Терпение, Михаэль

Михаэль просыпается от собственного гортанного стона. Распахивает глаза, пару секунд тупо пялится в потолок и крупно вздрагивает, когда горячие губы снова касаются члена. - Schei… - слово застревает в горле, он жмурится, хватая ртом воздух, и вцепляется пальцами в простыню. Михаэль тянет руку вниз и стаскивает одеяло, тут же проглатывая стон - Сеченов смотрит прямо ему в глаза, насадившись на член до упора, крепко удерживая его под бедра и не давая сдвинуться, и поглаживает тазовые косточки, слегка царапая их ногтями. Он сглатывает и удовлетворенно мычит, когда Михаэль до хруста выгибает спину и закатывает глаза, тихо постанывая. Он медленно поднимает голову, выпуская член изо рта - тот тяжело падает на подрагивающий живот, и Михаэль уже порывается что-то сказать, но получается только шумно втянуть носом воздух - он снова касается его языком, широко ведет по стволу, останавливаясь на головке, и обводит ее по кругу, Михаэль сдавленно стонет, непроизвольно толкаясь бедрами. Он скользит припухшими губами по члену мучительно медленно, вбирает его в рот полностью, слегка посасывая, и Михаэль порывисто вцепляется пальцами ему в волосы. Усиливая хватку, он настойчиво тянет его ниже, и Сеченов хмыкает, не сводя с него взгляд, и заглатывает глубже, послушно опускаясь до основания и работая языком. Он безостановочно гладит его по животу, заставляя мурашки бежать по коже, мнет бока и проходится горячими пальцами по ребрам. Михаэль неожиданно для себя смущается его пристального горячечного взгляда, с громким стоном отворачивает голову и прячет лицо в сгибе локтя. Он чувствует, как головка плотно упирается в упругую щеку, медленно перекатывается на языке и снова упирается в горло, проскальзывая глубже, и несдержанно дергает бедрами навстречу. Сеченов одной рукой скользит вверх по его груди, задевает ногтем сосок, с нажимом проводит по взмокшей шее и, погладив пальцами щеку, тянет его за подбородок, вынуждая опустить голову. Михаэль послушно убирает руку и переводит взгляд на него - растрепанного, тяжело дышащего, с темными от возбуждения глазами и покрасневшими губами. - Смотри на меня. - шепчет он тихо, не выпуская изо рта головку. Он чуть задевает ее зубами, тут же мокро облизывая, и Михаэль в очередной раз закатывает глаза от прошибающего удовольствия. Он выпускает из пальцев вконец сбившееся одеяло и снова кладет руку ему на голову - поглаживает мягко, почти бережно, пока Сеченов, ускоряясь, снова насаживается на его член, гладит затылок и вцепляется дрожащими пальцами сильнее. Сеченов обсасывает головку и с нажимом проводит языком по уздечке, обхватывает пальцами у основания и вбирает на всю длину. Михаэль не сдерживает громкого стона и от прокатившейся по всему телу волны дрожи невольно сводит бедра, сжимая ими его голову. Сеченов в ответ тихо задушенно стонет, вибрируя горлом, и обхватывает ладонями его ноги. С силой мнет их, прижимая еще ближе к себе, и наконец позволяет Михаэлю самому выбирать темп. Михаэль тяжело дышит, чувствуя колотящееся между лопаток сердце, когда Сеченов вдруг поднимается на локтях, выпуская его член изо рта, наваливается на него, укладываясь сверху, оглаживает бока и тянется к губам. Михаэль с готовностью отвечает на поцелуй, до белых пятен под веками жадный и требовательный, и выгибает поясницу, еще теснее прижимаясь к нему грудью. Он чувствует горячий твердый член, настойчиво потирающийся о его собственный, и тянет руку вниз, обхватывая сразу оба ладонью. Собирает пальцем смазку, растирая между ними, и рвано двигает рукой, выстанывая Сеченову куда-то в волосы. Тот лижет его в шею, до боли впивается зубами в ключицу и двигает бедрами навстречу. В яйцах начинает тянуть, пальцы ног поджимаются, а дыхание сбивается окончательно, когда Сеченов вдруг отрывается от него, оставляя в шаге от оргазма, напоследок проводит губами по животу и снова садится между его ног. Он тянет руку куда-то под одеяло, выуживая оттуда полупустой флакон со смазкой, вертит ее в руках и вопросительно смотрит на Михаэля, с хитрой улыбкой ожидая ответа. Будто у него есть возможность и желание отказаться. Михаэль тяжело дышит и мстительно молчит, стараясь придать лицу самое равнодушное выражение из возможных, и тогда Сеченов с нажимом проводит рукой по всей длине члена, заставляя его задохнуться в стоне и сильнее раздвинуть ноги. Сеченов удовлетворенно хмыкает, выдыхая тихое “не сдерживайся, Миш”, и придвигается ближе, целует бледную коленку и снова укладывается перед ним на локти. Не жалея смазки, он аккуратно проскальзывает в него одним пальцем, не переставая выцеловывать разведенные бедра. Михаэль нетерпеливо елозит ягодицами по простыне, шумно дышит и закусывает губу, когда внутрь протискиваются еще два. Сеченов чуть сгибает пальцы, и он снова стонет, вплетаясь ладонью в его волосы. Михаэль видит, с каким трудом он сдерживает себя - как подрагивают от возбуждения его ноздри, как он пожирает его взглядом и с чувством вдыхает, упираясь носом в сгиб бедра. Однако он продолжает его мучить, до ужаса медленно трахая пальцами, заставляет метаться по кровати и не дает сдвинуться с места. - Н-ну хватит уже, - сипло шепчет Михаэль, до шипения вцепляясь в мягкие пряди и оттягивая его от себя. Сеченов только слабо улыбается и сверкает глазами, добавляя еще один палец, облизывает сочащуюся смазкой головку и оставляет влажный поцелуй под пупком. - Терпение, Михаэль. Волосы на затылке встают дыбом от его тихого рычащего тона, Михаэль сдается, не находя в себе сил сопротивляться и язвить, закусывает губу и тихо постанывает от мучительного удовольствия. Но и самого Сеченова не хватает надолго - он все грубее двигает пальцами, сбиваясь с ритма, шумно дышит и несдержанно ощупывает его второй рукой, то и дело прижимаясь к коже губами. У Михаэля в животе приятно тянет от предвкушения, когда он наконец отрывается от него и снова берет в руки смазку. Он входит издевательски медленно, сантиметр за сантиметром, и игнорирует любые попытки Михаэля насадиться самому, вжимая его за талию в кровать и нависая сверху. Михаэль готов выть от чувства заполненности, когда он наконец касается бедрами его ягодиц и замирает на пару секунд, удерживая его пальцами за подбородок и заставляя смотреть в глаза. Михаэль безуспешно пытается сфокусировать на нем взгляд и только громко надрывно дышит, вцепляясь пальцами в его спину, когда Сеченов начинает плавно и размеренно двигать бедрами, не ускоряясь. Михаэль быстро подстраивается под него, подмахивая бедрами и царапая спину, но Сеченов вдруг выходит из него полностью, тут же резко загоняя до основания - Михаэль буквально выпадает из реальности, стонет на одной ноте, застывая и позволяя целовать себя в полуоткрытый рот, впивается пальцами в плечи и обхватывает его ногами за талию, вжимая в себя. - Еще раз… - шепчет он еле слышно. - Что? - Сеченов явно издевается, перестает двигаться, замирая глубоко внутри, и ведет губами по его скуле, жарко выдыхая на ухо. - Сделай так еще р… Сеченов слушается и пару раз до жалкого скрипа вбивает его в кровать, и Михаэль в наслаждении зажмуривается от пробежавшей по пояснице горячей судороги. Но тот снова останавливается, кончиками пальцев поглаживает его подрагивающий член и выдыхает прямо в губы: - Попроси получше. В голове будто что-то щелкает, затылок холодеет от резкой вспышки злости вперемешку с диким, вытесняющим все остальные мысли возбуждением - он и так довел Михаэля до предела, но продолжает издеваться. Он грубо толкает Сеченова в грудь, не встречая никакого сопротивления - тот с довольным видом падает на подушки, будто только этого и ждал, наблюдает за ним из-под полуприкрытых век и призывно поглаживает себя рукой. Михаэль порывисто заползает на него сверху, упирается ладонями ему в грудь и одним слитным движением опускается на член. В бока тут же впиваются горячие пальцы, Сеченов рвано выдыхает и прикрывает глаза, двигая бедрами навстречу. Михаэль облегченно улыбается, чуть приподнимается и снова насаживается до основания, закусывая губу от пробежавших по спине мурашек. Он сразу начинает двигаться, чуть отклоняясь назад и безуспешно пытаясь держать ровный темп. Бедра быстро начинают дрожать от напряжения, но затапливающее удовольствие перекрывает все - он ускоряется, не слыша за оглушающим стуком крови в ушах собственные надрывные стоны. Из горла вырывается сдавленный вскрик, когда Сеченов подхватывает его под бедра и начинает грубо вколачиваться сам, выбивая из легких весь воздух и заставляя бессильно заламывать брови. Михаэль до крови закусывает губу, чувствуя дрожь во всем теле, и опускает на Сеченова затуманенный взгляд - тот смотрит с таким неприкрытым обожанием в глазах, что в груди по-глупому теплеет и сердце, кажется, пропускает удар. Он облизывает губы и тянет руку к Михаэлю, хватает его за шею, наверняка чувствуя бешеный пульс, и притягивает к себе. Замедляется, чтобы коротко и глубоко поцеловать, прикусив напоследок нижнюю губу, и снова отталкивает Михаэля от себя, заставляя прогнуться в спине и откинуть голову, уперев ладони ему в колени. Шарит теплой рукой по груди и животу, опуская ее все ниже, пока наконец не обхватывает ладонью член. Он быстро двигает рукой, и, когда большой палец проходится по уздечке, собирая густую каплю смазки, Михаэль снова дергается и срывается на бешеный темп, громко шлепая ягодицами о его бедра. Сеченов вдруг сжимает пальцами его талию и фиксирует на месте, немного сдвигается и снова толкается до упора. Перед глазами тут же темнеет, руки слабеют и Михаэль валится ему на грудь, впечатываясь в него ртом, слепо целует и громко выстанывает куда-то в щеку, пока он продолжает выбивать из него дух каждым сильным толчком. Он прижимается к Сеченову сильнее, выгибая поясницу, и член оказывается тесно зажатым между ними - Михаэль рвано дышит, сходя с ума от яркости ощущений, и с громким стоном кончает, размазывая сперму по их животам. Сеченов продолжает двигаться в нем, утробно рыча на ухо, уже сбивается с темпа и ощутимо подрагивает. Немного придя в себя, Михаэль, разморенный и чувствительный после оргазма, только глухо постанывает, подмахивая бедрами, и жадно целует, переплетая их языки, когда Сеченов наконец замедляется, хватая ртом воздух и до боли вжимая его в себя. Михаэль довольно улыбается, легко целуя в уголок губ, и укладывает голову ему на грудь. Слушает выравнивающееся сердцебиение и порывается подняться, когда оно окончательно успокаивается, но Сеченов не выпускает его из объятий, только сильнее прижимает к себе, поглаживая поясницу, и глубоко вдыхает. - Полежи так еще, - шепчет он Михаэлю в затылок, зарываясь носом в кудри. Михаэль согласно кивает, устраиваясь поудобнее, гладит его по руке и щурится на часы на прикроватной тумбе - семь утра. Он довольно зевает, предвкушая еще пару часов крепкого сна, и закрывает глаза.