Две стороны одного дневника

      Он плохо спал этой ночью, постоянно ворочаясь, то и дело просыпаясь от особенно красочных картинок, подкидываемых подсознанием. Кровь. Слишком много крови вокруг неподвижного тела босса Портовой Мафии. Это был совершенно обычный день, самое обычное собрание множества «шишек» в дорогом ресторане. Чуя, по идее, вообще не должен был туда идти, пока не получил предложение от Мори.       Нападение было внезапным. Враг остался неизвестным. Почти все, сидящие за тем столом оказались либо мертвы, либо сильно ранены. Отменная реакция Накахары поспособствовала тому, что он успел оттолкнуть босса, но увечья все равно были ужасными. Врачи сказали, что он в коме, и они не знают, очнется ли он вообще.       Событие потрясло весь Порт, но времени скорбеть не было ни у кого. Кое почти сразу собрала экстренный совет Исполкома, чтобы обсудить, кто займет пост временного босса. Из-за все еще ужасного физического состояния ему приказали идти домой и отдохнуть, о решении старших он должен был узнать сегодня.       Тело болело, конечности затекли из-за неудобной позы сна. Самые сильные раны затянулись, благодаря регенерации, но осадок все равно оставался, пускай и не был виден остальным.       Он, Накахара Чуя, лучший боец Портовой Мафии уже как семь лет, не смог защитить своего босса.       До остальных ему сильно не было дела, но вот Мори… Чуя правда старался об этом не думать и уснуть, но мысли всегда были его главными врагами.       Место работы встретило его непривычным молчанием, все были напряжены. У Огая не было преемника, но все разумно полагали, что его пост займет Кое, как самая приближенная. Накахара отчасти сочувствовал наставнице, прекрасно помня ее слова, что та не хотела бы иметь на плечах столько ответственности.       Себя же он точно не видел во главе организации. Для босса Портовой Мафии необходимы не столько сила, сколько расчетливый ум, хитрость, проницательность. Пускай за последние годы он все же изменился, научился придумывать достойные стратегии и более не был столь эмоционален, как раньше, но он никогда не станет хотя бы частично похожим на Мори. — Накахара-сан, — девушка, завидев его, приветственно кивнула. — Как вы себя чувствуете? — Доброе утро, Хигучи, — рыжеволосый чувствовал себя ужасно, но не хотел показывать этого подчиненным. — Я в порядке. Исполком уже на месте? — Да, Накахара-сан, но… — она замялась, Исполнитель почти открыл дверь, но теперь смотрел на нее вопросительно. — Вы будете немного удивлены. Больше ничего не объясняя, блондинка поспешила уйти восвояси, хотя в ее голове крутились лишь мысли наподобие «нужно уезжать из города как можно быстрее». Чуя же нахмурился, но быстро собрался с силами и зашел в кабинет. — Всем доброго… — замер, не веря собственным глазам. На месте босса сидел тот, кого он не видел уже долго. И предпочел бы не видеть еще сотню лет. Дазай Осаму собственной персоной в своем старом черном пальто, сосредоточенно читающий бумаги. Но вот он услышал, как открылась дверь, поднял глаза, но его взгляд был до ужаса скучающим. — Видимо, кое-кто не получал сообщения, — чуть усмехнулся шатен, но вновь вернулся к документам. — Анэ-сан, будь так добра, выйди вместе с Чуей и объясни ему ситуацию, пока он не переломал мне все кости. Женщина кивнула, вышла из-за стола и взяла под руку своего ученика, так как тот словно прирос к земле, не в силах отвести взгляд от старого напарника. — Чуя, — она слегка потрясла его за плечи. — Чуя, посмотри на меня. Парень наконец отмер и растерянно спросил: — Как…? Что…? Какого черта он здесь забыл? — на этот раз он решил пренебречь манерами в диалоге с наставницей. — Чтобы ты знал, никто здесь не рад его видеть. Но мы приняли решение на благо организации. Вчера он ворвался сюда, как ураган, предложил свою помощь в управлении. Как ты помнишь, Дазай был учеником босса, Мори сам говорил, что воспитывает его, как своего будущего преемника, его способности здесь отрицать нельзя, — женщина говорила с явным пренебрежением, но также со смирением. — Послушай, я не знаю, в чем его выгода, но разрушать организацию он не планирует. — И вы поверили его словам? — приходилось держать себя в руках и не кричать, так как за стенкой сидел сам предмет разговора. — У него достаточно связей и информации, чтобы сделать это. Здесь что-то другое. — Но… Но… — Накахара открывал и закрывал рот, пытаясь показать, насколько он возмущен подобным решением без его ведома. — Он же предатель! — все же воскликнул он. — Я знаю, Чуя, — женщина вздохнула. — Но Мори сейчас в тяжелом состоянии, а нам нужен кто-то с мозгами как у этого мерзавца. Нападение неизвестного может повторится, мы как раз сейчас это обсуждаем. Прошу тебя, успокойся и будь сдержанным. Пойми, у нас нет другого выбора. За вчерашний день, пытаясь со всем разобраться вместе с Хироцу-саном, мы чуть не сошли с ума, — она и правда выглядела уставшей. — Не понимаю, как Мори все успевал, — подобное событие оставило след на ней глубже, чем на других. — Давай мы сейчас войдем в кабинет и продолжим собрание, как взрослые люди. Если захочешь — поговорим обо всем этом после. Но нам срочно нужно решать, что делать. Все еще пребывая в растерянности, но доверяя наставнице, Накахара кивнул. Он зашел в кабинет, приветственно кивнул Хироцу, Акутагаве, все же пробравшемуся в Исполком, и занял свое место слева от «босса», пытаясь на него не смотреть. — Отлично, все в сборе, — Осаму хлопнул в ладоши. — Я рассмотрел все бумаги за прошлые несколько месяцев. Должен сказать, все не так плачевно, как я думал, — он хмыкнул и осмотрел всех присутствующих. — У нас все еще висят поставки оружия, а также сделка с компанией N, они хотят немного изменить условия контракта в свою пользу. Акутагава, поручаю это вам вместе с Хироцу. Попробуйте вправить им мозги и показать, что вы не так тупы, как все думают. Анэ-сан, как продвигаются дела в Правительстве? Они потеряли несколько важных шишек. Женщина взглянула на него с примесью презрения, но ее голос был безэмоционален: — У них все под контролем, никаких срочных новостей. — Это ложь, но они пока сами этого не знают, — качнул головой шатен. — На данный момент самое важное дело — неизвестный эспер. Над этим мы поработаем вместе с Чуей. — Почему со мной? — встрепенулся Накахара, услышав свое имя. Ему все же пришлось взглянуть на бывшего напарника, внутри будто что-то упало от слишком знакомого взгляда карих глаз. — Ты единственный без задания, а также ты присутствовал во время происшествия. Я, конечно, могу поработать над этим один, но в твоих же интересах оказать мне помощь. — Так это приказ или предложение? — фыркнул Исполнитель, не отводя взгляд. Осаму усмехнулся: — Жду у себя в кабинете через час. Собрание окончено. Жду отчеты в конце недели.

***

      Чуя остался в своем распоряжении на целый час. Сигарета из черного матового портсигара быстро перекочевала в руки, пепельница была на обычном месте, а кресло встретило его родным скрипом. Минут десять ушло на то, чтобы в прострации просто смотреть на дым, вдыхая его, но потом утренний кофеин все же подействовал. — И что это, блять, за хуйня?! — рука потянулась к рабочему телефону и нажала на кнопку, после чего рыжеволосый вновь заговорил. — Ко мне в кабинет. Сейчас же. Адресату повторять не требовалось, уже через пару минут тот без предупреждающего стука зашел и занял место напротив с громким вздохом. — И что это, блять, за хуйня?! — повторил он свой недавний вопрос. — Я без понятия, — пожал плечами Рюноске. — Мне самому это не нравится, но Кое-сан права, нам требуется помощь. — Но почему именно он?! — Исполнитель всплеснул руками, вновь берясь за сигареты. — Достоевский и то лучше! — Чуя, он вообще-то едва не уничтожил мир, — напомнил Акутагава. — Но он хотя бы не Дазай, — с отвращением фыркнул рыжеволосый. — Как вы не понимаете, что нам его помощь не выгодна? Может, он и удержит организацию на плаву во время отсутствия босса, но цена… Цена может быть слишком большой. — Ты на него еще обижаешься, что ли? — с тихим смешком поинтересовался Рюноске. Расёмон успел отразить атаку в виде летящего степлера. — Понял, не шутить об этом. Но Чуя, серьезно, прими его присутствие, как данность. Мы все равно ничего больше не можем сделать, кроме как довериться решению Кое-сан. Накахара цыкнул: — Я узнаю, зачем он здесь. И ебите меня семеро, если я ошибся. — Ты выбрал очень… интересную фразу. — Ой, да пошел ты. Иди работай.

***

      Чуя слегка удивился, узнав, что кабинету босса Дазай предпочел свой старый. Хотя в сознании невольно всплывала фраза самого шатена мол тому никогда не нравился офис Мори. Почему-то он испытал даже какой-то приступ ностальгии, заходя сюда и замечая наконец не пустующее рабочее место. — Ты все еще куришь, — заметил Осаму, стоило Исполнителю занять стул напротив. — Ладно, опустим формальности. Спрашивай, что тебе интересно, потом приступим к эсперу. Накахара долго думал, какой из вопросов задать первым, но этот почему-то сам сорвался с языка: — Так ты не сжигал это пальто? Пожалуй, это удивило и самого Дазая. Он едва сдержал смешок, но улыбнулся уголком губ: — Именно так. — Знал, что снова его наденешь? — В общежитии агентства холодно зимой, а оно теплое, — шатен повел плечами. — Ты же работал в ВДА. Какого хуя ты здесь забыл? — Они могут справиться без меня, а вот вы — нет. Если Портовая Мафия падет, то Йокогама станет уязвима перед лицом сильного врага. — То есть ты здесь на благо города? — с сомнением уточнил Накахара. — В жизни не поверю. Может твои дружки из агентства и купились на твою личность святоши, но меня ты не обманешь. В чем твоя собственная выгода? — Чуя, разве люди не способны меняться? — с напускным возмущением поинтересовался Осаму, скрещивая руки в замок на столе. — Только не твоя гнилая натура, — фыркнул Исполнитель. — Я считаю решение Анэ-сан ошибкой, но я не собираюсь идти против нее. — Разумное решение. Не похоже на тебя. Чуя стиснул зубы, но все же сдержался: — Давай приступим к работе. — Подожди, у меня есть для тебя официальный приказ, — с максимально серьезным лицом начал Дазай. — Прекрати уже надевать эти позорные шляпы. Накахара опешил, но тут же с возмущением бросил: — Ты ахуел?! Ты не имеешь права приказывать, как мне одеваться! — Дай-ка подумать, — он постучал пальцами по древесине. — Теперь я твой босс, а значит имею полное право. Просто знаешь, твой вид меня слишком отвлекает, особенно это шляпа. Ты ее на помойке нашел, что ли? — Завались нахуй, — рыкнул Исполнитель, замечая, как собеседник вновь становится серьезным. — Сними перчатки. Столь резкая смена темы разговора вновь вызвала смешанные эмоции: — Зачем? — Надо. Я сказал «сними». Закатив глаза, Чуя все же стянул с себя вечный аксессуар. Когда-то он мог позволить себе ходить без них, но в последние годы это было более чем опасно. Случайно активировать «Порчу» под влиянием Арахабаки ему бы не хотелось. — А теперь покажи мне ладони. Скрипя зубами, он подчинился. Дазай не прикасался, не было нужды: он и так заметил свежие рубцы на коже в виде полумесяцев. — Тебе все еще снятся кошмары, — не вопрос — утверждение. — Тебе-то какое дело? — Накахара поспешил вернуть аксессуар на руки. — Кошмары влияют на твой сон, а тот, в свою очередь, на продуктивность работы. Не думал поработать с психологом? — Нет. Я привык, — это было сказано с долью смирения. За столько лет он действительно привык не обращать внимания на кошмары, те не влияли на его работу. — Давай уже найдем этого эспера, — сил на какие-либо эмоции уже не осталось. Хотелось побыстрее забыться в задании и перестать думать о чем-то, кроме него. — Хорошо. Расскажи в подробностях про тот день и само происшествие. — Все было как обычно, — он позволил себе облокотиться на спинку стула. — Мы недавно закончили зачистку мелких банд на Западе, я только вернулся в Йокогаму, Мори-сан предложил мне поужинать в ресторане с верхушками. Зал был забронирован только на нас, многие могли знать, что мы там. Все просто разговаривали, выпивали, вели себя дружелюбно, насколько это возможно. А потом сильный взрыв, будто взрывчатка была со всех сторон. Я успел оттолкнуть босса к окну, подальше от пламени, но там было много осколков. Семь человек убито, двое ранены, пять в коме. Не было обнаружено ничего, напоминающего бомбу, — слова давались тяжело, воспоминания были слишком свежи. — По логике, это действительно должен быть эспер, но мы не можем исключать и другие варианты, — задумчиво произнес Осаму. — Также, это могло быть запланированное нападение на кого-то конкретного, претендентов много, а остальные стали невольными жертвами. Сможешь мне назвать имена всех, кто там был? — кивок. — Отлично. Я просмотрю их досье. Пока что можешь идти. Накахара встал со стула, чувствуя себя отвратительно вымотанным. Он уже коснулся ручки двери, как его окликнули: — Чуя, езжай домой и поспи. Если будут новости — я позвоню. Пожалуй, это первый приказ нового «босса», который пришелся ему по вкусу.

***

      Исполнитель в этот раз послушался без пререканий, сел на байк и за десять минут без пробок доехал до своих апартаментов. Когда-то пятнадцатилетний Чуя мечтал о такой квартире. Последний этаж одной из высоток, панорамные окна, позволяющие вдоволь насладиться видом. Просторная кухня, хотя он редко готовил сам. Деревянная конструкция с ячейками, где хранилось коллекционное вино. Все в минималистичном стиле, вся техника — новейшая.              Он долго копил на эту квартиру, отказывался от предложения Мори жить в районе Мафии. Чуя хотел заработать на свой новый дом своими руками, потому к восемнадцати уже смог позволить себе снять ее, а к двадцати двум полностью купил. Район был спокойный, здесь редко что-то происходило. Соседи были тихими и не пытались подружиться, даже если видели его в коридорах. Рядом находилось несколько ресторанов с различной кухней, пара супермаркетов и даже винный магазин, в который он иногда заходил просто полюбоваться новым ассортиментом и пообщаться с пожилым сомелье.       Да, может, ему действительно стоило поспать, но мысли штурмовали голову, потому пришлось думать, куда их деть. Когда-то он пробовал рисование, но, как перфекционист, не мог оставить работу незаконченной, а времени и сил почти всегда не хватало. Чуя пробовал готовку, но лишь больше раздражался и не понимал, куда деть приготовленное блюдо. Спустя еще много и много попыток он нашел подходящий ему вариант — личный дневник. И нет, это не тот блокнот, где он писал «здравствуй, дорогой дневник», Накахара считал это слишком детским. Там были его мысли, когда становилось слишком нестерпимо держать все в себе. Иногда это даже напоминало какой-то диалог с самим собой, но так как это помогало, Исполнитель продолжал пользоваться. Вот и сейчас, он открыл ящик тумбочки у кровати, принял полулежачее положение и начал писать.       «Мори-сан в коме. Дазай занял место временного босса. Я просто в ахуе. Я ему не верю, что он делает все ради блага города, думаю, тут есть что-то другое, и я обязан это выяснить, пока он не испортил всем нам жизнь. Рю сказал, что я все еще обижаюсь на него. Пф, делать мне больше нехуй. Он мудак, этим все сказано. И я на него не обижаюсь! Он ушел из Мафии так давно, что было бы глупо держать обиду. Тем более он предал именно организацию, а не меня лично. Хотя… Нет, я определенно был рад, что перестану видеть его ебало каждый день. А плакал… Он взорвал мою машину между прочим! И почему я оправдываюсь перед блокнотом? Накахара, ты окончательно ебанулся. Что же ему нужно на самом деле? Плевать ему на город и на людей, это же гребаная Скумбрия. Может, ему нужно что-то от меня? Должна же быть причина, почему именно меня он попросил поработать с ним над делом об эспере. Максимум, что я могу, это рассказать, что произошло. Но в анализе я ему не помогу. Так нахуя? Просто от скуки? Решил поиздеваться? И какое ему, блять, дело до моих кошмаров? И почему он все еще помнит об этом? Почему отправил спать? Сомнительная забота. Я не могу ему доверять. Может когда-то я и доверял ему свою жизнь, свои мысли, но он сам все разрушил. И я ничуть не обижен, нахуй! Я отпустил ту ситуацию и, если понадобится, я пошлю Рюноске еще раз нахуй со своими предположениями»       Он выдохнул и отложил блокнот. Полегчало. На телефоне ни сообщений, ни звонков. Значит, пока он никому не нужен, а это отлично. Нужно будет еще съездить в Порт вечером, спросить, нужна ли кому-нибудь помощь или в кои-то веки заняться отчетами. Если Мори иногда прощал ему задержки, Осаму может принципиально потребовать все завтра утром, чтобы просто позлить. А сейчас можно поспать…

***

      Проснуться отдохнувшим не получилось, хоть он и проспал около десяти часов. Чуя вообще не помнит, когда последний раз высыпался. Такое чувство, что у него уже хронический недосып. Это раздражало, но с этим ничего не поделаешь.       Время клонилось к двенадцати, когда он вышел из дома и сел на байк, потому что отчеты никто не отменял. В это время мало кто задерживается в Порту, поэтому можно насладиться работой в тишине.       Хотя кто вообще получает удовольствие от заполнения бумажек?       Накахара пробовал нанять себе помощника, дабы тот писал отчеты за него, но тот делал все неправильно, потому был уволен уже меньше чем через месяц.              Холодный ветер на дорогах помог окончательно проснуться, поэтому, когда он припарковался на стоянке, сил в теле было однозначно больше, чем при выходе из дома. Сейчас работали лишь ночные дежурные, следящие, чтобы все было в порядке и в темное время суток. Да, Мафия — это ночная работа, как говорят, но, на самом деле, фильмы много в чем ошибаются. — Кто-нибудь еще есть на посту? — спросил рыжеволосый. — Охрана и босс, Накахара-сан. Парня едва не передернуло от этого обращения к Дазаю. Неужели и ему нужно будет теперь так к нему обращаться? — А что он тут делает? — нахмурившись, поинтересовался он, на что охранник лишь пожал плечами. Чуя решил, что думать об этом бессмысленно, потому молча направился в свой кабинет. Ему предстояла долгая работа.

***

      Время перевалило за два, когда он позволил себе небольшой отдых и перекур. Половина отчетов были написаны идеально, да так, что даже Дазай не докопается. Рыжеволосый уставши потер переносицу и выгнулся в спине, слыша характерный хруст. Как же он все-таки быстро постарел.       Его отвлек стук в дверь. У охраны что-то случилось? — Зайдите, — чуть хрипло сказал Исполнитель, недоумевая. Он еще больше удивился, когда в кабинет зашел временный босс. Тот выглядел сонным, но, видимо, домой пока не собирался. Пальто он снял, оставаясь в черной рубашке с закатанными рукавами. — Чуя, говоря тебе поехать домой и поспать, я не думал, что ты вернешься, чтобы писать отчеты, — он зевнул. — Не будет сигаретки? Все еще пребывая в какой-то растерянности, Накахара открыл портсигар, не следя за тем, как длинные тонкие пальцы подцепляют сероватый фильтр. — Спасибо, я думал сейчас сдохну, — Осаму подкурил уже своей зажигалкой. — Поздно уже, можешь ехать домой. — Ты тоже можешь, — фыркнул рыжеволосый, продолжая рассматривать бывшего напарника. Такое чувство, что он даже не изменился, но нет. Бинтов больше, лицо более уставшее, скулы более острые, а глаза… Почему-то они привлекали внимание, но Чуя пока не понимал причины. — Не могу, — Дазай вновь зевнул. — Может, я и подхожу для этой должности, но мне нужно знать все тонкости, иначе Мафия падет уже к утру. Слишком много гребаных бумажек и еще этот неизвестный нападающий. Не думал, что я это скажу, но мне больше нравилось пытать людей. Исполнитель позволил себе усмехнуться: — Не сомневаюсь. Помощь не нужна? Я почти дописал отчеты. — Мне бы не помешало второе мнение, — кивнул Осаму. — Так что загляни, как освободишься. Надолго я тебя не задержу. Он вышел из кабинета, оставляя после себя странный запах. Похоже на какой-то терпкий одеколон, Чуя даже сравнил аромат с виски. Он отдыхал еще пару минут, а после замер, шокировано пялясь на дверь. — У нас только что был адекватный диалог? Ахуеть. Видимо, мы оба очень хотим спать. Он не помнил ни одного дня, когда они разговаривали без подъебов, криков, ссор и шуток, потому сейчас чувствовал себя странно. Они не виделись столько лет, а разговаривают, как старые друзья, каковыми никогда не были. Видимо, Дазаю точно что-то нужно от него. Не решил же он просто наладить общение? Это даже звучит глупо. Накахара кивнул своим мыслям и продолжил писать отчеты, не забыв о просьбе Осаму зайти.

***

      Когда Чуя зашел к нему в кабинет, стрелка часов показывала почти четыре. Видимо, они тут до утра. Сначала он слегка ахуел с количества бумаг и документов на столе напарника. Такое чувство, что из этого всего можно сделать настоящий домик или, как минимум, второй стол. А потом он захохотал во весь голос, держась за живот. — Очки? Серьезно? Ты настолько постарел? — спросил он сквозь смех. — Я обязан это сфотать. Уже через пару секунд Накахара рассматривал фотографию, на которой Осаму в очках среди горы бумаг показывает ему средний палец, смотря, как на идиота. — Успокоился? — решил все же узнать временный босс, сняв очки, дабы не терять времени на еще одну порцию смеха. Рыжеволосый наконец выпрямился, но тут же зашипел и положил руку на спину, на этот раз вызывая смешок бывшего детектива: — И это я еще постарел? Чуя закатил глаза и поспешил сесть на стул: — С чем тебе там второе мнение нужно? Осаму пододвинул к нему огромную кипу папок, удостаиваясь шокированного взгляда: — Ты ахуел? — Ты сам предложил помочь, — пожимает плечами. — Ненавижу тебя, — прошипел рыжеволосый, открывая первую папку. — Учитывая твой рост, ненависти в тебе не так уж и много, так что, думаю, я справлюсь. Они встретились взглядами на пару секунд и почувствовали то, чего не ощущали уже несколько лет. Чуя решил, что он слишком устал, чтобы подняться и врезать временному начальнику.