Последний шанс

      Уён хмуро смотрел на целующуюся напротив парочку, все еще не понимая, что он забыл на этом празднике жизни. Как ни странно, уговорить его поехать в богом забытый домик семьи Сана удалось именно Чонхо, который не только извинился за свое поведение, но еще и попросил у него разрешения встречаться с Ёсаном. Будто тому нужно было разрешение…       Сейчас же Чхве, абсолютно забыв о существовании Уёна, усердно выцеловывал своего парня, хотя еще день назад они оба обещали, что на шаг не отойдут и будут развлекать все выходные.       Как же, будут… Еще немного, и они вообще отправятся проверять прочность кровати в гостевой комнате.       И, если этих двоих еще можно было понять, то Минги, позволяющий Юнхо дремать на своем плече, никак не вписывался в мировоззрение Уёна. Еще совсем недавно он и близко к себе этого типа не подпускал, а сейчас мало того, что терпел его руку, комфортно устроившуюся на бедре, так еще и сам что-то шептал Чону на ухо. Что у них за секреты? И когда они спеться успели?       Хреново сейчас было не одному Уёну, что хоть немного радовало. Сан, сидящий рядом с Чонхо, успел изучить взглядом все изъяны помещения, начиная от самых дальних углов и заканчивая ковром, на котором парни удобно устроились в гостиной того самого домика семьи Сана, расположенного в глуши.       Наверняка Чхве рассчитывал на большее, чем просто созерцать влюбленных друзей, когда соглашался на это путешествие. Не зря же Уёна так уговаривали поехать…       Вот только сдаваться Чон был не намерен, даже если сейчас все разбегутся и оставят его наедине с хозяином. Пока что… Чон Уён не такой простой, чтобы вот так быстро выбросить белый флаг…       — Итак, вы встречаетесь? — свой вопрос Сан, которому, видать, надоело краснеть за других, адресовал Минги. Или Юнхо?       — Мы? Нет, конечно! — ответ последовал быстрее, чем Уён успел осознать сам вопрос. Слишком быстро. В два голоса.       — Тогда почему твоя рука подбирается к яйцам Минги, паршивец? — Чхве хитро улыбнулся, всем видом показывая, что не поверил ни единому слову. А по спине Уёна от этой улыбки побежали мурашки. Как же она ему все же нравилась… Так улыбаться — это преступление просто.       — А ты откуда знаешь, куда она подбирается? — в тоне Чона прозвучали нотки ревности, но руку он так и не убрал. — Минги же не возражает, значит, все нормально.       — Мне все равно, — Сон лишь равнодушно пожал плечами, заставив тем самым Юнхо отлипнуть от себя и сесть ровно. — Как я понимаю, веселее компании на эти выходные не предвидится. Так что пусть хоть кто-то обнимет.       — То есть, я — запасной вариант? — Чон моментально нахмурился, испепеляя парня, к которому еще недавно так откровенно прижимался, убийственным взглядом. — Ты еще скажи, что предпочел бы, чтобы на моем месте был Ё…       — Кажется, у нас лед закончился, — Минги резко перебил его, начиная подниматься. — Пойду посмотрю, замерз ли тот, который мы залили.       — Так кого он там предпочел бы? — Чонхо, успел в процессе разговора отлипнуть, наконец, от губ красного от смущения Ёсана, и теперь, когда Минги покинул помещение, и Юнхо остался один со своим длинным языком, решил проявить признаки любопытства.       — Пойду помогу ему со льдом, — после вопроса младшего Чхве Чон тут же вскочил, быстрым шагом вылетая из комнаты, что невольно вызвало у Уёна улыбку. Да, конечно он знал, что хотел сказать этот парень. Чувства Минги к Ёсану не заметил бы только слепой. Или сам Ёсан… Но теперь, кажется, от болезни «Кан Ёсан» у их Минги есть лекарство… Главное, чтобы это лекарство поменьше болтало. Минги нужно научиться затыкать ему рот. Поцелуем, как минимум…       — Эти двое встречаются? — Чонхо, похоже, услышал все, что ему было нужно, пусть и был занят. — Я думаю, да.       — Однозначно встречаются, — Сан фыркнул, отпивая глоток из своего бокала. — По крайней мере, спят вместе точно. У Юнхо на шее следы от засосов который день не сходят. Сомневаюсь, что он успел найти кого-то другого, учитывая его одержимость Сон Минги.       — Ты их, как я понимаю, хорошо рассмотрел, — слова слетели с губ Уёна быстрее, чем он успел себя остановить. Проклятие, давал же себе слово не заговаривать на прямую с этим человеком. А тут еще и фраза двусмысленной вышла…       — Что это, ревность? — Сан быстро ухватился за предлог. — Можешь не волноваться, я просто наблюдательный, но в моем сердце только ты.       — Да, как же… — Уён вновь фыркнул, поднимая взгляд на старшего Чхве и попадая в ловушку его глаз.        Держись, Уён-а, ты должен выдержать этот взгляд. Не сдавайся…       — Хо, — Ёсан, словно вспомнив что-то, а в реальности решив показать, какой он ненадежный друг, хлопнул своего парня по плечу. — Ты обещал показать мне дом. Идем.       — Да, пошли, не скучайте тут без нас, — Чонхо тут же вскочил, словно только и ждал повода сбежать.       — В спальне моих родителей трахаться запрещено, — Сан все еще не отводил взгляда от Уёна, даже не изменившись в лице. — Напоминаю, на всякий случай.       — Хён, вот вечно ты не о том думаешь, — младший Чхве начал ворчать, но Ёсан уже тащил его наверх, видать, в ту самую спальню. Интересно они осматривать дом собрались. И да, путь наверх, похоже, временно запрещен.       — Пойду гляну, где там парни застряли со льдом, — осознав, что остался с Саном один на один в такой ситуации, Уён попытался сбежать.       — Я бы на твоем месте им не мешал, — тот лишь вновь улыбнулся, заставляя оторвавшуюся было от ковра пятую точку Чона опуститься назад. — Еще прервешь в самый неожиданный момент. Потом самому же будет неудобно.       — Они сказали, что не встречаются, — Уён попытался хоть как-то поддержать этот абсурдный разговор. Хотя о чем можно было говорить с этим человеком? Хотелось… На Чхве Сана хотелось просто смотреть. На то, как он танцует, на то, как он двигается, как улыбается. В нем все было, казалось, идеально. Да и сам он теперь казался таким теплым и домашним… Да, его идеал оказался очередным лицемером, и теперь было сложно поверить ему вновь, пусть на стороне этого парня и были все друзья Уёна, но поверить хотелось безумно. С каждым днем все сильнее.       И самого Сана все еще хотелось… Хотя бы раз.       — Но они все же вместе, — во взгляде Чхве что-то изменилось, будто он прочел каждую мысль, взрывавшую сейчас голову Чона. — Можешь мне поверить. Я такое чувствую. Как и то, что я тебе нравлюсь, Уён.       — Какой самоуверенный, — сердце пропустило пару ударов, а дышать стало сложнее.       Да, нравишься, чтоб тебя…       — И ты все еще нравишься мне, — Сан словно и не заметил состояние Уёна. — Сейчас даже больше, чем раньше. Думаю, я люблю тебя, Уён.       — Хён, мы же договорились без этого всего, — Чон лишь вздохнул. Вот как не поверить, когда на тебя так смотрят?       — Да, я помню, что мы решили остаться друзьями, — Чхве закивал, подсаживаясь к Уёну, — вот только что мне делать с моими чувствами? Мне кажется, я влюбился в тебя в тот момент, когда впервые увидел на танцполе. И любовь не проходит. Она с каждым разом разгорается все сильнее, Уёна. Ты можешь и дальше игнорировать мои чувства, но хотя бы не веди себя со мной так холодно.       Сердце уже отбивало бешеный ритм, а Уён сейчас просто мечтал раствориться в пространстве. Что он мог ответить этому парню? То, что сейчас готов просто наброситься на него и впиться в эти грешные губы поцелуем? В то, что предпочел бы сорвать с него рубашку и вгрызться зубами в ключицу, которую то и дело наблюдает в разрезе ворота. Может ли он? Даже несмотря на признание, Сан остается ненадежным. Стоит ли давать шанс, если первый этот парень упустил?       Нет, лучше не нужно… Хватит с тебя боли, Уён. Сначала Чонхо, потом Сан. Кто следующий потопчется по тебе? Не стоит это все затягивать. Но будет ли следующий? Можно ли вообще забыть эту улыбку? И эти глаза?       — Сколько комнат наверху, хён? — Чон весь сжался, понимая, что говорит совсем не то, что собирался.       — Три, включая спальню родителей, — Чхве, кажется, слегка удивился вопросу, но ответил.       — Думаю, она сейчас все же свободна, — Уён едва не засмеялся, видя все больше нарастающее удивление Сана.       — Надеюсь.       — Тогда что мы здесь делаем?       Уён понимал, что будет жалеть. Понимал, что будет сложно признать, насколько он был неправ все это время. Вот только сейчас ему было все равно. Потому что губы, что сейчас обжигали его шею, руки, что ласкали его плечи, не раз снились ему ночами. Пусть бы Уён в этом не признался бы даже Ёсану. Хотя ему как раз точно не стоило об этом знать… Как и самому Чхве.

***

      Вечер проходил в теплой атмосфере. Ёсан с каким-то особым удовольствием, удобно устроившись на диване в объятиях Чонхо, подмечал, что все счастливы. И сам Чонхо, то и дело целующий его в шею, и Уён, сидящий, казалось бы, на расстоянии от Чхве Сана, но то и дело бросающий на него такие взгляды, что теперь Кан был уверен — оставить их вдвоем было отличной идеей.       Но больше всего он радовался даже не за Уёна, а за Минги. Немного взлохмаченный и какой-то растерянный, он, наверное, впервые не выглядел тем ярким, уверенным в себе парнем, каким Ёсан привык его видеть. Но во взгляде этого Минги было что-то, что заставляло смотреть на него и любоваться им. Да, уверенный в себе парень исчез, и на смену ему пришел тихий и задумчивый ребенок, который требовал внимания к себе, любви и заботы. Заботы одного единственного человека, сидящего сейчас рядом и сияющего от счастья. Как же хорошо, что Юнхо нашел свою любовь. И как прекрасно, что Минги его принял. Наверное, это лучшее, что могло случиться, ну, после появления Чонхо в его собственной жизни, конечно.       Да, сам Ёсан тоже был счастлив. Более того, впервые он был уверен, что это счастье продлится долго. Потому что он не намерен сдаваться, как раньше. Он будет бороться, будет держаться за то, что имеет, и не упустит вновь свой шанс. Ведь этот — последний.