Сепарация

Трель будильника ворвалась в сон Ирины слишком неожиданно, заставив дернуться. Поморщившись, нащупала телефон на тумбочке, открыла один глаз и выключила звук. Тяжело вздохнула, фокусируя взгляд на времени. Цифры на экране говорили о том, что поваляться она уже не успеет — рискует опоздать. Анатолий заворочался рядом, повернул к Ирине голову, подтягивая к себе одеяло. — Секс проспали? Та хмыкнула, села на постели, поморгала и сощурилась — лучи солнца проникали в тёмную спальню, падали на кровать. — Иногда у меня ощущение, — посмотрела на него и усмехнулась, — что ты думаешь, — отвела прядку за ухо, — только про секс. Анатолий лёг на спину, посмотрел на неё, затем потянулся и провёл ладонью по её плечу. — Ну не только об этом. Ещё о том, что у тебя крайне противная мелодия на будильнике, — потянул Ирину на себя, желая получить свою утреннюю дозу нежности. Та, однако, мягко выбралась из его рук, откинула одеяло и поднялась. — Любая мелодия на будильнике противная. Тебе вставать не надо? — Вообще-то, — зевнул и потянулся за своим телефоном, — я сегодня попозже, у меня там встреча… Ну, и в любом случае, пропущу тебя в душ, — посмотрел на время, положил устройство экраном вниз, поудобнее устроился на кровати и закрыл глаза. Ирина, затягивая пояс халата, покачала головой. Взяла с тумбочки крабик, дабы заколоть волосы, посмотрела вниз и тяжело вздохнула, ощущая ступнями прохладный пол. — Толя, а где мои тапки, а? — Откуда я знаю, — сонно пробормотал он, шурша одеялом, — наверное там, где ты их оставила… Ир, на дворе середина июня, зачем тебе вообще тапки? Так ходи. Она возмущенно посмотрела на него, затем нагнулась, посмотрела под кроватью, тяжело вздохнув, потратила несколько секунд на то, чтобы найти домашнюю обувь. Анатолий в это время, максимально пододвинувшись к краю постели, с хитрой улыбкой наблюдал за такой картиной. Только поднял руку, чтобы коснуться ладонью спины Ирины, как та вылезла из-под внушительных размеров предмета мебели и сдула прядку волос со лба. — Лучше бы помог, — проворчала, поднялась, засовывая ноги в уютные тапки, — ты их туда закинул. — Ой-ой-ой, — он откинулся на спину и закрыл глаза, — иди уже в ванную, а то потом тебя оттуда не вытащишь. Ну, или… — Или, Анатолий Борисович, было бы, если бы мы были у меня, — выделила голосом последнее слово, — дома. А то в разгар или обязательно зайдёт твой сын и поинтересуется у меня, можно ему оперировать или нет. Ты переезжать собираешься? — Не планировала поднимать эту тему сейчас и сама не поняла, как это получилось. — По-моему, тебя всё устраивает, — уложила ладони на талию и недобро сощурилась. Анатолию такое не понравилось. На самом деле, в квартире Ирины уже поселилась пара тройка его костюмов, домашняя одежда, зарядка для планшета и всякие мелочи вроде зубной щётки или бритвы. Но переехать по-человечески не получалось — никак не мог выбрать день для того, чтобы донести это до сына. Потому что тот был постоянно кое-кем занят.

***

Поправив пояс халата, Ирина вышла из спальни и потянулась к ручке двери, ведущей в ванную комнату. Даже в этом они с Анатолием оказались похожи — ей нужно было всего лишь уйти в смежное помещение, чтобы ощутить всю силу благ цивилизации, ему же достаточно было сделать один шаг по узкому коридору. Удобно — не надо проходить половину квартиры, особенно, когда одного конкретного обитателя видеть с утра неприбранной, лохматой и без макияжа крайне не хочется. Зевнув, Ирина нажала на ручку, та поддалась, и ванная комната на мгновение осветила чересчур ярким светом. «С каких пор Толик занимает эту душевую, у него своя имеется» — не успела подумать, как осознала, что её утреннее спокойствие нарушила молодая, симпатичная девушка. Стоящая перед ней в футболке, едва прикрывающей колени, босая, а самое поганое — хорошо знакомая. Василиса едва не выронила тюбик с кремом, во все глаза уставилась на бывшую начальницу и испуганно воскликнула: — Ой… Здрасьте, Ирина Алексеевна… Та нервно моргнула, сделала шаг назад, так как какая-то часть мозга подсказывала, что надо выйти. — Здрасьте… Э… Там есть другая ванная, — оказавшись в коридоре, махнула рукой в нужном направлении. — Мне уйти? — С готовностью проговорила Василиса, прижав к груди крем, переминаясь с ноги на ногу. — Нет, что вы, — Ирина покачала головой, — это я… Пойду… Туда, — неловко улыбнулась, — продолжайте свои эти… — Окончательно утратив словарный запас, удалилась из помещения, закрыв за собой дверь. Выдохнула, прикрыла глаза, мысленно подбирая цензурные выражения в адрес Анатолия. Двух Анатолиев. «Черт знает что такое, честное слово… Это же надо, а. Я говорила, что надо ко мне ехать ночевать… Ну говорила же!» Собрав волю в кулак, вернулась в спальню.

***

Василиса выдохнула, на цыпочках подошла к двери и прислушалась. Кажется, путь на свободу, вернее в спальню Анатолия-младшего был свободен. Забыв о желании увлажнить кожу кремом, быстро покидала тюбики в косметичку, убрала её подмышку и выскользнула из ванной комнаты. Коридор, еще вчера казавшийся небольшим, сегодня был слишком длинным, и ей показалось, что прошёл час, пока она, быстрым шагом, добиралась до спальни в другой части квартиры. Закрыв за собой дверь, шумно выдохнула. Подавила желание перекреститься, затем поставила косметичку на комод, отыскала взглядом вещи и принялась быстро переодеваться. Инстинкт самосохранения диктовал ретироваться из квартиры как можно быстрее. Анатолия-младшего такая возня вывела из сладких грёз сна. Приподнявшись на одном локте, он разлепил глаза, моргнул пару раз, покрутил головой и, наконец, нашёл источник шума. — Вась, доброе утро, — потянулся и обаятельно улыбнулся. — Угу, — буркнула та, пытаясь застегнуть молнию на юбке. Анатолий-младший, кажется, не оценил подобное приветствие, посмотрел на часы и пожал плечами. — А ты чего убегаешь? До смены еще много времени, я думал мы позавтракаем вместе… — Поднялся с кровати. — Что-то не так? — В его голосе мелькнула тень неуверенности. Василиса обернулась, внимательно посмотрела в его глаза, считывая растерянность. Тяжело вздохнула — наверное, стоило объясниться. С другой стороны, внезапные эмоции помешали это сделать нормально. «Можно было и предупредить!» — Да вот, боюсь, что теперь мне и секунды опоздания не простят. — Почему? — Это ты мне, скажи, почему, — начала перехватывать волосы резинкой, — в ванной комнате я с Павловой столкнулась! Анатолий-младший, не ожидавший такого внезапного выпада, отшатнулся.

***

Закрыв дверь, Ирина выдохнула, уперла руки в боки, посмотрела перед собой. Постучала подушечками пальцев по талии, затем подошла к кровати. — Толя! — Села на постель и потеребила его за плечо. — Прекрати издеваться, я не верю, что ты взял и заснул за эти две минуты! Тот не пошевелился, вынудив её наклониться. Как только понял, что опоры не осталось, мгновенно притянул Ирину к себе, заблокировав пути отступления. — Всё-таки выбрала меня, а не ванну? Похвально, — открыл глаза и провел ладонью по её пояснице. — Да прекрати ты! — Попыталась вырваться, но успеха в этом деле не достигла. — Ванная занята оказалась. — Да? Странно, у Толика смены нет… — Анатолий бросил взгляд на календарь, стоящий на прикроватной тумбочке. — Интересно знать, куда это он торопится… — А тебе ещё спасибо ему надо сказать! — Прошипела Ирина, прекратив попытки освободиться. — За что это? За то, что пришёл тихо и не ворвался к нам среди ночи? — Хмыкнул. — Нет, Толя, сказать спасибо за то, что он у тебя есть. Иначе я не знаю, как бы ты сейчас оправдывался за симпатичную девушку в ванной комнате. Анатолий мгновенно перевёл на неё взгляд, пробежался им по лицу, пытаясь понять — очередная дурацкая шутка или… Этого просто быть не могло!

***

Дверь спальни резко открылась, заставив всех присутствующих мгновенно умолкнуть. Анатолий, будучи уже в костюме и галстуке, внимательно посмотрел на сына и его девушку. Конечно, он про неё знал, в глубине души был рад тому, что у него наконец налаживается на работе, но в его планы не входило видеть это дома. — Доброе утро, — поправил галстук. Василиса вздрогнула, почувствовала, как начинает краснеть, сделала глубокий вдох и коротко кивнула. — А мы завтракать идем, — буркнул Толик, — пройти дашь? Ему, естественно, не понравилось такое утро. Ночью был уверен, что в квартире больше никого нет — уже успел привыкнуть к тому, что если отец появляется вечером в Склифе, значит в следующий раз они увидятся через сутки, но уже дома. — Проходите, — Анатолий сделал шаг в сторону, пропустил Василису, которая предпочла как можно быстрее ретироваться, даже не подумав о том, кого увидит на кухне. Анатолий-младший тоже хотел было выйти, но был остановлен строгим взглядом отца. Скрестив руки на груди, посмотрел на него с вызовом. — И давно она у нас ночует? — Раздался приглушенный вопрос. — Пап, я же тебя не спрашиваю, где ночевал ты позавчера. Если ты можешь привести Ирину Алексеевну, почему я не могу привести свою девушку? — Ты не передергивай. Мы с Ириной Алексеевной уже полгода вместе, а ты… — А это и мой дом тоже, — отбрил Анатолий-младший, — а про ванную я просто забыл ей сказать. Больше такого не повторится, — всё-таки слинял из комнаты. «Не хватало еще, чтобы из-за твоей Ирины Алексеевны, Василиса решила, что нам нужно все прекратить. В конце концов, она мне не мать же!» Услышав голос сына, который, судя по тону, доносился уже с кухни, Анатолий тяжело вздохнул и вышел из спальни.

***

Завтрак проходил в звенящей тишине. Больше всего на свете Ирине хотелось провалиться под землю. Или отмотать время на несколько часов назад и решительно отказать Анатолию. Или же выйти из спальни чуть-чуть попозже. Или прислушаться к происходящему в ванной комнате. Она тяжело вздохнула — так или иначе, ничего сделать было нельзя, поэтому приходилось и дальше молча жарить сырники и стараться не обращать внимание на взгляды, норовящие прожечь дыру в её спине. «Это же надо было так вляпаться… И как тут вообще надо удерживать лицо? Нет, ну как-то надо! В конце концов, я начальница… Ага, стоит тут начальница…» Раздавшиеся шаги, принадлежащие Анатолию, заставили немного выдохнуть — Ирина очень надеялась, что он придёт к ней на помощь. — Пожалуйста, скажи мне, что мне это приснилось, — буркнула она, как только он оказался рядом. — Что именно? — Анатолий, наблюдая боковым зрением за сыном и его девушкой, слегка наклонился, желая сохранить приватность разговора. — Половина отделения в твоей квартире, вот что! — Шикнула. — Это еще хорошо, что Василиса, а не доктор Лазарев. И не доктор Брагин, у которого периодически случаются проблемы с жильем. — А я-то в чем виноват? — Агрессивно зашипел он. — Откуда мне было знать! Ирина, выложив последний сырник на тарелку, внимательно посмотрела на него, а в глазах явственно читалось «Тебе надо было переехать!» Анатолий, забрав тарелку, устроился за столом. Вновь задвинул куда подальше мысли о смене местожительства и взял чашку с кофе. — Василиса, а вы ординатор первого года, верно? — Проговорил, внимательно посмотрев на неё. Анатолий-младший одарил отца тяжелым взглядом. Меньше всего ему хотелось, чтобы знакомство с его девушкой проходило так. На самом деле, вообще не хотелось посвящать отца в отношения — в нотках его голоса чувствовался допрос. Ирина, устроившись рядом, предпочла молча есть, стараясь ничем не выдавать своего присутствия. По уровню неловкости ситуация напоминала дружескую посиделку у Брагиных, из которой она помнила только половину. Василиса подняла взгляд и кивнула. — Да, я только в нейрохирургии сейчас. — Ого… Это хорошо, — задумчиво протянул Анатолий, — нейрохирургия… Толь, а ты туда не хочешь? — Пап, нет! Я заканчиваю ординатуру и… Если получится, остаюсь в этом отделении. Тут уже Ирине Алексеевне решать. Та едва не подавилась сырником, посмотрела на него, затем на его отца и пожала плечами. — Как только, так сразу. Если ставка будет — почему нет. Вы поразительные успехи делаете в своей работе. «Значит, сына своего ты в нейрохирургию захотел?! А там тоже заставишь Нарочинскую за ним присматривать? Нет уж, пусть здесь сидит, всем спокойнее будет. Особенно мне и Брагину» Анатолий удовлетворенно кивнул, вновь посмотрел на сына, пометил в голове то, что нужно с ним серьёзно поговорить. «Нейрохирургия — это хорошо, но что это за девушка, насколько прозрачны ее намерения…» — А… Спасибо большое за завтрак, — Василиса отставила тарелку, — Ирина Алексеевна, — внимательно посмотрела на неё, — извините, мне пора на смену… — Не за что… Мне, кстати, тоже, — резко поднялась, но тут же была остановлена Анатолием, который накрыл её ладонь своей. — А я вас отвезу. Всё равно потом на встречу ехать. — Пап. — Анатолий-младший внимательно посмотрел на него. — Давайте, собирайтесь, — он проигнорировал этот взгляд, — и я отвезу, а то чего вы будете на метро ездить. Василиса, решив не возражать и не привлекать лишний раз к себе внимание, быстро покинула кухню. Анатолий-младший последовал её примеру. Ирина начала собирать тарелки со стола. — Ты можешь поподробнее про эту Василису узнать? — Поинтересовался Анатолий, поймав её возле раковины. — В смысле? — Ну… Что за девушка… Москвичка ли… Ирина приподняла бровь и хмыкнула. — Анатолий Борисович, вы бы лучше со своей личной жизнью разобрались, прежде чем лезть к сыну. — А что не так с моей личной жизнью? — Приобнял её за талию и заглянул в глаза. Она покачала головой. — Переехать тебе к ней надо. Так всем будет лучше. Ей Богу, как маленький себя ведёшь. И у сына личное пространство появится. Сепарация, Толь. Он тяжело вздохнул, оглядел кухню. Понимал, что она права, но… — А тебе не кажется, что слишком для него большая сепарация? Четыре комнаты, Ирина Алексеевна. Он же сюда приведёт половину вашего Склифа… Та пожала плечами, затем улыбнулась, приподнялась на носочки и поцеловала его в губы. Он мгновенно ответил, прижав ее к себе. Радовался тому, что она сильно не злится. Серия нежных, спокойных поцелуев, не позволяющих перейти допустимую грань, приятно бодрила и уже стала традицией каждого совместного утра. — А про Василису всё-таки узнай, — чуть позже добавил он, оторвавшись от её губ, — а то я съеду, мало ли чего… — Если ты переживаешь про детей, то не волнуйся, — усмехнулась, — в четырёх комнатах им точно будет где разместиться. Так, — выпуталась из его рук, — я собираться, а то опоздаем. И Василиса ждёт. Нехорошо. Анатолий даже не успел ничего сказать — так быстро остался в помещении один. Сказать, что он удивился, это ничего не сказать. «Детей мне еще не хватало для полного счастья! Он сам ребенок еще!» Посмотрел на часы и направился в спальню — пиджак надевать.

***

Как только чёрный минивэн выехал с территории Склифа, Ирина внимательно посмотрела на Василису. Та, почувствовав на себе взгляд, поёжилась и посмотрела на часы. — Ой… Я уже опаздываю… — Направилась ко входу, мечтая, наконец, оказаться в ординаторской нейрохирургического отделения и хотя бы минуту посидеть в одиночестве. — А я вас не задерживаю, — Ирина направилась за ней, — но очень бы хотела кое-что вам сказать. Думаю то, что было утром, лучше не афишировать. Я ничего не скрываю, — поудобнее перехватила сумку, висящую на плече, — но и сплетен тоже не хочу. — Да, я всё понимаю… Я честно, — Василиса толкнула тяжёлую дверь, пропустила бывшую начальницу вперёд и тоже зашла, — не знала, что вы… — Вот и прекрасно, — Ирина смерила её взглядом. Конечно же, она прекрасно понимала, за что начал беспокоиться Анатолий. Когда-то и она сама гоняла своего сына за отношения с неравными. А теперь Артём в другой стране, а неравная попадается ей на глаза с завидным постоянством. — Нина Дмитриевна, меня Марина Владимировна не искала? — Поинтересовалась Василиса, расписавшись в журнале. — Нет, не искала, — та внимательно посмотрела на неё, затем обернулась на Ирину, которая, кротко поздоровавшись, пошла за ключом от кабинета. Олег Михайлович Брагин, наблюдавший за появлением коллег все время, хмыкнул. — Ирина Алексеевна, — догнал её, — а я хотел вот… Та внимательно посмотрела на него, затем на Василису, оставшуюся уже позади и обозлилась. «Надо было её отправить заходить через нейрохирургию!» — Олег Михайлович, я сейчас буду занята, попозже зайдите, — развернулась и быстро ретировалась. Он проводил её взглядом, развернулся к стойке регистрации и хмыкнул.

***

Сначала в кабинете послышался свист, затем появился его производитель. Олег прошёлся по помещению, всячески стараясь обратить на себя внимание. — Брагин, денег не будет, — проговорила Марина, не поднимая взгляда от отчётов, над которыми корпела последние два часа, — если тебе нечем заняться, то могу тебе напомнить про ту гору бумаг, которая в твоём лифте коробку от кофе-машины до краёв заполнила. — Да я вот что зашёл сказать, — довольный своим появлением, уселся в гостевое кресло, закинул ногу на ногу, подпёр подбородок ладонью, — так хорошо, что ты из нашего отделения ушла… — Не поняла, — она, наконец, посмотрела на него и нахмурилась, — что вы там опять учудили? — Господь с тобой, — Олег перекрестился, — ничего не учудили. Слушай, а, — поднялся, обошёл стол и встал у Марины за спиной, — Василиса, ординатор… Ну, тёмненькая такая, у тебя сейчас работает? — Ну, да… — Развернулась на стуле и внимательно посмотрела на него. — Способная очень, постараюсь ей ставку выбить. А что такое? Брагин, — сощурилась и мотнула головой, — я уже ничего не понимаю. — Да тут видишь ли, какая история, — задумчиво почесал заднюю часть шеи, затем присел на корточки и понизил тон, — Павлова-то наша совсем с катушек слетела. Марина приподняла брови, подалась чуть ближе, а на её лице залегла тень удивления. — Чего-о? — Протянула, не веря своим ушам. «Ты только сейчас это понял?» — Да вот, понимаешь ли, кажется потянуло её на девочек молодых… Сижу я сегодня в приёмном, а тут она приходит… И вместе с Василисой, — заговорщически прошептал, — нет, так, для виду, только перед Нинкой и поздоровались, но я же видел, что вместе приехали. Так что ты это, — серьёзно посмотрел на неё, — аккуратнее будь. А то… Она несколько секунд переваривала информацию, затем хихикнула, но быстро взяла себя в руки. — Брагин, совсем заняться нечем? — Выпрямилась. — У Василисы этой отношения с сыном Аленикова, я пару раз видела, как они мило беседовали. А Павлова, как мы помним, в отношениях с самим Алениковым. На лице Олега нарисовалось удивление. — Хочешь сказать, что они вместе живут? — Неприлично громко засмеялся, но быстро взял себя в руки. — Вот это да… — Так, — Марина снова развернулась к столу, — ты давай, не отвлекай меня. И не лезь в чужие личные жизни! Когда Куликов у нас жил, я же тебя ни в чём не обвиняла. Олег аккуратно обвил её тело руками, поцеловал в макушку и устроил на ней же подбородок. На самом деле хотел просто рассмешить и ненадолго отвлечь от скучных будней руководителя. — А были мысли? — Притворно строго поинтересовался. Марина улыбнулась, снова повернулась, посмотрев на него. — Ну, не знаю, не знаю… — Обалдела? Целуй теперь. Давай, вставай и целуй. — Ты работать мне мешаешь, — потянулась и коснулась губами его подбородка. — Иди уже. Олег состроил обиженную мину, отпустил Марину и направился к двери. Та вновь погрузилась в документы, но ненадолго — уже через пару секунд оказалась втянута в нежный поцелуй.