Прошлое не властно.

— Паршиво дела обстоят, да, Бобби? Криво улыбнулся Джейсон, глядя на друга. Роберт пришел на встречу небритый, в помятой футболке, не удосужившись даже расчесать волосы. Под глазами залегли темные круги, свидетельствующие о бессонной ночи. Встречались они в баре на окраине, где вряд ли можно встретить кого-то из Кастилио и причастных к ним. А значит, дела у Роберта действительно обстоят паршиво. — Я пытался предупредить тебя о приезде родных, звонил, присылал сообщения. Зачем тебе понадобилось выключать телефон? — Тебе, Джей, уже пора привыкнуть к моим глупостям. Утром я прочел твои сообщения. Но, если бы я и узнал о приезде мамы и отчима на пару часов раньше, по сути ничего это не изменило бы. Я прокололся по полной. А сейчас ты должен сказать мне, что предупреждал о последствиях. — Я никогда не считал правильным добивать лежачего. Роберт на это невесело хмыкнул. Джейсон, как обычно, не изменяет себе. Всегда найдет, куда впихнуть что-то про мораль… Как же его от этого тошнит. Сейчас выпить чего-нибудь бодрящего, да покрепче, но приходилось довольствоваться кофе. Ни мать, ни отчим не одобрят, увидев его пьяным, и обязательно ускорят его отъезд в Лос-Анджелес. — Что же до паршивых дел. У тебя, Джей, смотрю, все неплохо. Костюмчик, галстук, идеальная прическа. И все это в семь утра. Собираешься на работу в «Кепвелл Энтерпрайзис»? — Я не получил официального уведомления об увольнении. С Сэм мы отношения выяснили. Не думаю, что тебе потребуется моя компания на весь сегодняшний день. Но я могу и не идти на работу. — Я не стою твоих жертв. И опеки мне вполне хватает в данный момент. Рад, что Саманта оказалась к тебе столь лояльной. — Моя вина перед ней гораздо меньше, чем твоя перед Адрианой. И мне действительно жаль, Роберт, что все вышло, как вышло. Роберт поморщился, а затем сделал пару глотков кофе. Ему не хотелось ничьего сочувствия. Это больше бесило и раздражало, чем помогало. Ему хватало подобного отношения от матери и дяди Куинна. — Если необходимо, я поговорю с Самантой. Если у нее остались сомнения относительно твоего участия в моих делах. Не хочу, чтобы она в чем-либо обвиняла тебя. Поэтому я и остался еще на день. Может, я и негодяй, но, думаю, разрушений и так достаточно. — Я врал и покрывал тебя. То, что Сэм способна это понять и принять, не делает меня невиновным, Бобби. Джейсон чувствовал себя неуютно. И что-то во взгляде друга еще сильнее усиливало это неприятное ощущение. Они были соучастниками, даже если и в разной степени виновны, но Роберт при этом потерял все, а он едва ли чего-то лишился. Не любви и доверия Саманты уж точно. — Она любит тебя. Береги это и цени. Роберту хотелось бы убедить себя, что он не завидует другу. Но это было не так. Да, Джейсон был откровенен с Самантой во всем, кроме того, что касалось него, но то, как легко она простила ложь и обман, и то, что Адриана никогда не простит всего, что он совершил, заставляло Роберта чувствовать себя преданным другом в какой-то мере. — Когда ты улетаешь в Лос-Анджелес? — Вечером. Шестичасовым рейсом. Мои задержатся на пару дней. Мама хочет повидаться с Крейгом. А Куинн с миссис Хант, хотя упорно отрицает. А еще, наверное, со смирением станут просить у всех прощения за мои отвратительные поступки. В общем, как только они уладят свои дела в Санта-Барбаре, прилетят ко мне в Лос-Анджелес, оттуда мы все вместе вернемся в Мадрид. Я надеюсь, что ты навестишь меня там однажды. Потому что, могу предположить, за каждым моим шагом теперь будут следить, и я еще долго не смогу вернуться в США. — Обязательно прилечу к тебе. Мы с Сэм совсем скоро вернемся в Бостон. Здесь все немного утихнет. Адриана успокоится и посмотрит на случившееся под другим углом. — Не надо вселять в меня ложных надежд, Джейсон. Ты лучше всех знаешь, что я не заслуживаю прощения Адрианы. А ее родные… Ни к чему нам говорить об этом. — Значит, ты не попытаешься с ней встретиться? — У меня были мысли… хотелось, если не объясниться, хотя бы прощения попросить у нее. На рассвете я ускользнул из отеля, ошивался вокруг дома Кастилио в надежде, что Адриана, возможно, захочет немного прогуляться на свежем воздухе. Но единственного, кого я увидел, был ее отец. Прошлая встреча с ним, как ты понимаешь, вышла напряженной. И я не стал искушать судьбу. Думал, попытаюсь снова до отъезда в аэропорт, но папа заметил мое утреннее отсутствие, и теперь я под строгим контролем. У нас с тобой осталось меньше пятнадцати минут на разговор. Если не вернусь в отель вовремя, улечу в Лос-Анджелес ближайшим рейсом. — И ты позволяешь диктовать, что тебе делать? Кто ты, и где мой друг Роберт Барр? — Я просто понял, достаточно мне совершать всякие глупости. Допустим, проберусь я в дом Адрианы. И что? Камера в местном участке, вместо самолета? Ее родители обвинят меня в незаконном проникновении. Мама снова начнет плакать и во всем обвинять себя, что неправильно меня воспитала, отчим станет моей тенью на ближайшие годы. И тем не менее прощения Адрианы я этим не добьюсь. — Хорошо, что ты это понимаешь. Сейчас всем нужно немного остыть. — Да, но после моего отъезда весь удар обвинений придется на тебя. А уж от Мейсона Кепвелла пощады не жди. Он постарается разлучить вас с Самантой. — Попытается, это очевидно. Но без борьбы я не сдамся. К тому же Саманта на моей стороне. — Хотя бы чему-то ты у меня научился, приятель. Не смотри на меня так. Совсем не просто в одночасье перестать быть самовлюбленным эгоистом. — Практически невозможно для тебя, Бобби. И раз зашла речь… Ты действительно будешь послушно исполнять все требования матери и Куинна? Не попытаешься найти Адриану и поговорить с ней? Не похоже это на тебя. — Не забывай, моя родня в сговоре с ее родителями. Посмотри, какую ловушку мне устроили. Да и что изменят разговоры. Для Адрианы я враг. — Хорошо, что у тебя есть я. Буду здесь твоими ушами и глазами. — Не подставляйся ради меня, Джейсон. Решай проблемы с Самантой и ее отцом. Сосредоточься на этом. Если вы тоже расстанетесь… Достаточно того, как я поступил с Адрианой. — Значит, ты не злишься, что Сэм меня простила, а Адриана тебя видеть не желает? — Не мели чушь. Ладно, мне пора. Быть послушным мальчиком тяжелая работа. Роберт поднялся из-за стола, подошел к Джейсону, похлопал его по плечу. — Заплатишь за кофе, хорошо? Папа заблокировал все мои кредитки, забрал ключи от машины, есть только немного мелочи на такси. — Если нужны деньги… — Нет, Джейсон. Того, что мне нужно, ты мне дать не можешь. Еще увидимся как-нибудь. Ты знаешь мой адрес в Мадриде. Роберт ушел. Джейсон попросил счет. Расплатившись, он вышел на улицу. Яркое утреннее августовское солнце еще набирало силу, но на улице уже было вполне себе жарко. С причала доносился шум волн и крики чаек, теряющиеся в людских голосах начала рабочего дня и прочей какофонии. Самое обычное утро для большинства, но для Джейсона впереди маячила абсолютная неизвестность. И множество проблем, которые ему только предстояло решить.