Когда цветет глициния

      Десятки самых разных игровых автоматов, что светят неоном в темноте. Откуда-то я услышала странный звук, будто бы какой-то писк. Это не на шутку напугало меня и выбило из равновесия. Я осмотрелась по сторонам, пытаясь найти в темноте источник противного звука от которого хотелось незамедлительно закрыть уши. Стала внимательно вглядываться в тёмные коридоры торгового центра, что на вид напоминали мне космические чёрные дыры. Мне начало казаться, что темнота смотрит в ответ своими пустыми безжизненными глазами. В эту же секунду меня передёрнуло от новой волны страха:       — Ноа, мне кажется, что здесь точно кто-то есть. — Я зыбко поёжилась, не смотря на то, что в павильоне было довольно тепло. Тогда парень громко крикнул на всё здание, явно не жалея голосовых связок:       — Эй здесь кто-нибудь есть?! — В ответ последовало только звонкое эхо, после чего Ноа продолжил, — Видишь? Никого.       — Ноа, давай уйдем, здесь жутко. — Не смотря на последующую тишину я не отступала.       — Ты что ли темноты боишься? — Он склонил голову с явно насмешливой ухмылкой.       — Нет, просто здесь жутко. — Но самом деле, признаться честно, я очень боялась темноты, признаваться в этом юноше я явно не хотела. То ли увидев мою настороженность он заверил: — Не переживай, пока я рядом тебе ничего не угрожает.       Парень схватил меня за руку и потащил к автоматам. Типичный паренёк, думалось мне, — любит игрушки. Не смотря на всю красочность, эти безжизненные машины не вызывали отклика в моём сердце, потому я просто стояла рядом, наблюдая за ним.       Ноа — высокий, спортивный и улыбчивый парень. Уверенна, что он пользуется большим вниманием у девушек и среди друзей он точно душа компании, никак иначе. Сложно повесить на него какой-нибудь ярлык, всего понемногу. Рассматривая его я замечала всё больше деталей. Он кажется таким идеальным, что мне сложно представить другую ситуацию в которой мы могли бы проводить время вместе. У него белоснежная кожа без единого изъяна, его тёмные волосы безумно красиво блестят, а его глаза… такие нежные… На его ногах новенькие, аккуратненькие кроссовки, от чего стало даже стыдно немного.       — Эй, Юка, ты чего такая грустная? Это из-за темноты?       — Ну. Не то чтобы… Просто…       — Хорошо, я понял. — Он встал из-за игровых автоматом и начал бегать по магазинам включая свет, — Ну что Юка?! Тебе ещё страшно?       В миг мне стало так смешно и приятно... Это ради меня? Даже такая мелочь заставила моё сердце слегка затрепетать. Торговые залы начали разгораться ярким светом, изгоняя темноту из каждого угла. Он подошел ко мне ещё не отдышавшись от такого забега.       — Ну как? — На моем лице все читалось без слов.       — Спасибо большое, Ноа.       — Ну наконец-то ты улыбнулась, теперь уже совсем как живая! — У самого улыбка до ушей.       В порыве радости от того, что на самом деле бояться ничего не стоило, я ринулась обнимать его. — Спасибо тебе большое. — Он явно не ожидал такой сентиментальности от меня. — Да ладно тебе, пустяки, пошли вон на мотоцикле покатаемся.       Не подумайте ничего опасного, он имел ввиду еще один игровой автомат — симулятор мотоцикла, где тот наклоняется из стороны в сторону, имитирую езду.       — Ой нет, ты знаешь я бою… — Он резко схватил меня за руку и снова потащил. Честно в душе я даже рада, что он сделал выбор за меня. Он посадил меня сзади и велел крепко держаться. Я села с ровной осанкой, еле-еле самыми кончиками пальцев касаясь его талии, мне было бы неловко держать его всей ладонью, чтобы он чувствовал как сжимаются мои руки от страха. Но стоило игре начаться, мотоцикл начал «ездить» из стороны в сторону, как я сразу же прильнула к его спине, обвив руками талию. Жутко неловко, но лучше так чем упасть с этого кошмара на двух колесах прямо при Ноа.       — Юка, не бойся, я умею водить!       — Я не хочу упасть!       — Тогда обними меня крепче, сейчас нас начнет трясти сильнее! — Обнять крепче?! Он правда сказал это? Я, в который раз в его компании, вся покраснела. Так неловко мне было впервые, но говоря честно я была не против. Мои руки сильнее обвили его талию, я крепче прижалась к его спине и аромат его дорогих духов ударил мне в нос. В этот момент мне уже казалось, что мы мчимся на реальном мотоцикле по извилистым дорогам, пытаясь обогнать время. Опять я впадаю в фантазии. Мне не хочется летать где-то там пока я с ним, оказаться в подомном мире даже лучше чем в моих фантазиях.       Игра закончилась и он помог мне слезть с этой штуковины, что уже не так меня пугала. Теперь парень потащил меня к автомату на котором надо было танцевать, соревнуясь кто сделает это лучше. — Ой ты знаешь, я ведь не умею танцевать, может выберем другую игру.       — Юка, не переживай, я тоже не умею, но здесь только я и ты.       — Я стесняюсь… — От страха ударить в грязь лицом, внутри меня всё сжималось. Он запустил игру и выкрикнул: — Просто наступай на стрелки на полу, я обещаю не смеяться.       «3… 2… 1… DANCE!»       Я пыталась наступать на эти проклятые стрелки, но получалось довольно нелепо, волнение разрасталось по всему моему телу. На мониторе показывало, что я набрала целых 20 очков — какой ужас, целых 20 из 150, всё на столько плохо? Выгляжу как телёнок на льду, не лучше. Я повернула голову влево, на Ноа… и не смогла сдержать смех, его танцы были ещё хуже моих, целых 10 очков. Он улыбался и был счастлив, хоть его ситуация и была хуже. Правда, у меня сложилось впечатление, что он сделал это нарочно, дабы не смущать меня, и если это так, то искреннее спасибо ему. Он посмотрел на меня и начал смеяться сильнее чем прежде.       — Эй! ты обещал не смеяться!       — Прости прости.       Тогда мы уже смеялись вместе и пытались набрать больше очков, мое волнение пропало. Игра закончилась со счетом 70 и 40 в мою пользу.       — Победа! — Юноша только улыбался, — Поздравляю, юная леди с победой и приглашаю вас проследовать за мной к следующему автомату. — Он снова начал говорить не своим голосом и это смешило меня еще больше.       Мы потеряли счет времени за неоновыми игрушками, и забыли о изначальных планах по поиску людей. Мира вокруг не существовало, не было ничего кроме нас и автоматов, мы беззаботно играли словно всё в порядке, Ноа уже позабыл и о своих переживаниях. Обессиленные мы упали в бассейн с шариками, поиграв во все автоматы, а в некоторые и несколько раз. Больше всего ему понравился автомат с баскетбольными мячами, что нужно закидывать в кольцо — 100 и 0 в пользу Ноа. Мне же больше всего понравился автомат где нужно было стрелять в зомби, я сама от себя такого не ожидала, а Ноа и подавно — 150 и 150. Так же нельзя не упомянуть автомат с водными пистолетами: суть в том, чтобы маленькой струей воды попасть в рыбок — по итогу 0 и 0, зато Ноа был по уши мокрый, как и я… В конце мы сделали смешные фотографии в фотобудке на память.       — Юка, мы здесь уже очень долго, думаю солнце спало и мы можем выдвигаться на поиски других людей.       — Да ты прав… — Честно, в душе я бы не хотела найти ещё кого-то, ведь тогда Ноа перестал бы уделять мне внимание, или вообще ушёл с новым другом. На выходе стоял этот знакомый всем автомат, где за монетку можно попробовать вытянуть игрушку:       — Юка, пошли я тебе игрушку достану.       — Ничего не получится, это же развод, там невозможно что-то достать.       — Смотри! — Спустя 15 или 20 попыток ему всё-таки удалось достать брелок с маленьким зелёным монстром, у которого на голове рожки, — Ой, Юка, смотри какой пучеглазый милашка.       — Наверное… — Я сказала это неуверенно.       — Тебе что ли не нравится? Жаль, я хотел тебе подарить...       — Да нравится мне! — Он начал смеяться, у него такой приятный смех, как будто серебряные колокольчики переливались, слушала бы вечно.       — Тогда держи, это для тебя. Запомни, что нет ничего невозможного.       Мы вышли из торгового центра и были обескуражены увиденным. На улице уже давно стемнело и миллион цветных огоньков слепили наши глаза. Неоновые вывески, городские гирлянды, уличные фонари, лампы магазинов и кафе — всё это играло яркими красками на фоне тёмно-синего, бархатного небосвода. Мы стояли с открытыми ртами потеряв дар речи. Ноа робко спросил: — А почему свет зажегся?       — Я не знаю… — Ответа на поставленный вопрос у меня не было. Но не смотря на явную настороженность, я не могла оторвать глаз от увиденного. Город заиграл новыми красками, улицы блестели так ярко, что затмевали собой луну. Отсутствие людей только добавляло антуража, ещё с утра тусклый и безжизненный город, напоминающий пустыню, к ночи превратился в сказку о любви.       — Ноа, я наверное сплю… такого не бывает.       — Да, согласен, это какое-то безумие. Я ведь лёг спать и проснулся тут, а значит я сплю, но почему мне снится девочка которую я видел один раз?       — Нет! это ты мне снишься, а не я тебе!       — Я тебе снюсь?! А почему именно я? Влюбилась в меня, да? Признавайся. — Губы мои сжались, глаза по 5 копеек и щеки загорелись красным цветом, — Ты чего так покраснела? Я прав? Понравился тебе?       — Не неси ерунду! Не нравишься ты мне!       — Что, совсем совсем не нравлюсь?       — Совсем-совсем!       — Жаль… — Он сказал это тихо, опустив глаза вниз.       — Что? — Где-то вдали заиграло пианино, его мелодия отвлекла нас от разговора.       — Юка, ты тоже это слышишь?       — Да, я слышу.       Мы побежали вдоль торговых улиц, между фонарей, пытаясь найти источник звука. Но куда бы мы не бежали, звук не становился тише или громче. Мелодия казалась очень знакомой. В 7 лет меня отправили в музыкальную школу, учиться тонкому искусству музыку. Я выбрала пианино. У меня очень хорошо получалось и я была лучшая в классе, но другим ребятам это не нравилось. Позже, и девочки в классе начали издеваться надо мной за то, что моя одежда не так хороша как их, за то, что я бедная, за то, что я страшная. В какой-то момент насмешки превратились в угрозы. Мне больно вспоминать это. Но однажды одна девочка заступилась за меня и вот мы дружим с ней уже десять лет.       Мелодию я узнала сипервых нот — её мы постоянно играли с Хотару в музыкальной школе.       — Юка, давай ты направо, а я налево.       — Хорошо!       Я побежала вниз по улочкам, торговые бутики закончились и предо мной предстали маленькие деревянные домики в которых не горел свет, собственно и фонарей на улице не было, даже луна не освещала мне путь. Кромешная тьма. Я чётко понимала откуда играет пианино, это маленький полуразвалившийся домик, в одном разбитом окне которого горит очень тусклый свет.       «— Идти или нет?» — страх терзал меня насквозь, и острыми когтями впивался в мои ноги, от чего я пошевелиться не могла. Я уже хотела уйти, но дорога назад была темнее тёмного, а в том домике хоть свет горел. Продолжив стоять я вела споры сама с собой.       — Юка! Юка! Юка! — До моего слуха донеслись крики, ярко похожие на моё имя. Хотару! Это Хотару — её звонкий голос я узнаю всегда. Неужели и она попала сюда, какое облегчение. Я мигом открыла калитку и поднялась по двум развалившимся ступенькам в дом, деревянная дверь сзади меня сразу же захлопнулась, от чего я подскочила. Это просто ветер. Атмосфера жуткая. Старый заброшенный дом, где повсюду валяется разбитая посуда и различный мусор, вроде пустых бутылок, окурков и вещей быта. С потолка гроздьями свисает паутина, а из пола беспорядочно растёт трава.       Я быстро проскользнула к двери из-за которой сочился тусклый свет, и поспешила её открыть. Честно, мне хотелось покинуть этот дом, но увидеть Хотару мне хотелось больше. Открыла дверь я сделала уверенный шаг вперёд.       — Хотару! — Дверь за мной сразу же захлопнулась. Маленькая комната с деревянным полом, где из каждой трещины растёт трава, потолок которой вот-вот упадёт вниз, маленькое разбитое окно и главный персонаж сего спектакля — чёрное пианино, чьи клавиши играли сами. Лишь маленькая свечка на нём освещала этот кошмар. Я застыла в ужасе, не могла и слова сказать. Кажется, что кровь в моих жилах остановилась, а сердце билось так быстро, что могло выпрыгнуть в любой момент. Животный страх переполнял меня.       Я попыталась нащупать ручку двери, но не смогла. Дверь исчезла, а за ней окно, прямо на моих глазах, растворилось в тусклых стенах. Пианино начало играть совершенно другую мелодию. Из щелей в полу стала сочиться чёрная жижа, что казалась вполне живой. Я снова услышала странный писк, что до этого слышала в торговом центре. Меня начало трясти, я прижалась к стене, в глазах всё кружилось, меня рвало на части и воздуха в груди не хватало.       «— Это конец...»