Сожжение

– Ваш ребенок доставляет нам много хлопот, мэм. – Пренебрежительно сказал мужчина в возрасте, потерев лоб своими мозолистыми пальцами, стараясь пренебречь возмущением. – Я понимаю! Но ведь, он же не виноват, что у него никак не ладится со сверстниками, так ведь? – Еле сдерживая слезы, спросила низкая ростом женщина, накрыв лицо ладонями, надеясь на долю понимания. – А может и виноват! – Немного вскипев, ответил собеседник, поднявшись из-за стола, – сколько учебных учреждений вы сменили за эти несчастные четыре года? Три? И везде ему не находится места? – Мужчина в немного замызганном синем костюме решил немного смягчиться, подойдя к окну. – Мы не можем постоянно следить за его благополучием и предостерегать от очередных побоев и выходок сверстников, это просто невозможно! Никогда не встречал такого проблематичного во взаимодействии с другими детьми ребенка, в самом деле! Эти слова заставили женщину начать тихо плакать, осознавая безысходность в данной ситуации. Очередное разочарование. – Могу лишь посоветовать в очередной раз побеседовать с ребенком, однако, сомневаюсь, что это принесет долю пользы. Почему вы верите, что во всем виноваты его одноклассники? Уверены, что это не в нем проблема? Это заявление в сторону своего мальчика женщина слышала не только от этого преподавателя. Таких было множество. Абсолютно в каждой школе, где учился Мидория. – Да, уверена. Это просто... Не его люди, – пытаясь отдышаться, ответила женщина, такое заявление вывело ее собеседника из себя. – Раз так, то могу пожелать лишь удачи с поисками новой школы. Возможно, в кои-то веки повезет. Мне больше не о чем с вами разговаривать.

***

Мидория Изуку с самого детства не находил себе места, сменив множество учебных учреждений по настоянию матери и учителей. Его принцип поведения явно отличался от сверстников. Мальчик был чрезмерно любопытен. Если говорить на чистоту, такого рода интерес возникал именно от ощущения неполноценности и попытки познать: "Чем же я им не угодил?". – Привет! – С необузданно пылким настроем воскликнул зеленоволосый мальчик, заметив компанию одноклассников, на которых старался ровняться в каком-то роде, однако, никакого удовольствия это не приносило. Сородичи, прекрасно осознавая его намерения, быстро нашли очередной способ напакостить надоедливой особе, которая выводила из себя своей навязчивостью. Неужели не может понять, что его компания им совершенно не интересна? – Чем вы заняты? Мальчики, переглянувшись между собой, вновь устремили взгляд на Изуку. – Собираемся пойти на пруд, там водятся те твари, которыми ты так интересуешься. Такая гадость... – Ответил мальчик с русыми волосами, которого звали Майк, он был главным среди них. – Ты это про лягушек? – В глазах Мидории явно вспыхнул огонек. Амфибии и подобного рода существа всегда вызывали у него пылкий интерес. Один раз он даже пытался незаметно пронести невинное создание домой, однако, мама была слишком наблюдательной. – Че? Ну... да, лягушек. Решили поинтересоваться, что же тебя в них так привлекает. – С коварной улыбкой ответит тот, вновь переглянувшись с товарищами. – Так и знал, что у нас найдутся общие интересы! - Победно вскрикнул Мидория, на секунду даже не поверив положительному знаку в его сторону. – Только подождите, пожалуйста, я возьму из шкафчика сачок. Специально для такого случая хранил! Вернувшись к сверстникам, ребята направились на пруд, от которого шел просто ужасный запах тины, водорослей и сероводорода. Именно такие условия предпочитают подобного рода существа. – Я вижу одну! – Вдруг воскликнул Майк, указав пальцем в неопределенном направлении. – Где?! – Сразу затрепетал Изуку, приготовив свой сачок. – Ну вон же! - Мидории ничего не оставалось, кроме того, чтобы подойти поближе, с целью разглядеть столь незаметное на фоне тины создание. Однако, как только Изуку приблизился, следуя за пальцем Майка, он почувствовал что-то неладное, но предостеречь себя не успел, стоило только мальчику подойти к краю бортика, он сразу почувствовал толчок. Изуку был настолько напуган, что даже не осознал произошедшее. Благо, глубина была не большой и его каким-то чудесным образом не затянуло в тине. – Теперь ты ничем не отличаешься от этих тварей! Такой же зеленый и противный! Даже твои товарищи лягушки разбежались! – захохотал Майк вместе со своими друзьями, быстро скрывшись за камышами. Мидории понадобилось много времени, чтобы выбраться из столь густой массы, ничего себе не оторвав. Когда ему удалось выбраться на сушу, он заметил на краю бортика свой сломанный пополам сачок.

***

Возвращаясь домой, Изуку почти ежедневно приносил с собой букет неприятностей. Это мог быть очередной порванный портфель или в худшем случае - синяк на какой-либо конечности, который мальчику периодически приходилось прятать, не желая лишних вопросов и очередных разговоров по поводу случившегося. Обеспокоенная таким раскладом событий мать часто ходила на переговоры в школу, одновременно осознавая, что это бесполезно. Но надо... Как и ожидалось, успехов это не приносило и все вновь оборачивалось против Мидории. Непосредственно, проблему искали сугубо в нем. В начальной школе его дразнили из-за веснушек на щеках и вьющихся волос, которые на ветру здорово пушились, из-за чего Мидории часто приходилось отдирать от своей обильной растительности на голове жвачки. Как-то раз мальчик попытался дать сдачи, отнюдь, перевес сил явно был не на его стороне, вследствие чего Изуку вновь уступил их натиску. Домой он вернулся без вещей, с небольшим дополнением в виде синяка под глазом. – Ты не спишь? - послышался нежный голос матери из приоткрытой двери. Изуку прекрасно понимал, на каких основаниях будет построен их диалог. Тем не менее, он был неизбежен. И вот их очередной вечерний разговор, который затянулся на два часа. Изуку мог проговорить все речения мамы как скороговорку, так как подобного рода посиделки повторялись как минимум три раза в неделю. В этот раз на душе мальчишки стало еще паршивее, чем обычно. Изуку понимал, что она хочет сделать лучше, однако, все склонялось к тому, что проблема находится именно в нем. Руки в ссадинах были как ледышки, тело знобило. Стиснув зубы, мальчик тихо проговорил: - Тогда, я лучше буду один. Они мне не так уж и нравятся. У меня нет желания больше пытаться с ними поладить, - Изуку пытался не поддаваться эмоциям, однако, на глазах предательски навернулись слезы от накопившейся обиды и чувства обделенности не только со стороны сверстников, но и всего мира в целом. Видимо, никому не суждено его понять. Таким, видимо, ему суждено быть. Мидория продолжил: – Не хочу находиться под влиянием таких... Не хороших людей... Матери оставалось только с сожалением смотреть на сына, заключив того в крепкие объятия, нежно поглаживая по непослушным волосам, из-за чего в голову зачем-то пришло воспоминание о находившихся в них жвачек, которые она помогала вытаскивать. Это заставило ее также испытать вероломную печаль на душе. Она сама никогда не была обладательницей близких связей, даже первая любовь обернулась ей боком, оставив на ее плечах лишь сына. Она бы никогда не пожелала такой же одинокой судьбы Мидории. – Не говори так, пожалуйста, не говори, - со слезами на глазах проговорила мать, сильнее прижав к себе Изуку. Однако, она даже не подозревала, какое чувство вины вызывает этим у мальчишки. – Пожалуйста, не сдавайся, пробуй снова. Я так не хочу, чтобы ты был один. В этот момент не оставалось ничего. Слезы матери были самым ужасным, что давалось видеть. Перед ними Изуку был бессилен. И завтра он в очередной раз будет пытаться влиться в коллектив, за что получит смачную взбучку.

***

Мидория никак не мог понять, как смог продержаться до старшей школы. Скоро ему стукнет 17 лет, Изуку почти закончил десятый класс. Его результаты превосходили многих учеников, из-за чего завистников было не мало. Парень всегда старался посвящать всего себя учебе, ведь, это единственный его способ отвлечься от проблем с социумом. И, непосредственно, издевок стало меньше. Скорее всего, дело было вовсе не в школе. Как не крути, многим это со временем наскучило, хулиганы перепробовали разные методы издевок над парнем, не находя больше ничего нового. Некоторые, возможно, просто удосужились хоть немного поумнеть и вырасти из такого рода проделок. Мать Изуку также интересовалась состоянием сына, каждый раз спрашивая, не завел ли он новых знакомых. Конечно, Мидория не был обделен общением все это время. У него не было близких связей, однако, парню удавалось находить общие темы для разговора с другими. Но обычно это были люди старше его на года три-четыре и данного рода диалоги длились не долго, это было словно по ветру. Изуку всегда интересовала биология, вследствие чего ему удавалось найти незначительное количество партнеров для совсем непродолжительного, но общения. Со временем они куда-то пропадали, а причины парень не знал. Только один раз ему выпала возможность узнать, куда же пропал его собеседник. Тот переехал в другой город, кардинально изменив свою жизнь (возможно, с остальными была аналогичная ситуация). Впрочем, Мидория привык к подобной жизни. Сейчас парень сидел погрузившись с головой в учебник, который был заклеен множеством заметок с подписями, которые во время волнительных моментов Изуку любил перебирать между пальцем. За пределами его пространства слышался бубнеж и звонкие голоса, которые немного мешали голове соображать по делу. За окном цвела сирень, ее запах мимолетно окутывал помещение. Несомненно, весна - самое атмосферное время года. На душе становится так тепло и легко, даже несмотря на нахлынувшие трудности и мороки с экзаменами. Однако, начало занятия заставило Изуку вернуться на круги своя. В этот день они разбирали онтогенез. Непосредственно, Изуку прошелся по этой теме еще давно, спокойно слушая объяснения преподавателя, периодически улетая куда-то за пределы помещения. Трудно признаться, но увлекаться исключительно учебой тоже тоже злокозненно. Мидория хоть был обделенным, но это не подавляло его тягу к чему-то новому. Учителя его любили, но эта любовь была основана исключительно на уважении их предмета. Это не совсем то, что хотел Изкуку. Он хотел полноценного признания за его многочисленные старания и попытки хоть как-то выделиться, не только по высшим баллам. – Изуку, расскажешь нам про гаметогенез? – Вдруг послышалось со стороны учителя. Парень не испугался. Это далеко не первый раз, когда он так неожиданно начинает витать в облаках. Видимо, пока он витал в своих мыслях, учитель уже успел наставить несколько двоек, больше не найдя учеников, которые смогли бы ответить на ее вопрос. Поднявшись с места, Мидория принялся за дело, немного хриплым голосом объясняя каждую мелочь, которую нельзя было найти в учебнике. Эта болтология приносила некий дискомфорт, в горле было ужасно сухо, на своей спине он чувствовал презрительные взгляды одноклассников. Учитель в свою очередь, только положительно кивала головой. – Как всегда отлично, Мидория! – Прервала его милая лицом женщина, поставив заслуженную оценку в журнал. Изуку сел, вновь погрузившись в свои мысли. Он был немного взволнован, поэтому, пришлось вспоминать, на чем остановились его мысли. Но на этом все не закончилось. Поставив не мало неудовлетворительных оценок, преподаватель с прежней улыбкой на лице объявил поразившую парня новость: – Дорогие мои, мне будет необходимо уйти в отставку на три года по состоянию здоровья и нахлынувшим событиям. Но мне на замену придет не худший претендент. – Начал учитель, смотря именно на Мидорию. Видимо, она прекрасно понимала, что ее уход расстроит и поразит только его. Изуку явно пребывал в экзальтации. Этот преподаватель был просто золотом! С ней периодически можно было также завязать диалог на тему, которая находилась за пределами учебы. Причем, через три года он уже будет за пределами этого места. Парень достаточно быстро привязывался к подобным людям, несмотря на отсутствие близкой связи. Если сравнить с его предыдущими отношениями с людьми, то такого рода взаимодействия дял него были просто чудом! – Его зовут Кацуки Бакуго. Он еще студент, будет работать здесь на пол ставки, однако, я уверена, что его система преподавания ничуть не хуже моей. Относитесь к нему с уважением! - С энтузиазмом проговорил учитель, немного жестикулируя руками. – Он должен был подойти к концу занятия. Думаю, он немного задерживается. Мидории оставалось лишь с отчаянием опустить глаза в тетрадь, обводя буквы ручкой, переваривая в голове столь томительную новость. Уж кто угодно, но не она! Его одноклассники тоже были в неком недоумении. Несмотря на то, что они бездельничали на ее уроках, они прекрасно видели любовь учителя к своему делу. Однако, время не позволило долго думать. Дверь предательски скрипнула и в помещение вошел молодой человек, который не сразу переступил за порог, стремясь убедиться, что он попал в нужную аудиторию. Первое, что заметил Изуку - ядерно-красные глаза, которые заставили кожу покрыться мурашками и заставить голову напредставлять себе всякого. Это был молодой мужчина со светлыми волосами. На вид ему было около двадцати двух-трех лет. Одет он был в черную облегающую кофту, поверх которой красовался жакет. Это позволило разглядеть его накаченное тело. Изуку тревожили больше его глаза, он ранее не видел подобных. Возможно, и дозволялось, но чтобы таких ярких... Никогда! Парень с трепетом изучал его взглядом ожидая каких-то слов со стороны нового учителя. Встав по середине кабинета рядом с "бывшим" преподавателем и скрестив руки под грудью, на лице Бакуго появилась легкая улыбка. Его взгляд сразу упал на раскрытый журнал, в котором красовались знатные оценки. – Готовьте свои извилины, детки.