Белый Лебедь

Они лежали в объятиях друг друга на матрасе, прикрывшись тонкой простынёй. В подсобке было душно из-за маленького пространства, отсутствия окна и двух любящих людей. — Реджина? Сквозь толстые стёкла очков Эмма смотрела на потолок, едва освещаемый полоской света из открытой двери, и нежно касалась руки брюнетки, лежащей на её животе. — Мм? — Когда ты поняла, что тебе нравятся девушки? Лёжа на плече Эммы, Реджина усмехнулась ей в шею, оставляя легкий поцелуй там, где только что прошёл холодок от её дыхания. — Думаю, это началось раньше, чем я поняла. В пятом классе я подружилась с девочкой, которая перешла к нам совсем недавно, и мне понравилось, что она отличалась от всех. Я училась в частной школе, где всё было слишком пафосно, а она была настолько простой, что не могла не привлекать к себе внимание. С ней всегда было легко. Мы очень быстро стали лучшими подругами, сидели вместе на уроках, ходили друг к другу в гости, проводили слишком много времени вместе, как считала моя мама. Лет в пятнадцать я поняла, что она начала нравиться мне по-другому. Мне хотелось видеть её чаще, обнимать её и просто находиться рядом. Я начала ревновать её ко всем, с кем она общалась, даже не понимая причину своего поведения... Однажды мы с ней сильно поругались, это была наша первая ссора за три года дружбы. Ей просто надоело, что я слишком контролирую её, не даю общаться с другими, ещё и раздражаюсь постоянно. Она так громко кричала на меня в школьном туалете, а я даже не была уверена, что слышу её слова. Тогда случился наш первый поцелуй. Нам было страшно, максимально неловко и одновременно слишком хорошо, чтобы остановиться. В то время не так много можно было найти информации на эту тему, но мы откопали какие-то старые книги и статьи, в большинстве из которых всё это осуждалось, считалось грязным и грешным. Но ей было всё равно, что подумают или скажут. Мне было сложнее. Я не могла принять себя и однажды совершила глупую ошибку, — Реджина сделала глубокий вдох и выдох, прежде чем продолжить. — Я рассказала маме. Эмма, всё это время смотревшая в потолок, повернулась так, чтобы видеть её, и мягко убрала кудряшки с лица. — Она ударила меня. — Она что? — Свон так сильно опешила, что отстранилась и практически сползла с матраса на пол. Реджина села спиной к стене, прячась в простынь, как в кокон, оставляя открытой лишь голову. — Она сказала примерно всё то, что было в тех статьях, а когда я начала спорить, она ударила меня ещё раз. Блондинка смотрела на неё широко раскрытыми сочувствующими глазами. Она села возле Реджины и прижала этот комочек к себе, чувствуя, как тело сотрясается от молчаливых рыданий. — Ты знаешь, что ни в чём не виновата, Реджина! Она не должна была так поступать с тобой, — Эмма говорила тихо и спокойно, успокаивающе поглаживая её по спине. Через несколько минут Миллс продолжила, оставаясь лежать на коленях у Эммы. — Она забрала документы из школы, и мы переехали. В ночь перед отъездом я вылезла из окна и пробежала босиком целый квартал, чтобы попрощаться. Я не могла просто уехать. Но увидев её, я разрыдалась, так ничего и не сказав. Она всё поняла. Когда я успокоилась, она поцеловала меня на прощание, и больше мы не виделись. Мама запретила мне говорить о произошедшем даже в своих мыслях, поэтому я проглотила все чувства, решила посвятить себя учёбе, начала строить карьеру, встречалась с мальчиками, вышла замуж, как мне казалось, по любви, а когда твёрдо встала на ноги, поняла, что сама управляю своей жизнью. Я наплевала на мнения людей, развелась и... — Миллс усмехнулась, — можно сказать, пошла навёрстывать упущенное. У меня были недолгие отношения, как с женщинами, так и с мужчинами, но я слишком боялась ошибиться или потерять время, что просто женилась на своей работе. Нагрузила себя кучей задач, лишь бы не было возможности подумать о том, какую херню я творю. — Как её звали? Ту девочку. — Дженнифер... — Ты не пыталась связаться с ней? — Я навсегда похоронила тот период жизни, — Реджина снова села к стене, глядя на Эмму. — По крайней мере, я так думала, пока не встретила тебя, — она провела пальцами по щеке блондинки, всматриваясь в немного грустные глаза. — Ты напоминаешь мне её. Вы обе как будто с другой планеты. Возможно, я всё же сделала что-то хорошее в жизни, раз Вселенная послала мне тебя. Эмма нежно улыбнулась, и Реджина притянула девушку к себе, мягко целуя в губы. — А что насчёт тебя? — она улеглась на подушку, скидывая простынь и утягивая Эмму на себя. Девушка сняла очки, кладя их на тумбочку, легла на обнаженную грудь Миллс, обвила своей ногой её бёдра и закрыла глаза. — Думаю, я была в том же возрасте, что и ты, когда впервые испытала чувства к женщине. — Женщине? — Да. Я влюбилась в одну из своих воспитательниц в доме. На самом деле ей было не больше двадцати восьми, но разница в шестнадцать лет достаточно велика, особенно, когда ты буквально ребёнок. Я призналась ей в своих чувствах, а она в ответ рассказала о своей жене, с которой они были в неофициальном браке уже несколько лет. Она многому меня научила и помогла понять, что я нормальная. Но мне было тяжело, потому что я хотела больше, чем дружбу. В итоге я просто сбежала, а когда меня вернули, она уже уволилась. Через пару лет я познакомилась с девочкой на улице, и у нас завязался летний роман длиною в две недели, — Эмма почувствовала, как грудная клетка Реджины содрогается от молчаливого смеха. — Вообще-то, это гораздо дольше, чем твои приключения в барах. Ай! Миллс ущипнула её за бок, и они обе рассмеялись. — Эти две недели были лучшими в твоей жизни, Эмма? — О нет. Мы просто целовались, воровали еду в магазинах и вместе спали в палатке под мостом. Киллиан стал моим первым партнёром, а когда мы с ним расстались, я стала встречаться с девушкой, а потом вернулась к Киллиану, и мы снова расстались, потом опять сошлись и расстались уже окончательно. Дальше ты знаешь. — У тебя больше никого не было? — Нет. — Погоди, — Реджина чуть приподняла голову. — Ты же рассталась с ним лет пять назад? — Ну да. Миллс опрокинула голову обратно на подушку. — И всё это время... — Как-то не до того было, знаешь. — То есть, — Реджина ласково улыбнулась, — тогда в спальне... — Да, ты первая за пять лет. — Ого! И как ты держалась? — Я взяла кредит на вибратор, зануда! Реджина начала смеяться, и Эмма слегка прикусила зубами её грудь. — Я бы и не подумала, что ты любишь кусаться. — Я и не любила. Но при виде тебя не могу остановиться. В этот раз девушка укусила её чуть сильнее, отчего Реджина закрыла глаза и выгнулась ей навстречу. Её бедро чуть сдвинулось, прижимаясь к раздвинутым ногам Эммы, и она начала медленно сгибать колено. — Что ты делаешь, Реджина? — А как ты думаешь? — Кажется, ты хотела взять у меня интервью. — На данный момент я хочу просто взять тебя, — она перевернула Эмму на спину и села сверху, наклоняясь и покусывая мочку уха. — Ты пошутила насчёт вибратора? — Нет. — Где он? Эмма сглотнула. — Самая верхняя полка... За коробкой с кроссовками. Реджина отстранилась и встала, подходя к шкафу. Эмма приподнялась на локтях, чтобы лучше рассмотреть её обнажённое тело. Миллс достала мягкий чехол и вернулась на матрас, вытаскивая ярко-розовый вибратор и внимательно его рассматривая. — Он под точку «джи» изогнут? Эмма смогла только молча кивнуть, наблюдая, как Реджина осторожно поглаживает аппарат своими пальцами. — Сколько раз ты им пользовалась, когда мы впервые познакомились? — Несколько раз после наших занятий и встреч. — И после того раза с позой дерева? — Реджина зажала игрушку между ладоней, медленно прокручивая, согревая материал. — Даа... — Покажи мне, как ты это делаешь! Свон не была до конца уверена, что правильно расслышала Реджину, но всё равно забрала из её рук игрушку, откидываясь на матрасе и медленно проводя вибратором от груди до самого входа и обратно, повторяя это действие несколько раз. Она остановилась на клиторе и включила режим вибрации на первую скорость, медленно обводя игрушкой вокруг возбуждённой плоти. Её бедра дрогнули, а из груди вырвался низкий стон, следом за которым последовал ещё один, вот только он принадлежал не ей. Эмма открыла глаза и приподнялась на вытянутой свободной руке, не останавливая свои действия и жадно наблюдая за Реджиной, которая сидела скрестив ноги и ласкала себя, одной рукой сжимая грудь, а второй поглаживая пальцами вдоль клитора, при этом не отрывая тёмно-карих глаз от девушки. — Нравится то, что ты видишь? — Миллс вошла в себя на всю длину и сразу же вышла, возвращаясь влажными пальцами к клитору. — А тебе? — Эмма шире раскрыла ноги и немного подразнила себя и Реджину, обводя вибратором вход, а потом медленно ввела игрушку на пару сантиметров, запрокидывая голову и сильнее выгибаясь над матрасом. — Определенно, да! — Реджина поджала губы и слегка надавила на клитор, прикрывая глаза, но лишь на несколько секунд, желая видеть всё, что делала Эмма. — Я представляла твои пальцы внутри себя, — девушка погрузила игрушку глубже. — И твой язык, ласкающий мой клитор, — она ввела вибратор до упора и полностью вышла, чтобы снова наполнить себя. Эмма была так возбуждена, что силикон скользил в ней без малейшего труда, и девушка увеличила мощность вибрации ещё на одно деление, находя чувствительную точку внутри и прижимая к ней ребристую часть игрушки. Реджина кусала губы, наблюдая за изгибами тела девушки, её движениями таза, рукой, погружающей вибратор в себя, и наслаждалась сбившимся дыханием и сладкими стонами, звучащими в унисон с её собственными. Удовольствие, которое она получала от стимуляции своего клитора во время всей этой открывающейся картины, невозможно описать нормальным связным текстом. Свон опустилась на локоть не в силах удерживать свой вес, но продолжала пожирать Реджину взглядом, скользя глазами по её приоткрытым губам, которые брюнетка покусывала, по груди с затвердевшими сосками и по руке, находившейся между ног и медленно обводящей клитор. Иногда она погружала в себя два пальца и так же медленно двигалась внутри, отчего у Эммы перехватывало дыхание. Блондинка почувствовала приятно разливающееся по телу тепло и постепенно начала ускоряться, двигаясь тазом навстречу своей руке с зажатой в ней игрушкой. Тяжёлое прерывистое дыхание смешивалось со стонами, и Реджина полностью переключила внимание на извивающуюся от удовольствия девушку, прекратив какой-либо контакт с собой. — Назови меня... как раньше, — Эмма была на грани и буквально выдавливала из себя слова. Миллс понадобилось несколько секунд, чтобы понять просьбу, и уголки её губ медленно поползли вверх, вырисовываясь в ехидную и чертовски сексуальную улыбку. — Вы не перестаёте удивлять меня... Мисс Свон! — Даа, — Эмма буквально выкрикнула и рухнула на матрас, выгибаясь всем телом, сжимая ноги и хватаясь рукой за простынь. — Ещё! Реджина взяла её свободную руку и сжала свою грудь её ладонью. — Покажите, как вы умеете кончать, мисс Свон! Мышцы девушки сильно сжались вокруг вибрирующего силикона, и она кончила, опрокидывая Реджину на себя и вжимаясь своим трясущимся телом в довольно улыбающуюся брюнетку, покрывающую мягкими поцелуями её шею. Когда Эмма немного расслабилась и ослабила хватку, Миллс провела рукой по её животу и потянулась к игрушке, всё ещё находившийся внутри. Она медленно вытащила вибратор, получая очередной стон на это действие, и поднесла его ближе к себе, выключая вибрацию и переводя взгляд на немного уставшие, но счастливые глаза Эммы. А вот в её собственных глазах блеснул яркий огонь, который сложно было не заметить. Свон приподнялась на локтях, когда Реджина выпрямилась и села рядом с девушкой. — Что ты... — Эмма запнулась, видя, как Миллс подносит силикон к своим губам. — Нет! Девушка перехватила её руку, но Реджина лишь ухмыльнулась и провела языком вдоль вибратора, прикрывая от удовольствия свои тёмные глаза. — Такая вкусная! — Господи. Блять, Реджина! — Эмма не совсем понимала, какие чувства испытывает. Ей было максимально неловко, казалось, что есть в этом что-то неправильное, но при этом такое сексуально завораживающее, что, кроме как смотреть с открытым ртом, девушка больше ничего не могла. Реджина обхватила губами силикон, всё ещё удерживаемый их руками, и начала медленно посасывать, издавая низкие и протяжные стоны. Свон покрылась мурашками и почему-то именно сейчас почувствовала сильный прилив любви. Она коснулась подбородка Реджины, приостанавливая все действия и увлекая в нежный и глубокий поцелуй, на который незамедлительно получила ответ. — Иди ко мне, — Эмма прислонилась спиной к стене и притянула Миллс между своих ног, облокачивая на грудь. — Я тоже люблю играть по-честному! — Мммм, — Реджина прижалась к ней спиной и повернула голову, касаясь губами её подбородка. — Как мне повезло! Эмма поцеловала брюнетку в висок и удобно спрятала свой нос в её волосах. — Расслабьтесь и получайте удовольствие! Свон забрала вибратор из рук Реджины и включила первую мощность, прикасаясь вибрирующим силиконом к соскам и получая в ответ одобрительное мычание. Блондинка спустилась ниже по животу к гладкой коже лобка, и Миллс подалась навстречу её руке, на что Эмма усмехнулась и прикусила мочку уха. — Не знаю, чего я хочу больше, — промурчала Реджина. — Чтобы ты дразнила меня, как сейчас, или взяла уже этой чёртовой розовой штукой. — Позволь мне решить, — она обвила Миллс левой рукой, поглаживая грудь, живот и всё, до чего могла дотянуться. — Мне нравится касаться тебя. — Тогда не останавливайся. Реджина закрыла глаза и откинула голову девушке на плечо. — Никогда, — Свон провела вибратором вдоль возбуждённого клитора и продолжила обводить его по кругу, пока Реджина не раскрыла бёдра шире. Тогда Эмма раздвинула игрушкой влажные складки и почувствовала, как брюнетка задержала дыхание в ожидании. — Выдох, Реджина. Миллс расслабилась, и выдох превратился в стон, когда Свон ввела вибратор на всю его длину. Реджина была мокрой и возбуждённой. Она подалась вперёд, ещё сильнее насаживаясь на игрушку, и Эмма начала медленно двигаться внутри, усиливая вибрацию на максимальную третью скорость. Миллс завела руку за голову Эммы и запуталась пальцами в её волосах на затылке. — Поцелуй меня, дорогая. Не прекращая движений, Эмма наклонила голову и языком очертила контур любимых губ, которые тут же впустили её внутрь. Их языки переплелись, и Свон ввела вибратор чуть резче, чем раньше, чувствуя, как Реджина прикусывает её нижнюю губу. Она повторила толчок ещё раз и, услышав одобрительный стон, продолжила медленно, но резко входить, ловя каждый стон Миллс своим ртом. Реджина выгибалась и скользила по телу Эммы, двигаясь бёдрами навстречу при каждом толчке. — Знаешь, — брюнетка коснулась губами кожи за ухом Свон. — Так приятно знать, что он был в тебе несколько минут назад. — Божее. Эмма тихо простонала, в полной мере ощущая новую волну возбуждения, и придвинулась к Реджине, касаясь своим клитором её поясницы и ягодиц. — Хорошая девочка! — Миллс совершала круговые движения тазом, добавляя себе новых ощущений и доставляя не менее приятное удовольствие Эмме. Когда движения брюнетки стали более хаотичными и быстрыми, а стоны громкими и переходящими на крик, Свон только усилила толчки, доводя Реджину до пика удовольствия. — Эмма! — Миллс упёрлась ногами в матрас и свела бёдра, тем самым зажимая руку Эммы и не давая ей двигаться — Блять... Она кончила, ощущая сильную вибрацию внутри себя, сжимая волосы Эммы в своей руке и притягивая девушку ближе, чтобы чувствовать её дыхание на своей шее. Когда тело Реджины расслабилось, Свон медленно вытащила вибратор, выключила и отложила в сторону, обвиваясь руками и ногами вокруг брюнетки. — Ты ещё не закончила! Реджина завела руку за спину, не желая выпутываться из крепких объятий, и провела пальцами по клитору Эммы, которая тут же подалась навстречу касанию. Миллс повернула голову и немного сместилась, чтобы посмотреть в ярко-зелёные глаза, буквально светившиеся от переполняющих эмоций. Ей понадобилось меньше минуты, чтобы довести Эмму до оргазма и в очередной раз насладиться громкими стонами. — Моя, — прошептала Реджина. — Твоя, — ответила Эмма

***

Свон не очень хотела, чтобы Реджина оставалась на ночь в подсобке, но брюнетке было всё равно где, главное, с ней. В этот раз они проспали больше, чем четыре часа, и Реджина встала первой, успев сходить в душ и заказать завтрак из доставки, который уже разложила на столике в холле. — Пахнет вкусно! — Эмма вышла из комнаты полностью обнажённой, и Миллс сразу накрыли воспоминания вчерашнего дня. Она облизнула губы. — Если ты не прикроешь своё шикарное тело, мы не сможем узнать, насколько всё это вкусно. Блондинка рассмеялась, поправила очки на переносице и направилась в сторону душа, закрыв за собой дверь. Через пятнадцать минут они сидели за столом, обе в одежде, завтракая сырниками и вкусным лимонным пирогом. — Ты не против, если я задам тебе пару вопросов для журнала сейчас? — Конечно. — Отлично, — Реджина вытащила телефон и открыла приложение диктофона. — Оу, ты потом будешь слушать мой голос по ночам? — По ночам я предпочитаю спать, Эмма. — Угу, скажи это прошлой ночи, ну и той, когда... — Когда ты поняла, что йога для тебя нечто большее, чем хобби? — Миллс наигранно стала слишком серьёзной и профессиональной, отчего Эмма не смогла сдержать смех. Так продолжалось следующие минут двадцать, пока брюнетка, наконец, не отложила телефон, довольная полученным материалом. — Хочу провести день с тобой. — У меня смена, — девушка грустно улыбнулась, кладя голову ей на плечо. — Ты можешь отпроситься? — Мне нужны эти деньги на аренду. — Я могу помочь, Эмма, ты... Свон сжала руку Реджины, опережая её дальнейшие мысли. — Я знаю! И мой ответ ты тоже знаешь. Я сама выбрала этот путь и то, как по нему идти. Если я не вылезу из этого самостоятельно, — девушка вздохнула, — наверно, я перестану верить. Реджина понимала, о чём она говорит. Порой очень сложно принять помощь даже от близких людей. Ведь тогда ты подтвердишь свою слабость, некомпетентность и тому подобное. Но Миллс делала это от чистого сердца, потому что хотела и могла. — Я просто хочу быть с тобой чаще. — Я тоже, — Эмма подняла голову и нежно поцеловала Реджину в губы. — Мне просто нужно немного времени. — Во всём виноват кредит на этот твой вибратор! — О, это ты серьёзно сейчас? Потому что мне показалось, тебе он очень даже понравился. Реджина отвела взгляд в сторону и закусила губу. — Тебе показалось...

***

В эти выходные Миллс занималась подготовкой нового выпуска, редактируя статьи о спорте, интервью Эммы и уже готовые фотографии от Джефферсона, которые очень приятно её удивили. Как и обещала Бэлль, в понедельник вся коллекция была полностью готова. Кэтрин взяла на себя инициативу организовать небольшой показ, и Миллс была всеми руками и ногами «за», освобождая себя от этой мороки. После занятия во вторник Реджина задержалась, чтобы обсудить с Эммой небольшие детали насчёт журнала. И ей даже удалось это сделать, когда она смогла разорвать их страстный поцелуй. — Кажется, у тебя там группа скоро придёт. — Я очень соскучилась! — девушка не могла остановиться, продолжая целовать Реджину в шею, возвращаясь к губам и повторяя всё сначала. — Эмма... Мне правда нужно, что бы ты прочитала эти бумаги и поставила свою подпись. Блондинка разочарованно простонала, но выпустила Реджину из своих объятий, усаживаясь за столик. — Мне обязательно всё это читать? Она рассматривала несколько договоров, разложенных Реджиной на столе. — Это обычные договора. Здесь соглашения о неразглашении, на использование твоих личных данных и фотографий. — Я тебе доверяю, — Эмма расписалась на каждом экземпляре и вернула их брюнетке. — Есть ещё кое-что. — Я должна дать присягу? Реджина широко улыбнулась. — Это ты и без меня можешь сделать. Главное, обеты не давай! — она достала из своей сумки конверт и положила на стол между ними. — Что это? — но Эмма уже знала, что это, и неосознанно отодвинулась дальше в кресле. — Прежде чем ты что-либо скажешь или сделаешь, просто выслушай, хорошо? Блондинка напряглась, но кивнула. — Это твоя зарплата, Эмма. Я привыкла, что все знают, как работает эта сфера, и совершенно забыла объяснить тебе. Данная выплата идёт за твою работу моделью, плюс, мы снимали в твоей студии и по договору оплачиваем тебе аренду помещения за те часы съёмок. Оплата интервью также предусмотрена, — Реджина намного нервничала, наблюдая за слишком серьёзной девушкой. — И будет ещё вторая часть. Когда выйдет журнал, через какое-то время тебе начислят проценты. Как и твоим девушкам. Кэтрин очень хорошо в этом разбирается, так что можешь не волноваться. — Ты всё продумала с самого начала? — Эмма смотрела на неё не отрываясь, и, казалось, что в зелёных глазах промелькнула печаль. — Это придумала не я, а законодательство, создавшее оплату труда. Я просто следую закону, Эмма. Свон молчала. — Ты заработала эти деньги своим честным трудом и можешь делать с ними всё, что хочешь. Не я распределяю бюджет, все расчёты проводит Кэт, так что мне неизвестно, что за сумма в конверте и на что её можно потратить. Несколько минут они просидели молча. Эмма выглядела расстроенной, но по большей части просто задумчивой. Реджина встала с кресла, немного опасаясь дальнейшего развития событий. — Эмма? Девушка подняла на неё глаза, как будто только что проснувшись. Реджина сделала шаг ближе и наклонилась. — Могу я поцеловать тебя? Этот вопрос вызвал лёгкую улыбку на лице Свон, и она кивнула. Поцелуй был коротким, но Реджине было достаточно, чтобы понять — Эмма не злится на неё. Ей просто нужно время.