила свое действо. — Ну так, теперь куда? — счастливым голосом спросил полковник, смотря возбужденным взглядом в сторону Греа. — Наверх, мне бы тоже зверушка не помешала, — посмеялся юноша. Довольно стал завтракать фруктами, что откопал совсем недавно. Икараны все-таки успокоились, ложась возле палаток и начали выжидать, пока военные тоже перекусывали и складывали шатры в небольшие мешки. Лайл не сводил взгляда с Греа, а Майлз хмыкал. — Ну ну, солдат, — рассмеялся полковник и сильно сжал плечо другого военного, говоря о собственных намерениях, и желая напомнить о своём первенстве. Юноша делал вид, что не видит этого и отдавался завтраку сполна. После неохотно начал собираться. — Так… Я к кому? — глянул на солдат, не понимая, куда девать вещи, а куда деваться самому. — Ко мне. Все таки я за тебя отвечаю, — Майлз быстро решил все за них. Схватил Греа за локоть, поднимая над землей и усадил верхом перед собой. Одной рукой тут же обвил талию, жестко и чуть резко прижимая к себе, а второй связался с икраном и хмыкнул. Никто не успел ничего понять, кроме самого полковника. - Вперед! — крикнул Майлз и баньши взлетел. Юношу потянуло назад, заставляя все тело ученого прижаться к полковнику. Лайл повторил маневр, но с вещами Греа, и уже скоро все трое были над землей Ученый хотел что-то сказать, как его, словно куклу закинули на баньши! И ещё так нагло трогают большими лапищами! — Хэй, потише, — фыркнул Греа, поджав уши и испытав жуткий страх. Пара мгновений и полагаться можно было теперь только на Майлза. Это совсем не устраивало, но тут не поспоришь, ведь под ногами юноши ушла земля, а волосы и лицо обдавал прохладный и свежий ветер! Полковник посмотрел на Лайла. Подлетев к нему, Майлз начал будто зазывать солдата! Ехидная ухмылка и оскал. Солдат понял все действия военного и резко опустился вниз. Они летят к икранам, чтобы Греа обзавелся своим крылатым зверем. Юноша вцепился в руки Майлза, расцарапывая их ногтями. Поджал уши и еле заметно прикрикнул от манёвров. Впервые в небе без всякой защиты! — Потише! — зажмурился ученый, боясь этой резкости. Однако все было под контролем. Хотя полковник и не связывался с икраном больше двух лет, но привычку не отнимешь, и он наконец выровнялся, спокойно летая. — Ну ну, какой вам икран, если этого боитесь? — оскалился Майлз и чуть бедрами прижался к телу Греа. — Пф… Я боюсь больше его тупого хозяина! — выдохнул юноша, напрягаясь и начиная ругаться на полковника, словно тот был последней скотиной. — Ха! Не обижай моего малыша, — Майлз хмыкнул и наклонился к Греа, выдыхая горячее дыхание и будто бы обжигая нежную кожу. Руки обвили талию, а усмешка, которая отдавалась в ушах!.. Он не издевается, это его натура! Майлз пытался отвлечь Греа от плохих мыслей, но долго летать не пришлось, ведь спустя пару минут перед глазами появились парящие острова. Вокруг икраны самых разных расцветок м размеров! И все они злобно смотрели на них. — Ты ведь помнишь? Если захочет убить, то твой, — шепнул на ухо полковник, когда они приземлились. — Пф. Я не такой тупой, как некоторые, — рыкнул ученый и уже на месте спустился на скалу. Осторожно стянул с себя ремень. Напряжен всем телом при виде множества тварей, что пугали не меньше рожи полковника. На три лица, которые вдруг появились на территории животных, смотрело сотня, если не тысяча зверских глаз. Майлз усмехнулся, опираясь плечом о тело своего баньши, а Лайл напрягся, ведь подобное уже случалось с ним и с полковником. И каждый раз сердце останавливалось. Юноша сглотнул, полностью поддерживая настрой Лайла рядом. Страшно, черт. Разные цветуечки в разы приятнее шипящих морд различных цветов. Уши встали торчком, а хвост поджался. — Если помру тут, то завещаю вибратор Майлзу, — выдохнул и нервно посмеялся, попытавшись успокоиться хоть так. Хвост напряженно метался, а дрожащие ноги стали делать первые шаги навстречу своей смерти. В это время не смеялся никто. Майлз только сверлил взглядом спину Греа, а Лайл настороженно следил. Если что — хватают ученого и улетают. Уж лучше вернуться на базу с живым нави, хоть и без баньши, а не с мертвым и снова позор. И как на зло, но именно перед Греа сейчас оказался Торук! Громадных размеров, такой большой, злой зверь, что ест икранов на перекус, а нави тем более. — Греа, уебывай! Быстро! — скомандовал полковник, видя сейчас не ученого, а солдата, что может вот-вот погибнуть. Сердце замерло у всех, а время замедлилось. Баньши словно взбесились, улетая в тот же миг, когда большая туша Торука приземлилась на остров. Эта громадная тварь оказалась прямо напротив Греа и издала громкий рёв. Черт… Хочет убить, а это значит, что Торук его пташка? Или животинка кушать захотела? Греа замер на месте и в шоке посмотрел на зверя. Глаза ученого наполнены страхом, а лицо исказилось в странной гримасе. — Бля, — прошептали губы, сглатывая вязкую слюну. Ноги окаменели, не двинуться. Уши стояли торчком, хвост поджат. Но Торук не нападал. Все стояли, замерев минут пять, если не десять. Юноша и тварь всё это время смотрели в глаза друг друга, изучая. Греа первым двинулся и резко ломанулся вперёд, схватив за отросток с нервными окончаниями зверя и быстро образовал связь… Все произошло слишком быстро. Как? И главное, почему животное зашевелилось только сейчас, осознав и признав связь? Зверь начал двигаться, а вот полковник и солдат все еще стояли. Не ощущали времени и действия, и только потом до них дошло. Да он же уломал самого торука! Майлз вскочил на своего икрана, который будто псина пытался забиться в угол. Полковник установил связь и приказал Лайлу сделать то же самое. Сейчас главный и самый опасный момент. Ведь такой большой хищник может в миг скинуть Греа с себя! Но сильнее всего Майлза поразило то, что Торук просто стоял, смотря прямо в глаза ученого! Юноша настолько особенный? Прямо так?.. Во всяком случае, сейчас их задача не дать Греа слететь с такой махины. Баньши этой "счастливой двоицы" громко шипели, выражая этим сразу недовольство. Ведь перед ними их смерть, что ведёт себя непредсказуемо. Но… Что самое странное, так это их связь. Джейк Салли был тоже верхом на этой твари при нападении. А тут папа дракон посетил не такого уж и мелкого учёного, что был связан с Грейс совместными трудами. Греа повис на крыле Торука, в немом удивлении смотря на существо, что тут же полезло на контакт утыкаться мордой в бок. Первый полёт… Страшно. Юноша сглотнул и с неохотой залез на большое существо, мягко ступая по крылу. — Что теперь… — осторожно присел, теряясь. Глаза стали мыльными от страха и стресса за пару невероятно долгих минут! — Теперь ты — его связь. Покажи, что не боишься его и высоты! — крикнул Майлз, сохраняя дистанцию между ними. Полковник прекрасно видел, что Торук совершенно не брыкается и не сопротивляется! Эта тварь поддалась ученому всецело, а значит, пора взять инициативу на себя. Майлз приготовился лететь следом и только навострил уши. Золотые глаза следили четко за каждым движением Греа, вымеряя и высматривая. — Давай! Мы поймаем, — уверенно произнёс полковник. Он был готов. — Вот на кого, но на тебя понадеется только идиот! Стоял, как пень с глазами! — цыкнул на него и поджал уши. Прижался бёдрами к торуку, осторожно усаживаясь удобнее. Руки мягко сжали отростки с нервными волокнами внутри, а мысли просили зверя лететь, но осторожно и аккуратно. Первые взмахи крыльев торука оказались неловкими и скованными. А когда туша поднялась, то качалась и коренилась! Все таки чувствовалось, что хозяин не готов к такой большой махине под собой. И все же, но торук выровнял движения подстать своему новому хозяину и осторожно полетел вниз со скалы. Майлз глянул на Лайла и они оба оторвались от поверхности острова, следуя за Греа. Свобода. Почему именно свободу сейчас ощущал Греа? Холодный ветер обдувал лицо, а перед глазами открывались невероятные просторы, доступные нави! Зверь под ним — надежный. А значит, можно не волноваться, что упадешь. Можно наслаждаться и принимать дары Эйвы на себе. Глаза жмурились при первых попытках взлёта, но затем широко открылись, засияв ярче прежнего. Ветер дул в лицо, спутав и без того непослушные волосы. Хотелось кричать от удовольствия. Откуда эти ощущения? Зачем Эйва дарит ему их, позволяя наслаждаться подобным? Тело расслабилось, голова затуманилась. Ученый доверился зверю под собой. Ноги аккуратно согнулись и тот постарался привстать, как это делают Нави, и получилось! Словно углубления над дыхалом были созданы для его ног, вот только обувь сильно мешала. Так не проще ли ее снять? Чтобы стать одним целым с торуком! Майлз и Лайл держались на некотором расстоянии, ведь переживали, что их икраны снова будут шипеть и бояться. Но скоро до них дошло, что этот торук доверяет своему хозяину, а значит можно подлететь и поближе. Майлз сровнялся с Греа под правой стороной, а Лайл — с левой. И оба они, будто эскорт, провожали Греа прямиком вниз сквозь густые облака и голубое небо! — Приземляйся! — снова крикнул Майлз. Синяя кошка волновалась за ученого, которому достался главный приз Руки ученого уже потянулись к крепкой обуви, как тут строгий голос заставил придти его в себя. Уши повело в сторону Майлза, а голова сама быстро кивнула. Хотелось летать так до конца сегодняшнего для. Время поджимает и лучше пораньше наметить маршруты к тому ростку. Его рано ещё выкапывать, не окреп до конца, однако образцы уже можно взять. Торук приземлился у вагончика, а сердце и разум Греа остались далеко наверху. Шаловливый взгляд, уши топориком и хвост, что метался из стороны в сторону, выдавали озорной настрой. Эта кошка нализалась мяты и не хочет отходить. — Молодец, солдат, — следом за Греа возле вагончика приземлилась и его охрана. Майлз спустился с икрана. Взгляд и поведение юноши удивляло. Греа впервые почувствовал, каково это быть с живым существом на одной волне. Почувствовал внутри себя Эйву. И от подобных мыслей Майлз тут же нахмурился, подходя к Греа. Руки скрестил, а взгляд время от времени переводил на торука позади ученого. — Маршрут и дальнейший план действий, — полковник в миг стал серьезней, будто военный пытался унять в себе чувство свободы и покоя. Но не заметить шаловливого хвоста было невозможно. Майлз дернул Греа за него, проверяя, опустились ли вместе с ученым его душа и сердце. Лайл был удивлен не меньше своего полковника. Греа заводил детскостью взгляда и заставлял солдата желать свободы сильнее. Ученый попятился вперед, запутываясь в своих мечтательных мыслях о чем то далеком. Глаза юноши мигом протрезвели после выходки военного, а уши чуть поддались, так же как губы. — Не трогай хвост, а то ебучку расцарапаю, — рыкнул на него, оскалив клыки, что были длиннее и выразительнее, чем у этих морд. Юноша глубоко задумался, рассматривая баньши и своего переростка с некой любовью. — Почти весь путь пролетим на них, после два дня пешком, — кивнул сам себе Греа, погружаясь в собственные мысли. Хвост только сейчас обвил бедро своего хозяина, успокаиваясь. — Хорошо, так и поступим. Если племена нас заметят, то фиг мне, а не образцы, — в очередной раз мотнул головой сам себе ученый. Греа был всё ещё в состоянии нестояния и это понимали все. От первого полета всегда тряслись ноги и стоять уже на ровной плоской земле становилось невыносимо! Лайл поймал почти что падающего Греа, поднимая голову к лицу полковника. Майлз ощущался другим. Его аура будто бы и говорила, что они здесь не развлекаться, а работать. Полковник искореняет в себе все чувства свободы и единения с Эйвой. Даже эта связь с икраном была вынужденной. — В вагон, живо, — рыкнул Майлз, повышая голос и направился внутрь. Теперь, под дверями переносной базы громоздились три туши зверей, одна из которых была больше вторых в несколько раз. Отличная защита! Если те нави снова явятся, то увидят признаки жизни Торук Макто и вопросы отпадут сами собой. Лайл убрал руки со спины Греа. Он не говорил, а только хмыкнул и поправил слетевшие немного в бок очки. — Так точно, сер! — словно отбарабанил Лайл и мигом направился следом, что даже хвост вертелся! Юноша насупился, не понимая настроя Майлза. Пф. Слишком самодовольный и самоуверенный кот, которому давно в морду водой не пшикали. Уши поджались, а голова приподнялась, но из неё не уходила одна мысль… Почему его выбрал Торук? Значит, он важен для Эйвы и ему предстоит тяжёлая судьба? Какой-то бред. Ему поручили изучать Эйву, слабое место Нави. Раз так, значит изучит. Лицо Греа быстро стало серьёзным, а тело покорно зашло в вагончик и плюхнулось на койку. Послышался усталый вздох. Все трое разбрелись по небольшой комнате. Осознание того, что ученый получил себе торука, приходило постепенно. Но головы солдат все такие же чугунные и тяжелые. Майлз закурил, удобно устроившись в кресле и закидывая ноги на стол, а Лайл начал чистить оружие, разбирая его и каждую часть отдельно протирая. Все были заняты делом, ведь утром они снова улетят, оставляя эту станцию позади. Что делать с баньши и торуком, когда они окажутся в главном штабе? Неужели эти пташки будут на равне с вертолетами ютиться в огромных гаражах? Нет. Скорее всего, снова придется отпустить. Майлз сломал сигарету, которую держал пальцами. Чувство. Нелепое и случайное чувство свободы заставляло полковника хмуриться. Эйва снова играет с ним и его ощущениями. Он — оружие. Он — военный. И он никак не может стать таким, как Салли и те, что предали не страну, а целую планету! Внутри полковника длилась своя целая война, готовая вырваться в любую минуту! И подавить ее Майлз вряд ли будет в силах. Осталось понять, когда свободолюбивая половина полковника встанет на сторону Греа. Ученый сразу заснул. Мягкая простыня уволокла за собой в сон юношу. Сейчас в голове этого мальчишки всплывали моменты облавы, моменты предательства Джейка и некоторых учёных. Как душа Марка разрывалась на куски. Последняя их встреча с Грейс, что с пеной у рта рассказывала об Эйве, о нави! Глаза женщины тогда сияли. Как Джейк Салли постепенно становился мягче, а его закалка пропадала с каждым днём. Этот глупец влюбился во что-то чужое и недоступное. Но эта любовь заслуживает уважения. Вояка добился своего и живёт сейчас с любимой семьёй. Может, стоило тогда уступить Грейс и всё было бы иначе? Она была бы жива, например? Отвратительные мысли, как и сам сон. Перед глазами Грейс, которая была очень странной, позже стало ясно, почему она такая. Все-таки, связь с другими базами Марк всегда поддерживал, поэтому и знал, что у его коллеги теперь есть дочь, а у врага планеты целый выводок. Про Паука тоже были слухи, которые подтвердились. Не зря он сохранял нейтралитет. Все мысли возникали яркими картинками в голове, но в один момент наступила непроглядная тьма и возник вопрос. Так на чьей я стороне? Нельзя бесконечно шнырять из угла в угол и оставлять самый важный вопрос позади, на потом. Когда-нибудь этот момент обязательно бы настал, но случился сейчас, в такой не самой подходящей для него обстановке. И все-таки. Чью сторону нужно принять? Поддерживать нейтралитет возможно, но куда это в итоге приведет? К тому, что Греа будет вечно заложником базы? Или к тому, что умрет, так и не увидев счастья? Джейк рискнул, поймал за хвост дикую кошку и теперь живет счастливо. Полковник грезит мечтами, а Лайл? У каждого из них была одна и единственная цель, которая их связывала — Салли. И в случае с полковником и солдатом, Салли был Джейком. А вот у Греа.. Ещё и Том Салли. Но пока у ученого есть цель — найти Эйву. А дальше как пойдет. Узнать про проект, о котором говорил Майлз? Да. Ведь если окажется, что Тома и правда собираются и уже восстанавливают. Они.. Марк сможет поймать свое счастье за синий хвост? От мыслей щемило грудь, хоть юноша уже давно спал, а странные слова возникали в голове. Греа моментально вскочил, когда сон зашёл настолько глубоко. Сейчас не время, нельзя думать о таком. Голова должна быть забита совсем иным мыслями о науке, а не об этом бреде. Ученый встал с койки и побрёл в кухонную зону, чтобы заварить себе кофе. Тело оставалось вялым, как и настроение. Ведь это был не сон, а чистый кошмар. Внутри всё бурлило и стало пусто одновременно. Выбрать… Неужели уже пора? Да, он очень много помогал Джейку информацией, благо никто об этом до сих пор не узнал. Однако создавалось стойкое ощущение, что в тот момент он правильно все сделал. Спокойная тишина царила в богом забытом вагончике посреди Пандоры. Военные спали, громко посапывая и размахивая хвостами, будто им снилось что-то сочное и приятное. А чайник нагревал воду, чтобы вечно неспящий ученый смог взбодрить свое тело и мысли дешевым кофе. За дверьми базы — баньши и торук, которые так же мирно спали, как и хозяева. Однако лишь большой зверь поднял голову, посмотрев слепо в темное окошко. Может, полетать? Почувствовать снова свободу души и мягкий воздух под ногами. Торук был абсолютно такого же мнения и стал урчать, зазывая к себе ученого. Все таки, он никогда не говорил, что обязан ночевать с солдатами. А значит можно и отдохнуть. Сон полковника всегда был чутким, и поэтому Майлз дернул ушами, услышав треск кипящей воды. А после и урчание зверя. Греа тихо стоял. Юноша выдохнул и вышел с чашкой кофе на улицу, посмотрел вниз на свою обувь. Носок обуви коснулся пятки другой ноги, так же произошло и с остальной частью неудобных ботинок. Нога осторожно вступила на голую траву, что успела прорости сквозь песок у лестницы, а юноша опустился на ступеньку, смакуя бодрящий напиток в попытке насладиться скорым рассветом. Уши встали торчком, в то время, как глаза с лёгким прищуром наблюдали за Торуком недалеко. Греа боялся сущности своего тела, но он понимал, почему его так тянет к Пандоре. Пальцы ног Греа пропускали мягкую и нежную траву меж собой, а легкий ветер приближающегося рассвета обдувал лицо юноши. Заставлял колыхаться на ветру его тонкие белоснежные волосы, пока нос вдыхал запах горького кофе, а язык ощущал кислоту на себе. Все таки, уединение с природой было большим подарком. Наверное, Джейк не зря выбрал Пандору, предпочитая ее больше, чем вечно гудящую базу с вечно недовольными лицами внутри. Так же как и Пол, который совсем отказался от цивилизации. Все они выбрали Пандору и не пожалели. Торук учуял своего хозяина и лег громадной мордой у босых ног ученого. Этот зверь теперь его, а Греа теперь зверя. Они связаны. Майлз осторожно спустился с постели. Голые ступни коснулись холодного пола, а хвост дёрнулся, в предвкушении нового дня. Но полковник проснулся не для того, чтобы встречать рассвет. А чтобы увидеть Греа. Не стал надевать ботинок. Прошел сквозь открытую дверь и посмотрел на странную картину. Перед глазами Майлза сидит Греа. Тонкая фигурка парнишки четко вырисовывалась на восходящем солнце. Шлейф крепкого кофе шел от самой кухни и достигал носа военного. Майлз вздрогнул. Умиротворение. Он впервые ощутил его. Полковник заметил, что Греа полностью окунулся в свои мысли. Ученый не услышал топота большой кошки, не учуял его запах. Греа расслабился, а воздух Пандоры наполнил его легкие и разум. Парень задумался обо всем. Жить в спокойствии можно и в старости, но отпустят ли его так просто с его то знаниями? Юноша осторожно опустился на последнюю ступеньку и мягко коснулся большой твари у своих ног. — Ну и громадина, — потискал его за гребень ученый. Красавец. Чашка с кофе уже была добита, но вот жажда спокойствия всё ещё оставалась желанной. Ещё хотя бы часик так посидеть и он будет готов к новому дню. Когда Греа выбирался на вылазки с Полом, то они так же проводили утро, в полном уединении с природой. Но тогда учёный совсем ничего не понимал. Не понимал красоты этого спокойствия. Греа настолько погряз в своих мечтах и идеях, что даже не заметил, как позади него встал большой хищник. Уши Майлза навострились, а длинный хвост унялся. Мужчина опустился на ступеньку выше, прямо за спиной ученого и глубоко вздохнул. — Снова не спится, господин ученый? — Майлз был спокоен. Его даже не смущало наличие большой туши возле себя. Баньши все так же мирно спали, как и торук, довольствуясь вниманием хозяина. Полковник взял пустой бокал из-под кофе и хмыкнул. Сам мужчина уже давно запутался в идеалах и продолжал жить, веря, что делает все правильно. Уши парня дернулись, когда послышался голос Майлза, и тот обернулся, глянув на синюю кошку. — Вполне, вот твою рожу увидел, теперь точно не засну, — сказал с еле заметной усмешкой. — На обратном пути залетим к знакомому, думаю, что он уже достал для меня пару образцов, — Греа поставил вояку перед фактом и самодовольно вильнул хвостом. — Куда? Ты прекрасно знаешь, что нам нельзя контактировать с теми, кто не привязан к штабу, — даже сейчас полковник вел себя так, как нужно было по протоколу. Уши мужчины наконец прижались к голове, а длинный хвост спокойно остановился на бедре. Майлз выдохнул. Достал сигарету и принялся курить, смотря прямо перед собой на просторы, которые открывались глазам. Полковник очень сильно запутался. После всех событий и поражений он не знал, куда идти. Совершенно не знал. — Что за знакомый? Очередной нави? — наконец спросил. Голос звучал хрипло, а сигаретный дым выходил сквозь зубы и нос. — Мне всё можно. Пол. Может, знаешь его. Этот нави мне часто разные штучки достаёт. Живёт на отшибе леса, джунглей, — усмехнулся ученый, наблюдая за Майлзом уже с ноткой некой игривости. — Давай полетаем? — вдруг спросил парень, ведь хотелось утереть нос этому котяре. Торук встрепенулся, чувствуя своего нового друга — Пол? Это тот, что без косы? — лишь успел сказать, как взгляд Майлза налился золотом, а губы растянулись в легкой ухмылке от услышанных после слов. Стряхнул пепел с сигареты и поднялся. Полковник всегда был готов на подобного рода соревнования! — То, что твой зверек большой, ещё ничего не доказывает, — хвост мужчины тут же начал вертеться из стороны в сторону, а от самого Майлза слышался легкий смех. Полковник присвистнул, зазывая своего баньши и оседлал его. Босой и без оружия. Майлз забыл обо всем рядом с ученым. А озорным взглядом стрелял в сторону Греа. Полковник почему то ощущал от юноши другое настроение, чем до этого. Рассвет вот-вот настанет, а они собираются играть! Отлично! Парень посмеялся и быстро забрался на торука, что горделиво приподнял морду, щелкнув пастью около носа Майлза. — Ну что, боишься? — с издёвкой посмотрел на вояку, чуть оскалившись. Глаза ученого блестели от задора и игры. Хвост вертелся из стороны в сторону, а уши были направлены лишь на объект интереса. — Ещё чего! Тогда кто последний коснется вон того острова — проиграл! — воскликнул Майлз. Полковник будто вернулся на несколько лет назад, а может просто открылся наконец Греа и захотел почувствовать ветер. Но как только мужчина произнёс те слова, лапы икрана Майлза тут же оторвались от земли, и мужчина быстро направился в сторону небольшого острова с пещерой. Сквозь дымку рассвета аватар и вовсе скрылся, оставляя за собой лишь громкий и протяжный смех! Теперь ни в коем случае нельзя уступать такому полкану! А лучше даже и утереть нос! У Майлза все сперло в груди. Сердце колотилось с каждым взмахом крыльев икрана сильнее, а глаза жадно и голодно заглатывали информацию. Он впервые летал просто так. Не на задание. Кровь в жилах мальчишки забурлила после слов Майлза, а глаза заблестели от нахлынувшей волны азарта. — Ну посмотрим! — крикнул, полетев за ним, и с лёгкостью в доли секунды обогнал. Преимущество на стороне Греа, как бы не старался полкан, его баньши будет бояться Торука. — Сосни хуйца! — игриво крикнул парнишка и разогнался, поджав уши. Адреналин зашкаливал, юноша улыбался во все зубы, изредка хватая губами воздух. Теперь же в глазах Майлза бурлил не только интерес, но и азарт! Хоть баньши и не летали выше торука, однако Майлз позволил своему животному сделать это. Полковник скрылся сначала в дымке тумана, теряясь из виду Греа и его псины. Неужели Майлз улетел вперед? Или упал? Странно. Как вдруг прямо напротив белого юркого носика ученого показались острые, но короткие клыки! Полковник повис над юношей вниз головой! Да как же он так!.. Но теперь именно Майлз оказался выше. Его ухмылка озаряла, а взгляд цеплял. Баньши полковника наклонился ниже, и мужчина осторожно, даже неловко коснулся губами губ юноши. А после снова сиганул вниз, издав победоносный, громкий крик. Юноша сначала запаниковал, после испугался при виде той морды. Поджал уши от наглости, а затем резко смутился, покраснев, выпадая из мира окончательно. Он что сделал? Торук тоже растерялся, не понимая желания своего друга, поэтому заметно замедлился, отдавая победу этому идиоту. И в итоге босые ступни Майлза первыми коснулись жесткого грунта острова. — Эй, ты! Неужели я сумел тебя вывести из строя? — даже на расстоянии голос полковника слышался четко и ясно. А перед глазами ученого все та же морда. Шершавые губы, которые вдруг коснулись нежных губ и взгляд, что не выходил из головы. Торук приземлился, слегка покачиваясь от ощущений своего хозяина и первого такого сумасшедшего полета. Ноги у Майлза не могли остановиться! Мужчина ходил везде, проминая всеми десятью синими пальцами все, что попадалось внизу! Хвост будто у ребенка вертелся из стороны в сторону. А уши.. Майлз был доволен и счастлив! Желтые глаза медленно и очень плавно остановились на лице Греа. Тогда полковник и сам остановился. Его теплый взгляд скользил по шее, опускаясь ниже. Зрачки военного расширились, а слюна стала вязкой, и Майлз сглотнул, пытаясь отвести глаза. Дите, которое наконец наигралось. — Пф… Это нечестно! — возмутился Греа через пару минут гробового молчания, смотря на него немного свысока. Соскочил с торука, поглядывая на полковника с долей смущения. — И чего ты хочешь? — забыл, что они играют просто так, не на желание, но так было бы как раз кстати. Прохладные ноги ученого коснулись горячего песка, а пальцы зарылись в него. Юноша чуть расслабился, принимая своё поражение. — Чего хочу? — голос полковника стал ниже и тише. Он не испытывал злости, гнева или чего то ещё, только легкую радость. Будто он ребенок! Но не смотря на это, большая кошка все-таки медленно приблизилась к проигравшему. Дыхание Майлза было все ещё таким сбитым, и дышал мужчина тяжело. Руки при себе, но вот взгляд самый развратный и раздевающий из всех! — Тебя, — вырвалось из губ мужчины и военный вильнул хвостом. Кисточка начала щекотать икру юноши, что стоял неподвижно. А сам хвост плавно и медленно обвил бедро, прижимаясь. Волосы на конце хвоста заставляли Греа смущенно смеяться и отводить глаза. — Ты надышался и ебнулся окончательно, — шепнул и упёрся в его плечи руками, поджав уши. Что он имел в виду… Его? Да эта кошка с ума сошла! — Дохера хочешь, — вновь тихо произнес и отвернул голову, краснея ещё сильнее. Чего он говорит?! А Греа, что он несёт? Ломается, как девчонка. Хвост в такт извилинам в голове Греа нервно задергался. — Так значит, тебя ещё не трогали? — Майлз даже не усмехнулся, а кинул осторожный взгляд на руки Греа. Уперся в плечи полкана? Хотя сам мужчина даже не коснулся его! Ну, кроме хвоста, разумеется. Лицо Майлза стало слегка озадаченным, а грудь военного оказалась ближе к лицу юноши, и полковник замер. — Боишься большего и взрослого дядю? Понимаю. Первый раз он всегда такой, - эти же слова прозвучали прямо над ухом! Горячее дыхание касалось всего уха и мочки в большей степени. Мурашки и дрожь. Майлз игрался с ученым. Ему нравилось смотреть за реакцией, пока руки полковника были заняты только собой! Мужчина показывал, что может довести юноши простыми словами и легкими действиями. — Бля, у этого дяди даже не встанет… — ляпнул от безысходности и поджал уши окончательно, отпихивая от себя мужчину. Но хвост заинтересовано закрутился, когда Греа повернулся спиной к мужчине. Парень смущённо задумался. Внутри странно бурлило. Он впервые получает от кого-то внимание, да ещё и такое. Сердце бешено забилось, говоря бежать. Ноги видимо совсем атрофировались от мозга. Парень резко ринулся в гущу деревьев. Почему-то тело говорило сделать так. Но от торука он не убежал, а от синего человечка типо убежит?.. Это так Греа по умному отшил Майлза? Полковник сначала и не понял, что юноша попытался сбежать от него. Но военная подготовка и сноровка не дали ученому уйти далеко. Полковник мигом погнался за Греа, будто дикий зверь, которого отпустили наружу спустя долгое время заточения. Греа не видел мужчину, но вот золотые глаза видели ученого. Не успел юноша остановиться, дёргая ушами нелепо от своих же чувств, как сзади на него набросился полкан, прижав к дереву и хватая за хвост, будто Греа сейчас оказался провинившимся котенком! — Ты забыл, что я не слабый ученый, — произнёс Майлз. Утренние лучи солнца вот вот коснутся поверхности, а значит, нужно успеть приласкать друг друга, пока этого не видит никто. Что за мысли? Почему они в головах у обоих? Почему полковнику так хочется ласки, нежного тела ученого? Его горячей кожи и запаха травы.. — Да. Ты придурок, — пытается отрицать дикое желание. Уши встали торчком, как и хвост. Юноша кое-как обернулся, царапая спину корой дерева. Сам был в шортах, да майке, в которых вышел наслаждаться утром, но сейчас им планирует наслаждаться. Греа сглотнул густую слюну, смотря на полковника с растерянностью. Он ещё ни разу не занимался подобным, да и не был так близко. А тело… Совсем не слушается. Полковник молчал, но на лице появилась задумчивая ухмылка. Губы растянулись и выпрямились. Майлз наконец прикоснулся к его телу. Сжал обеими ладонями грудь, что и без футболки прекрасно была видна. Под большими синими пальцами полковника, Греа выглядел словно потерянный зверек. Уши вздернулись, хвост начал медленно и тихо вилять. Майлз не спешил с касаниями, однако разглядывал ученого со всех сторон, как мог! А почему бы и Греа не потрогать полкана? Все таки, а здесь они на равных! Юноша замялся и вздрогнул от первых странных касаний. Это было необычно. Припоминая пару порнушек, пальцы ученого залезли под майку полковника, зажимая ткань между двумя пальцами, а ладонью прижавшись к горячей коже. Рука нежно прошлась по торсу, а взгляд опустился в смущении. — Хм, — послышалась тихая реакция полковника. Майлз наблюдал за Греа, как за маленьким котенком и поэтому сопровождал каждое действие ученого своими короткими высказываниями. Почему то, но говорить не хотелось от слова совсем. Майлз прижал Греа к дереву сильнее. Большие руки так крепко схватили юношу и потянули вниз, за собой, на мягкую траву. Греа не успел ничего и понять, как оказался спиной на земле, а сверху навис большой хищный зверь. Майлзу похоже нравилось, что ученый вытворял своими пальчиками. Однако самими движениями бедер, толкавшимися навстречу, военный просил спуститься ниже. Так как руки полкана были заняты тем, чтобы найти опору, то Майлз решил, что будет работать ртом. Опустится и накрыл щеку Греа мягким горячим поцелуем. А своим дыханием обволакивал губы юноши. На удивление, Греа не растерялся и взял его ладонью за лицо, мягко целуя в губы, пробуя на вкус. Очень осторожно сминал и облизывал чужие губы. Глаза смотрели на Майлза, словно пытаясь поймать сигнал. Рука спустилась к ремню и потянула к себе ближе, прижав его бёдра к своим. Уши задергались, дыхание сбилось. Длинный и долгий поцелуй разорвался и юноша почувствовал, как сильно налились кровью губы. Вторая рука скользнула вниз и мягко стала снимать с того ремень, а приспустив его штаны, юноша замер, не заметив белья. Майлз и правда совершенно потерялся, трогая и касаясь губами. Но вот теперь, когда Греа оторвал мужчину от долгих размышлений своими губами, полковник удивился. Взгляд ученого не сходил с глаз мужчины, и военный сам поддался вперед. Именно пробуют друг друга, никак иначе, мягкий и нежный. Даже в какой-то степени детский поцелуй, без языков. Но вот шершавость губ заставляла дрожать. Только полковник вошел во вкус, пытаясь зайти дальше, как юноша отстранился и приступил к другому. Майлз хмыкнул. Чтобы было удобнее, мужчина опустился на траву к юноше и теперь руки были свободны! Полковник решил не терять времени,положив большие ладони на талию Греа сзади его спины. А губы тут же накрыли губы Греа. Майлз не насытился. Желал больше. Хотел съесть. Попробовать ещё каким бывает Греа! Горячий язычок словно змейка проник внутрь глубже, сплетаясь с языком Греа, и буквально заставлял юношу раскрывать свой ротик шире для Майлза. Мужчина дышит тяжело и сбито, но зато такой темп возбуждал и Греа. Заводил. Полковник даже не стал отнекиваться, что нет белья. Лишь усмехнулся в поцелуй, сам пальцами задевая резинку шорт Греа и мягко спуская ниже. — Ребенок. Ты ещё слишком невинен для таких игр, — хрипло посмеялся мужчина. Юноша опять покраснел и сжал ткань в своих руках от лёгкой нервозности. — Пф… Старик, — фыркнул ученый и вновь поцеловал его, кусая чужие губы и пробуя их уже с языком, прижимаясь максимально близко. Руки мягко огладили бёдра в расстегнутых штанах, а одна ладонь сжала хвост у основания, решив подразнить его, пока Майлз в свою очередь обвил руку парнишки своим же хвостом. — Лучше бы подсказал… — выдохнул в губы полкана с обидой. — Подсказать? Что ты хочешь услышать от меня? — Майлз тихо рассмеялся. Сердце полковника оттаивало, когда он ласкался вот так с ученым. Мягко смял губы, начиная игриво кусать их и играться, как вдруг резко спустил шорты с бедер ученого. — О. Так значит, мой солдат был прав, — взгляд Майлза уже был прикован к низу. Пальцами коснулся нежного местечка. Но перед этим надавил кончиками на лобок возле члена, усмехнувшись. Большие пальцы полковника смотрелись глупо на столь невинном кусочке тела Греа. Двумя пальцами мужчина спустился ниже, ниже и ниже. Тогда же все пальцы Майлза и прижались к намокшему месту. — Да ты уже весь течешь. Хочешь, чтобы старый полкан приласкал тебя? — прошептал на ухо, мягко покусывая мочку и языком проникая внутрь. Везде… он трогает его везде! — Мф… Ты… — слова сразу же закончились, как и такая слабая дыхалка юноши. Бёдрами сжал его руку, которая нагло шарилась внизу. — Скажи, как мне тебя трогать… — тихо шепнул в губы Майлза и положил руку ему на пах, чувствуя, как мужчина сам уже давно возбудился. Горячий член полковника упирался прямо в ладони Греа. Головка пульсировала, наливаясь кровью. Мужчина сейчас перед юношей это совершенно зрелый Майлз, которой видел много женщин, участвовал во многих оргиях и явно был намного опытнее ученого, который видел все это только на экране. Именно так наивно считал Греа, хотя отчасти он был прав. — Сожми обеими руками. И начни водить ими, словно ласкаешь себя, — голос полковника сбился. Пытался не поддаваться на уловки пальцев юноши, но иногда в глубокую тишину леса проскальзывал тихий и невероятно сдержанный стон мужчины. Майлз оскалился. Прижал одной рукой Греа к себе ближе и начал водить пальцами по клитору. Осторожно давит и пропускает его меж своих грубых пальцев. Каждое такое движение сопровождалось дрожью и будто судорогами в ногах! Когда ласкают только его. Майлз начал уже в открытую рычать. Не скрывает острых клыков, смотря рассеянно и чуть мутно. Дальше пальцы опустились ниже к мокрому участку. Пальцы военного стали липкими, грязными. А вот движения их более резкими и развратными. Полковник стал водить у прохода, мягко то проникая, то снова вытаскивая их. До чего же… до чего же было невыносимо приятно! Дразнящие движения и рычание военного. Даже теперь Майлз стал толкаться бедрами навстречу тела юноши, будто вошел в кого-то и имеет его самыми глубокими толчками. Греа активно поддавался ему, уже широко расставив свои ноги для хорошего доступа, поняв в чем кайф. Руки сжались вокруг члена мужчины, лаская его там, но вскоре добавился ещё один член, уже юноши, что мигом толкнулся в свои же руки. — Майлз… — тихо застонал ученый. Принялся двигать бедрами ещё быстрее и дрочить им двоим. Глазки жмурились от подобной ласки и напряжения внизу. Как же хорошо. Всё жжется, хочется прекратить, так ноет и пульсирует. Скоро подступит оргазм. Майлз заметил член юноши. Обхватил два органа большой ладонью и начал ласкать обоих, осознавая, что Греа не освоит. Майлз шептал разные непотребные слова прямо на ухо ученого. Терся и сжимал внутреннюю сторону бедра, будто пытаясь заигрывать с ученым, флиртовать. И как так можно флиртовать, когда вы буквально дрочите друг другу! Полковник кусал мочки ушей, оттягивая их в сторону и языком лаская раковину. Спускался поцелуями к губам, сминая сминая сминая чужие губы, но не углубляя дальше! Дразнит, но пальцами не входит. Теперь одной рукой военный дрочил обоим, а второй всеми пальцами быстро водил по клитору и половым губам, в такт сбитому дыханию. Они так завелись, и совершенно не заметили, как рассвет накрыл их! Рычание Майлза усиливалось. Бедра толкались все чаще! — Я.. скоро, - шершавым голосом произнёс полковник, мягко губами прислоняясь к губам Греа Юноша хныкал и хмурился, обняв мужчину, когда руки освободись. Уши дергались от ласк и нежностей. Тело юноши осторожно прижалось ещё ближе, а хвост поджался. — Я хочу кончить… Прошу… Хотя бы пальцами… — шепчет между жаркими поцелуями. Для Майлза это был словно красный флаг. Большие и длинные пальцы мужчины тут же проникли внутрь. Горячие стенки начали пошло хлюпать, ведь внутри оказалось два пальца. Все так сжалось вокруг них, что полковник даже вздрогнул, начиная кусать кадык юноши, посасывать его. Будто зверь во время гона, не иначе. Кот по весне! Хвост Майлза так и вертелся из стороны в сторону, бья им от земли по земле. А уши поджались к лицу, отводит их назад. Пальцами ласкает внутри, входя ими настолько, насколько может. И горячая смазка текла прямо по ним. Быстрые движения руки Майлза заставляли Греа свести ноги вместе от безысходности, а странные ласки возбуждали сильнее. Пальцы полковника активно трахали киску, расширяя невероятно узкие стенки влагалища. Густая смазка текла изнутри, позволяя мужчине толкнуться еще глубже. А пошлое хлюпанье, которое издавала киска с каждым новым толчком, просто сводило с ума от стыда! С проникновением пальцев юноша в голос стал стонать, ведь это было в разы приятнее вкупе с касаниями, что были до это. Греа довольно поджимал уши, запрокидывая голову. — Не кусай… — прохрипел и в какой-то момент излился в чужую ладонь, поскуливая от безысходности. Внутри всё судорожно сжалось, пытаясь хоть как-то продолжить. Киска плотно обхватила пальцы Майлза, а сам полковник глухо выдохнул, кончая следом густой синей спермой прямо в свою же ладонь! Мужчина начал тихо смеяться, бодаясь лицом о лицо Греа и мягко губами водя по щекам. Свободной рукой натянул шорты обратно на белую задницу ученого, а глаза поднял на Греа. — Поможешь мне? — намекнул на брюки, что оставались все так же внизу. А так же посмотрел и на руку, где смешалась сперма военного со спермой ученого. — Нам бы… Для начала вымыться… — шепнул в его лицо, поджимая уши. — Хотя бы в воду окунуться, а то будет липко и неприятно, — шепчет в пьяном бреду. Какого будет этому коту, когда он очнётся от опьянения партнёром? — Да, нужно. Здесь есть источники? — Майлз был пьян, но разум полковника ещё оставался трезвым совсем немного и поэтому мужчина поднялся. Уши дёрнулись. Все таки, а горячая волна ощущений нагрянула только сейчас. Снизу хоть уже и не стояло, но все ещё пульсировало и отдавало в висках. А киска юноши горела. Горела и сжималась. Липко и скользко там внутри. А ещё теперь чуть шире. Как же стыдно. И ведь рядом были их звери! Вот ведь. Юноша выдохнул и поднялся на ноги. Сколько там.. как же неловко. — В любом случае, есть океан, — проговорил Греа и пошёл в сторону берега, захватив свои вещи. Хвост поджат, глаза смотрят в сторону. Стыдно, но черт… Как же хорошо. Майлз ухмыльнулся. Было забавно наблюдать, как юноша стыдится этой близости. И ведь даже не секс! Полковник решил только на сегодня обо всем забыть. И о своем положении тоже. Военный резко начал раздеваться. Стянул с себя мятую майку, а на бегу выкинул и брюки, оставаясь полностью голышом! И вот в воду со всего разбегу прыгнул вояка в чем мать родила! Юноша вздохнул, узнавая в этом идиоте своего сопровождающего и успокоился. Прошёл к берегу ближе и аккуратно снял с себя майку, осторожно входя в воду, расслабляясь в ней. Но как обмыться в чужом присутствии и с отсутствием плавок… Они недавно дрочили друг другу, но сейчас ученый боится касаться себя? Довольно забавно. Майлз с большой охотой плескался, ведь явно давно не ощущал свежести. Подплыл к Греа, начиная разглядывать полностью голое тело юноши. — Стесняешься меня? — с издевкой спросил, и на лице тут же воцарился ехидный оскал. А вот руки полковника под водой сжали за бедра ученого. — Тц… Да, стесняюсь, — фыркнул юноша и поджал уши, поглядывая на него украдкой. Греа был даже сейчас до жути привлекательным. Редко военному доставалась настолько невинная в этом плане душа. — И как же так вышло, что в этой киске не было никого? — Майлз не стеснялся и наслаждался разглядыванием тела ученого. Будто сам полковник стал каким то исследователем. Конечно. Такое то тело. Майлз встал позади Греа, отряхиваясь как кошка от воды. Положил руки на лопатки ученого, мягко проминая их и ладонями спустился ниже. Юноша залился краской после услышанного. — Я не трахался со всеми подряд, — выдохнул, ещё не осознавая, что прочно засел в этой пучине удовольствия и вряд ли выберется из неё. — И не надейся, этого не повторится…- шепнул сам себе под нос. — Я могу омыть тебя, — уже сказал на ухо наглый кот, а касаниями мягко спустился ниже. Пальцы проходятся по каждому ребру. А вот уже и поясница. — Я и не надеюсь, — добавил мужчина на слова ученого. Майлз казался сейчас самцом, что омывает свою самку после случки. Осторожно набирает в ладони прохладную воду и опускает на бедра юноши, сразу приковывая горячие ладошки к коже и повторяя процесс. Дальше руки полковника раздвинули бедра и по внутренним сторонам бедер мужчина прошелся пальцами, поднимаясь к киске и члену. Делает все аккуратно. Но от того, что Майлз был за спиной, становилось странно. Юноша в какой-то момент расслабился и прижался к его груди, мимолетно доверяясь. Греа прикрыл глаза. — Я думаю, что достаточно, нам надо возвращаться обратно… — выдохнул ученый и взял за руки мужчину, позабыв обо всём. — Верно. Лайл наверняка уже давно встал, — полковник не хотел уходить, ведь понимал, что если сейчас оседлает своего баньши, то придется снова вести себя по-обычному. Мимолетное чувство расслабленности покинуло военного и мужчина вышел из воды первым, начиная одеваться. Затянул ремень, накинул майку и позвал баньши. Торук на удивление прилетел вместе с тем. — Пора возвращаться, — совершенно другим голосом сказал Майлз. Он не может оставить базу ради простого ученого. Он не может выбрать такой путь. Юноша перевел дыхание и сразу же вышел из воды. Быстро оделся и соединился с Торуком, седлая его. Довольно потянулся. Хорошо. Однако было смело со стороны учёного так легко отдаться мужчине. Майлз во время полета все время молчал, лишь изредка поглядывал на Греа. Скоро они оказались прямо у вагончика. Дверь внутрь открыта, а на пороге сидит Лайл, сжимая ружье в руках. Солдат сразу поднял голову, услышав крики баньши и торука — Полковник!..- хотел было возмутиться Лайл, но взгляд Майлза говорил сам за себя.