Далеко собралась?

Едва они оказались в спальне, Тутберидзе в голову пришла мысль, как наказать Женю за эту выходку. Женщина толкнула ее на кровать, Медведева потеряв равновесие упала на спину и тут же приподнялась на локтях. В темных горящих глазах, казалось отражаются все тайные желания брюнетки. И Этери это только льстило. Блондинка молча и медленно выпустила рубашку их брюк, пристально глядя на возбуждённую Женю. — Ложись удобнее и руки заведи за голову. Они тебе не понадобятся ближайшее время. — Твердо и решительно произнесла Этери. Интерес брал вверх и Медведева повиновалась. Удобно расположилась на подушках, но раздеваться не торопилась. Младшая не видела никакого подвоха в просьбе любимой женщины. Внизу живота становится тяжело и жарко, на глаза наползает алая пелена жгучей страсти. Единственное желание — наброситься на нее сию же секунду, пульсирует в мозгу. Но видя строгий и тяжёлый взгляд на себе, Медведева лишь кусает губы и пытается отвлечь себя от желания кончить прямо сейчас. Этери стягивает с себя рубашку и откидывет в сторону, тоже самое происходит и со штанами. Она остаётся в одном черном кружевом белье. — Ты будешь наблюдать за тем, как я самостоятельно ласкаю себя… — спокойно, будто это в порядке вещей, предупреждает ее блондинка. Отчего глаза Жени расширяются, а сама она принимает сидячее положение на постели. — Это твое наказание, милая, — шепчет Этери и оказывается рядом с ней на краю кровати. Мягко целует губы и сжимает руки на талии брюнетки. Дыхание сбивается, Женя хватает ртом воздух, изо всех сил сдерживая свои порывы опрокинуть ее прямо на пол и жестко взять без каких-либо прелюдий… Сейчас она так близко, всего в нескольких сантиметрах, но так безнадежно недосягаема и неприступна, что в это практически невозможно поверить. Голова брюнетки работает на пределе своих возможностей, контролировать себя все сложнее и сложнее. Женя чувствую ее запах, мягкий свет мерцает на гладкой коже, взгляд такой властный и все понимающий, слегка снисходительный… Тутберидзе полностью контролирует ситуацию, подтверждая это упрямо вздернутым подбородком и хитрой полуулыбкой. — Это нечестно… — хрипит Женя, глядя на Этери из-под опущенных ресниц. — Я не обещала, что будет легко, милая. Повернись ко мне спиной. — Женя выполняет просьбу, садиться на колени и поворачивается к ней спиной. Тутберидзе медленно расстегнула молнию на платье, так же мучительно долго и медленно снимает его с девушки, оставляя лишь в нижнем белье. — Ложись обратно. — Медведева рвано выдыхает, но повинуется. Этери победно улыбается и эта улыбка заставляет Женю намокнуть с невероятной быстротой. Блондинка зарывает пальцы в ее волосы, а затем ведет их вниз, медленно-медленно, скользит ими по лбу, щеке, шее, вдоль ключицы, вокруг груди, дальше, по решетке ребер, до пупка, еще ниже, по низу живота, тонкие пальцы соскальзывают на бедро и продолжают путь до щиколотки. Женино дыхание становится таким частым, что начинает кружиться голова. Этери видит, как возбуждение и желание накрывают брюнетку с головой и она начинает дрожать. Этери наклоняется над девушкой и дарит просто нереально страстный поцелуй! Вкус губ не сравнится ни с чем другим! Медведевой начинает казаться, что она вот-вот потеряет сознание. Она чувствует всем телом ее обнаженную грудь. Этери так же вся дрожит и Жене не составляет труда понять, что эта игра дается Этери так же непросто, как и ей. Тутберидзе снова начинает целовать Женю, ее губы, шею, спускается к груди, ловко высвобождает из бюстгальтера, дразнит, лаская языком все, кроме сосков, которые напряглись и сжались в два каменных шарика, в ожидании прикосновений. Резко отстраняется и встаёт с кровати, медленно снимает с себя промокшие от возбуждения трусики. Садиться на кровати на колени и вводит в себя сразу два пальца. От наслаждения Этери закатывает глаза, начиная размеренно двигать ими в себе. Она слышит, как Женя чуть ли не плачет. — Нравится? — едва волочит языком, но все же интересуется у младшей. Женя стискивает зубы и отворачивает голову в сторону. — Сюда смотри… — Женя мотает головой и пытается свести вместе бедра. Но Тутберидзе не даёт этого сделать, двигается вперёд, тем самым упирается одним коленом в ногу младшей. — На месте моих пальцев, могли бы быть твои… — Замолчи! — рычит Женя, изнывая от возбуждения и желания получить разрядку. Ногти впиваются в нежную кожу на ладонях, на лбу выступила испарина. — Боже… — стонет Этери, запрокидывая голову максимально назад, свободной рукой ласкает грудь. Брюнетка не медлит ни секунды, вмиг оказывается на бедрах Этери, прижимаясь своей плотью к ее. — Со мной нельзя так играть! И терять бдительность! — Шипит Женя, кусая ее за шею, оставляя следы. Брюнетка слегка отстраняется, вводит в женщину два пальца и начинает дерзко, рвано двигаться в ней, вводя пальцы до основания. Этери стонет, не стесняясь ничего и никого. Медведева затыкает ее рот поцелуем, язык умело прорывается между губ и сплетается с ее языком. Этери одной рукой прижимает к себе брюнетку так близко, как это возможно, а вторую заводит за спину и скользит по позвоночнику вниз, останавливаясь на пояснице. Надавливает на нее, заставляя Жень прогнуться ещё ниже. — Черт… — мычит Медведева в поцелуй, чувствуя палец Этери на своем клиторе. — Закинь на меня ногу, — Тутберидзе повинуется, закидавая одну ногу на плечо девушки. Женя меняет угол проникновения, чувствуя, что сама вот-вот кончит. Этери выгибается, прижимаясь к Жени своим телом до пределов возмости. Они одновременно взрываются мощным оргазмом. Стоны тонут в поцелуях. Медведева осторожно убирает ногу блондинки со своего плеча и ложиться на ее тело. Часто дышет, проводя носом по шеи старшей. — Я люблю тебя, дурная ты голова, — шепчет Этери целуя ее в макушку. — Как ты этого не поймёшь? — В перерывах, между работой, да… — усмехается Медведева, за что получает ощутимый шлепок по заднице. Женя закопошилась на Этери, предпринимая попытку встать. — Ну, а сейчас куда собралась? — Домой. Я выполнила совет Лизы. Мне полегчало. — Этери рассерженно смотрит на лицо Жени. Та в свою очередь начинает заливисто смеяться, утыкаясь лбом между грудей старшей. — Я убью и тебя, и Лизу твою за советы такие! — Потом, любимая, потом. — шепчет Женя, покрывая мелкими поцелуями ложбинку между грудей старшей. Уснули они под утро, изнуренные и уставшие. Но такие счастливые.