Прошлое не властно.

— Значит, это и есть святая святых? Роберт с интересом разглядывал комнату Адрианы. Преобладающими цветами здесь были светло-персиковый и молочный. Самые обыкновенные тумба, кресло, стулья оттенка светлого ореха — удивительно сочетающиеся с огромным зеркалом в человеческий рост в углу у окна и разными причудливыми мелочами в виде раковин, глиняных и фарфоровых фигурок, цветами в горшках, расставленными на подоконнике и на подвесных полках. Ничего вычурного, кричащего о принадлежности Адрианы к богатейшему клану Калифорнии. Яркие пятна салатовых штор и песочного цвета покрывало на постели придавали интерьеру индивидуальность, хорошо описывая хозяйку комнаты. — Удовлетворил свое любопытство? — Если добавить немного розового цвета, повесить пару плакатов на стены и разбросать мягкие игрушки по кровати, я не смог бы отличить это место от комнаты Эрин. Адриана скрестила руки на груди и прищурившись посмотрела на Роберта. Потому что по его взгляду и легкой улыбке на лице прекрасно угадывалось направление его мыслей. Все-таки все мужчины одинаковы. — Я запрещаю тебе, Роберт, представлять меня маленькой девочкой в школьной форме. — Да брось, Адри, я не это имел в виду. — Конечно, у меня просто фантазия разыгралась. Роберт плюхнулся в кресло рядом с кроватью. Ничего ужасного в шаловливых фантазиях он не находил. Потому что представить Адриану ребенком в этой обстановке труда не составляло. С двумя светлыми косичками и в короткой юбке. — Мне кажется, или у тебя плохое настроение? И это не я его тебе испортил. — Мы с мамой повздорили вчера. — Из-за слежки? Не стоило мне вообще говорить тебе об этом. — Нет, стоило. Но, как ты можешь догадаться сам, мама пыталась все отрицать. А потом выдала, что сделала это для моей защиты. — Она беспокоится за тебя и не доверяет мне, мы знали это с самого начала. — Робби, тебя действительно не волнует, что каждый твой шаг, каждая моя ночевка в отеле, твой любимый завтрак и сорт кофе. Что… Мама получала подробный отчет обо всем этом от сотрудников. Не удивлюсь, если она даже осматривала твой номер, пока ты отсутствовал. — Меня волнуешь только ты, Адри. В моих чувствах и поступках к тебе нет ничего криминального. Однажды твоя мать поймет это и успокоится. Ложь, ложь, ложь. Роберт уже и не удивлялся, как ловко ему удается врать. Хотя в его номере на самом деле нет ничего компрометирующего, все «улики» он оставил в доме в Лос-Анджелесе, предполагая, что однажды миссис Кастилио пойдет на отчаянные меры, в том числе обыск номера в отеле. Жить в семейном отеле Кепвеллов и не опасаться чего-то подобного, было бы с его стороны глупо. И вообще не время копаться во внутренних противоречиях. Здесь он сегодня с конкретной целью. Роберт встал с кресла, подошел к Адриане, сидящей на кровати, взял ее за руку. — Я люблю тебя, ты же знаешь. — Я тоже люблю тебя. Адриана поцеловала Роберта в губы. Хотелось бы ей воспринимать все так же стойко, как и он. Не переживать о неприязни матери к нему, не волноваться за их будущее. Только ей этого не удавалось. — Тогда согласись остаться со мной навсегда. — Мы никогда не расстанемся, клянусь. Роберт достал из кармана коробку с кольцом. Отступать и передумывать уже поздно. Он открыл коробку и протянул Адриане. — Выходи за меня замуж. Адриана потеряла дар речи. Сердце перестало биться на мгновение, а потом заколотилось с бешеным ритмом. Она не могла поверить, что происходящее реально. Что Роберт делает ей предложение, и что изумительное кольцо, изящное, полностью покрытое бриллиантами, предназначено ей. — Наверное, мне стоит встать на колени. Роберт действительно собирался сделать это, но Адриана удержала его. Он что, с ума сошел? Боже, Роберт действительно хочет, чтобы она стала его женой… — Не надо… в смысле становиться на колени. — Я ждал от тебя других слов. Адриана была растеряна и смущена, но глаза, ее чудесные аквамариновые глаза выдавали истинные чувства. Они светились счастьем и желанием сказать ему «да». Что ободрило Роберта. В любом случае он не выйдет из этой комнаты, пока не получит от Адрианы положительного ответа. — Все слишком неожиданно… и, кажется, что ты немного спешишь, Робби. — А чего нам ждать? Мы любим друг друга, хотим быть вместе. Нам не нужно специальное время или обстоятельства, чтобы пожениться. Или ты не готова к серьезным обязательствам, Адри? — Я думала, что после того, как я закончу колледж, пока ты будешь занят возрождением «Барр Индастрис», решение о свадьбе станет очевидным следующим шагом. — Я предлагаю тебе стать моей женой, а не бросить колледж и отказаться от карьеры ради моих планов. Разве брак не равноправное партнерство? Желание быть рядом, делиться всем на свете? Разве это повинность, которую каждый вынужден исполнять? Никогда бы не подумал, что быть моей девушкой и стать моей женой, для тебя разные понятия. Роберт явно был расстроен тем, что она сразу не ответила согласием на его предложение. Адриане не хотелось обижать его, но принять столь поспешное решение о свадьбе, она тоже не могла. Тем более на фоне конфликта Роберта и ее матери. — Сейчас не самое удачное время для женитьбы. — Из-за твоей матери? Мне казалось, ты не веришь в ее россказни о моих якобы коварных планах? — Роберт… — Ты хочешь за меня замуж или нет, Адриана? Если нет, прямо скажи мне. Адриана бросилась в объятия Роберта и крепко прижалась к нему. Сейчас он хотел от нее невозможного, за считанные секунды, ничего не обдумав, принять серьезное решение. Пусть она и сама хотела этого, хотела выйти за него замуж. — Я очень хочу быть твоей женой. Но нам некуда спешить. Роберт вздохнул. Он уже представил, как бросает обручальное кольцо на пол и покидает Адриану со страдальческим выражением на лице. Говорит ей «прощай» или вообще уходит молча. Как Адриана бежит за ним в слезах, умоляя не бросать ее. Отличная сцена для кино, но он не романтический герой, чтобы устраивать что-то в этом духе. Ему необходимо согласие Адрианы выйти за него замуж, и он найдет способ убедить ее сказать «да». Роберт медленно провел ладонью по ее спине, тело Адрианы сразу отозвалось и выгнулось ему навстречу. Потом последовали поцелуи. Сначала в шею, мочку уха, затем губы Роберта стали спускаться ниже. Девушка задрожала от нахлынувшей вмиг страсти. Она прильнула к Роберту, запустила руки ему в волосы, в то время как его ладони ласкали ее грудь через ткань топа. В этот момент разум напомнил ей, что они находятся в доме ее родителей, что мама может вернуться в любой момент, и будет очень неловко, если она застанет их в столь интимный момент. — Робби… Адриана начала отстраняться от него, и Роберт сразу понял, в чем дело. Ей некомфортно предаваться любви в доме родителей. В другое время и при других обстоятельствах он пошел бы ей навстречу и ушел, но сейчас на кону стояло слишком многое. Иден Кастилио должна понять раз и навсегда, все ее попытки настроить дочь против него тщетны. Поэтому, вместо того, чтобы разомкнуть объятия и пошутить на эту тему, Роберт еще крепче прижал к себе Адриану и стал неистовее целовать, не давая возможности противостоять его натиску. — Скажи, что любишь меня. Роберт расстегнул молнию на шортах Адрианы и стянул их вниз вместе с трусиками, запуская руку ей между ног, с сумасшедшей страстью целуя ее в губы, неистово лаская. Всего лишь на долю секунды к Адриане пришло осознание, что раньше Роберт никогда не был столь настойчив и одновременно так нечуток. Но эти мысли тут же потонули в волнах наслаждения. Адриана полностью отдалась во власть его рук и губ. И когда он сбивчиво и прерывисто, задыхаясь от страсти, спросил: «Скажи, что выйдешь за меня замуж?» Адриана неожиданно для самой себя ответила: — Да, я выйду за тебя. Я стану твоей женой, Роберт.